Пепел и кровь

Моник

Я проснулась медленно, словно выныривая из глубокой тёплой воды. Веки не слушались, а сердце сжималось — будто я очнулась в мире, где только что потеряла что-то важное.

Воспоминание ускользало, растворяясь, оставляя лишь тихий шёпот:
«Когда придёт время, ты поймёшь. Береги то, что внутри».

Я зажмурилась и нащупала цепочку на шее. Кольцо теплело под моими пальцами, словно живое. Я сжала его в кулак — единственное, что осталось от мамы. Старалась удержать в памяти её образ, но реальность уже набирала силу.

За окном каркнула ворона, где-то скрипнула ветка. Комната встретила меня утренним полумраком и прохладой. Натянув плед на плечи, я села на диван. Пора вставать.

Ступни коснулись холодного пола, и я направилась на кухню. Тело ещё действовало на автомате, разум только пробуждался.

Щелчок — кофеварка заурчала, наполняя воздух горьким ароматом.

Пока варился кофе, я уткнулась лбом в прохладное окно. Тело дрожало — от сна или воспоминания — не могла понять. В ногах терлась Кука, требуя молока. Я налила и погладила её.

— Мама... Папа... Джонни...

Это было так живо, по-настоящему — словно вырвали кусок прошлого, показали, а потом снова забрали.

Таймер запищал. Я налила кофе в любимую кружку папы — с потёртым рисунком совы. В нашем лесу их редко увидишь, но он говорил, что она приносит мудрость и защиту.

Первый глоток был горьким, обжигающим. Настоящим.

В голове всплыл обрывок сна — чёрный волк с ледяными глазами, чей голос прошептал:
«Ты — пара».

Что это значило? Сон, воспоминание, чувство — всё сплелось воедино. Но я знала одно: это важно. Просто ещё не понимала, почему. Снова сжала кольцо.

— Ну, вперёд, — сказала себе вслух, и собственный голос заставил меня вздрогнуть.

Время собираться. Работа ждала. Маска — спокойствие, вежливость, ответственность.
А внутри — тень сна и ощущение... чьих-то тёплых рук в волосах.

Перед выходом заметила записку на холодильнике. Вчера усталость и тревога не дали её разглядеть.

«Нашёл классный заработок на пару дней. Скоро всё будет, как мы мечтали».

Строчки от Джонни.

Тревога пробрала до костей. Где в этом городе можно так быстро заработать столько денег? Липкое чувство страха скользнуло под рёбра — как в тот день, когда мы хоронили родителей.

Джонни — единственный, кто у меня остался. Я не могла сидеть и ждать. После смены собиралась поговорить с Дэном. Он знал, где оставил ребят. С этого и нужно было начать.

Город жил своей обычной жизнью — шум улиц, машины, редкие велосипедисты. Лето здесь было не слишком жарким, а вечерами даже прохладным, как осенью. Я шла быстрым шагом, обходя лужи после ночного дождя. Воздух хранил свежесть, а небо затянули серые облака.

В баре кипела работа.

Чарли сегодня не было — значит, меня ждали без его нравоучений. Бар располагался недалеко от центра. За стойкой стояла Кэтрин — моя сменщица и подруга. Красавица с короткими тёмными волосами и цветами, распустившимися в татуировках на руке. Хрупкая, но с характером, она могла дать отпор любому. Когда начинались драки, она не терялась: брала биту — и дебоширы испарялись.

«Маленькая громила», — смеялся Чарли.

Я подошла к бару и села на стул.
— Привет, — сказала Кэтрин, внимательно меня изучая, и пододвигая мне чашку кофе.
— Привет, — ответила я. — Как дела?
— У меня-то хорошо, — пожала она плечами. — А вот ты выглядишь уставшей. Что-то не так?
Я вздохнула:
— Да. Видно?

Она обошла стойку и села рядом, её серые глаза внимательно смотрели прямо в мои. На лице — настороженность.
— Что случилось?
— Джонни пропал. Уже несколько дней. Они с Сэмом нашли какую-то подработку — и исчезли, — сказала я, голос дрогнул от тревоги.

Кэтрин фыркнула, усмехнувшись, но в голосе звучала тревога:
— Не в первый раз. Эх уж этот Джонни! Без приключений не может. Пусть только появится — я ему устрою!

Я улыбнулась в ответ, но внутри всё сжималось. Спасибо ей за поддержку — у Кэтрин тоже была сестрёнка, София, как Джонни, которая постоянно сбегала и творила, что хотела. Мы с ними познакомились в одной приёмной семье, где воспитывали только девочек. С тех пор держимся вместе, даже на работу устроились вдвоём.

— Не завидую ему, — пробормотала я.

Мы замолчали, а потом обе рассмеялись, пытаясь разрядить обстановку.

