Травница

Глава 13

Где-то среди буяющего сада стояли две фигуры: мужчина и женщина.

Цветы, одуряюще пахнущие, склонялись к их ногам, ветер трепал лепестки, будто подслушивал их тайну.

— Скажи мне, когда мы уже сможем быть вместе?

В её голосе дрожали слёзы, словно капли росы на рассветных листьях.

— Ещё немного потерпи... ещё немного — и заберу тебя, мы сбежим, — он ухватил её лицо в свои ладони и прильнул губами к её губам, так горячо, будто вот-вот ему нужно её оставить.

Поцелуй был полон отчаяния, цепляющегося за воздух.

— И ты так отпустишь меня снова к нему? — в перерыве между поцелуями спросила она, вздохнув.

Слова её сорвались с губ, как будто она пыталась успеть сказать их прежде, чем снова утонет в его объятиях.

— Ты знаешь, мне это не просто так даётся...

Он закрыл глаза на мгновение, будто прятал за веками боль.

— Ну сделай что-нибудь тогда! Я ношу ребёнка под сердцем. Если он узнает... если он узнает... то... — он перебил её поцелуем.

Поцелуем — молчаливым, как клятва. Горячим, как приговор.

— Не волнуйся, милая, ещё немного — и мы сбежим. — Он целовал её в лоб, щёки, в макушку, всё её лицо.

Словно пытался запомнить её прикосновением, по крупицам сохранить её черты до следующей встречи — если она будет.

— Я буду ждать...

******

Я теряла очертания из лиц, почему-то разум не успевал схватить их образы... словно лица рассыпались в дымке, стоило мне попытаться запомнить их. Будто сон, где всё важное ускользает при пробуждении — и остаётся только смутное чувство утраты.

— Эвелин...? Эвелин?

Я медленно раскрыла глаза и попыталась подняться. Кто-то заботливо коснулся спины, помогая приподняться. Руки были тёплые, неуверенно-бережные, как будто я была стеклянной. Держась за виски, я повернула голову в сторону обеспокоенного Арчи. Затем я убрала руки от лица и посмотрела на них. Кожа была прохладной, а пальцы дрожали. Вчера... я, кажется, потеряла сознание?

— Ты в порядке? — спросил он, сев на кровать, придерживая меня за плечо, будто я могла рассыпаться без надлежащей опоры.

— Ммм... Сколько я пробыла без сознания?

— Что?

— Это ты меня принёс сюда?

— О чём ты? — Арчи странно смотрел на меня, будто не понимал, о чём речь.

— Ну... я имею в виду, ты принёс меня сюда, когда я потеряла сознание?

Арчи снова обеспокоенно посмотрел на меня.

— Ничего не понимаю. Я пришёл и увидел, что у тебя лицо в крови, испугался и стал будить тебя. Но ты уже была здесь. Но, судя по твоему виду, ты всё-таки выходила на улицу? Что случилось?

Неужели меня сюда принёс Севаль?.. Неожиданно я посмотрела на плед, что был на мне накинут. Наверное, тоже его рук дело. Он заботился обо мне... но зачем ему это? Вчера мы договорились действовать сообща, и, может, поэтому ему небезразлично моё состояние. Ведь я пригрозила: если умру — он останется один со своим проклятием. Если уже даже он стал заботиться... я точно не имею права на ошибку.

— Кхм, Эвелин? Всё в порядке? — спросил Арчи, наблюдая за мной.

— Да, — кряхтя, я медленно встала с кровати, и он стал рядом, чтобы поймать меня в случае чего.

— Мне нужно привести себя в порядок, чтобы чувствовать себя увереннее, — сказала я, собираясь идти на улицу.

...И поесть бы. Вчерашние яблоки вкусные, но одними фруктами и сушёными ягодами долго не протянешь.

Мы шли по тёмному коридору, а Арчи шёл за мной. Я остановилась и посмотрела на него.

— И ты... ты на меня разве не злишься? — голос вышел тише, чем я ожидала. Странно, что он так переживает за меня. И главное — почему?..

— Конечно же нет. Ты приняла правильное решение. Я и сам бы не хотел, чтобы из-за меня ты была на улице. Но, впрочем, он меня впустил, и я рад, — он говорил это так твёрдо и уверенно. Голос его не дрогнул — будто он заранее был готов к моему решению. — Не беспокойся.

