Я и Мистер Совершенство

Утро одиннадцатого января меня встретило ошеломляющей, но вполне ожидаемой новостью. В тот день стоял легкий морозец, проглядывалось зимнее солнышко. Погода была - самое то для прогулок с друзьями. Люди сновали по улицам в шапках, шарфах и перчатках; парочки держались за руки; дети играли в снежки; спортсмены отправились наслаждаться катанием на лыжах.
Я не была спортсменкой - да что уж там, я была человеком настолько неспортивным, что могла споткнуться, выполняя пробежку, и сломать себе что-нибудь. И те мои занятия со Стейси мало чем мне помогли, с тех пор прошло много времени, а в спортзал я так больше и не возвращалась.
Тем не менее, именно утром одиннадцатого января, когда светило холодное солнышко и снег задорно блестел под его светом, я стояла под огромной елью, вдыхая потрясающий запах замерзшей хвои.
На моих ногах были огромные сине-белые лыжи, и я чувствовала себя пингвином в этой своей дутой синей куртке, белых штанах и с меховыми наушниками на голове.
- Так, елочкой-елочкой, - приговаривала я, оставляя ель в покое и начиная двигаться. Елочкой-елочкой. Вправо, влево. Ноги путались, и я с отчаянием думала, что либо все новички с трудом ходят на лыжах, либо я совершенно безнадежна.
Ко второму варианту я склонялась больше.
- Эй, Лили, - мои мучения замечает Дэниел, который не под стать мне резво рассекает снег. - У тебя такой вид, словно ты вдруг разучилась ходить!
Ха-ха, Дэниел. Хорошо смеяться над новичками, да?
- Вообще-то, я уже почти научилась, - «елочкой-елочкой». Вправо, влево.
Наша дружная компания в составе Ди, Торнтена, Дэниела и меня выехала за город, как только рассвело. Понятия не имею, как я согласилась на такое. Наверное, во всем виновата скука - каникулы выдались скучными и какими-то серыми, как бы я не пыталась себя развлекать прогулками и ярмарками.
- Дэни, а чего это ты не привез с собой свою подружку? - заехидничала я, как только мы оказались с ним «лицом к лицу», а точнее - лыжня к лыжне. - Мне бы очень хотелось посмотреть, как она катается на этих чертовых...ходулях.
- Ходулях? Не, это немного другое, - засмеялся парень. - Она не привыкла просыпаться рано. Да и вообще не любит походы, туризм и спорт. Она любит комфорт.
Что-то мне не нравилось в его словах. Вроде, и врать ему ни к чему, но что-то лживое проскальзывало. Или это я привыкла видеть во всем подвох?
- Ясно. И не скучно тебе с такой?
- Ну, нам есть о чем поговорить. Она тоже фотограф, общие интересы, все такое....
«Общая постель», - хотелось добавить мне. И я бы добавила, если бы не одно маленькое обстоятельство, прилетевшее мне прямо в лицо.
- Тьфу ты! - я выплюнула снег под визгливый смех меткой Ди, которая не могла запустить снежок никуда, кроме моего лица. Щеки защипало от холода. - Сэнди, я же не могу быть такой прыткой как ты, между прочим! Я впервые на лыжах! А ты....
Еще один комок мокрого снега - уже в грудь. Довольно ощутимый, хоть и мягкий удар. Дэниел издал какой-то воинственный клич и наклонился, собираясь нагрести снега и отомстить нашим обидчикам. С учетом того, что он все так же стоял на лыжах, справился он довольно быстро. Хоть этого времени и оказалось достаточно, чтобы наши противники закидали нас снежками до макушек.
- Хватит! - крикнула я с долей сумасшедшего веселья, кидая снег, куда придется. Кажется, я один раз попала в ничем не повинного Дэниела - а он и не понял, откуда ему прилетело прямо в правый глаз.
Самым метким и жестоким оказался Торнтен; влияло ли на его меткость его умение рисовать? Он метал тяжелые снежки с такой скоростью, что мы только и успевали, что прикрываться руками. Ди уже, казалось, готова была пойти на мировую. Дэниел постоянно неприлично ржал, поэтому повергнуть его оказалось проще простого. Мои меховые наушники болтались на моей шее, мешая дышать. Но я уже вошла в раж - я готова была биться и биться, как раззадоренный скорпион.
И в тот момент, когда я готовилась швырнуть снегом в изворотливого Торнтена, я почувствовала вибрацию у своего колена, где в кармашке непромокаемых брюк находился телефон.
- Мама! - весело прокричала я, делая знак, что больше не играю. - Мама, я....
- У Аманды девочка родилась, - перебила меня мама звенящим голосом. - Час назад.
Будь я не на лыжах, я бы уселась в снег и похлопала глазками. Но так как это было мало выполнимо, я всего лишь выдохнула:
- Мда...Ух ты! Вау!
