Арка

Между колоннами показался внутренний дворик. Там были разбиты клумбы с уже отцветшими цветами. Лишь несколько стеблей, увенчанных нераскрытыми и увядшими бутонами, качались под ветром. Желтеющие листья опадали на землю и разноцветную плитку. Здесь лежал гнетущий отпечаток осени, которого Ада не чувствовала на дороге.

В центре дворика стоял фонтан. Над высоким бортиком виднелась плоская чаша, с которой тихо стекала вода. За фонтаном Ада заметила человека. Он стоял, подняв голову и, наверное, разглядывая стену. Ада пошла к нему, тоже поглядывая наверх. По второму этажу шла галерея с колоннами в форме стволов деревьев, с ветвями, поднятыми к карнизам. Там они переплетались и распускались широкими акантовыми листьями. Изгибы и выступы барельефа были плавными, отчего он походил на настоящие растения. Над последним этажом возвышался аттик. В его центре располагалась витражное окно, окруженное побегами и цветами. Ада впервые видела такое красивое здание, и теперь понимала, почему Генри так понравилось это место.

Подойдя ближе к фонтану, Ада рассмотрела за непрестанно бежавшей рябью дно, выложенное мозаикой. Снова цветы: зеленоватые лилии, которые когда-то были желтыми, и бледные нарциссы.

«Я думала, в колледже архитектура будет более строгой. Больше похоже на театр или поместье».

Человек у фонтана заметил Аду и сделал шаг навстречу. Ветер легко шевелил его длинные волосы, собранные на затылке лентой, голубые глаза прямо смотрели на Аду. Его кожа казалась белой, и пряди, выбившиеся на лицо, выглядели очень темными.

Аде вдруг пришла мысль: «Он похож на Генри».

- Добро пожаловать, - с полуулыбкой сказал он. - Вы ведь Ада Грендел?

- Верно.

- Меня зовут Карло, наверное, Генри писал обо мне. Он просил проводить вас к нему.

Ада растерялась, но пошла вперед рядом с Карло.

- Как добрались? Генри очень беспокоился.

- Все хорошо, - Ада не знала, следует ли ей поддержать разговор. А если следует, то о чем спросить? Задумавшись об этом, она молча следовала за Карло.

Поднявшись на галерею, они прошли по коридору и спустились по длинной крутой лестнице, заворачивавшей влево и шедшей от стен по склону к крытому мосту, переброшенному через неглубокое ущелье.

По открытой галерее с изящными перилами и колоннами, поддерживающими высокий навес, они прошли к общежитию. Со дна ущелья доносился рокот потока, быстро бежавшего по камням далеко внизу. Ветер трепал одежду и приносил запахи сухой травы.

Здание общежития, новое, построенное из белого кирпича, казавшегося серым под неяркими лучами осеннего солнца и потому сливавшегося с небом, нависало над крутым обрывом. Из окна в коридоре Ада увидела заросшую низким кустарником степь. У горизонта она переходила в холмы, выстроившиеся грядой. Над ними, нагроможденные и высокие, белели облака. Ветер бился в окна, и через щели проникал в коридор. «Наверное, здесь очень холодно зимой», - подумалось Аде.

- С другой стороны общежития зловещий лес, - неожиданно сказал Карло. Голос резко разрезал звонкую тишину.

- Зловещий? - не глядя на него, задумчиво произнесла Ада.

- Мы его так называем. Кончено, в нем нет ничего необычного, но только днем.

- Генри писал, что вы любите сочинять страшные истории. Это одна из них? - Ада усмехнулась.

Карло сочувственно-покровительно глянул на нее, будто жалея, что она не понимает простейшие истины, но не сердясь за это.

- Может, и так. Мы пришли, - он толкнул дверь и вошел. - Заходите скорее. Генри, - шепотом позвал он, - Генри!

Комната была погружена в полутьму. Справа и слева стояли две кровати. Под большим квадратным окном расположился широкий стол. На нем лежал длинный конец шторы, закрывавшей свет. Сверху были навалены листы бумаги и книги, близко к краю стояли закрытые чернильницы. Кажется, штору не отодвигали. На одном из стульев тоже громоздилась стопка учебников.

