Пепел и кровь

Моник.

Металлический скрежет двери прорезал гул голосов в ангаре, где сидели новобранцы. Среди них была и я. В помещении тут же воцарилась тишина. По лестнице быстрым шагом спускался Шейн. В чёрной защитной маске, её контраст подчёркивал его глаза — яркие, пронизывающие, будто выхватывающие каждого из толпы. Все парни вскочили с мест — по рассказам ребят я уже знала, что дисциплина здесь жёсткая, и никто не смел ослушаться даже простых приказов.

Он пристально всех оглядел. Затем вытянул руку и, не спеша, указал по очереди:
— Ты, ты и ты. Готовьтесь. Через час — к Альфе.

Я похолодела, услышав, как Шейн называет и меня. Он задержался на мне и коротко кивнул — ни тени сомнения, ни лишнего жеста, только безмолвный приказ.

Пока остальные оживлённо собирались, я медленно поднялась и подошла к нему. Он наклонился ближе, словно хотел убедиться, что никто не подслушивает, и едва слышно произнёс:
— Надо поговорить.

Я кивнула и двинулась за ним. Джонни не выдержал и окликнул:
— Эй, куда это ты?

Шейн резко обернулся:
— Тебя забыли спросить.

Он быстро перевёл взгляд с Джонни на Сэма, стоявшего рядом со Стивеном, и холодно бросил:
— Занимайтесь своими делами и не лезьте в чужие.

Сзади стоял тот самый Марк, прислонившись к стене. Он выглядел спокойным, но молча фиксировал каждое движение, скрывая интерес.

Сэм опустил голову. Джонни буркнул что-то себе под нос и сел. Мы вошли в одну из комнат. Обстановка была простая: кровать, шкаф, стол.

Шейн подошёл к шкафу, достал форму и протянул мне:
— Переоденься. Через час вас ждёт Альфа. Сейчас — тренировка.

Я взяла одежду, ощущая, как ладони стали влажными. Слова прозвучали обыденно, но внутри сразу что-то заныло. Переодеться — значит исчезнуть. Исчезнуть как Моник. Исчезнуть как я.

— Он, наверное, всё поймёт... да? — голос предательски дрогнул.

В груди вспыхнула тревога — желание сбежать, спрятаться, исчезнуть.

Шейн прикрыл глаза, будто пытаясь подобрать слова.
— Это обычная проверка. Он всегда просматривает новеньких перед отбором. Привычка.

Он отвернулся, будто что-то обдумывал, а потом снова посмотрел на меня:
— Я что-нибудь придумаю. Просто не задавай лишних вопросов и делай то, что я скажу. Хорошо?

Вздохнув, я слегка кивнула.

Положив на стол два жгута, он мельком взглянул на мою грудь:
— Это... тоже надо спрятать. — Он помедлил. — Нужно быть осторожнее, не привлекая к себе внимания: если кто-то что-то заметит, если поймёт, кто ты — доложат альфе.

Его голос стал напряжённым:
— Тогда всё пойдёт к чертям, Моник. Не только для тебя, но и для меня. Для всех. — Он резко выдохнул. — Надеюсь, запах собьёт... это.

Шейн протянул мне флакон с каким-то адским парфюмом. Я только понюхала — и тут же закашлялась. Острый, резкий шлейф ударил в лицо, на миг перекрыв дыхание.
— Это же биологическое оружие. Кто этим пользуется?

— Наш дядя. — Он усмехнулся краем губ. — Вкус у него, конечно, зверский. Сшибает с ног. Зато сейчас нам это на руку — собьёт твой запах. Теперь ты будешь пахнуть как мужчина. — Он улыбнулся ещё шире.

— Потрясающе, — я фыркнула. — Ладно. Прости, я обещала слушаться.

Он уже почти вышел, но вдруг остановился. Медленно обернулся, словно собирался что-то сказать... Мгновение тишины, маска спокойствия — и он ушёл.

Оставшись одна, я села на кровать, посмотрела на форму и жгуты, тяжело выдохнув.
Господи, когда всё это закончится?

Спустя пару минут я уже была в форме. Грудь перетянута, волосы тщательно спрятаны под парик. В зеркале на меня смотрело чужое лицо — юноша с бледной кожей и серьёзными глазами. Внутри всё сжималось — словно я запирала настоящую себя под слоем лжи.

— Отлично, Дэвид, — прошептала я. — Ты справишься.

Флакон снова оказался в моей руке. Я задержала дыхание и прыснула на себя. Отличная маскировка. И настоящая пытка. Прощай, обоняние.

Снаружи меня ждал Шейн с несколькими новичками. Он склонился ко мне:
— Это моя группа. Веди себя с ними спокойно. Старайся не выделяться. И по возможности — молчи.

Я кивнула — и тут же из-за спины раздался голос Марка, самоуверенный, с оттенком любопытства:
— Можно спросить?

Шейн нахмурился, но всё же обернулся:
— Говори.

— Почему этих не отбирают вечером, как всех? — он махнул в нашу сторону.

Шейн приподнял подбородок, глядя прямо и жёстко:
— Потому что эти, как ты сказал, пришли позже остальных.

В голосе прозвучала холодная отстранённость. Я сразу поняла: спорить с ним лучше не стоило.

Марк прищурился, затем кивнул:
— Понял.

— Это всё? — коротко бросил Шейн, внимательно посмотрев на него.
— Да, сэр, — отозвался тот, сдержанно.