Это все, на что меня хватило. Я не умела выражать радость, я переживала ее внутри, светясь, как солнышко. Вот и сейчас меня затопила до краев волна теплоты. Потому что где-то там, в далекой Австралии, у меня появилась племянница. Мама добавила, что роды прошли хорошо, и вечером я смогу связаться с сестрой и разузнать все в подробностях.
«Ну вот ты и стала тетей, Лили», - мысленно поздравила я саму себя. Ребята, закончившие войнушку, поздравили меня от всей души, а Дэниел добавил:
- Если понадобится фотосессия новорожденной с родителями - только свистни. Я тут же примчусь.
- Ну они же не семейство Пита и Джоли, чтобы устраивать фотосессии, - закатила глаза я.
Мы катались еще пару часов, и под конец я уже вполне уверенно делала «елочку». После приятной новости я чувствовала приток сил и энтузиазма.
Когда мы вернулись к нашей машине, стоящей на стоянке около леса, было три часа дня. Рядом с нами оказалась шумная компания, тоже возвращающаяся с лыж.
Услышав смутно знакомый смех, я вгляделась в этих людей. И с колоссальным удивлением обнаружила крепко сложенного русоволосого парня, объясняющего что-то своему другу.
Я могла бы сделать вид, что не узнала его. Но почему-то у меня как-то само собой вырвалось удивленно и радостно:
- Георг!
Парень тут же оглянулся, и, заметив меня, приветственно махнул мне рукой. Я поспешила к нему; во мне все еще бурлил энтузиазм и радость.
- Привет, - улыбнулась я ему. - Вы что, тоже на лыжах ходили?
- Так, баловались, - скромно отвечает он, кивая друзьям, что, мол, все в порядке - А тебя что это понесло сюда?
Да, о моей нелюбви к спорту знали почти все.
- Вот, друзья уговорили. Покаталась немного. Домой собираемся, - отрапортовала я, косясь на свою компанию, уже усевшуюся в машину.
- Тебе стоит делать это почаще, заниматься спортом, я имею в виду. Я вот сейчас на снегоходах еду кататься, - рассказывает Георг, и в его голосе чуть заметна нотка хвастливости.
Я улыбаюсь, собираясь попрощаться и бежать к машине Торнтена. Так бы я и сделала, если бы Георгу вдруг не пришла в голову гениальная мысль:
- Слушай, а поехали со мной? Ты наверняка еще не каталась на снегоходах, - предлагает спортсмен-любитель, но чувствуется, что его особо не волнует, соглашусь я или нет - это скорее был жест вежливости старой знакомой.
- Я? Не, я этого боюсь, - еще бы, завалюсь где-нибудь с этим снегоходом и переломаю себе ноги.
- Да ладно, там нечего бояться. Тем более, там будет Том, - добавляет Георг, будто Том был этаким профи по снегоходам.
Так-то мне все равно, будет ли там Том. Меня больше волнует, будет ли там....
- Билла не будет, - словно прочитав мои мысли, говорит парень. - Из знакомых тебе там будем только я и Том.
Я оглядываюсь на ребят, ждущих меня. Потом возвращаю взгляд к ожидающему ответа Георгу. В принципе, ничего плохого в этом нет. Покатаюсь, повеселюсь. Послезавтра выхожу на работу, начнутся трудовые будни. А для чего нужны выходные? Правильно, чтобы веселиться. Желание делать хоть что-то наполняет меня.
- Знаешь, мне кажется, это неплохая идея, - объявляю я теряющему терпение Георгу. Возможно, и вероятнее всего, я пожалею о своем согласии. Но лучше сделать и пожалеть, чем не сделать и жалеть об этом.

- На твоем месте я бы поехал со мной, - тихо уверяет меня Георг. - Этому болвану лучше не доверять свое здоровье.

Наверное, он имел в виду Тома; конечно, ведь я бы лучше выбрала старшего близнеца, все-таки я его знаю и больше доверяю. Снегоходов оказалось всего пять, а собравшихся - семь человек, если считать со мной. Парней было пятеро, большинство из них мне были не знакомы, была также еще одна незнакомая мне девушка. Однако я с трудом могла понять, знакомы ли мы, потому что они были в шлемах. Некоторые поздоровались со мной, пожав мне руку. Именно их я записала в разряд знакомых.
Мне оставалось только выбрать, к кому подсесть. Это был довольно легкий выбор, если честно. Не могла же я подойти к незнакомцу и сказать: «Слушай, я тут решила с тобой прокатиться». Бред.
- Лили, сядь уже к кому-нибудь, - поторопил меня Георг, надевая шлем.
«Болван» в лице Тома махнул мне рукой в перчатке. Я помахала ему в ответ, стараясь не засмеяться - в шлеме Том выглядел комично. Вообще, я бы и не догадалась, что это Том, если бы не Георг, кивнувший на него. Что ж, Том так Том.
