Где-то между
POV Elizabeth
- Бетти, иди завтракать, - доносится мамин голос.
- Сейчас иду, - громко отвечаю.
Ещё раз внимательно осмотрев себя в зеркале, я вздохнула. Нужно просто как-нибудь прожить этот день. Собрав все нужные вещи для школы в рюкзак, я направилась на кухню завтракать.
На столе уже стояли тарелки с едой, но мама ещё суетилась у плиты, ловко орудуя кухонными приборами. В это время папа совершал свой утренний ритуал: сидел за столом, и, не отрывая глаз от газеты, попивал эрл грей.
Странный человек - на улице век компьютерных технологий, когда вся информация мира доступна нам в любом виде, а он читает то, что напечатали в неизвестном издательстве на самой дешёвой бумаге. Я не очень доверяю таким газетам - там вечно пишут бред всякий.
- Привет, пап, - я села за стол.
- Доброе утро, Элизабет, - ответил отец прожёвывая пищу, - какие планы на сегодняшний день?
- Да всё как обычно, уроки, а потом я иду в музыкальную школу, - говорю как можно более непринуждённым тоном.
Отец многозначительно кашлянул.
- Элизабет...
- Пап, давай просто позавтракаем, ладно? - попыталась сказать я как можно мягче.
Мои слова улетели в пустоту.
- Не перебивай меня, когда я хочу с тобой поговорить. Мне не нравится, что ты так много времени уделяешь этому бесполезному... кхм. Хобби. Ты уже взрослая девушка, Элизабет, и ты должна понимать, что игрой на музыкальном инструменте на жизнь не заработаешь. То время, которое ты тратишь на эти занятия, ты могла бы уделять более углублённому изучению школьных предметов, которые тебе, между прочим, очень пригодятся при поступлении в колледж. Я надеялся, что хотя-бы в этом учебном году ты поймёшь это.
Мама не вмешивается в разговор и виновато прячет глаза. Всё это отец говорил спокойным и твёрдым голосом. Мне было неуютно.
Ну вот серьёзно? С самого утра нужно было затронуть эту тему? Да ещё и растягивать лекцию на несколько томов.
- Пап, - мой голос начинает дрожать от гнева, который я всеми силами сдерживаю в себе, - я только пришла, не успела даже сделать глоток чая, а ты сразу начал этот разговор, который ты начинал уже так много раз. И никогда мы ни к чему не приходили, кроме как к тому, что портили настроение друг другу. Неужели это было так важно - обсуждать моё "бесполезное хобби" именно перед завтраком?
- Элизабет, твой отец прав, - вставляет мама свою ненужную реплику.
Я глубоко вдыхаю в себя воздух и считаю до пяти, пытаясь успокоиться.
В последнее время я стала слишком раздражительной. Может, виной всему мой возраст, но с каждым днём я становлюсь всё менее смиренной и всё более вспыльчивой. Решив, что какое-либо сопротивление или дискуссия будут бесполезными, я натягиваю на себя улыбку.
- Да, вы правы.
Мой ланч быстро оказывается в рюкзаке, а я быстрыми шагами оказываюсь на улице, наплевав на возмущённые крики родителей. Эти люди умеют испортить настроение с самого утра.
Как же мне надоело, что с моим мнением совершенно не считаются, что мои интересы ставят ниже своих, и считают меня глупым, ни в чём не смыслящим ребёнком. Наверное, все с этим сталкиваются в свои семнадцать.
Улица встретила меня хмурым небом и холодным ветром. Что же, день обещает быть не самым лучшим.
Осень пришла в наш город слишком быстро, за одну ночь, и все жители, выходя утром по своим делам, с недоумением принимали холодное приветствие этой дамы, которая только вчера была приветливой и солнечной.
Вытащив из кармана телефон с наушниками, я начала распутывать эти дьявольские узлы. Никогда не понимала, каким образом наушники запутываются до такой степени. Быстро шагая по тротуару, я вмиг стёрла всех прохожих из поля зрения, нажав на треугольничек "Play".
***
Физика. Пожалуй, мой самый нелюбимый предмет в школьном расписании. Интересно, кто-нибудь вообще любит физику? Я перевела взгляд на часы, и с ужасом осознала, что прошло меньше половины урока.
Машинально записывая конспект под диктовку миссис Ленч, я совершенно не понимала, о чём пишу. Понятия и формулы отходили на второй план, ведь я думала совсем о другом. Конечно же, в первую очередь я думала о том, как сильно хочу отсюда уйти, а потом... Я вздохнула.
