На грани
Дэймон
Я услышал абсолютно каждое слово, произнесённое в трубку, словно оно отложилось у меня в голове и не отпускало. Телефон выпал из рук Лу и упал на пол с тихим стуком. Я быстро наклонился, подобрал его с пола и хотел что-то сказать, вмешаться, объяснить, попытаться помочь, но в этот момент на том конце уже сбросили вызов. Телефон отключился, и связь оборвалась. Я схватился за голову, проводя ладонями по лицу, пытаясь собраться с мыслями, сдержать панику и страх, которые разрывали меня изнутри. Мой взгляд медленно переместился к Лауре — она стояла неподвижно, словно высеченная из камня. Думаю, что в тот момент она даже не ощущала страха, просто была полностью отключена от реальности. В её глазах не было ничего — ни боли, ни страха, только пустота. Мне стало страшно за неё. Я подошёл к ней ближе и осторожно встряхнул за плечи, чтобы вернуть в себя.
— Лу, я всё решу. Слышишь? — сказал я чуть громче, пытаясь разбудить хоть какую-то реакцию.
Она не ответила. Мне пришлось повысить голос ещё немного, чтобы она точно меня услышала.
— Ты меня поняла?
Она медленно подняла на меня глаза, в которых мелькнул слабый огонёк понимания, и еле заметно кивнула. Я тут же обнял её, чувствуя, как её тело похолодело, а кожа стала почти прозрачной от бледности. Я боялся, что она вот-вот рухнет. Осторожно помог ей лечь на кровать, накрыл одеялом и мягко погладил по голове, пытаясь хоть как-то передать тепло и успокоить. А потом, собравшись с силами, направился к Лу.
Когда я зашёл в его комнату, увидел, что он всё ещё не спит. С самого момента их прихода домой я заметил, что он был каким-то обеспокоенным, будто тяжесть висела на его плечах. Я присел рядом с ним, и он сразу обнял меня, вцепившись в мою шею, словно боялся, что я исчезну.
— Эй, что случилось? — тихо спросил я, пытаясь понять, что происходит.
Он отстранился и посмотрел на меня глазами, полными страха и слёз, которые вот-вот начали литься. Значит, с ними точно что-то случилось, но Лаура мне никогда ничего не расскажет. Он вздохнул и сказал почти шёпотом:
— Пообещай, что не скажешь Лауре, что я рассказал тебе.
Я кивнул, понимая серьёзность момента.
— Когда мы шли домой через парк, там не было ни души. Потом я услышал какой-то шорох в кустах, но мы решили идти дальше, не обращая внимания. Но внезапно из того же куста раздался выстрел. После этого Лауре пришло какое-то сообщение, и с тех пор она стала грустной, будто её что-то сильно тревожит.
Он опустил голову, словно чувствуя, что предал Лауру, рассказывая мне это.
— Лу, всё будет хорошо, — сказал я, стараясь успокоить. — Если бы ты не рассказал, Лауре было бы только хуже. Я поговорю с ней, спокойно, без лишнего давления.
Он поднял на меня свои стеклянные, зелёные глаза и крепко вцепился в меня снова. Я почувствовал, как моя футболка начала намокать от его пота и слёз. Я погладил его по спине, чтобы поддержать.
— Всё хорошо, Лу. Я рядом. Никто вас не тронет. Я разберусь.
Он не отрываясь произнёс:
— Обещаешь?
— Клянусь, — ответил я.
Уложив его спать, я пошёл к Лауре. Казалось, она спала, по крайней мере я так думал. Но когда я лёг рядом, она тихо прошептала:
— Можно тебя обнять? Если не хочешь — не надо...
