Глава 7
Страх застыл в глазах в то время, как Мэй успела выключить свет в просторной комнате, обогащённой различными видами оружия. Мигом подбежавшая к подруге Чои, ухватила её за руку. Обе девушки зажались в углу, закрывая рот рукой и слепо переглядываясь.
Чонгук же стоя на месте прожигал ведущую внутрь дверцу взглядом, слушая стук одинаково бьющихся девичьих сердец.
И всё же свет проникает внутрь. Белокурый парень просунул голову и уже щурясь пытается что-то выискать.
- Разберёшься с ней позже, - в маленьком проёме показалась теперь уже чья-то тёмная макушка и, скорее всего, Чои даже знает чья, ну или,по крайней мере, догадывается, - тебя к телефону, - протягивает руку.
- Давай, - раздражённо протянул Пак, выхватив из рук друга мобильник и, словно на автомате, произнёс короткое "да", отвечая на звонок.
Мин выпрямился, ногой закрывая дверцу в полу, и поправил ковёр. Пройдясь взглядом по разбросанным вещам хмыкнул, одновременно с тем закатил глаза, поражаясь конспирации одной из двух особ, её точно нельзя отправлять на разведку, особенно под прикрытием..
- Они ушли? - прошептала Мэй, но подруга лишь легонько ударила её по руке, чтобы та замолчала.
Чонгук незаметно вернулся в свою комнату и принялся наблюдать за темноволосым парнем, что аккуратно складывал разбросанную мужскую одежду. Шатен уже было хотел подойти ближе, чтобы попытаться вспомнить человека, который успел смутно отразиться в памяти, но голос белобрысого заставил обоих парней обратить на себя внимание.
- У нас проблемы, и если сейчас же мы не окажемся в штабе, то расхлёбывать их будем долго и упорно, - вернул телефон, после чего внимательно обозрел комнату лучшего друга.
Чон свёл брови, уже продумывая план своих дальнейших действий, ему придётся последовать за парнями, чтобы ничего не упустить, это прекрасный шанс пройти на шаг вперёд к желанной правде, заключённой в поисках самого себя.
- Мы разгребаем их каждый день, - смирительно произнёс, вытянувшись во весь рост, но как только он это сделал, взгляд его поймал блеснувшую на свету бижутерию, покоившуюся под тёмной тканью свитера.
- Жду в машине, - похлопал по плечу и покинул помещение.
Мин тут же поднял ткань, подбирая с пола сверкающий в лучах солнца кулон и прокрутил между пальцами, пытаясь понять что это за штуковина такая в виде крутящихся песочных часов.
Чонгук нахмурился, а после прикрыл закатывающиеся глаза и сжал челюсти. Тупость и невнимательность Чои теперь ещё больше раздражает, эти качества её нехило подводят, таща за собой и Мэй.
Юнги кинул найденную вещицу в карман кожаной куртки и спустя пару секунд хлопнул дверью. В комнате абсолютная тишина, ни единой души, даже след Чонгука простыл, и лишь двое глубоко вздыхают и расслабляют все конечности тела. Мэй похлопала себя по горячим от волнения щекам и со звуком выдохнула весь воздух, который не так давно застыл в её лёгких. Чои чертыхнулась и приподняла дверцу, пытаясь убедиться в том, что они одни в этой скромной комнатке.
- У меня чуть сердце в пятки не ушло, - вылезла, потянув за собой Мэй.
- Ещё немного и я бы инфаркт схватила, - длинноволосая отряхнулась, а после ринулась к окну. Сверху 2 этаж кажется намного выше, даже как-то страшновато лезть обратно.
- Подожди! - воскликнула Пак, исследуя ладонью свою шею, - мой кулон!
Девушка бешенно забегала глазами по комнате, судорожно проходясь руками по ковру и попутно откидывая оставшиеся вещи в сторону.
- О, нет-нет-нет, только не это, - заглянула под кровать, после чего бросилась в сторону тайника.
- Ты уверена, что потеряла его здесь? - Ли Мэй принялась помогать подруге с поисками пропавшей вещицы.
- Нет, - упала на колени, - Чимин никогда не дарил мне подарки, это был первый, - лицо погрустнело, а подбородок задрожал, потеря кулона слишком большая проблема для Чои, и как её решить, она понятия не имеет.