- Псс, - услышала я шёпот слева, - Элизабет.
Я повернулась к Монике, которая пыталась незаметно передать мне записку. Я аккуратно забрала из рук подруги клочок свёрнутой бумаги, проследив взглядом, чтоб миссис Ленч нас не заметила.
С интересом развернув бумажку, я прочла:
"Не против ли ты пойти со мной на свидание?" и внизу было две клетки для ответа, а вариантами ответов служили "Да, не против" и "Нет, не против". Кроме этого там был нарисован смешной человечек и ещё что-то непонятное. Я улыбнулась и повернулась назад. На меня смотрели смеющиеся глаза Тайлера. Я покрутила пальцем у виска, и повернувшись обратно, написала на листочке: "Придурок".
Моника, служившая сегодня почтальоном, передала Тайлеру мой ответ.
- Что на этот раз? - улыбнулась моя подруга.
- Ничего нового, - тихо ответила я, но видимо недостаточно тихо, так как строгий взгляд миссис Ленч остановился на нас.
- Девушки, если вам неинтересно, то я вас не задерживаю в кабинете, можете уходить, и получить соответственную оценку.
- Простите пожалуйста, - извинилась я.
Преподаватель приняла мои извинения и продолжила излагать материал.
Я снова перевела взгляд на стрелки часов: чёрт, они сдвинулись совсем чуть-чуть.
Краем глаза я наблюдала за Моникой, которая усердно записывала все слова миссис Ленч. Эх, мне бы её стремление к изучению точных наук. То есть, у меня по таким предметам, как математика, физика, химия стоят хорошие оценки, но мне эти уроки совсем не интересны, и учить весь этот материал мне даётся нелегко. Наверное, я преуспеваю в учёбе исключительно из-за родителей, которые приучили меня ещё с детства ответственно относиться к занятиям в школе. Ну, или проще говоря, они меня убьют, если у меня будут плохие оценки.
Время шло медленно, тянулось, словно резина, и я не знала чем себя занять. Не придумав ничего лучшего, я стала рисовать на листе, погружаясь в собственные мысли. Подперев подбородок рукой, я выводила линии на бумаге, вернувшись мыслями к тому, кто часто приходит ко мне во снах.
Звонок прозвенел, словно ангельская мелодия. Наконец-то закончился этот скучный урок, и миссис Ленч прекратила своё полу разборчивое бормотание. В классе, и в школе в целом, вмиг стало шумно.
Я быстро собрала все свои вещи в рюкзак, и стала ждать Монику, которая что-то спешно дописывала в тетрадь. Мельком я глянула на Тайлера, который нарочно медленно собирал тетради.
- Моника, - простонала я, - давай быстрее, пожалуйста, я не вынесу больше и минуты в этом ужасном классе.
- Ага, сейчас, - пробормотала она, заправив прядь вьющихся каштановых волос за ухо. Я закатила глаза.
- Жду тебя в коридоре.
Я вышла из класса, и услышала, как кто-то догоняет меня сзади. Это точно не Моника, которая дописывает в тетрадь формулы. Я продолжила идти.
- Хэй, детка, ну что скажешь? - поравнялся со мной Тайлер.
- А что тебе было непонятно в моём ответе? - улыбнулась я этому чудаку.
- Как знаешь, Элизабет, - он вышел на пару шагов вперёд и повернулся ко мне лицом, продолжая идти вперёд спиной. - Однажды я завоюю тебя, вот увидишь.
Он потрепал мои волосы и скрылся в толпе, оставив меня улыбаться.
- Дурак.
Чья-то рука легла мне на плечо, и обернувшись, я увидела Монику.
- Ну что, ты сегодня снова идёшь играть?
- Да, сегодня утром у нас с папой был разговор по этому поводу.
Моника вздохнула, и взяла меня под руку.
- Знаешь, ты не должна сдаваться. Ты должна бороться за то, что любишь, и никому не уступать, даже родителям.
- Да, только я долго не протяну в этой схватке, - ответила я беспомощно.
- Ты на автобусе добираться будешь? Я могу попросить Зака подбросить тебя.
- Твой парень скоро начнёт требовать с меня деньги за услуги водителя, - улыбнулась я. Моника рассмеялась в ответ.
- Не говори глупостей. Он всё равно хотел заехать к Питеру, а он живёт примерно в том же районе.
- Хорошо, я буду очень благодарна.
В коридоре было много людей, и мы с Моникой пробирались сквозь толпу к выходу.
