Не ищи

Тэхён сидит в кафе и вдыхает прекрасные ароматы кофе. Он смотрит в окно, делая глоток любимого латте с корицей, и переводит взгляд на часы, что подарил ему Чонгук во время их последнего ужина. Уже двенадцать часов и семнадцать минут, человек, которого он ждёт, слегка задерживается. Хотя и сам Тэхён немного опоздал, зайдя в кафе минут в пять. Зато он успел сделать заказ, и уже некоторое время в спокойной обстановке попивает напиток и смотрит в окно.

Домой он так и не заезжал. Проснувшись утром у Чимина, он обнаружил смс от старого друга, который предложил встретиться за чашкой кофе в обед и немного поболтать. Поэтому приняв душ, приведя себя в порядок и стащив милую бежевую кофточку из шкафа Чимина – ведь Тэхён не может ходить в одном и том же два дня подряд, он вызвал такси и уже двенадцать минут сидит в кафе в ожидании друга.

Несмотря на то, что вчера они выпили две бутылки вина, он чувствует себя превосходно. Ощущение чего-то хорошего не отпускает его, и он уже планирует, как этим вечером будет удивлять любимого мужа новым бельём.

Благодаря Чимину он прекрасно провёл время, все переживания будто поутихли в сердце, и стало намного спокойнее. Весь вечер они смеялись от рассказов Чимина о его отдыхе. Тот рассказал, как по пьяне украл пару бананов в ларьке с фруктами, а потом пол часа убегал от разъярённого продавца, который вероятно и не бежал за ним, махнув рукой, но пьяному ведь всегда что-то кажется. Рассказал, как голым купался в море поздним вечером, пока туда не пришла компания друзей, чтобы выпить пива под плеск волн, из-за чего ему пришлось два часа сидеть в воде, чтобы его никто не увидел. Рассказал о своём недолговременном курортном романе с каким-то милым, но горячим итальянцем, с которым они веселились ночи напролёт и расстались, как только Чимин пересёк двери аэропорта.

Тэхён слушал всё, что рассказывал ему друг и смеялся, переживал, удивлялся. Ему наконец-то было хорошо, и даже захотелось предложить Чонгуку тоже как-нибудь слетать на острова, чтобы украсть пару бананчиков из фруктовой лавки.

Пока он размышлял о вчерашних посиделках, двери заведения открылись, и в кафе зашёл высокий парень. Выглядел он просто замечательно. Красивое личико, будто он сошёл с обложки журнала, широкие плечи, заставляющие задуматься – не занимается ли этот человек профессиональным плаванием. Его тёмные волосы лежат на голове волнами, а на носу расположились красивые серебристые очки. Одет он в чёрную кофту, брюки и конверсы, но не выглядит дёшево, а даже наоборот. В руках он держит ключи от БМВ и телефон.

Парень заходит внутрь, подходит к стойке заказов, и оплатив что-то, идёт в сторону Тэхёна.

– Сокджин! – вскакивает Тэхён со стула, отставив стаканчик с латте на стол. – Опоздал на двадцать минут, – обиженно говорит он и тянется в объятия друга.

– Прости, Тэ, – извиняется Сокджин. – Отец завалил работой с самого утра, боялся, что вообще выбраться не смогу. А ты уже сделал заказ, вижу, – опускает он глаза на почти допитый Тэхёном кофе.

– Да, – улыбается Тэхён, садясь обратно на своё место. – Очень сильно хотелось попить чего-то нибудь, вчера с Чимином мы выпили слишком много вина, – смеётся он.

– Я думал Чимин тоже придёт поболтать, – слегка разочарованно отвечает Джин, когда на стол ему ставят заказанный им эспрессо, и благодарит официанта. – Мы с ним всё-таки давно не виделись. Он то в Италии, то во Франции, то отдыхает на островах. Хотя, – он делает глоток, – отчего ему отдыхать непонятно.

Они смеются. И вправду – единственное, что Чимин делает в своей жизни – ездит по разным странам и тратит деньги отца на шмотки, хотя за это его естественно никто не осуждает.

– Он хотел приехать, но перед выходом ему позвонил отец и попросил навестить его в фирме, поэтому пришлось ехать туда, – объясняет Тэхён.

– Что такого он пообещал Чимину, что убедил поехать в свою компанию, – с усмешкой на губах задумывается Сокджин. – Ну ладно о Чимине, рассказывай, ты вообще как. Уже полмесяца от тебя никаких вестей. Даже инстаграм не обновляешь, а это явное следствие, что что-то случилось, – улыбается он.