Я не дал ей договорить и притянул к себе. Она была напугана всем этим, и я решил разобраться с ней завтра, со всем, что она скрывает. Чёрт, а что если что-то случилось с моим братом? А если бы с ней? Эти мысли терзали меня. Я понимал, что она пока не доверяет мне, но о таких вещах надо сообщать сразу, пусть не сразу, но не скрывать совсем. Она зарылась носом в мою шею, и через пару минут я почувствовал ровное дыхание и лёгкое сопение — она заснула.
Я почти не сомкнул глаз, сжимая её сильнее, чтобы хоть как-то защитить. Когда открыл глаза, её уже не было рядом. Я напрягся и пошёл на кухню. Там она что-то обсуждала с Лукой. Похоже, она отошла от вчерашних событий.
— Лу, выйди, — твёрдо сказал я.
— Какой из? — спросила Лаура с лёгким удивлением.
— Лука, — усмехнулся я. — Надо бы им разные клички придумать.
Лука быстро убежал наверх, и мы остались одни.
— Что ты ещё скрываешь? — спросил я, переводя на неё взгляд.
— О чём ты? — переспросила она, удивлённо.
Я усмехнулся, злость уже поднималась.
— О том, что когда моему брату что-то угрожает, ты должна сразу сообщать мне. Что тебе отправили? Показывай.
Голос мой стал твёрдым, словно сталь, и она дрогнула.
— Это не твоё дело! — повысила голос, но сразу же поняла, что сказала.
— Всё, что касается Луки, — моё дело. Показывай.
Она достала телефон, открыла чат и протянула мне.
— Ты хотела скрыть это от меня, да? А если бы они навредили ему, Лаура? Ты хоть подумала?
Я не успел договорить, как вбежал Лука и протиснулся между нами, обняв Лауру.
— Не ругай её, она не виновата! — сказал он, и она закрыла меня собой.
— Ты серьёзно спрятала его собой? — удивился я.
Они оба кивнули.
— Лаура, ты понимаешь, что могло случиться? Один выстрел — и ты бы лежала на земле, а не он. Ты хоть подумала, что было бы со мной, если бы вас не стало?
Я сжал кулаки, стараясь не сорваться.
— Больше никогда так не делай.
Она лишь кивнула, а Лука убежал наверх.
Мы сели завтракать, и я сказал:
— Сегодня отъеду ненадолго. Надеюсь, вы не превратите дом в помойку.
Она улыбнулась.
Лаура
Когда Дэймон ушёл, я осталась одна с Лукой. Мы играли вместе, и сначала ему было интересно, но через какое-то время он заметно устал. Я внимательно смотрела, как он зевает, и решила, что нужно дать ему немного отдохнуть. Я аккуратно уложила его в кроватку, чтобы он поспал дневной сон — пускай поспит, подумала я, ведь ребёнок устал, а отдых ему сейчас очень нужен. Пока он засыпал, я стояла на кухне, готовя что-то похожее на пасту, стараясь сосредоточиться на процессе, чтобы хоть немного отвлечься от тревожных мыслей. В этот момент мой телефон внезапно завибрировал. Звук вибрации заставил моё сердце подпрыгнуть в груди — я уже боялась этого звука, у меня был настоящий триггер на него, словно какой-то дурной предвестник беды. Дрожащими руками я взяла телефон и открыла снова неизвестный чат. И тут моё дыхание перехватило — там было фото Луки, сделанное буквально сейчас, пока он спал. Под фотографией была зловещая подпись: «Он следующий». Моё тело словно окутал лед — я мгновенно сорвалась с места и побежала к комнате Лу. Слава богу, он всё так же мирно спал, безмятежно, не подозревая о том ужасе, который мог на него обрушиться. Я быстрым взглядом обошла комнату, проверяя каждый уголок, пытаясь убедиться, что где-то рядом не заложили бомбу или какую-то ловушку. Сердце билось бешено. Я сразу же взяла телефон и, не раздумывая, ответила: «Что тебе нужно? Я всё сделаю, только не трогай ребёнка!» До этого я игнорировала все угрозы, не желая их замечать, но сейчас стало страшно по-настоящему. Страшно за Лу.