Погода переменилась к лучшему, и в отличии от хмурого утра, на улице стоял ясный солнечный день. Куча школьников пересекали школьный двор вдоль и поперёк, а мы с Моникой шли к машине Зака, болтая о фильме, что недавно вышел в прокат.
Мы подошли к автомобилю, возле которого стояло трое парней, в числе которых был и возлюбленный Моники.
- ...хорошо, тогда договорились, - Зак пожал руки каждому из друзей, и переключил своё внимание на нас.
- Хэй, Элизабет, как дела? – спросил парень, облокотившись одной рукой об открытую дверь автомобиля. Моника подошла к нему, и быстро поцеловала, в то время, как Зак приобнял её за талию.
Мне так нравится их пара, они хорошо подходят друг другу. Каждый раз, когда я смотрю на их отношения, мне становится так тепло на душе, и я счастлива, что моя подруга нашла такого парня, как Зак, ведь он очень отзывчивый и дружелюбный человек. При том, он довольно таки симпатичный и спортивный парень. В его внешности не было чего-то особенного, что можно было бы выделить, но в целом это был привлекательный молодой человек, которого все не безосновательно любили.
- Всё хорошо, а ты как?
- Когда рядом со мной она, - Зак нежно посмотрел на Монику, что находилась в его объятиях, - то у меня всё отлично.
Я не смогла сдержать улыбки.
- Зак, подвезёшь Элизабет в школу искусств?
Парень посмотрел на наручные часы.
- Да, конечно. Запрыгивайте.
Я захлопнула за собой дверь и расслабилась на заднем сидении авто. Откинув голову назад, я прикрыла веки, предвкушая сегодняшнее занятие на фортепиано.
Зак сосредоточенно вёл машину, не отвлекаясь на разговоры, изредка отвечая на вопросы Моники. Ехали мы молча, слушая песню какой-то группы по радио.
Механически перебирая пальцами на ноге, будто играя на фортепиано, я думала о том, как хочу, и подсознательно боюсь его встретить.
За окном проплывали дома, случайные прохожие, магазины, машины, и я, не отрывая взгляда, следила за всеми этими мелочами, но была полностью погружена в мысли о другом, о далёком. Я уплывала мыслями к человеку, для которого моё существование значило так ничтожно мало, что хотелось просто упасть в пропасть без дна. Падать бесконечно долго, вечно, и не вспоминать ни о чём, ни о ком, не вспоминать о том, что ты не нужен тому человеку, который для тебя нужнее всех в этом чёртовом мире.
- Приехали, - весело сказал Зак.
Я не заметила, как быстро мы прибыли. Такое со мной случается постоянно – всё происходит слишком быстро, я просто-напросто не замечаю, как течёт время.
- Да? Так быстро.
- До встречи, солнце, - улыбнулась Моника, когда я поцеловала её в щеку.
- Пока, Моника, Зак, спасибо, - улыбнувшись сказала я и вышла из машины. Мне нужно было пройти совсем немного.
Машина Зака, бульвар, ворота школы, ступеньки остались позади. Я вошла в здание, и привычным путём направилась к кабинету музыки, проходя холл, ступеньки и коридор.
Я задержалась на несколько секунд у двери, за которой слышались обрывки мелодии. Видимо, у мистера Лайнфорта сейчас занимается ребёнок: игра была обрывистая и неуверенная.
Повернув ручку двери, я тихо вошла, наблюдая за тем, как маленький мальчик, лет восьми, старательно играет на пианино, внимательно вглядываясь в ноты. Рядом с ним сидел мистер Лайнфорт, терпеливо его поправляя.
- Здравствуйте, - нерешительно сказала я. Мальчик перестал играть, и я словила на себе взгляд мистера Лайнфорта.
- Тимми, можешь собирать вещи, на сегодня всё. Дома прорепетируй вот это, и это.
Пока мистер Лайнфорт разговаривал с Тимми, я сняла с себя рюкзак, поставила его на стол, и сняла пиджак.
-... и главное, не забывай, в чём разница между половинными и четвертными.
- Хорошо, - мальчик послушно кивнул головой. – До свидания.
Хлопнула дверь, и мы остались одни.
Секунды тянулись, как часы.
Я смотрела на этого человека не отводя глаз, и он принял мой вызов на несколько секунд.
Этого времени вполне хватило, чтоб моё сердце ускорило ритм, а внутри появилось чувство, близкое к страху. Я всем телом чувствовала оцепенение. Наверное, похожее чувство возникает у маленькой мышки в объятиях удава, что не отводит от неё свой гипнотический взгляд.