Тэхён рассказывает всё, что приходилось переживать последние две недели и всё то, что рассказывал вчера Чимину. Джин внимательно слушает, что говорит его друг, время от времени поднимая брови и тяжко вздыхая.

– Но на сегодня у меня грандиозные планы, – заканчивает свою речь Тэхён, с хитрой улыбкой доставая из сумки тот самый прозрачный пакетик с кружевом и показывая Сокджину.

– Дай угадаю, – говорит тот, рассматривая содержимое через закрытую упаковку, – тебя Чимин надоумил.

Тэхён кивает, делая глоток латте и смеётся ещё больше. Кто ещё придумает такую идею, если не их развратный милашка Чимин?

Джин поднимает брови, прикрывает глаза и толкает пакетик в сторону Тэхёна.

– Вообще, я даже согласен с Чимином, – под удивлённый взгляд друга спокойно говорит он. – Если у Чонгука действительно проблемы на работе, то это будет прекрасным поводом отвлечься от них.

Тэхён улыбается и смотрит на комплект, лежащий на столе. «Было бы хорошо, если получится», – думает он.

– Я вообще зачем тебе предлагал встретиться то, – резко начитает Сокджин, чуть не забывшийся в разговорах о Чонгуке и белье. – У тебя ведь день рождения на следующей неделе.

Тэхён раскрывает глаза. И вправду, день рождения. А он уже и забыл об этом.

– Я предлагаю провести мини-вечеринку для своих, – продолжает Джин. – Соберёмся своей компанией: я, ты, Чимин, Чонгук пусть своих друзей зовёт. Посидим все вместе, отпразднуем, отвлечёмся от проблем. У меня как раз загородный дом пустует.

Тэхён задумчиво переводит взгляд в сторону окна. Как он успел забыть про собственный день рождения? Но идея Сокджина ему очень нравится, они уже давно не собирались все вместе за одним столом, а повод то хороший выдался.

– Отличная идея, Джин. Я уже и забыл про праздник, – смотрит он на друга и улыбается. – И Чонгук наверняка давно не виделся со своими друзьями.

– Это значит противный полицейский тоже будет, – недовольно говорит Джин, допивая остатки кофе.

– Он не полицейский, он – следователь.

– Какая разница. Этот следователь хотел засадить меня, – ворчание продолжается. – А ещё и моего отца вдобавок.

– Но не засадил же, – сопротивляется Тэхён.

– Ага, спасибо ему, – Сокджин хочет добавить что-то ещё, но его перебивает телефонный звонок. – Да, что случилось, Лихёк? Они уже приехали? Да, конечно, скоро буду.

Он вскакивает со своего места, поднимая со стола ключи от машины.

– Не забывай про моё предложение, – бросает он Тэхёну, разворачиваясь к выходу. – Ещё увидимся, – он выходит из кафе, попутно поблагодарив официантов, и закрывает за собой дверь.

Тэхён же допивает свой латте, последний раз смотрит в окно и вслед за другом отправляется в сторону выхода, вызывая себе такси.

***

Утром Чонгук просыпается с лёгкой головной болью. В кровати по прежнему пусто, холодно и одиноко, но он вспоминает вчерашний вечер и слова Намджуна, и на лице появляется улыбка облегчения. Сейчас он поедет на работу, а уже вечером приползёт на коленях к ногам дорогого мужа, чтобы расцеловать его от пяток до макушки.

«Скорее бы рабочий день закончился», – думает Чонгук, отправляясь в ванную. Он чистит зубы, принимает душ, и перебирает в гардеробе свои костюмы, ища тот, что понравится Тэхёну, когда он вернётся с работы домой вечером. Когда Чонгук наконец выбирает подходящий, он пшикается дорогим парфюмом, берёт в руки нужные вещи и отправляется на работу.

День на работе проходит на удивление гладко. А может быть просто Чонгуку так кажется, потому что впервые за долгое время у него хорошее настроение. Он с улыбкой на лице проходит по главному залу, а подчинённые провожают его удивлёнными взглядами и молятся, что босс наконец-то пришёл в себя, и не придётся больше избегать его взгляда, чтобы он не начал орать за то, что ты неровно дышишь.

Когда он заходит в кабинет, секретарь приносит ему тёплый американо и сообщает о новых заказах на разработку сайтов, которые принесут компании очень хорошую прибыль.

Весь день он разбирает отчёты, подписывает бумаги и проверяет, как выполняют заказы его работники. Когда совещание, на котором он благодарит коллег за прекрасную работу, извиняется за излишнюю грубость и обещает хорошие премии в этом месяце, заканчивается, он быстренько собирает вещи и идёт к машине.