- Кажется, он спит, - произнес Карло. - Разбудить?

- Я сама.

Ада приблизилась к одной из кроватей. На ней, с головой укутанный одеялом, лежал Генри. Коснувшись его плеча, Ада немного сжала его. Генри шевельнулся. Ада потянула за край одеяла. На нее из глубокой тени глянули мутные глаза. Ада убрала темные пряди с лица брата, ощутив, что кожа его была ледяной.

- Генри, что с тобой? Ты болеешь?

- Я очень хочу спать, - еле слышно произнес Генри. - Возьми на столе документы. Там же расписание и...

- Я привезла тебе из дома, что ты просил, - она достала из чемоданчика сверток и стеклянную бутылочку с красными чернилами. - Куда положить?

Ада обернулась и заметила Карло, спокойно стоящего прислонившись к стене.

- Вы могли бы выйти, - она проводила взглядом Карло, молча вышедшего за дверь, и снова посмотрела на брата. - Генри, что произошло? Ты знаешь, что можешь мне рассказать. Пожалуйста. Если тебе кто-то угрожает или уже навредил, скажи мне кто это, - ее голос стал жестким, - и я разберусь со всем. Если продолжишь молчать, мне будет все равно, хочешь ты того или нет, но я заберу тебя и отвезу в больницу. Почему ты молчишь?

На глаза Ады навернулись слезы. Все виделось размытым. Неожиданно его ладонь схватила ее за руку. Даже через плотную ткань платья чувствовалось, настолько она холодна. По спине пробежали мурашки. Ада вытерла слезы.

- Генри, не молчи, - попросила она.

- Никто не виноват, - едва заметно улыбнувшись ответил он. - Не беспокойся и наслаждайся жизнью. Я же обещал, что тебе понравится здесь.

- Да, я очень рада, что смогла увидеть все это, но... Ты ведь... - Ада улыбнулась, заметив, что во взгляде Генри на мгновенье появился блеск. - Хорошо, я буду наслаждаться жизнью. Но я буду счастлива только, если ты будешь рядом.

- Я хочу, чтобы ты перестала так много думать обо мне. Кругом столько хороших людей. Как тебе Карло?

- Ты меня пугаешь, Генри. Тебя никто не заменит! Пожалуйста, выздоравливай.

- Конечно. Прости, я так хочу спать...

Ада не расслышала, что еще сказал Генри: его слова заглушил шелест одеяла. Она встала. Комната вдруг показалась ей крошечной коробочкой, в которой может поместиться только насекомое. Из темных углов, будто пальцы, потянулись черные тени. Взяв чемодан и большой конверт с документами, на котором было написано ее имя, Ада вышла в коридор. Только теперь она ощутила, насколько затхлый воздух наполнял комнату. В коридоре дышалось легче.

Карло стоял у окна. В профиль его лицо показалось ей напряженным, и отпечаток таинственности, лежавший на нем, делал черты резкими и неприятными. Аде он вдруг стал противен.

- Идемте.

Они спустились в холл.

- Сейчас время обеда, не хотите зайти в столовую?

- Было бы неплохо, будь у меня возможность все здесь осмотреть, - холодно ответила Ада и посмотрела в большое окно неправильной формы, разделенное на несколько секций рамой.

За мутным стеклом виднелся лес. Кора у деревьев была очень темной, росли они близко друг к другу, и потому лес выглядел почти черным, только желтела жухлая трава. Ветки качались, ветер срывал тусклые листья. Из-за стволов показался высокий человек. Он быстрым и твердым шагом поднимался ко входу общежития. Карло шел впереди и первым столкнулся с тем человеком.

- Фредерик, - сказал он с глубоким уважением, пропуская его внутрь.

- Что ты здесь делаешь, Карло? - раздался холодный голос.