Мистер Лайнфорт принял поражение первым, видимо, понимая, что наш зрительный контакт затянулся неприлично долго.
Он улыбнулся, встав со стула. Так улыбаются котам, найденным на улице, так улыбаются милым детям, которые делают какие-то забавные вещи, так улыбаются псам, которые гоняются за своим хвостом.
- Здравствуй, Бет.
Что-то неприятно укололо меня.
- Не называйте меня так, пожалуйста. Я же уже просила вас об этом.
Мне не хочется, чтоб он воспринимал меня маленькой девочкой.
- Да, прости, не могу избавиться от этой привычки, - одной рукой он поправил тёмные волосы, которые вечно находились у него в беспорядке. – Прошлое занятие у нас сорвалось, и...
- Это моя вина, я себя плохо чувствовала в тот день, – солгала я, перебив. – В школе были неприятности, ещё и с родителями не поладили, вот я и несла всякую чушь, срываясь на всех подряд, в том числе и на вас, прошу прощения.
На самом деле, вот уже сколько времени, из-за тебя я плохо чувствую себя каждый день.
Я прошла несколько шагов вперёд и села на стул возле фортепиано, опустив взгляд на клавиши. Мистер Лайнфорт стоял чуть позади меня, скрестив руки на груди.
- Что ж, понятно, - вздохнул он, - ничего страшного, со мной тоже такое бывает. Но сейчас с тобой всё в порядке?
- Да, - смиренно ответила я. Мне было трудно переносить этот разговор с ним, который мы вели из вежливости, чтоб как-то разбавить последующий час сухого урока.
Мистер Лайнфорт присел рядом со мной и поставил передо мной ноты. Я затаила дыхание оттого, как близко он ко мне находился. Почему это происходит каждый раз? Из-за такого его присутствия рядом со мной, я на какое-то время напряглась, не в состоянии сосредоточиться на чём либо.
- Начнём. Я принёс одну мелодию, она тебе должна понравиться. Хотелось бы, чтоб ты её выучила, не потратив на это много времени, и отточила в ней навык. Она небольшая, но очень красивая, и поможет тебе поработать над некоторыми твоими недостатками в игре.
- Хорошо, - тихо ответила я.
- Давай я сначала сыграю её.
Я лишь кивнула головой, и отодвинулась, чтоб не мешать мистеру Лайнфорту играть.
Примечание автора: Советую прямо сейчас включить трек Primi passi - Fabrizio Paterlini, чтоб сполна прочувствовать атмосферу.
Он чувственнно коснулся пальцами чёрно-белых клавиш, и первые ноты мелодии окутали меня своей нежностью. С каждой секундой музыка пронизывала душу, и я завороженно наблюдала за красивыми длинными пальцами учителя, что так профессионально скользили вдоль пианино. Звуки очаровывали меня, заполняя собой комнату.
Я не отводила взгляд от фигуры мистера Лайнфорта, который погрузился в мир этой прекрасной мелодии, что овладевала моей душой, и наполняла собой всё тело. Я прикрыла на мгновение глаза, пытаясь сполна насладиться музыкой. Она уносила сознание куда-то далеко, туда, где не ступала нога человека, где все чувства были настоящими, искренними, и их не запирали в клетку за тысячей замков.
Я открыла глаза, и продолжила наблюдать за учителем, что находился от меня на расстоянии вытянутой руки.
Рукава белой рубашки мистера Лайнфорта были закатаны чуть ниже локтя, и его сильные руки нежно и бережно касались клавиш фортепиано. Он играл так аккуратно, что иногда казалось, будто он вовсе и не дотрагивается до пианино. Его тёмные глаза, обрамлённые чёрными ресницами, ловили обрывки нот на бумаге, а брови были слегка нахмурены, выражая сосредоточение на лице мужчины. Я вновь перевела взгляд на его руки, на длинные пальцы, которые так эстетично выглядели на этом чёрно-белом фоне. Мне так хотелось прикоснуться к этим рукам, почувствовать их на своём теле, на лице, на губах, хотелось нырнуть в тёмную глубину его глаз, и стать королевой всех его демонов.
Мелодия затихла, и мне пришлось вернуться в реальный мир, в котором я – не больше чем ребёнок, который по глупости влюбился в своего учителя.
- Это было... Прекрасно, – на выдохе сказала я. – Надеюсь, что когда-нибудь я смогу играть так же, как и вы.
- Схема простая, Бет, ты и сама знаешь. Просто нужно много тренироваться, - улыбнулся мистер Лайнфорт, - чем мы сейчас и займёмся. Давай, начинай играть первую строчку.