– Могу предложить вам розы или, может, лилии, – рекомендует продавец, когда Чонгук заезжает в цветочный магазин за букетом для мужа. – Сегодня привезли очень красивые хризантемы.

– У вас есть пионы? – спрашивает Чонгук, оглядывая свежие цветы на витрине. Уже несколько лет он дарит Тэхёну его любимые пионы, ведь другие цветы тот даже не рассматривает. На вопрос «Почему именно пионы?» Тэхён рассказал однажды, что полюбил их, когда Чонгук притащил эти цветы на их первое свидание, и с того момента они кажутся ему олицетворением их сильной любви.

– Да, конечно, они в холодильнике, – отвечает девушка. – Сейчас вынесу.

Когда Чонгук выбирает пионы белого цвета, флорист обматывает их красивой ленточкой, потому что Тэхён ненавидит бумагу вокруг прекрасных цветов, и тогда Чонгук едет домой, заехав по дороге в пекарню за морковным тортом.

Поднимаясь на лифте, он чувствует, что сердце начинает биться как бешеное. Чонгук не понимает, почему так переживает, ведь вроде бы всё для себя решил. Сейчас дома его ждёт Тэхён, они поговорят, съедят вкусный тортик и будут целоваться часами напролёт. Но руки всё равно начинают нервно дрожать, а дыхание сбивается.

Поднявшись на нужный этаж, он открывает родную дверь и ждёт, что любимый муж выйдет ему навстречу, как и всегда. Но никто не выходит. Свет в доме выключен, из-за чего Чонгук напрягается, а сердце начинает биться ещё сильнее.

Он снимает обувь, проходит вглубь квартиры и замечает приглушённое сияние в спальной комнате. Оставляя коробку с тортом где-то на столе, он идёт в сторону света и заходит в спальню.

В центре кровати сидит Тэхён в том самом белье, на которое пьяный Чонгук дрочил в этой же спальне вчера ночью. В руке он держит бокал с вином и смотрит на Чонгука.

– Ну как тебе? – нарушает давящую противную тишину Тэхён. Он отпивает немного алкоголя и ставит бокал на тумбочку рядом с кроватью.

Чонгук стоит и не может пошевелиться. Он смотрит на то, что лежит в кровати перед ним, и тяжело дышит. Боже, в живую это выглядит в миллионы раз сексуальнее. Одна фотография чуть не свела его с ума, но видеть это вот так перед собой просто невероятно, это какое-то безумство.

Тэхён лежит, упираясь на правую руку и закинув одну ногу на другую. На нём лёгкий макияж, чтобы выглядеть чуть свежее, но не размазать его о простыни, волосы уложены слегка небрежно, что выглядит безумно мило. Он смотрит на Чонгука, не отводя взгляд, и ждёт его действий.

Чонгук же стоит без возможности сделать что-либо, даже язык как будто онемел и не хочет говорить. Единственное, что смогло хоть как-то двинуться – это его сердце, которое, кажется, решило, что пора всё-таки останавливаться, и член, вскочивший в ту же секунду, как Чонгук вошёл в эту комнату.

– Вау, – единственное, что получается сказать.

– Я думал, ты будешь более разговорчивым, – улыбается Тэхён. – Ой, это мне? – он замечает цветы в руках мужа и встаёт с кровати, чтобы подойти ближе и забрать из рук напротив букет, но Чонгук в эту же секунду отбрасывает нежные пионы на тумбочку, чудом не уронив стоящую там бутылку вина, и вцепляется в губы Тэхёна.

Он целует его жадно, грубо, невероятно страстно, при этом как-то трогательно. Обвивает руками талию, сильнее прижимая к себе, и всё больше углубляет поцелуй. Тэхён отвечает также несдержанно и решительно, поднимая руки на шею Чонгука. Они стоят так минут пять, чуть ли не пожирая губы друг друга, и даже не успевают дышать – лишь бы не отстраняться ни на секунду. Они оба так скучали по этому, скучали по этой близости, этим чувствам, что сейчас хочется сожрать друг друга без остатка.

Чонгук немного отстраняется от губ напротив и, резко подняв Тэхёна на руки, кидает его на кровать.

Он торопливо целует его шею, будто через минуту наступит конец света, и он больше никогда не сможет насладиться любимым телом.