Ада наконец увидела Фредерика и поняла, что этот тот самый, о котором так восхищенно писал Генри. Высокий, темноволосый, со сжатыми губами. Его лицо, худое и вытянутое, выглядело болезненным. Когда он посмотрел на Аду, у нее в груди словно что-то оборвалось. От этого взгляда стало не по себе. Будто она оказалась в безвоздушном пространстве и не может вдохнуть или выдохнуть. Ада резко сделала шаг вперед, чтобы оцепенение, сковавшее ее, исчезло.

- А вы кто? - уже спокойно спросил Фредерик, но Аде хотелось поскорее уйти.

- Ада Грендел. Извините, мы спешим. Идемте, Карло, - спокойно сказала она, стараясь неторопливо обойти его.

Ада очень надеялась, что Фредерик не заметил, как она замерла. Или хотя бы не предал этому значения. Наверняка она не первая, кого напугал его угрожающий взгляд. Пока они шли к зданию колледжа, Ада все еще чувствовала, будто на нее смотрят. «Как может сочетаться безграничная пустота и угроза? Стоит узнать о нем побольше, и страх исчезнет, как и перед любой другой неизвестностью. До того не хочу с ним сталкиваться».

- Фредерик и правда прекрасен, - сказал вдруг Карло. - Кажется, что сделаешь все, что бы он ни попросил.

- В этом нет ничего прекрасного, - с презрением ответила Ада, неожиданно даже для себя. - Вы, как слепые, не замечаете очевидного: он ужасен.

- Да, поначалу страшно, - ничуть не обиженный ее тоном, Карло говорил с улыбкой, - но потом понимаешь: страшно потому, что он восхитителен и превосходит нас с вами. Или даже всех людей на свете.

- И чем же? Чем он лучше вас, например?

- Всем.

- Видимо, это вы не слишком выдающийся человек без талантов и способностей, к тому же считаете кого-то своим господином, хотя не служите ему. И не хотите видеть его недостатки.

Ада не хотела говорить так прямо и грубо, но эмоции, будто волна, накрыли ее с гловой, и она не могла прийти в себя. Что-то чужеродное лишило ее возможности рассуждать здраво, заставило сосредоточиться на всепоглощающем страхе, вызванном чем-то обыденным и оттого еще более жутким. Отчего он возник? Ада не знала, и потому он смог овладеть ею.

Карло остановился и посмотрел на Аду как на глупого и беспомощного ребенка, которому только предстоит познать те истины, которые открыты ему самому.

- Моя ничтожная жизнь будет принесена в жертву ради более благородного человека и его целей. Самый лучший вариант — исполнение желаний и воли Фредерика.

- Как хотите, - Ада пожала плечами, чувствуя, как отвращение к Карло глубже укореняется в сердце. Его слова о зловещем лесе вызвали у нее усмешку. Ей следовало бы и над этим посмеяться, но вместо веселья из глубины ее души поднялось раздражение.

Столовая находилась в большом зале. Ада и Карло вошли туда из коридора, и их обдало теплым воздухом, пахнущим едой. Было тихо, за столами сидело всего несколько человек. Ада заняла первый попавшийся стул, только теперь почувствовав, как болят ноги. Карло куда-то исчез, и ей ничего не оставалось, кроме как сидеть и рассматривать стены.

Окон в зале почему-то не было. Ада не оглядывалась и старалась сидеть тихо, чтобы не привлечь внимание. Но обедавшие даже не посмотрели на нее. Они о чем-то оживленно говорили.

- Сегодня вечером... Нет, мы только... Да он рано или поздно сам... Все равно... Чего жалеть? Он уже не... И все же... - донеслось до Ады. Спор продолжался, но через несколько минут один из говоривших встал, возмущенно что-то сказал напоследок и отошел от стола, когда заметил Аду.

Он был совсем близко, когда голос Карло:

- Джозеф! Джозеф, это Ада, сестра Грендела.

- Рад встретиться, - действительно радостно сказал он, сев напротив.

- Я тоже.