Я подвинулась ближе, вновь ощутив близость с этим человеком, который учил меня играть, и, сам того не зная, разбивал мне сердце. Прочитав несколько аккордов, я сделала первый шаг к изучению, в последствии которого по комнате разлилось нежное звучание.
Учите же меня музыке, мистер Лайнфорт.
***
Доиграв последние аккорды, я убрала руки от фортепиано. За этот урок мне удалось выучить примерно две трети мелодии, что принёс мистер Лайнфорт. Всё это время он сидел справа от меня, исправляя ошибки и указывая на недочёты в моей игре. Как и обычно, на протяжении всего занятия между нами была тишина, изредка прерываемая его замечаниями, а я тихо принимала их во внимание.
- Хорошо, Элизабет. На этом закончим, - мистер Лайнфорт собрал ноты в стопку, и протянул их мне. - На, держи, прорепетируй дома.
Я протянула руку и забрала листы бумаги из рук мистера Лайнфорта, нарочно коснувшись его руки кончиками пальцев.
Наши взгляды встретились на секунду. Я смотрела на этого человека, который находился ко мне так близко, но так непостижимо далеко, и что-то неприятно стонало внутри.
Я отвела взгляд.
- Вам когда-нибудь хотелось дотянуться до звёзд, мистер Лайнфорт?
Я часто задаю ему такие странные вопросы в надежде, что однажды он поймёт их скрытый смысл. Конечно же, я так только усугубляю своё положение, и кажусь, наверное, ещё более глупой и наивной, чем он считает. Но что мне остаётся делать, раз я не могу говорить прямым текстом?
Мой вопрос, наверное, озадачил его. Проведя рукой по густым чёрным волосам, он на несколько мгновений задумался.
- Знаешь, Бетти, это в сущности человека - хотеть достичь звёзд. Люди ведь созданы из их пыли, - его голос звучал низко, приглушённо, и мне казалось, что он в этот момент чувствовал то же самое, что и я. - Но мы не должны мечтать о чём-то неосуществимом, ведь в конечном итоге это убивает нас.
Он встал со стула и облокотился о книжный шкаф, что стоял немного позади от нас.
- Но разве... - я нажала рукой на несколько клавиш. Тихий грустный звук заполнил собой пространство между нами. - Разве мечты не созданы для того, чтоб хоть немного быть ближе к тому, о чём мечтаешь?
- Так и есть, - вздохнул мистер Лайнфорт, - только все эти мечты отравляют существование, делая его невозможным. Реальность слишком неприятная, но нам ничего не остаётся, как просто принять её. Жизнь - лекарство от смерти, а реальность - горький компонент этого лекарства.
Я опустила взгляд на руки и дрожащим голосом сказала:
- Значит, нужно просто сдаться? Просто принять поражение, даже не начиная бой?
Между нами повисла тишина. Я спиной почувствовала, как мистер Лайнфорт устремил на меня взгляд.
Он молчал. Молчал и смотрел.
Я встала, оставив позади себя учителя. Быстро собрав вещи, я молча направилась к выходу. Взявшись за дверную ручку, я бросила взгляд на своего преподавателя, которого вновь резко покидала наедине со своими мыслями. Его лицо ничего не выражало.
Внутри меня откололся ещё один кусочек чего-то важного.
- Может, - нарушила я тишину, - и правда лучше сдаться.
Повернув ручку двери, я сделала шаг.
Дверь позади меня закрылась, и я услышала, как по ту сторону яростно захлопнулась крышка фортепиано.
***
Вечера стали приходить рано, цепляясь короткими закатами за небосвод, с каждым днём становясь всё холоднее. Солнце становилось всё тусклее, а осенняя печаль сосредотачивала в своих руках всё больше власти.
Покинув здание школы искусств, я быстрым шагом шла наперегонки с ветром. Пытаясь не думать ни о чём, я смотрела под ноги, машинально огибая каждого встречного. Дыхание сбилось. Не знаю, было ли это оттого, что я быстро шла? Вечер был тёплым и мягким. Октябрь радует хорошей погодой. Я набрала в лёгкие как можно больше воздуха, пытаясь как-то сохранить в памяти этот момент, который таил в себе так много чувств.
Я стала идти медленнее.
Оранжевый – этим цветом можно описать то, что я чувствую к человеку, которого оставила за закрытой дверью четверть часа назад. И серый – то, что оставляет во мне каждая встреча с ним. Этими цветами сейчас окрашено всё вокруг меня.