— Ммм... — я вздохнула. Ну хоть с ним у меня как-то отношения получше будут. — Ты это... извини, если я не оправдала твоих ожиданий... и спасибо за цветы, — добавила я.

— Какие цветы? — он приподнял бровь, как будто и правда не понял, о чём речь.

— Тогда, в трактире, когда мы встретились. Ты оставил мне пучок лаванды.

— А... это... — он усмехнулся.

Улыбка вышла тёплой, почти застенчивой — и казалось, в душе он был рад, что я это вспомнила.

Мы вышли из замка — вокруг уже всё освещало солнце. Тепло расстилалось по камням, разливалось золотом по тропинке, переливалось в бликах на мокрых листьях. Пахло влажной землёй, камнем и цветами, что напивались росой и солнечным светом. Лес внизу склона просыпался лениво, в утренней дымке, как будто сам ещё не верил, что ночь закончилась.

— Мне к озеру — искупаться. Хочешь со мной? — Арчи изумлённо уставился на меня, и, казалось, его это смутило.

— Даже не знаю...

— Пойдём, — я махнула рукой, показывая ему идти за мной, и уже пошла вперёд.

— Постой, Эвелин, — он стоял, а я посмотрела на него уставшим взглядом. Сейчас мне только прохладная вода придаст бодрости.

— Сегодня я вернусь поздно... Мне нужно на другой конец острова.

— Что? Зачем? — я прищурилась — то ли от солнца, то ли от интереса.

— Я искал тебя по острову, но мои вещи остались у лодки. Приду ночью. Можешь за меня не волноваться.

«Хех. Как будто я собиралась».

— Ну тогда ладно, — я развернулась и ушла. Под ногами шуршали мелкие лепестки и увядшие листья. Он стоял и смотрел мне вслед, словно ждал ещё чего-то. Но вскоре пошёл за мной — ведь дорога к лесу лежала через озеро.

Мы спускались вниз по тропе, что змеилась вдоль склона, а камни перекатывались под ногами. Слева темнели склоны, справа раскидывалось водное зеркало, тихое, как дыхание перед сном. Где-то звенела птичья трель, и влажный воздух напоминал лес после грозы.

«Вечером-то я и спрошу, видит ли он сны... А сейчас хотелось просто выдохнуть.»

Мы дошли до озера и разошлись. Когда его силуэт скрылся из виду, я сняла одежду и принялась её стирать остатками мыла, выкладывая на камень. Камни под ногами были ещё прохладны, а воздух наполнял свежий, чуть сыроватый запах утреннего леса. Затем вошла в озеро. Холодная вода впилась в кожу, я содрогнулась — утреннее солнце ещё не успело прогреть воду.

Вода обволакивала меня, холодная и живая, словно в ней жила сама прохлада. Я стала намывать волосы, вспенивая их, возвращая телу и волосам их чистоту. Запах лаванды окутал меня, а вода вокруг помутнела от мыла. Пару раз я нырнула под воду, наслаждаясь прохладой, а когда вынырнула, услышала чьи-то шаги.

«Опять Арчи? Та что ж такое, уже второй раз не могу нормально помыться, чтобы он не мешал. Я так понимаю, прошлой ночью из леса это он звал меня по имени, а я сбежала, чем усугубила его поиски меня... ну ладно.»

Когда в очередной раз вынырнула, услышала чей-то мужской голос с едва скрываемым сарказмом:

— Ммм... Даже к озеру его позвала? Вчера не ты ли оставила его под дождём? Любопытно, как быстро ты меняешь гнев на милость. Всегда так — сначала ранишь, потом зовёшь ближе? Или это исключение только для него?

Мне не нужно было даже убирать волосы с лица, чтобы понять, кто передо мной. Он стоял, сложив руки на груди, и изредка бросал поверхностные взгляды в мою сторону. Чёрные спутанные волосы падали на лицо, слегка прикрывая глаза.

— Надеюсь, ты хотя бы сидел удобно, пока подслушивал. Было бы обидно, если бы король простудил уши ради таких разговоров. — Я поправила волосы, оставаясь по шею в воде. Севаль чуть заметно дрогнул и отвёл взгляд.

