Марионетка

Я зевнула, сидя на переднем сиденье машины Сульфура. Проснулись мы рано. Можно сказать, что не спали вообще. Сульфур внимательно не отрываясь смотрел в сторону дома, куда зашел вчерашний кукловод без лицензии. То и дело прохожие мелькали мимо машины. По мокрому тротуару шли разные люди: разных возрастов, полов, социальных статусов. Я положила голову на холодное стекло, наблюдая за ними. Веки начали тяжелеть и опускаться.

Как сказал мой кукловод, просидеть наблюдая мы можем целый день. Не известно, когда этот мужчина лишиться на незаконную покупку лицензии и решиться ли вообще.

Но Сульфур сказал, что у него есть "чуйка", та же, что привела нас в тот бар и сказала следовать за мужчиной.

Я не испытывала возмущения, что приходится просто сидеть в машине и наблюдать за подъездом общежития. Мне это даже комфортно. Спокойно и хорошо. Чем больше времени я провожу с Сульфуром, тем больше доверяю. Глупо? Опасно? Дедушка, кажется, говорил не доверять никому и скрывать свою суть. Но Сульфур хороший. Думаю, у него другой взгляд на марионеток. Не такой потребительский как у остальных.

Я попросила приоткрыть окно с моей стороны. Мне показалось, что воздух проникший в машину принес запах весны. В руне почти всегда тепло. Но сейчас воздух был особенным.

Мне подумалось, что сейчас мне так хорошо, что не нужно переживать и волноваться. Что я не держу спину прямо, как положено марионетке, что я могу спокойно смотреть в окно машины. Мимолётное мгновение. Таких моментов, когда я могу расслабиться в моей жизни не так много.

Сульфур вышел из машины, чтобы купить кофе и перекус в ларьке через дорогу. Я рассматривала его. Он стоял спиной ко мне, не сводя глаз с подъезда, ведь мужчина мог выйти в любую минуту. Из-за темных волос казалось, что у него бледная кожа. Руки он держал в карманах своего длинного, песочного цвета, плаща. Я вдруг ощутила, что он такой далёкий и таинственный. Он очень подходил под атмосферу этого города. Такой туманный и расплывчатый. Хотя, когда общаешься с ним, совсем так не кажется.

Я вспомнила как он общался со мной вчера - возможно, после бара, он был чуть более расслаблен. Вспомнила, как он общался с Юной. Но я так же вижу, какой он молчаливый и как держится на публике.

И все таки я убеждена, что его настоящего не видел никто.

- Я взял тебе чай, он горячий осторожно.

Я марионетка, а не маленький ребенок.

И все таки я обжигаюсь.

Сульфур не обращает на это внимание и я ему благодарна. Я не исключаю варианта, что он "подслушал" мои мысли и теперь в душе смеется надо мной и моим упрямством.

С каждым часом ждать все утомительней. Из подъезда общежития выходят люди, но наш "знакомый" так и не покинул стен здания.

Передумал?

Я задумалась, если существуют места, где Кукловодам продают фальшивую лицензию, то сколько человек воспользовалось их услугами? Сколько марионеток попадают в сомнительные условия.

- Как ты думаешь, сколько марионеток пострадали из-за этого клуба?

- Сейчас главное все узнать и противостоять этому. К тому же, это моя работа.

- Я думала, ты социальный работник, а это уже какое-то следствие.

Мы просидели в машине еще несколько часов. Фонари уже начали зажигать свои огни, на улице темнело. Только после того, как полотно вечера начало плавно опускаться из подъезда общежития вышел мужчина-из-бара.

- Мы пойдем за ним пешком, - Сульфур заторопился. Я немного замешкалась, нащупывая ручку двери. Тело затекло, но на разминку времени не было. Мужчина уже завернул за угол.

- Может стоило идти одному, - услышала я, когда сравнялась с Сульфуром.

Видимо, я была лишней. Это из-за того, что я медленней чем он?

Кукловод без лицензии ждал на остановке. Сульфур ускорил шаг - заметил, что подъезжающий автобус. Мой шаг был меньше чем у Сульфура. Я почти бежала.

Мы запрыгнули в почти закрывшиеся двери автобуса.

В автобусе стояла тишина, мягкий свет лампочек автобуса разливался по салону.

Половина сидений в автобусе пустовало. Я не садилась - ждала. Сульфур указал на сиденье, разместившись рядом.

Мы вышли где-то на окраине. Руна - город в котором я прожила всю жизнь, но не уверена, что знаю и половину его улиц.

- Мы не слишком подозрительны, - шепнула я, когда мы находились достаточно далеко от мужчины.

Сульфур лишь пожал плечами как-то неопределенно. Он смотрел вперед и был сосредоточен.

Почти ничего не освещало улицу, по которой мы шли. Сульфур резко вытянул руку, останавливая меня.

- По сторонам оглядывается. Постоим.

Дневной весенний воздух сменился прохладой. Чувствовалось, что температура упала.

Я зябко поежилась.

- Идем.

Мы остановились у обшарпанного здания. Мужчины видно не было.