Как обычно погрузившись в раздумья, я шла, не обращая особого внимания на то, что меня окружает. Это было моей плохой чертой – уходить в себя и не замечать происходящего вокруг. Меня не интересовали прохожие, дома, машины, мне было абсолютно всё равно. И временами это становилось опасно, ведь иногда я не замечала, что перехожу дорогу на красный, чуть ли не попадая под колёса машины. Я могла в любую минуту вот так вот задуматься, и буквально выпасть из реальности, делая всё на автопилоте.
Так случилось и в этот раз. Я машинально шла по тротуарам, проходя мимо случайных прохожих, думая о чём-то далёком. Окружающий мир долетал до меня лишь обрывками звуков и смазанными цветами, которые никак не могли составить полноценную картину.
И вот, спустя какое-то время, я пришла к своему району, замечая знакомые здания и переулки. Я удивилась тому, что всё это расстояние прошла пешком.
Я почувствовала, как кто-то положил руку мне на плечо. Почему все мои знакомые так делают?
Обернувшись, я увидела стоящего перед собой Тайлера.
- Хэй, - улыбнулся он, - не ожидал встретить тебя сегодня здесь.
- Я была в школе искусств, - ответила я, продолжив идти. Мне сейчас не хотелось ни с кем разговаривать.
- Аа, занятия на фортепиано. Ну и как?
- Как обычно, - пожала я плечами.
Парень хмыкнул. Он шёл за мной, засунув руки в карманы брюк.
- Сейчас домой идёшь?
Меня немного раздражал этот диалог, не несущий в себе никакой смысловой нагрузки. Я очень устала, и была ужасно голодна, и в мои планы никак не входило мило беседовать с Тайлером ни о чём.
- Да, домой. Мне нужно сделать ещё кучу дел.
- Хм, а может, я свожу тебя куда-нибудь и покормлю? – Тайлер широко улыбнулся, в точности угадав мои желания.
Я задумалась на пару мгновений. Идти домой совсем не хочется.
- Что-ож, Нордсон, я слишком голодна для того, чтоб отказаться от твоего предложения, – взглянула я на лицо парня, ожидая увидеть там восхищение, но заметила лишь тень грустной улыбки. – Только вот у тебя, наверное, были свои планы? Мне бы не хотелось доставлять тебе неудобства.
Тайлер на секунду задумался, и, достав телефон из кармана, что-то быстро там напечатал. Я услышала звук оповещения в его смартфоне, и парень, слегка кивнув головой, положил его обратно. На его лице вновь появилась дружелюбная полуулыбка.
- Всё, проблема решена, мы можем идти.
- Только давай найдём местечко поблизости, потому что в моём желудке скоро образуется чёрная дыра, которая засосёт в себя всё сущее на этой планете.
Тайлер рассмеялся. За несколько мгновений моё настроение стремительно начало расти. Я раньше не обращала внимание на то, как Тайлер смеётся, и только что поняла, что мне нравится его смех.
- Я сказала что-то смешное? – не смогла сдержать я улыбки.
- Пойдём, - сказал Тайлер, пропустив мой вопрос мимо ушей. – Тут совсем недалеко есть хорошее кафе.
***
Я сидела на мягком диванчике бордового цвета, разглядывая меню. Слева от меня было большое окно, за которым ходило бесчисленное количество людей. Я всматривалась в папку в моих руках, и практически не могла ничего понять, будто бы буквы были мне совсем незнакомы.
- Элизабет? – услышала я мягкий голос Тайлера. – В этом меню не такой большой выбор, чтоб молча разглядывать его уже десять минут подряд.
Я подняла глаза на сидящего напротив меня парня. Ах да, точно, я совершенно забыла, что пришла не одна.
- Прости, я просто задумалась о своём. Со мной это часто происходит.
- Хм, может что-то закажешь? Не думаю, что на голодный желудок так уж хорошо думается о своём, - улыбнулся Тайлер.
Его светлые глаза излучали тепло, и от этого я чувствовала себя будто укутанной в плед.
Этот парень такой добрый, отзывчивый, вежливый. Его всегда окружают хорошие люди, которые относятся к нему с уважением и доброжелательностью. А ещё он играет на гитаре. Моя слабость. Всё, что связано с музыкой имеет на меня какое-то необъяснимое, но сильное действие. Помимо всех его отличных человеческих качеств Тайлер ещё и очень красив. Хоть красота это и субъективное понятие, но под общепринятые стандарты красоты он подходит.
Не трать на меня своё время, Тайлер, найди другую.