— Не знал, что теперь мне требуется разрешение, чтобы ходить по своим же землям. Или ты уже успела назначить Арчи новым владельцем? — его голос был сдержанным, но руки сжаты в кулаки, что выдавало его напряжение. 

Я закатила глаза. Ну какой же он... Как подобрать слово? Приставучий? Нет, самодовольный. Вот он старается сохранить спокойствие, а мне так и хочется заставить его нервничать. Я заметила, как он пытается не смотреть на меня.

— Ну, раз это так тебя беспокоит, что я пригласила Арчи, а тебе не соизволила предложить, — сказала я, — то вот тебе повод. Заходи в озеро, если уж так хочется. — Я вышла из воды, так что ключицы и плечи оказались на виду. Севаль отвернулся, и его лицо резко помрачнело.

— О, неужели ты думаешь, что я за этим? Уж извини, но такие «приглашения» я пропускаю мимо. — Его голос стал даже чуть более холодным, чем раньше, а взгляд всё ещё избегал меня.

Каждое слово было как лёгкий удар по его самообладанию, но он всё ещё не позволял себе сдаться.

— Я пришёл, чтобы сказать, что жду тебя в библиотеке. Там более удобное место для... кхм... разговоров. — Хоть он и пытался держаться, я чувствовала его смущение. Казалось, весь остров это чувствовал. Его можно понять: я бы тоже была в ступоре, увидев, как моется Севаль или Арчи... Ведь когда звала Арчи к озеру, я не имела в виду мыться вместе. Просто сказала бы отвернуться — так он был бы на виду, а не где-то там, потом застал бы меня ещё неодетой. А так — при мне, и никаких неожиданностей. Но просчитала Севаля — не думала, что он тут ходит.

«Библиотека — так библиотека.»

Как только Севаль повернулся ко мне спиной и ушёл, я нырнула в прохладу озера, окружённого высокими склонами, где солнце едва касалось воды. Хотя его часть была в тени, жара успела нагреть мою голову.

Я открыла глаза, чтобы увидеть дно, но вокруг вода помутнела от моих хаотичных движений. Когда муть начинала рассеиваться, мне не хватало дыхания, и когда я хотела вынырнуть, что-то холодное схватило меня за ногу.

От шока я открыла рот, и вода быстро наполнила его. Я стала усерднее грести наверх, но почувствовала, что не одна — несколько рук хватают меня за ноги. Я пыталась бороться и вырваться. Сердце бешено стучало от страха и непонимания, лёгкие горели от нехватки воздуха. Я слышала неразборчивый шёпот, глухой, словно исходящий из самого дна озера.

«Неужели что-то хочет меня убить? Я так и погибну, потому что меня что-то утаскивает вниз? Я даже не успела что-то сделать, чтобы освободить остров...»

Я устремила взгляд на свет, как он отдалялся... Я всё дальше от него и ближе ко дну... Пыталась ногами оттолкнуться и освободиться... Единственное ближайшее озеро, в котором можно было купаться, теперь казалось опасным.

В голове кружилось, я попыталась расслабиться и посмотрела вниз — там никого не было, хотя я чётко чувствовала чьи-то руки на ногах, которые тянули меня.

Казалось, это всё... Я чувствовала холод глубины, вокруг была темнота и ледяной мрак, что пронзал тело насквозь. Мне уже не было чем дышать, хватка ослабла, и я пыталась вырваться, но, увы, не могла...

Тишина... Всё было тихо. Слишком тихо. Ни боли, ни мыслей. Только пустота.

И тут, словно в полусне, я чувствовала, как что-то обволакивает меня, падая тяжестью на плечи. Не было силы ни вздохнуть, ни открыть глаза — лишь тишина и яркий свет.

Мне было так холодно, что тело дрожало, будто я ещё не совсем умерла, но уже на грани. Воздуха нет. Внутри — пусто. Ничего.

Я чувствовала сначала тяжесть, что легла мне на грудь, а затем тепло... такое приятное, словно внутри меня было солнце. Я ощущала, как тело наполняется силой, как оно согревается. Вся вода, что накопилась в лёгких, будто пыталась испариться под натиском тёплого потока, стремительно текущего по моему телу.