— Не переживай. Всё будет хорошо. Скоро объявится, — уверенно сказала Кэтрин. Её тепло согрело меня на мгновение, но в груди всё равно гудел страх.

— Ну а как начало смены? Без приключений? — спросила я.

Она закатила глаза, опустила взгляд на стойку и нервно начала её тереть, затем ответила:
— Всё как обычно. Хотя... заходил один... дикарь.
— Дикарь? — удивилась я.
Она пожала плечами:
— Да так, не обращай внимания.
— Нет уж, рассказывай, — настояла я.

Кэтрин тяжело вздохнула:
— Да брось. Просто один из тех, кто думает, что хамство — это сила. Напомнила ему, где его место.

Мы снова рассмеялись, но я заметила, как она слегка покраснела, хоть и старалась казаться равнодушной. Похоже, этот «дикарь» всё же задел её. Значит, что-то в нём её зацепило.

Я не стала давить. У каждого свои границы. У меня тоже есть тайны. Например, цветы. Моя. Личная. История. Может, однажды она появится на пороге с цветком в руке... а не просто подброшенная под дверь.

Стряхнув лишние мысли, я надела фартук.
Тайна счёта не оплатит, — усмехнулась про себя.

После смены мы с Кэтрин перекусили на скорую руку, перекинулись парой слов и разошлись. Я направилась домой — накормить кошку, переодеться.

Надев толстовку, взяла фонарик и перцовый баллончик — на всякий случай.

Сумерки уже опускались на город. Я торопилась — не хотелось бродить по лесу в темноте. Заправка была на окраине, там, где улицы переходили в пустые трассы. Часть пути пробежала.

Дэн сидел у входа в магазин, лениво развалившись на скамейке, курил, выпуская колечки дыма.
— Привет, Дэн, — выдохнула я, всё ещё запыхавшись после бега. — Мне нужна твоя помощь.
Он приподнял бровь, снял кепку, почесал голову.
— Что-то ты зачастила. Что на этот раз?
Я подошла ближе и встала рядом:
— Найти этих идиотов. Где ты их оставил?
Он вздохнул:
— Я всё понимаю, но если брошу заправку — старик меня убьёт.

Их отец был строгий, воспитывал сыновей один. Он не церемонился.

— Я не прошу тебя искать со мной. Просто покажи, где ты их высадил. Это совсем немного времени. Пожалуйста, Дэн, ведь Сэм — твой брат. Ты правда не переживаешь?
— Нет, Мо. Не переживаю, — вспылил он. — Знаешь почему? Потому что знаю его. Ему не пять лет, чтобы бегать и искать его по лесу.

Он отвёл взгляд, хмуро молчал. В наступившей тишине всплывали все звуки — стрекот, шелест ветра, далёкий шум машин. Потом выдохнул, пробормотал ругательство и встал:
— Ладно. У тебя час. Потом мне нужно вернуться.

Он взял ключ от пикапа, запер магазин и сунул мне в руку карту:
— Держи. Может, пригодится.

Мы поехали в сторону леса. Пока ехали, небо стремительно темнело. Машина плавно скользила по шоссе, потом свернула на старую дорогу. Чем дальше, тем уже становилась тропа. Деревья сомкнулись над дорогой, как заговорщики, плотно нависая, будто хотели что-то скрыть.

Свет фар выхватывал коряги, сухие кусты, похожие на жуткие фигуры.
— Лучше бы вернулась сюда днём... Сейчас там ни черта не видно, — буркнул Дэн, сверяясь с дорогой.

Стоило ли мне идти туда одной? Сердце заколотилось, как пойманная птица в клетке.
— Найду их — и прибью, — пробормотала я, разглядывая карту.

Дэн скосил на меня взгляд, но промолчал. Вскоре он остановился у развилки и заглушил мотор.
— Ты точно хочешь туда?

Он указал на стену высоких сосен. Тьма сгущалась, деревья стояли, как часовые.
— У меня нет выбора, — ответила я и открыла дверь.

Дэн завёл мотор, но не уехал — просто сидел, уставившись в темноту.

Я выдохнула, сжала кулаки.
— Мо, — окликнул он, — я жду ровно час. Потом уезжаю и вызываю полицию. Сам туда не пойду — ясно?
— Хорошо. Не переживай. Далеко заходить не буду. Думаю, они где-то рядом. Только никакой полиции, — строго добавила я. — Сейчас это последнее, что нужно.

Я встретилась с ним взглядом и кивнула — больше, чтобы успокоить себя, чем его:
— Засекай таймер. Я должна попробовать их найти. Через час буду здесь. Жди.

Он вздохнул, но не стал спорить. Я включила фонарик и шагнула в тьму, надеясь, что вернусь не одна — и что вернусь вообще.

Впереди меня ждали брат, неизвестность...
И, возможно, нечто гораздо более опасное.

Иногда, чтобы найти кого-то, приходится потерять себя.