- Ну что ж, я, наверное, буду какао и панкейки с кленовым сиропом, - сказала я подошедшей официантке, которая вежливо спросила, что мы будем заказывать.
- А мне принесите греческий салат, пожалуйста, и стакан клюквенного сока.
Официантка вежливо улыбнулась, кивнув головой, и сообщила, что наш заказ будет выполнен как можно скорее.
- О чём же ты постоянно думаешь, Элизабет? - Тайлер пристально посмотрел мне в глаза.
Мне захотелось отвернуться. Вы знали, что любое животное, которому вы посмотрите в глаза, всегда первым отведёт взгляд?
- Ох, в моей голове творится такой бардак, если честно.
- А ты просто закрой глаза, представь, что ты птица, что ты летишь куда-то. - Тайлер пытался говорить таким голосом, как говорят психотерапевты в фильмах. - Представь небо вокруг себя, белоснежные облака, и как ветер развивает твои перья. Это расслабляет, помогает упорядочить мысли.
- Эм? Что это за куринная методика такая?
Тайлер улыбнулся.
- Смеёшься надо мной, да? А мне помогает. Серьёзно, такая релаксация, ещё включишь какую-нибудь музыку на фон, вообще отлично будет.
- Может, попробовать стоит. Буду представлять себя курицей, - улыбнулась я.
- Почему именно курицей? – рассмеялся парень. – Раз на то пошло, то курицы вообще не летают.
В какой-то момент Тайлер начал смеяться, и я тоже рассмеялась чуть ли не на всё кафе - у него ужасно заразительный смех.
- Я просто представил тебя в такой шапочке курицы, - утирал слёзы парень, - с торчащими перьями, и с красным гребешком.
Веселье завладело нами обоими очень быстро, и атмосфера между нами стала теплой, уютной, как раз подходящей для посиделок в кафе прохладным вечером октября.
- Я на хеллоуин так оденусь, серьёзно, - умирала со смеху я, так как слишком реалистично представляла себя в костюме курицы с красным гребешком.
Уже принесли наш заказ, но мы ещё долго не могли успокоиться и нормально поесть. Самая простая шутка, которая завтра мне покажется не смешной, буквально сделала мой вечер.
Я сделала глоток тёплого какао.
- Может, пойдёшь со мной на школьную вечеринку в честь хеллоуина? – Как бы невзначай спросил Тайлер, закончив пережёвывать салат.
- Ага, в костюме курицы, а ты обязательно надень костюм петуха, - попыталась пошутить я, но заметила, что во взгляде Тайлера нет прежней искры веселья. Он молча смотрел на меня, ожидая ответа.
Я вздохнула, заправив выбившуюся прядь волос за ухо. Его настроение может так быстро меняться, удивительно, как он умеет управлять собственными эмоциями.
- Что ж, ладно, - согласилась я и увидела, как в глазах парня вновь появилась искра радости. – Сильно не радуйся. Я согласилась только потому, что мне не с кем идти.
Да, я была временами резкой с этим замечательным парнем, ведь я заранее давала ему понять, что между нами ничего не выйдет. Я не хочу давать ему ложные надежды, и поэтому всегда держу его на нужном расстоянии. И раз он соглашается с этим, пусть так и будет, я не хочу разрывать дружеские отношения с этим человеком.
- Я знаю, по другой причине ты бы не пошла со мной, - тихо, но серьёзно ответил Тайлер.
- Я просто не хочу ничего запутывать.
Тайлер улыбнулся своей фирменной улыбкой, маскируя то, что оставляли мои слова в его душе. От лёгкой атмосферы, что царила между нами, не осталось и следа.
Я знала, что делала с этим человеком, и делала это сознательно. Но я не виновата в том, что он в меня влюбился, верно?
Ели мы в полной тишине. По окончанию трапезы Тайлер сдержанно спросил:
- Давай я провожу тебя домой?
Я посмотрела в окно и удивилась, как на улице потемнело, и как быстро пролетело время, проведённое с Тайлером. Взглянув на часы в своём смартфоне, я поняла, что прилично засиделась.
- Да, было бы неплохо, - ответила я, доставая деньги из кошелька.
- Вообще-то это я тебя пригласил. Положи деньги обратно.
- Но...
- Это не обсуждается. - его решительный тон не мог не заставить покориться. Мне это жутко понравилось.
Конечно же, моё самолюбие не позволяло отступать, но Тайлера в таких вопросах переубедить было невозможно. Он был истинным джентльменом - его манеры были безупречны.
Примечание автора: советую прямо сейчас включить трек Losing it - Rhodes, чтоб полностью проникнуться атмосферой.