Шейн уже собирался отвернуться, но вдруг задержал на нём взгляд — в глазах промелькнула настороженность. Словно он запомнил этот момент — на всякий случай.

Вообще, этот парень — скользкий тип, мне показалось. Он словно вынюхивал обстановку, собирая в уме мозаику происходящего. Слишком спокойно, слишком точно.

— Если всё ясно... Вопросов нет? Тогда встали. Или вы ждёте шоу с Киланом в главной роли? Могу позвать — он быстро вас вдохновит, — бросил Шейн.

Все оживились и направились к лестнице.

Зал для тренировок был просторным и прохладным. Массивные трубы терялись в потолке, в воздухе стоял резкий запах металла и пота. Где-то наверху тихо гудела вентиляция. Шаги новобранцев звучали гулко, будто отражались от стен, усиливая напряжение в воздухе.

С уходом Шейна, который пообещал скоро вернуться, обстановка сразу переменилась. Пространство будто наполнилось напряжённостью. Звуки ударов по грушам становились всё громче. Джонни и Марк уставились друг на друга. Их движения стали резче — каждый жест был словно вызов.

Сэм и Стивен, стоящие рядом, пытались сохранить нейтралитет, но напряжение в зале нарастало, как перед грозой. Марк явно искал повод для конфликта. Его голос прозвучал хрипло, с нажимом:
— Эй, Джонни, ты правда думаешь, что пройдёшь отбор, слабак?

Я видела, как брат сжимает челюсть. Его глаза вспыхнули. Сэм двинулся к нему, но было уже поздно.

Марк подошёл первым. Драка вспыхнула мгновенно — кулаки, толчки, удары о плечо и пол. Сэм бросился разнимать, но злость — зверь, который не слушает.

Стоя в стороне, я чувствовала, как во мне борются два желания — вмешаться или остаться в тени. Маска «Дэвида» была щитом от раскрытия. Я — наблюдатель, но сердце рвалось вперёд.

Всё во мне натянулось, как струна. И в какой-то миг она просто лопнула.

Подскочив к Марку, я схватила его за куртку формы и резко дёрнула на себя. Он мгновенно перехватил мои руки и холодно усмехнулся:
— Отцепись. Не хватайся, как баба. Не позорься.

Остальные новобранцы стали подтягиваться ближе. Вокруг нас быстро сомкнулось живое кольцо. Сэм шагнул рядом, готовый вмешаться снова.

— Успокойтесь! — голос Стивена прорезал гул голосов. — Из-за вас всем влетит. Вы что творите?

Джонни тяжело дышал, кулаки сжаты. Марк смотрел прямо на меня, настойчиво, почти пронизывающе, словно искал трещину в моём образе.

Дверь ангара резко распахнулась. Все повернулись.

На пороге стояли Бастиан и Килан. Первый — молчаливый, как скала, в строгой тёмной форме. Второй — в потёртых джинсах и чёрной майке, с татуировками, извивавшимися по рукам, и глазами, от которых мороз бежал по коже. А их маски придавали им ещё более грозный вид. Они вошли внутрь.

Кил оглядел нас. Казалось, всё происходящее забавляло его. Бастиан — сосредоточенный, суровый, шагал рядом. Воздух словно сжался.

— Что здесь происходит? — спокойно спросил Бастиан. Его голос был твёрдым, ровным — без крика, но достаточно, чтобы все затихли.

Я промолчала. Сердце гулко стучало. Кил следил за мной, не отрываясь.

За меня ответил Сэм:
— Всё в порядке. Тренируемся.

Бастиан перевёл взгляд с Джонни на Марка. Его плечи расправились, он шагнул вперёд:
— Это зал для тренировок, а не для разборок. Свою силу вы покажете на отборе.

— А теперь — выстроились по группам. Десять кругов вокруг ангара! — раздался приказ. — Если я услышу о подобных инцидентах ещё раз — последствия будут серьёзнее, чем вы можете представить.

Его слова прозвучали как гром — чётко, жёстко, без возможности ослушаться. Мы начали собираться в ровный ряд, выстраиваясь, как по команде.

Кил медленно прошёл по краю зала, внимательно нас изучая.

Его голос раздался почти рядом. Проходя мимо, он задел меня плечом — не сильно, но неожиданно. Я вздрогнула. Тело тут же напряглось, внутри вспыхнуло раздражение, смешанное с тревогой:
— Ну что, новичок, твой звёздный час. Я знаю — ты у нас бегать любишь. Давай, покажи класс.

Он шагнул ближе, и я рефлекторно отскочила.
— Не пугайся так, зайчонок. Я просто проверяю твои рефлексы, — произнёс он. Даже сквозь маску в голосе ощущался холодный сарказм — цепкий, как коготь.

Рядом встал Сэм. Я вздохнула с облегчением, когда Килан отошёл подальше. Сэм слегка похлопал меня по плечу, словно говоря: «Держись».

Бастиан, ещё раз оглядев всех в зале, тихо добавил:
— Друг за другом, бегом и без остановок, пока не скажу. Я буду рядом.

— Я тоже, — добавил Кил, буравя меня взглядом. Похоже, он видел во мне жертву — и это жутко пугало.

— Беги, зайчонок, беги, — насмешливо бросил он.

Вот же псих...

Я сжала руки, ощущая, как внутри растёт напряжение. Не сорваться. Не выдать себя ни жестом, ни движением. Вот что важно.

Адам:

«Через час — к Альфе. Главное — не дрогнуть. Готовься, Дэвид...» )