Дэймон
Я решил поехать к «себе» домой, хотя давно уже не считал это местом, где могу чувствовать себя в безопасности, в конце концов, это был дом Тео. Моя челюсть сжималась от злости — что же теперь делать, чтобы до него наконец дошло? Как можно запугивать ребёнка, тем более своего брата? У Тео, похоже, всегда были проблемы с головой — он, видимо, решил, что Лука тоже враг, и включил его в свой список целей. Надеюсь, на этот раз они будут умнее и останутся дома. Я поставил охрану — никто в дом не проникнет, если только не сломает двери. Родителей, думаю, дома нет, хотя даже если бы они были, вряд ли услышат крики своего «щенка». Думаю, они даже не заметили, что их младший сын пропал, и за меня уже и говорить нечего. Когда я вошёл в дом, было тихо, почти пусто. Я спросил няню, кто ещё здесь, и она ответила мне теми драгоценными словами, которых я так ждал: ублюдок дома. Если бы его не было, я бы спокойно подождал. Но он здесь, и я не собираюсь терять время. Я направился к его комнате. Не тратя время, я распахнул дверь и сразу же направил на него пистолет. Я серьёзно, могу выстрелить в любой момент. Он явно не ожидал такого — начал вставать, но я нажал на курок.
— Не приближайся, — холодно сказал я.
— Что вы затеяли с Мэди? — потребовал я, держась крепко, чтобы не сорваться. — Отвечай. Не думай, что я не смогу выстрелить, я могу и сделаю это без капли сожаления. Ты сейчас рассказываешь мне всё. От начала до конца.
Он лишь кивнул — как же легко им манипулировать, он всегда боится за свою никчемную жизнь. Он начал рассказывать, но мой пистолет всё ещё был готов выстрелить, если ответ меня не устроит.
Лаура
Не прошло и минуты, как я получила ответ: «Через час в клубе. Только попробуй привести кого-то с собой — будет тебе хуже.» Я пыталась успокоить себя, ведь клуб — людное место, и там мне вроде бы ничего не должны сделать. Но в памяти всплывал мой последний поход туда... Лучше не думать об этом. Собравшись с духом, я вызвала такси. Было страшно оставлять Луку одного, но подумала, что если останусь дома, может быть хуже. Я каким-то чудом выкралась из-под охраны и села в машину. Как же хорошо, что Дэймона сейчас не было дома — это значительно облегчило ситуацию. Может, этот человек специально подстроил всё так, выжидая момент? Не хотелось думать об этом, но сердце уже стучало как бешеное.
Через пятнадцать минут мы приехали. Я вышла из машины, глубоко вдохнула воздух, пытаясь собрать мысли, и всё же вошла в здание, в которое уже обещала себе больше никогда не заходить. Подойдя к барной стойке, я заметила сидящую фигуру в капюшоне и села рядом. Спустя несколько секунд человек, сидевший рядом, снял капюшон. Я застыла, не веря своим глазам.
Дэймон
Этот придурок начал рассказывать свою жалкую историю, и я сжал пистолет в руках так сильно, что казалось, мои пальцы сейчас просто вдавят его в металл. Внутри меня закипала злость, едва сдерживаемая холодной решимостью.
— На дне рождения Гарсии, — начал он медленно, словно взвешивая каждое слово, — когда вы с Лаурой оба отъехали куда-то в такси, — это видел не только я, но и Мэди. Я сразу понял — между ними явно не всё хорошо. Мэди мечтала отомстить сестре, и я решил помочь. Хотя, если честно, всё основное придумывала именно она. Она всегда была более коварной.
Он сделал паузу, словно пытаясь понять, насколько далеко может зайти в рассказе. Я, не выдержав, резко перебил:
— Чего вы вообще хотели добиться? Каков был ваш план? Говори всё по порядку!