- Спасибо большое за этот вечер, мне правда понравилось проводить с тобой время, - сказала я, выйдя из кафе, чувствуя на своём лице холодные прикосновения осени.
- Обращайся в любое время.
Заметив, что я замёрзла, Тайлер снял с себя пиджак и заботливо накинул его мне на плечи, не произнося ни слова.
Ну зачем он всё это делает? Зачем ведёт себя так со мной, ведь я никогда не смогу ответить на его чувства взаимностью, потому что... Я вдохнула аромат мужского парфюма, который окутал меня с головой. От этого запаха голова приятно закружилась. Чем я заслужила внимание такого прекрасного парня, как Тайлер? Я не достойна его страданий, я не имею права разбивать ему сердце своим безразличием. Но что я могу с этим сделать?
Вечерний город вовлёк нас в свои объятия. Люди спешили домой, размытыми фигурами проносясь мимо ярких фонарей, что словно маленькие звёзды освещали полные мрака улицы. Мы тихо шли в шаге друг от друга, мягко касаясь асфальта подошвами обуви.
- Это получается, у нас с тобой свидание, - довольно улыбнулся Тайлер, засунув руки в карманы брюк.
- Даже не смей думать, что это так, Нордсон, - улыбнулась я в ответ.
- Как знаешь, а я буду считать это свиданием.
Я лишь хмыкнула, пожав плечами, сильнее укутываясь в аромат духов Тайлера. Одна улица сменялась другой, а мы молча шли, думая о своём.
Мои мысли вновь улетали куда-то, где ложится спать солнце. Я думала о том, что я такого сделала, из-за чего Тайлер вдруг стал так ко мне относиться. Когда он влюбился в меня? Я не тот человек, который заслуживает такого отношения – я верчу его чувствами, думая только о том, как будет лучше для меня самой. Я ведь могла бы просто отрезать его от себя, и дать понять, что мне он абсолютно безразличен, но я иду сейчас, укутавшись в его пиджак, разве он поверит в то, что он для меня ничего не значит? То есть, он для меня что-то значит, и многое, но только как друг, как отличный человек, не больше, но ведь ему это не надо, верно?
- О чём задумалась? – нежно спросил он, едва коснувшись рукой моих пальцев. Я убрала руку в карман.
- Зачем, Тайлер? - я замедлила шаг.
На пару секунд мы оба вновь погрузились в молчание.
- Знаешь, Элизабет, я желаю, чтоб ты никогда не почувствовала на себе, что такое безответная любовь, – горько усмехнулся парень. От того ли, сколько боли я услышала в его голосе, или от холодного вечера, у меня пошли мурашки по коже. Внутри что-то неприятно застонало, снова дав о себе знать.
- Я знаю, что это такое.
- Ну вот, тогда для чего спрашиваешь? Ты и сама должна знать ответ на свой вопрос.
Вот он, настоящий Тайлер – разбитый, сломленный, со взглядом, полным боли, и с сердцем, полным слёз. Сегодня я впервые увидела его полуобнажённую душу, истерзанную, раненую. Эти раны жестоко нанесло какое-то чудовище, которое безжалостно обращалось с этой хрупкой вещью, как с игрушкой, и этим чудовищем была я.
Почему-то меня притягивает в людях всё тёмное - их грехи, их боль. Дрожащий голос, обессиленный взгляд, сжатые от боли кулаки, все эти вещи заставляют меня чувствовать. Мотыльки летят на свет, меня же притягивает тьма. И чем она глубже, темнее, чем больше боли, тем сильнее притяжение.
То ли от того, что я слишком узнавала в нём себя, то ли от того, что я впервые видела в нём столько разбитого стекла, я сделала к нему шаг и поцеловала холодные губы Тайлера. Парень прикоснулся ко мне, как к хрупкой фарфоровой кукле, но через мгновение он крепче прижал меня к себе, и я отчётливее чувствовала его прикосновения.
Мне было грустно и холодно, и я топила себя ещё больше, пытаясь спасти того, кто тонет сам.
Мы тонем с тобой в разных морях.
Продолжая целовать Тайлера, я уже ненавидела себя за это. Я знаю, знаю, что это ни к чему не приведёт, мы начнём запутывать этот клубок, и ничего не связав, я в конечном итоге просто задушу его этими тонкими нитями. Но я не хочу их разрывать. Именно поэтому я чудовище.
Саундтрек к главе: Losing it - Rhodes. Я очень трепетно подбираю песни к книге, поэтому советую вам их слушать, и читать перевод.