Ада слегка улыбнулась в ответ. Джозеф сразу ей понравился. Он говорил искренне, смотрел прямо и тепло. Аде стало легче, и впечатления от холодного взгляда Фредерика и безжизненных глаз Генри сгладились.

Карло поставил на стол поднос с чайником, чашками и тарелками.

- Ты не бойся - сказал Джозеф, после того, как их представили, - с Генри все будет в порядке. Часто бывает, что от сильных потрясений здоровье ухудшается, но это пройдет.

- Я знаю, но сейчас меня беспокоит кое-кто другой.

- Карло говорил что-нибудь странное...

- Мы встретили Фредерика, - пояснил Карло, - и он вышел из зловещего леса.

Ада следила, изменится ли лицо Джозефа при упоминании имени Фредерика, но ему, кажется, было все равно.Карло снова скрылся из виду.

- Только он может выйти оттуда и остаться в живых. Остальные, кто заходил в зловещий лес, быстро умирали, - послышался глухой голос совсем рядом. - Они падали с обрыва, тонули в реке или попадали под поезд — все погибали! И Генри ждет та же участь.

Ада резко обернулась на голос. Девушка за соседним столом, загадочно глядя на дно чашки, продолжила:

- Это неизбежная судьба всех, кто прикоснулся к тайне зловещего леса.

- Августа снова видела вещий сон, - с улыбкой обратился к ней Джозеф. - На этот раз тоже земля поглотила Этенит и Кендхель, и над разломом кружили тринадцать воронов?

- Нет, - Августа, шурша неудобным платьем, села рядом с Адой и пустыми глазами уставилась на нее.

- А что тогда?

- Убитых птиц, - глядя прямо в глаза Аде, произнесла она. - Из-за их тел нельзя было увидеть траву под деревьями. Они лежали повсюду в лесу, куда ни один луч света не пробирался, - у нее задрожали губы. Ада даже подумала, что она заплачет. Но Августа почти тут же успокоилась и налила себе чай.

- Кстати, Елена вчера приехала, почему ты одна? - сменил тему Джозеф.

- Она отдыхает. Ада, вы хотите чай?

Августа, не дожидаясь ответа, поставила перед ней наполненную чашку.

- Кстати, Джозеф, ты пойдешь сегодня к Марте? Мне бы передать ей кое-что...

- Карло, кажется, заблудился, - Джозеф вдруг поспешно встал. - Пойду поищу его.

- А Елена это?..

- Единственная студентка Этенита, уже третий год здесь учится, - с гордостью сказала Августа.

- А вы?

- Я слушатель, как и вы.

«Наверное, Елена очень умная. Или училась в школе, или сдавала вступительные экзамены. Даже Генри с трудом их сдал, хотя очень старательно учился, и его хвалили все учителя. Может, хотя бы Елена не такая странная, как другие?»

***

После обеда Ада решила идти домой. Пред уходом ей хотелось еще раз зайти к Генри, но она почему-то подумала, что, наоборот, снова разбудит, помешает, и, попрощавшись с Джозефом и Августой, пошла к выходу. Карло хотел ее проводить и шагал рядом. Аде он уже надоел за несколько часов знакомства, и она надеялась, что он останется, но нет.

Путь до города по дороге был короче, так что они пошли по ней. После недолгой передышки в столовой Аде снова пришлось идти. Она чувствовала себя очень уставшей: голова начинала кружиться, ноги ныли, а чемодан казался раз в пять тяжелее, чем когда Ада шла в колледж.

Карло что-то говорил, но Ада не слушала, стараясь сосредоточится на мыслях.

«Красивое место, но люди странные. Нужно будет как-нибудь заглянуть в этот зловещий лес. Интересно, что там такого. И правда ли, что из-за простой прогулки по лесу кто-то может умереть?.. Фредерик по-настоящему пугает. Кто он вообще? Откуда приехал? Почему выбрал это место? Без него все жуткие мелочи вроде снов Августы или леса не были бы такими. Скорее, все выглядело бы обычным. Присутствие этого человека... Его не должно было быть здесь. Он чужой. Почему чужой? Не знаю, мысли странные в голову лезут. От усталости, наверное».