Он глубоко вздохнул, тяжело словно таскал на плечах груз тайн, и наконец тихо сказал:
— Мы хотели, чтобы Лаура поссорилась с тобой и ушла сама. Мэди уверяла, что самый простой способ — вбить клин между вами. Она знала, что Лаура до сих пор винит тебя за Эда, и надеялась, что я подброшу ей кое-какие «факты». Не важно, правда это или ложь — главное, чтобы она поверила. Несколько удачно брошенных слов в нужных местах, слухи, намёки... чтобы она начала видеть в тебе того человека, каким ты был раньше, а не того, кто сейчас рядом с ней.
Мои пальцы на курке пистолета ещё сильнее сжались. Я пытался не взорваться, но внутри всё горело.
— Не ври! — выкрикнул я, — Причём тут Лука? Почему он должен страдать из-за ваших игр? И эти угрозы? Объясни!
Он поднял на меня глаза, полные невинности и какой-то жалкой испуганности:
— О чём ты? Я бы ни за что не стал вовлекать сюда Луку. Мэди тоже. Это не мы. Поверь.
Я посмотрел на него и понял — он лжёт. Но если это не они, тогда кто?
Вдруг внутри меня проснулась ярость, и я, чтобы показать свою власть, выстрелил пистолетом над его головой. Звук оглушил комнату.
Он вздрогнул и побледнел, словно перед лицом смерти.
Моё внимание мигом переключилось на няню, которая стояла рядом. Я окинул её ледяным взглядом — она всё слышала, но, кажется, боялась сказать хоть слово. Мне было всё равно. Я знал, что правда где-то рядом, и я её найду.
Лаура
Это была та самая женщина — бывшая Эда, или скорее никогда не бывшая, просто незваная тень, которая преследовала меня всё это время.
Когда-то Эд выбрал меня, а не её. С тех пор она питала ко мне настоящую ненависть, которая искрилась в каждом её слове и взгляде.
— Ты... — выдавила я, задыхаясь, — ты зачем здесь?
Она лишь усмехнулась, холодно и насмешливо.
— Не ожидала встретить меня здесь? — произнесла она тихо, словно наслаждаясь каждой моей реакцией.
Я сглотнула, пытаясь взять себя в руки.
— Чего тебе надо? — спросила я, стараясь не показывать страх.
Она шагнула ближе, и её голос стал ещё более хладнокровным:
— Ты спишь в одной кровати с человеком, который убил Эда. Неужели ты уже забыла? Ты правда думаешь, что Эд хотел бы, чтобы это происходило? — её слова звучали как приговор, как тяжелый молот, бьющий по сердцу.
Я почувствовала, как давление этих слов сжимает грудь, не давая дышать.
Я перестала видеть в Дэймоне только убийцу — это была правда, но сейчас я не знала, во что верить, что думать и как быть.
Не успела я сказать хоть слово в ответ, как она бросила свои последние слова, словно острые стрелы:
— Он уже ломал жизни. Ты думаешь, с тобой будет иначе?
И растворилась в толпе, оставив меня одну, в ловушке собственных мыслей.
Голова гудела, я не слышала ни музыки, ни шума вокруг, ни даже того, как кто-то пытался познакомиться со мной.
Я была словно в трансе.
Заказала шот и выпила его залпом — попытка заглушить внутренний голос.
Вызвала такси и, не оглядываясь, вышла из клуба.
Дэймон
Вернувшись домой, я заметил — Лауры нигде не было. Лука спал, его лицо было спокойно и невинно.
Я не стал будить ребёнка — слишком много всего было уже на его хрупких плечах.
Почему же Лаура не сидится дома? Почему ей нужна эта постоянная опасность?
Я ходил из угла в угол, держась за голову, будто пытался прогнать тревожные мысли.
Что, если кто-то проник в дом? Кто-то, кто хочет навредить нашей семье?