* * *
Размеренными шагами Чонгук следовал по пятам за двумя молодыми парнями, которые так увлечённо переговаривались насчёт какой-то компании, занимающейся перевозом очередных наркотических веществ, это, конечно, заставило шатена навострить уши, но ничего полезного для себя не узнал, разве что о том, что брат Чои далеко не святой человек, и, видимо, она об этом совсем ничего не знает. Понял одну вещь - девушки лезут туда, куда не следует, всё это его ошибка, но пути обратно нет, Чон должен найти себя и вернуться, чего бы это ни стоило.
Штабом оказалась внушительных размеров постройка, замаскированная под выстовочное здание, где нередко проходят выставки знаменитых художников и скульпторов. Интерьер оказался достаточно строгий, дизайн выполнен в контрастных тонах: от тёмно-красных стен до кремового мраморного пола; в углах стен всякого рода скульптуры, находящиеся в защитных стеклянных кубах, а картины известных личностей красиво обрамлены рамой.
Отрывки памяти снова ударили в голову шатена, от незнакомых, да и непонятных ему ощущений пришлось замедлить шаг и на пару секунд остановиться, пазл воспоминаний склеивается: мужские голоса и незнакомые крики следовали друг за другом фрагментами жизни, уже знакомые, окружающие его картины крутились в голове так, будто вот-вот и парень потеряет сознание, они сменялись новыми и снова новыми произведениями искусств, что так часто меняют работники данного офиса;
- Чонгука не хвататает, - на тяжёлом выдохе произнёс Мин, чем привлёк внимание уже приходящего в себя шатена, - он бы давно поставил на место этих засранцев.
- Да уж... - поддержал Пак, - слишком долго лежит в коме.
Чонгук поднял брови и чуть приоткрыл рот, до этого момента он абсолютно ничего не знал о своём состоянии и о том, что с ним действительно происходит, эти двое точно знают о местоположении тела пропавшей души, именно поэтому Чон от нетерпения принялся кусать губы и изредка сжимать пальцы на руках.
- Ещё эта Ли Мэй, - как назло перевёл тему блондин, - не нравится мне эта девчонка, она, должно быть, подослана кем-то, надо бы её проверить...
- Блять, - чертыхнулся Чон, понимая, что навлёк на девушку множество неприятностей, а от незнания многих вещей, брюнетка может только усугубить ситуацию.
- И сестрица твоя туда же, - верно подметил Мин, невольно нащупав в кармане найденую в комнате друга вещь.
- С ней у меня будет отдельный разговор, - сердито произнёс, - она не должна узнать о том, чем мы занимаемся, ты обещал следить за ней.
- Кажется, она меня терпеть не может, - издал смешок.
- С ней бывает сложно... - подошли к двери, - так, ладно, в этот раз возьму всё на себя.
Пак прочистил горло и сделал глубокий вдох, принимая тот факт, что придётся отчитываться перед боссом после состаявшегося переговора о перевозе запретного груза, где был вычислен шпион, но так и не был пойман.
Чонгук же стоял в недоумении, был немного напряжён после того известия, что Мэй собираются проверить и, судя по тому, что скрывают за своей простой личностью парни, церимониться с ней не собираются, а это огромная проблема как для девушки, так и для самого парня.
Послышалось короткое "войдите", дверь приоткрылась, и оба молодых парня неспеша вошли в помещение. У себя в документах копался статный, на вид лет сорока пяти мужчина. На руках его часы самой престижной марки, одежда сшита под заказ, даже мебель выглядит более, чем просто богато. Мужчина отбросил бумаги в сторону и одарил провинившихся парней безжалостным взглядом, глаза, словно раскалённые угольки, в которых вот-вот вспыхнет пламя.
- Жду объяснений, - стальной голос грубо отдался в ушных раковинах друзей, что уже вошло в привычку.
- Упустил, моя вина, - признался Пак, - подосланный был замечен после того, как все разошлись, слишком поздно его вычислил, я думаю, это дело рук Хосока, босс.
- Думать мало, надо знать! - мужчина по имени Ким Джунхван нервно откинул папки с множеством файлов со своего стола, - вся семья Чон должна лежать у наших ног! Вы должны работать лучше, ни малейшей ошибки!
- Да, босс, - уверенно и чуть расслабленно, уже на автомате произнёс Мин, Чимин лишь повторил за ним.
- Найти шпиона и выбить информацию до последнего его вздоха, усекли? В крайнем случае назначить новое собрание.
- Будет сделано, - ответил блондин, после чего в последний раз ощутил на себе недоброжелательный взгляд и удалился с кабинета, не забыв прихватить с собой и брюнета.
- Мудак, - сквозь зубы произнёс Юнги, за что получил поддержку со стороны друга, - когда-нибудь он захлебнётся собственной кровью.