Тэхён любит нежно, но нежно в этот раз не получится. Чонгук как обезумевший зверь сжимает его кожу руками, заставляет её краснеть и, предвкушая синие пятна на этих местах завтра утром, оставляет болючие укусы на плечах. Он не может перестать целовать шею, цепляя нежную бархатную кожу зубами, и зализывает багровые пятна языком.

В голове в последнее время было много мыслей, впервые он ни о чём не думает в этот момент. Он просто вымещает всё, что копилось внутри, на этой постели. Все переживания, боль, стыд, его душевные волнения остаются новыми пятнами на теле Тэхёна.

Чонгук хочет забыться, раствориться рядом с любимым, поглотить его, сожрать, чтобы ничего в этом мире не могло ему навредить. Он хочет защитить его от боли, сказать, что теперь всё будет хорошо, нет смысла переживать, но вместо этого со всей силы сдирает с него кружевное бельё, которое издает трещащие звуки от сильного напора чужих рук.

Тэхён возбужден настолько, что ему кажется, что он начинает задыхаться. Муж не касался его тела своими губами уже долгое время, поэтому кожа будто пылает от каждого прикосновения. Ему хочется кричать от каждого поцелуя, каждого укуса, хочется кричать, как сильно он любит Чонгука, молить, чтобы тот никогда не отпускал, чтобы не отдалялся, а только целовал, целовал, целовал.

Он нежно постанывает на ухо мужа, ещё больше снося тому крышу, обхватывает его шею и проводит нежными пальцами в сторону лопаток, которые от его прикосновений легко дрожат и прогибаются, давая прощупать мышцы крепкой спины сквозь плотную рубашку.

Ему хорошо, им обоим хорошо. Чонгук наконец-то чувствует умиротворение на душе, хоть и до конца не уверен, что поступает правильно. Возможно утром он будет ненавидеть себя ещё больше, ненавидеть за слабость, страх, за то, что его любимое тело дрожит под ним, не зная настоящую причину его холодного поведения. Но сейчас он хочет лишь быть рядом с тем, ради кого живёт, укутаться теплом того, ради кого просыпается.

Он откидывает бельё, резко приподнимает ноги Тэхена и, придерживая за поясницу, проводит языком по его промежности. Тэхён он неожиданности ахает и громко стонет, когда мокрый горячий и слегка шершавый язык начинает давить и торопливо двигаться.

– Чонгук, – Тэхён не видит и не слышит ничего, только чувствует нежные и настойчивые поцелуи на раздвинутых ногах, и горячее дыхание мужа, выдающее всё его нетерпение. – Я так скучал по тебе.

Чонгук поднимает глаза и тянется к любимым губам, которые успели налиться кровью, пока Тэхён кусал их, сдерживая стоны, чтобы не закричать на всю квартиру о том, как ему хорошо в объятиях этого человека. Он целует нежно и грубо одновременно, кусает и без того кровавые губы, оглаживая живот под собой.

– Я знаю, медвежонок, – Чонгук целует его шею, менее грубо, но всё также напористо, опускает руку к горячему и напряжённому отверстию и оглаживает его. Он уже долгое время избегал их близости, поэтому боится, что Тэхён может почувствовать боль, чего Чонгук допустить не может. Только не этой ночью. Он аккуратно вводит один палец и под сорвавшиеся с губ стоны начинает медленно двигать.

Тэхён горит. Его тело красное, словно пылает, багрово-синие пятна, оставленные Чонгуком, контрастируют со светлой нежной кожей и выглядят просто невероятно. Каждый миллиметр этого тела сводит Чонгука с ума, заставляет отбросить все нежности и взять его прямо сейчас, со всех сил вдавливая в кровать и вытягивая дикие стоны, но он всё ещё держит себя в руках и добавляет второй палец.

– Чонгук, – губы Тэхёна дрожат от нетерпения, на глазах скапливаются горячие солёные капли, что медленно скатываются вниз, оставляя влажные дорожки на щеках. – Чонгук, пожалуйста, – умоляет он и смотрит в глаза напротив.

Второй раз Чонгуку повторять не нужно. Он нежно вытирает слёзы с лица любимого, целует его дрожащие губы и с громким влажным звуком вытаскивает оба пальца, вырывая из Тэхёна мученический вздох.

Он быстро снимает с себя одежду, под которой мучается раскалённое тело, стягивает бельё и, глядя во влажные любимые глаза, медленно входит, закусывая губу и издавая приглушённое рычание.