Воздух режет горло. Я кашляю судорожно и хватаюсь за горло. Слёзы на глаза, вода изо рта. Я жива...

Сквозь размытое зрение я увидела Севаля в мокрой одежде. Влажные чёрные волосы липли к его лбу, а побелевшие от напряжения пальцы сжимались. Он смотрел на меня с выражением сдержанной ярости — такой, что словно пытался скрыть бурю эмоций под маской спокойствия.

Я хотела что-то сказать, но смогла только хрипло выдохнуть и снова упала на траву. На мне был накинут его плащ — наверное, он, когда нырял за мной, сразу прикрыл меня. Меня это почему-то смутило. Плащ, естественно, был мне великоват, но в него можно было свободно завернуться, словно в тёплую защиту от всего мира. Он хранил запах дождя, прошедшего здесь тысячи раз, и старых, пыльных страниц.

— Если это был твой способ пригласить меня искупаться — предупреждай заранее. Я бы хотя бы рубашку снял. Ты уверена, что не проклята? Вчера приходишь, шатаешься, падаешь, сегодня тонешь... Один раз — случайность. Два — уже система, — сказал он, встряхивая капли с волос.

— Ты... касался моих губ, когда пытался вернуть мне дыхание? — спросила я, не поднимая глаз, проводя пальцами по губам, будто просто проверяла, всё ли на месте.

— Что?.. — Севаль чуть дёрнулся, будто его ударило током. — Нет, конечно. Я обошёлся без лишних... прикосновений. К счастью, магия — вещь избирательная.

— Обнадёживает, — кивнула я. — А то мало ли. Вдруг ты воспользовался моментом.

Он фыркнул и отвернулся, но слишком резко — будто хотел скрыть реакцию, которая на секунду выдала его настоящие чувства.

— Поверь, если бы хотел — ты бы точно очнулась не с таким кислым выражением лица.

— А, то есть ты приглядываешься? — прищурилась я. — Анализируешь мимику в критические моменты?

— Только чтобы убедиться, что ты ещё в состоянии язвить. Значит — жива.

Я старалась медленно встать, подняла свои вещи, которые слегка подсохли на камне, и ушла в ближайшее укрытие переодеться.

— Наверное, ты давно мечтал о чём-то более захватывающем, чем мирное существование? — крикнула я ему из-за кустов.

— Мечтал? Может, немного. Но твоё определение «захватывающего» слишком рискованное для меня, — услышала я его голос, натягивая на себя влажное платье. Хорошо, что подрезала — так хоть не было длинного мокрого подола, который собрал бы всю грязь.

Я вышла, держа в руках мокрый и тяжёлый от воды плащ, и протянула его Севалю. Он лишь кинул на меня быстрый взгляд и небрежно закинул плащ на плечо, словно холод ему был не страшен. Его мокрая рубашка прилипла к телу, отчётливо очерчивая силуэты пресса.

«Не то чтобы я хотела это замечать, но он нарочно стоял так, будто демонстрировал вырезанные из камня мышци.»

— Может, ты прекратишь? — вырвалось у него, он явно старался сохранить лицо.

— Прекратить что? — я нехотя оторвала взгляд от его... внезапно очень выразительного торса и посмотрела ему в глаза.

— Разглядывать меня! — Он бросил в меня возмущённый взгляд и резко прибавил шагу, как будто расстояние могло спасти его от моего взгляда.

— О, прости, я задумалась, а ты влез в поле зрения, — и улыбнулась про себя.

«Я всего лишь оцениваю, а не впечатляюсь.»

Мы шли до замка, Севаль шёл вперёд, ускоряя шаг, так что всю дорогу я задумчиво смотрела на его спину.

— Я даже спиной чувствую, как ты пялишься! — сказал он, не останавливаясь, но я шла, погрузившись в свои мысли, и не услышала его.

«На склон всегда так тяжело подниматься, особенно после того, как расслабленно плавал в озере... если это можно назвать расслабленно... Что это вообще было? Кто тянул меня в озеро? На этом острове никогда ничего просто так не происходит.»

— Ай! — я врезалась в спину Севаля. — Чего стал? — возмутилась я.