Внезапно дверь открылась, и в комнату вошла Лаура, даже не посмотрев на меня.
— Лаура, — начал я, — ты вообще нормальная? Я уехал всего на пару часов. Разве так сложно было остаться дома? Или хотя бы предупредить меня? Что если с тобой что-то случилось?
Она сняла обувь и куртку, затем подняла на меня холодный, почти ледяной взгляд.
Я понял — она хочет просто уйти, игнорируя мои слова и чувства.
Я схватил её за запястье, удерживая.
— Чего молчишь? — спросил я, пытаясь понять.
Она стиснула зубы и резко ответила:
— А что, мне теперь каждый день напоминать, что это ты убил Эда?!
Моя хватка ослабла, сердце сжалось от этих слов.
Я знал — это влияние чьих-то злых слов, которые она приняла за правду.
— Отпусти меня! — начала дергаться она, пытаясь вырваться.
— Я уже говорил, что жалею! — с трудом выдавил я, это бесило меня до глубины души, ведь это правда. Я считал себя убийцей и не хотел, чтобы она мне об этом напоминала. Особенно после того, как я открылся. Это было как нож в спину.
Она не успела ничего ответить, когда я резко прижал её к стене, чувствуя, как холод штукатурки пропитывается её телом, прижавшимся ко мне. Мои губы налетели на её, грубые и требовательные, и я уже не мог держать в себе все накопленные эмоции — всю ярость, страх и боль, которая копилась внутри меня.
Она ответила сразу, без малейшего сопротивления. Её дыхание стало частым и тяжёлым, словно мы оба пытались отследить ритм друг друга, пытаясь найти ту общую волну, которая могла хоть ненадолго унести нас из мира страхов и угроз.
Обвив ногами мой торс, она буквально запрыгнула ко мне. Я почувствовал каждый изгиб её тела, каждое движение, и в ту же секунду, не отрываясь друг от друга, понёс её в спальню. Мои руки крепко поддерживали её, словно боясь потерять, словно в этот момент она была моей единственной опорой.
Комната встретила нас приглушённым светом, который мягко ложился тенями на стены и кровать, словно охраняя нас от внешнего мира.
Я аккуратно, но с большой страстью повалил её на кровать. Взгляд её глаз встретился с моим — в них играло беспокойство, но также и неизменное желание.
Наш спор, весь этот груз обид и недоверия, словно растворился в жарких поцелуях, что сменяли друг друга без передышки. Одежда начала соскальзывать с наших тел, разлетаясь по комнате, как пепел старой боли, оставляя только настоящие ощущения, настоящую близость.
Я старался запомнить каждый изгиб её тела, каждую ноту её дыхания, каждый миг — словно это был последний момент, который можно сохранить навсегда.
И вот, когда наши тела почти слившись, казалось, рассказали друг другу все секреты, как будто сама комната затихла, в этот самый момент снаружи раздался выстрел.
Звук рванул тишину, пробудил холодный страх.
Я инстинктивно накрыл её собой, почувствовав, как сердце бешено колотится в груди.
В этой темноте и тишине слышались только наши сбивчивые дыхания, а мир вокруг будто сжался до одной точки — нашей комнаты.
Я чуть отстранился, чтобы заглянуть в её глаза — они были широко раскрыты, испуганные, но всё ещё горели желанием.
— Я не хочу, чтобы ты пожалела потом, — прошептал я, касаясь её губ нежным поцелуем, который словно обещал защиту и безопасность.
Одевшись быстро, но бережно, я вышел из комнаты, оставив её одну, чтобы разобраться с тем хаосом, что сейчас ворвался в нашу жизнь.
Выйдя на улицу, я посмотрел на растерянную охрану и спросил:
— Что случилось?
Они не ответили, боясь или просто потеряв дар речи.
Я сразу понял:
— Чёрт! — и сорвался с места, снова забежал в дом, направился в комнату Луки.
Застыл — его там не было...