Тэхён срывается и громко стонет, несильно выгибая поясницу, и тянется к губам мужа. Чонгук держит самоконтроль, как только может, чтобы не сорваться и не сделать больно. Тэхён любит нежно, любит, чтобы руки переплетались, любит ласковые слова на ушко, любит медленно и чувственно, поэтому Чонгук делает всё, чтобы ему было хорошо. Он аккуратно двигается вперёд-назад, оставляя мокрые дорожки на груди под собой, гладит плечи Тэхёна руками, облизывает его соски.

Ему безумно нравится видеть такого Тэхёна. Беззащитного, раскалённого, нежного, при этом требующего больше, глубже, чувственнее. Ему нравится видеть Тэхёна любым – растрёпанным утром и ругающимся, что Чонгук лезет со своими поцелуями, ведь он ещё не почистил зубы, уставшим от долгой работы за компьютером, отчего глаза стали красными, воркующего весь вечер на кухне в дурацком фартуке с динозавриком, чтобы приготовить любимому мужу что-нибудь необычное. Он нравится ему с температурой под 39 и грязной головой, со слезами на глазах и даже с ножом в руках, в попытках убедить Чонгука, что в этой семье вообще-то всегда прав Тэхён.

Но особенно он нравится ему сейчас. Когда их руки переплетаются, а тела горят от прикосновений друг к другу. Когда Тэхён сильно сжимает его, каждый раз, как Чонгук нежно входит. Когда с каждым новым толчком Тэхён безудержно стонет своим прекрасным голосом, который слушать бы вечно. Ему нравится, нравится вот уже несколько лет, он знает, что не отпустит этого человека ни на секунду, пожертвует всем, но не отпустит.

Когда Тэхён судорожно трясётся и громко кричит имя супруга, Чонгук кончает следом за ним, нежно и глубоко целует и откидывается на кровать, открывая грудь, чтобы Тэхён мог положить на неё свою голову.

Он смотрит на человека, являющегося смыслом его жизни, смотрит, как тот до сих пор тяжело дышит после их близости, и улыбается. Ему так хорошо сейчас, и думать о чём-то другом не хочется. Этот момент прекрасен, и кажется ничего не может его испортить.

Когда Тэхён начинает сладко сопеть, Чонгук аккуратно перекладывает его голову на подушки и встает с кровати, чтобы принять горячий душ. Он не успевает сделать два шага, когда его телефон начинает вибрировать, говоря о новом сообщении. Он смотрит на экран и видит незнакомый номер, под которым виднеется надпись «фото».

Чонгук открывает диалог, чтобы посмотреть, что такого важного могли прислать ему в такое позднее время, попутно начиная нервничать, ведь дела на работе всё ещё плохи, а сообщение наверняка рабочее, ведь кто ещё мог написать ему с неизвестного номера, если не кто-то из коллег.

Когда диалог открывается, Чонгук столбенеет. Ему кажется, что ноги сейчас подкосятся, и он упадет прямо на холодный пол, к горлу подступает тошнота, а руки мелко дрожат. Он смотрит на фотографию и видит себя. Видит, как он лежит голый в отключке на кровати, а перед ним милый мальчик с сияющей улыбкой, без единого намека на одежду, но с тысячей намёков на то, что между этими двоими в ту самую ночь произошло что-то большее, чем просто посиделки.

Чонгук забегает в ванную и смотрит в отражение в зеркале. Его трясёт, в глазах собираются горькие слёзы. Он закрывает рот руками, чтобы Тэхён его не услышал, и тихо скулит.

Он всё испортил. Ему правда казалось, что всё можно исправить, забыть как страшный сон и продолжать жить дальше как ни в чём не бывало, но эта фотография дала ему понять, что от того, что он натворил убежать не получится. Он всё ещё тот, кто изменил своему любимому мужу, он тот, кто уничтожил свою семью.

Телефон в руке снова вибрирует и он видит новое сообщение от того же номера: «Завтра в 20:00 в том же месте».

Чонгук смотрит на экран минут пять. Что нужно этому мальчишке? Неужели теперь он будет лезть в их с Тэхёном отношения? А что если он решит найти Тэхёна и встретиться с ним? Неужели этот маленький гадёныш рассчитывает на что-то большее между ним и Чонгуком? Но все эти вопросы быстро вылетают из головы, как только появляется главный – «Как это переживёт Тэхён?».

Чонгук выключает телефон, медленно выходит из ванной в спальню и смотрит на мирно спящего Тэхёна. Тот лежит умиротворённо, на лице виднеется лёгкая улыбка, он мило посапывает и обнимает одеяло, в ожидании, что вскоре его место займет муж.

Чонгук смотрит на него, и с глаз падают огромныегорькие слёзы.