Чонгук уже не пытался следовать за парнями, он шёл медленно, неспеша, изучая довольно комфортное для него помещение. Воспоминаний больше нет, но зато есть ближайшее будущее, которое шатен с точностью мог предсказать, поэтому снова ускорив шаг, помчался туда, где недавно прибывали студентки.
Теперь дом полностью пустовал. Позвав Мэй по имени, Чонгук убедился в том, что её здесь уже нет. Куда идти не знал, хотя ведь сам когда-то говорил, что звать его не надо - он будет рядом. И всё-таки соврал, и если девушке нужна помощь, то в ту же секунду Чон не появится и не поможет.
Сами же студентки петляли по улицам, болтая о всякой ерунде и вовсе не по делу. Пак почти смирилась с потерей кулона, а Мэй продолжает делать вид, что в полном порядке, отвлекает себя бессмысленной болтавнёй с одногруппницей. Девушки устало бредут по пустым улицам в сторону своих домов, куда идти обеим совсем не хочется, поэтому и походка их развалистая, полуживая. Они слабо друг другу улыбаются, дабы разбавить неуютную атмосферу, выраженную либо болью, либо состраданием, хотя и улыбка эта стремится быть искренней и непринуждённой, от этого и разговор куда приятнее.
- Я собираюсь пропустить лекции завтра, - устало заявила Ли Мэй, с таким-то состоянием ей точно не до учёбы.
- Ты меня бросаешь? - Чои в возмущени приоткрыла рот, а после хмыкнула, загадочность в её взгляде нельзя было не заметить, - тогда и я!
- Я, скорее всего, буду сидеть дома...
- Ну, нет уж, - возразила, - у тебя такой страдальческий вид, поэтому, - задумалась, - в клуб пойдём.
- Опять, - вздохнула; если честно, походы в клуб уже поднадоели девушке, какая-то банальщина - думала Мэй, если отдыхать, то только парк или, к примеру, уютное кафе за чашкой чая.
- Пойдём в другой, не к Чимину, - Пак была не готова разговаривать со своим братом и всем сердцем не желала его сегодня видеть, поэтому, как только придёт домой, так сразу закроется в своей комнате, - у меня есть один на примете, там тусуются не самые обычные люди, и чтобы попасть в список гостей, надо, как минимум, постараться.
- Ну, это не ко мне, - тут же заявила длинноволосая, удивляясь познаниям подруги, ведь она не похожа на заядлую тусовщицу, хотя с таким-то братом и не такое знать будешь.
- Не парься, я всё устрою, - ухмыльнулась, выставляя себя всемогущей девой, - фамилию услышат и всё, лишние вопросы тут же отпадут, не знаю, как это работает и почему, но всё же факт остаётся фактом.
- Ого, - произнесла, почти смеясь, - да ты влиятельная личность, но что такого делает Чимин?
- Может, потому что он работает правой рукой у владельца элитного клуба? - заиграла бровями, делая акцент на предпоследнем слове, да и данный вопрос, скорее, звучал, как убеждение.
- Не думаю, что дело только в этом, - как бы это печально не звучало, всё же, так оно и есть, это правда, от которой нельзя отказываться, а в их случае она является составной частью верного пути, с которого сходить уже поздно.
- Знаешь, раньше я бы возразила, но теперь я полностью с тобой согласна, - не желая это признавать, Чои всё-таки согласилась, ведь поведение брата меняется, а это не к добру.
Ещё немного помолчав, студентки принялись обсуждать свои будущие наряды, в которых собираются посетить клуб и, как выяснилось, гардероб Мэй не самый богатый и разнообразный, но всё-таки она смогла убедить подругу в том, что найдёт что-нибудь подходящее, да вот желания не было искать, как и идти куда-то, хотя в этом не признавалась.
Вернувшившись домой, Ли Мэй вспомнила про спрятанные "боеприпасы" у себя в джинсах и тихонько поднялась в комнату, чтобы у тёти не возникли лишние подозрения - она всего на день здесь, завтра собирается домой и, возможно, попытается уговорить племянницу поехать с ней, но попытки будут тщетны, во всяком случае Мэй откажется от подобных предложений, ведь, во-первых, это учёба, а во-вторых, тот самый тип, что не даёт ей жить в спокойствии, требуя незамедлительной помощи.
- И где ты была? - а вот и он, стоит облокотившись о стену, и снова пугая брюнетку, но уже не так, как обычно: неожиданность вошла в привычку.
- Гуляла, - спокойно ответила, странно, что она вообще смогла это сделать, другая Мэй бы огрызнулась, заявляя, что это не его дело, но безразличие ко всему появилось ещё пару дней назад, когда-нибудь это пройдёт, но не сейчас.