— Ты под ноги смотри. И желательно — до того, как врежешься. — Он развернулся и осмелился посмотреть на меня.

Я чуть наклонила голову, словно прислушиваясь — или дразня его этим молчанием.

— Я оставлю дверь в библиотеку открытой, — сказал он почти небрежно, но глаза его выдали больше, чем он хотел, и ушёл внутрь замка.

— Библиотека — это, конечно, хорошо, но стоит забежать в тот фруктовый сад и ещё немного поесть.

Сад был напоён дождём и освещён солнцем — смешение света и влаги придавало ему особое очарование. Ветви фруктовых деревьев ещё дрожали под каплями, листья блестели, как стеклянные. Аромат сырости и спелых плодов кружил голову. Я сорвала пару яблок и собиралась уходить, но мой взор привлёк вход в цветочный сад.

Я без раздумий вошла в него. Вокруг стоял густой туман — странно, что только здесь он был таким плотным, словно это место было мёртвым и проклятым. Даже ярко-красные розы и сирень, обычно такие живые и ароматные, блекли под мглою и серостью тумана. Цветы, будто выцветшие на старинной гравюре.

Я зашла дальше — тут плющ в перемешку с растениями сада переплёлся, словно проклятие боролось с жизнью. Под ногами была тропинка, из которой пробивался бурьян. Место казалось знакомым... будто я здесь была раньше. Я внимательно осматривала всё, запоминая каждую деталь.

«Теперь я буду внимательна к знакам, что попадаются на пути... Сон утром... шёпот и руки в озере... точно, а ведь тот буяющий сад — это, наверное, и есть он. Мужчина и женщина..это Ноелин и Стефан? Почему остров стал показывать мне это? Или это не остров? Не пойму...»

Я заходила всё дальше. Туман сгущался настолько, что я уже ничего не видела. Нужно вернуться — воздуха не хватало, чтобы полноценно дышать. Я шла, но казалось, что иду не в ту сторону, словно в ловушке мглы. Шаги мои отдавались глухо, как будто земля подо мной была далёкой и тяжёлой. Ветки невидимых кустов царапали ноги, влажные листья касались кожи, словно кто-то осторожно тянулся ко мне.

Я шла, пока не почувствовала под ногами холодный камень. Туман начал рассеиваться, и я оказалась в окружении цветов, возле заброшенной беседки. Она была покрыта мхом и почти скрыта от посторонних глаз, словно хранила в себе древние тайны. Сама природа будто старалась спрятать её от чужих глаз — листья густо сплелись над куполом крыши, между колоннами прорастали лианы, тишина здесь была почти священной. Колонны, изящно резные цветочными узорами, поддерживали круглую крышу, по которой бегали прожилки трещин. Кое-где сквозь древесину проглядывали заросшие паутиной узоры — кто-то когда-то вложил в это место любовь и искусство. Внутри стояли затёртые, прогнившие деревянные лавочки — красивые, несмотря на запустение, словно сохранившие в себе отголоски давно ушедшей жизни.

Это была забытая жемчужина сада, покрытая временем, но не утратившая своей красоты. Всё вокруг говорило: здесь когда-то было сказочно красиво. Здесь ждали кого-то... и так и не дождались.

Я зашла внутрь, внимательно осматривая беседку. Пока я смотрела вверх, под ногами что-то хрустнуло. Я опустилась и подняла тусклое от времени кольцо.

«Серебро потемнело, покрывшись дымкой времени, будто вбирая в себя забытые воспоминания. Но топаз... он по-прежнему сиял — чистый, как взгляд небес, не поддавшийся векам.»

Я надела его на палец — слегка маловат, но это не критично. Интересная находка — я отродясь таких невероятных украшений не носила...

«Если тот торговец забрал у меня чувство влюблённости, тогда почему я так влюбилась с первого взгляда в это кольцо?»

Я стала возвращаться, и казалось, туман рассеивался. Он больше не сдерживал меня, как будто отпуская, позволял уйти, но не без следа — будто оставил на коже тонкий след холода. Может, он не пускает внутрь, а обратно выпускает? Или как?

Ладно, я поторопилась — ведь и так опаздывала на встречу с Севалем.