Два человека уже стартовали и понеслись по снежным холмам. Мне жутко хотелось сделать так же, как они; поэтому я напялила на себя неудобный шлем и села сзади Тома, крепко обхватив его за непривычно тонкую талию. Чувство чего-то родного, теплого и невыносимо близкого разлилось по телу; похоже, я соскучилась по Тому сильнее, чем думала.
Том весь напрягся, когда я прижалась к нему, но довольно быстро газанул, не давая мне времени задуматься об этом.
Я бы кричала, если бы не шлем; он заглушал все звуки, вырывающиеся из моего рта. Я крепко держалась за впереди сидящего человека, который часто поворачивал снегоход, отчего тот кренился, заставляя меня нервничать. Мы ехали как сумасшедшие: быстро и опасно. В моей голове держалась только одна мысль: «Черта с два я еще раз сяду с Томом». Я подскакивала на сидении, больно ударяясь задницей, которая скоро будет представлять собой один сплошной синяк.
С*ка - Том получит по полной, когда мы остановимся. Это вообще на него непохоже.
- Ты видела, что он вытворял?
Киваю. Конечно, видела. И мне хватило: больше я не приеду на автодром. Никогда.
- Черт, это было очень круто, - одобряет Георг, вызывая во мне раздражение. Круто?
Он гнал так, словно за ним гонится сама Смерть, заворачивал резко, его машину заносило, он несколько раз чуть не угодил в ограду. Он гнал так, словно от победы зависела его долбанная жизнь. Идиот.
Но все-таки Билл победил. Том остался далеко сзади - он был куда осторожнее. «Да и куда умнее», - решительно подумала я, идя быстрым шагом к своему горе-экстремалу. Мне хотелось обнять его, а потом дать по лицу за то, что он вытворял на трассе. Пусть это было и не так опасно, как мне казалось; все-таки во мне временами просыпался материнский инстинкт, вынуждающий бояться за неосторожного возлюбленного. А кому еще за него бояться, если не мне?
- Ты, - удар, - настоящий, - удар, - идиот!
Билл только смеется, уворачиваясь от моих слабых ударов. Ему-то очень весело: он победил, да и порция адреналина в крови дает о себе знать. В какой-то мере Билла можно было назвать адреналинозависимым. Адреналин ему был необходим, он привык получать его не в малых дозах во время концерта, когда он выходил на сцену с бешено колотящимся сердцем.
- Испугалась за меня, что ли? Брось, я бы все равно не разбился, - успокаивающе говорит он, снова начиная смеяться, потому что мое лицо становится грозным.
О Боги, мое тело, мое бедное тело. Я понимала, что завтра с трудом встану с постели - мышцы будут отчаянно ныть после такого катания. Но расслабиться я не могла; Том будто решил угробить нас.
Конечно, в целом он вел довольно аккуратно. Но это не ослабляло моего страха.
Впереди мелькнул Георг на снегоходе, заворачивающий куда-то влево. Мы завернули за ним, и я с диким облегчением увидела «лагерь». А когда наш снегоход, наконец, замедлил ход и остановился, я отцепила руки от Тома и со стоном повалилась вбок, прямо на снег, как дохлая. Мне было невыносимо хорошо лежать на снегу, просто лежать, расслабляя мышцы. Том, оставив меня «отдыхать» и не сказав мне ни слова, отъехал дальше и окончательно остановил снегоход рядом с другими. После этого парень пошел в здание, чтобы оставить экипировку.
- Дайте мне только до него добраться, - простонала я, стягивая шлем и откидывая его. В моих мечтах я пытала Тома самыми разными способами; надо же, захотела расслабиться, конечно. Вот и получила. Но на кой черт Том так гнал? Тем более, зная, что я у него за спиной.
Где-то рядом остановился снегоход и ездок подошел ко мне, загораживая свет. Он протянул мне руку и подтянул, помог подняться. Мое ослабевшее тело еле держало меня на ногах.
Потом мой спаситель снял шлем и белозубо улыбнулся, напоминая мне чеширского кота:
- Не ожидал тебя здесь увидеть. Я смотрю, вы неплохо прокатились?
Неужели Георг соврал мне? Нет, он вообще не способен на такие вот подставы. Но...с кем я тогда ехала?
- Том, - ровным тоном начала я. - Только не говори мне, что я ехала с твоим братом.
- Не знаю, чего ты к нему уселась. Лучше бы с Георгом, в самом деле.
- Но почему ты не позвал меня?! - возмущаюсь.
- Я махал тебе, это ты меня не заметила. А когда ты уселась к Биллу, я подумал, что ты понимаешь, что к чему, - открестился парень, озадаченно глядя на меня. - Да и как ты могла спутать нас?
- Георг сказал, что здесь только ты будешь. Вот я и не подумала, - грустно отвечаю я. В самом деле, это странно, что я не узнала Билла по одному прикосновению: может быть, я забываю его?