Засунув руки в карманы джинс, девушка вытащила пули, а из под ремня - два достаточно тяжёлых оружия. Брюнетка разложила плед, после чего завернула в него запретные вещи и аккуртно положила под кровать.
Чонгук внимательно наблюдал за тем, как профессионально пытается что-то спрятать Мэй, но , на самом деле, до профессионализма ещё далековато: такое под кровать не прячут. И всё же, парень ничего не сказал, лишь прочистил горло, обращая на себя внимание тёмных, казалось,совсем пустых глаз.
- Я переодеться хочу, - немного в смущении выдала Мэй, намекая на то, чтобы Чон вышел из комнаты, но, видимо, парень этого делать не собирается.
- Хорошо, я отвернусь, - тут же повернулся широкой спиной к её удивлённому лицу.
- Если я увижу, что ты смотришь...
- Я не смотрю, - перебил, а после начал посвещать девушку в события сегодняшнего дня, рассказывая о своих похождениях в прекрасный выставочный музей, где на самом деле почернели стены, и открылись взору козырные карты, вот только показывать их не спешил.
Сомнения борются с желанием рассказать всё как есть, но нужны ли эти проблемы девушке? Однозначно нет. Хотя и волновать его не должно, ведь спасает он собственную шкуру.
- Зачем ты ходил туда? - неожиданно поинтересовалась Ли, надевая на себя повседневные штаны, а после стягивая тёмную кофту, в которой провела почти весь день.
Чонгук опешил, сходу пытаясь выдумать вескую причину, оттого и промямлил что-то нечленораздельное, так глупо он ещё себя никогда не чувствовал, и почему ему приходится врать, когда можно сказать правду? Хотя и тут ответ прост: навлекая проблемы на девушку, навлечёт и на себя, слишком эгоистично с его стороны, но он привык - это и есть его жизнь.
Мэй, решив, что Чон сказал что-то не особо важное, не стала переспрашивать, лишь промычала в ответ, а затем кинула взгляд на комод, где покоются её вещи, а ещё возле которого стоит шатен, ограничивая Мэй в поисках домашней футболки.
- Ну ты там скоро? - плечи его дёрнулись, и длинноволосая рефлекторно сложила руки на почти оголённой груди.
- Мои вещи в комоде.
Парень вздохнул и сдвинулся с места, отойдя в сторону.
- Что это за оружия у тебя в комнате? - осмелилась спросить, шумно выдвигая ящик.
- Не знаю, - врёт, по голосу слышно, но девушка слишком плохо знает неразгаданную личность, чтобы это понять.
- Опять не помнишь? - перебирая вещи, с полуиздёвкой хмыкнула, будто догадываясь о лжи.
- Не помню, - чувство того, что девушка, возможно, считает шатена беспомощным, просто убивает, чересчур раздражает, так же, как и её заумный, насмешливый тон.
- Хорошо ты устроился, - наконец-то нашла нужную вещь, а после поняла, что взболтнула лишнее, так и не закончив начатое возражение.
Шатен с самым хладнокровным выражением лица смотрит прямо в глаза смутившейся особы. Совершенно не стыдясь своего поступка, циничным взглядом проходится по полуобнажённому телу, затем поднимает брови в немом вопросе, словно всё так и должно быть, должен стоять здесь и в наглую пялиться на девичье тело, позабыв о том, что она просила этого не делать, также должен находиться в этой комнате, котрая за пару секунд стала слишком тесной для них обоих, вдобавок слишком душной.
- Ты считаешь это нормальным? - фальшиво поинтересовался Чон, чем завёл девушку в тревожное состояние.
Студентка неловкими движениями натянула на себя футболку оверсайз и свела брови - поведение шатена в данный момент совсем не радует, и этого стоит опасаться, так как никто не знает, когда он сможет снова что-то ощущать.
- Кажется, я вопрос задал. Ты думаешь это нормально - вести себя, как недотрога, а потом говорить всё, что вздумается? Хорошо устроился, по-твоему?
Молчание.
- Не слышу ответа, - взгляд его помрачнел, а голос стальным тоном раздался в комнате.
- Прости, - опустила голову вниз, от чего Чонгук ухмыльнулся и сделал пару шагов вперёд, - но ты слишком много себе позволяешь, - тут же вздёрнула подбородок, - чтобы ты знал: твоя свобода кончается там, где начинается моя, ты действительно хорошо устроился, напомни, почему я должна вытаскивать твой зад из собственных проблем?