Подул ветер, и Аде стало немного легче. Поле с еще зеленой травой, как вышитое полотно, протянулось до горизонта. Слева возвышались холмы, по которым Ада шла раньше. На дороге было свежее и просторнее, чем в колледже. Аде вспомнилась комната Генри, темная и похожая на коробок для жуков. Почему она такая маленькая? Почему она такая пыльная? Карло мог бы об этом позаботиться.

- Послушайте, - сказала Ада, перебив Карло. - Вы ведь можете проветривать комнату в общежитии. И хотя бы иногда раздвигать шторы. Генри болеет не только из-за своего состояния, но и потому, что он целыми днями... Это наверняка давит на него.

- Он сам просит, чтобы в комнате не было солнца. Поговорите с ним в следующий раз о том, что нужно лечиться, - рассеянно ответил Карло, - меня он не послушает.

- Вот как.

«Раньше Генри ненавидел темные помещения, так почему сейчас просит не открывать шторы?»

- Кстати, Генри говорил что-то о Фредерике? Он тоже хотел бы отдать жизнь ради его целей? - Ада не знала, почему вдруг этот вопрос пришел ей в голову, просто как-то соединились слова восхищения из письма Генри и пафосная речь Карло.

- Нет. Генри даже рядом с Фредериком думал о себе. Он бы не стал чем-то жертвовать для него, как и вы.

- Спасибо за все, увидимся после. Я не хочу вас больше задерживать, - сказала Ада, ускоряя шаги.

Она шла как можно быстрее, будто за ней кто-то гнался, и не помнила, как добралась до города. Ада легко ориентировалась и без труда вышла на площадь, к дому, где была ее комната.

Она поднялась к себе, оставила чемодан на стуле и, едва расстелив одеяло, упала на кровать и уснула. Долгая поездка и прогулка оказались слишком утомительными.

***

На следующее утро Ада спустилась в комнату управляющего и спросила у него, кто может помочь ей с уборкой. Тот позвал жену и она ответила, что попросит прийти Марту. Ада вернулась к себе. Это имя не давало ей покоя, казалось очень знакомым.

Через полчаса в дверь постучали, и вошла девушка. У нее были длинные светлые косы, перевязанные синими лентами. Ада редко видела такие волосы. Заглядевшись, она даже не сразу поняла, что девушка что-то ей говорит.

- Меня зовут Марта, - повторила она, поняв, что Ада не расслышала. - Я помогу с уборкой.

- А, спасибо. Но это я, скорее, буду помогать.

Марта тут же взялась за работу: вынесла во двор сушиться одеяла и матрас, вымела пыль из углов, протерла полки в шкафу и пол, помыла окна и застелила постель. Ада за это время успела только расставить вещи и книги на столе.

Марта была по-прежнему бодра и предложила принести чай. Ада отказалась, только начав говорить об оплате ее работы, но Марта убежала и скоро вернулась с чайником, чашками и куском пирога.

- Вот! - сказал она радостно, поставив все на стол. - Теперь можно и отдохнуть немножко. Вы, наверное, устали. Хотите, я каждую неделю буду приходить и помогать? Даже платить не нужно. У меня есть деньги. Я учусь на фабрике и получаю деньги. Пока у меня много свободного времени, но совсем скоро стану там работать. Я никогда не подумала бы, что это так интересно. А вы чем занимаетесь? Наверное, вы учитель?

- Нет, - Ада с трудом старалась расслышать и понять, что говорит Марта. - Я в колледж...

- Ого! Я почти угадала!

- Кстати, вы ведь кого-нибудь там знаете?

- Конечно! Моя семья отвозит туда продукты, так что я и сама там бывала.

Аде вспомнился разговор в столовой.

- И Джозефа...

- Да, - выпалила Марта и резко замолчала, будто выдала секрет.

Кажется, теперь она поняла, почему Джозеф ушел, стоило Августе произнести имя Марты.