С каждым сказанным словом чувство уверенности прибавлялось, если уж начала, так почему бы и не продолжить, в этом и состоит проблема упрямого характера. Пусть будет потом жалеть, пусть бывает "недотрога", но отвага никуда не денется, как и острый язык молодой особы. Стоит только завести нежеланный разговор, как возгласы перерастают в оскорбления, а ведь и переход на личности уже близок, главное, успеть вовремя остановиться.
Далеко не самые положительные эмоции накипали внутри сознания Чонгука. Парень не мог дать определение собственному чувству. Он понять не мог, что горячит больше: то, какими словами раскидывается брюнетка или то, как их выпускают изящно вычертанные губы.
- Я ведь ничего не сказал тебе, - подметил Чон, - ты сама начала, тогда ,может, я закончу?
Нарастающий гнев брал верх, вместе с тем заставил Мэй попятиться назад. Сейчас именно то время, когда стоит начать жалеть о сказанном, мысленно винить себя за собственную тупость, пора бы учиться на ошибках, но, видимо, Ли не торопится это делать.
Езжая по вечерним улицам оживлённого города в десяти километрах от дома уже побледневшей особы, можно было снова услышать разрывающие уши пищания больничных приборов, кривая линия на экране аппарата медленно сменялась ровной полосой, говорящая об ухудшении состояния здоровья лежащего в постели человека, а точнее молодого парня, чьи лёгкие сокращались, а сердце сдавалось, время от времени казалось, что перестаёт стучать. В тесную комнату ворвались незнакомые люди, держа в руках огромные аптечки с различными препаратами. Волнение в теле заставляло набирать в шприц непонятного цвета жидкость трясущимися руками, эти незнакомые парню персоны явно чего-то боятся и эта не страх утери человека, а несомненно чего-то иного, скорее всего, последствий от данной утери.
Возвращаясь обратно в частный дом, где в углу стены почти трясётся юное тело, а взгляд из под мужских бровей заставляет спину вжиматься в стену ещё сильнее, а глазами искать спасение, можно почувствовать ту накаляющую атмосферу, услышать чуть прирывистое дыхание и увидеть ту пару глаз, что готовы вспыхнуть синим пламенем.
Чонгук почувствовал неожиданный прилив сил, после чего случайно задел ногой угол стола и тут же подхватил падающую с него ручку. Медленно, но с невидимой тревогой он выдавил из себя в какой-то степени даже победную улыбку: теперь-то Мэй не убежит.
- Смотри, что ты делаешь со мной, - кинул письменную принадлежность на место, а другой рукой грубо убрал стоявший перед ним стул, - где-то сейчас умирает человек.
Чон встал почти вплотную к лицу брюнетки, ни разу ещё не коснувшись чужого тела, и приоткрыл рот, наблюдая за сменяющимися эмоциями на её лице - опять строит из себя слишком смелую, да вот только очередное кусание губ выдаёт с поличным, очень даже вовремя шатен успел заметить вредную привычку.
- Это твоя вина, - указал на себя, - перестань выводить меня из себя.
Мэй заметно сглотнула и уже интуитивно упёрлась обеими руками в чужую грудь, пытаясь отодвинуть шатена от себя хотя бы на немного. По коже прошёлся табун мурашек, как только пальцы коснулись ткани мужского худи, сквозь который можно было почувствовать напряжённое тело, выделяющее множество мышц.
- Когда в последний раз я ещё так смогу? Может, это произойдёт не скоро? - заговорил непонятными фразами Чон, от чего Ли ещё больше напряглась и попыталась оттолкнуть от себя упёртого парня.
- Хватит, - наконец подала голос, - не трогай меня!
- Я и не трогаю, - и снова верно, каждый раз он остаётся прав и каждый раз у студентки не остаётся слов для возражений.
- Отстань от меня! - словно не слышала его девушка, уже всячески отбиваясь от надоедливого гостя.
Чонгук неаккуратно схватил брюнетку за запятия, немного дёргая вверх по стене и заставляя темноволосую встать на носочки, но та не сдавалась - в бой вступили ноги, и драться студентка явно не умела. Изо рта её посыпалась всевозможная брань, обращённая к парню, которую ему приходилось терпеть, как и упрямство девчонки.
- Мне больно, больно! - всё так же продолжала пищать и в одно мгновение обхватила ногами крепкий торс, не девая тому выбраться из хватки; так они будут квиты, ну, по крайней мере, так думала Мэй, пока дух её не замер, а глаза не раскрылись от явного шока, причиной которому стало лишённое изящества касание губ.