Не ищи

Джин уже полчаса сидит на полу своей гостиной, разглядывая через большое панорамное окно, как тяжелые белые облака плывут по серому небу. На улице сейчас холодно, капает мелкий дождь, который в последнее время даже не думает прекращаться, но он не собирается выходить из теплой уютной квартиры сегодня, решив заняться отчётом, который поручил ему отец, именно дома. Вот только уже третий час он откладывает работу, всё утро занимаясь всем, чем только можно, но не отчётом. Мысли лезут в голову, переворачивая там всё вверх дном, и вытворяя полнейший хаос, не давая думать о нужных вещах.

Месяц прошёл с момента, как Намджун бесцеремонно поцеловал его губы своими, и с тех пор в голову Сокджина не лезет ничего, кроме воспоминаний того скверного вечера. Месяц прошёл с момента, когда они виделись в последний раз, ведь поводов для встреч не было, да и друзья как назло перестали устраивать вечерние посиделки, решив, видимо, что раз Юнги с Чимином в Италии, а Джин с Намджуном, как они думают, магическим образом помирились, то и собираться вместе пока что смысла нет.

Вообще, единственное, наверное, что должно было сильно задеть его и выбить из колеи, это тот факт, что наглый следователь всё ещё ждёт момента, когда сможет упечь его за решётку, вместе с его отцом, наконец-то исполнив свою давнюю мечту и добившись этой цели, что так сильно мешает ему жить собственной жизнью и дышать полной грудью. Но он даже не думает об этом. Единственное, что действительно задело его – это понимание того, что ему безумно понравилось то, что произошло месяц назад.

Все эти тридцать дней он думал о том, что с удовольствием повторил бы этот пьяный поцелуй со вкусом виски, и необязательно, чтобы он был со вкусом этого чёртового виски, и лучше бы произошло это всё на трезвую голову, и вообще, почему Намджун сделал это, ведь...

«Блять, хватит» – Сокджин захлопывает ноутбук, всё это время лежащий на его коленях, давно уже потухший от его бездействий, потому что он витает в облаках.

Эти дурацкие мысли уже достали до невозможности, но не думать об этом не получается. Намджун, несколько лет пытающийся найти хоть одну явную ошибку Джина, с помощью которой с лёгкостью получилось бы закрыть его далеко и надолго, хорошенько подпортив этим жизнь, просто не может чувствовать к нему хоть что-то кроме ненависти. Они же уже несколько лет ненавидят друг друга самыми насыщенными чувствами, не переносят и вида друг друга, поливая грязью при малейшей возможности, о каких чувствах может идти речь.

И всё же. Зачем он это сделал? Этот вопрос мучает Джина уже пятую неделю, не давая ни спать, ни работать нормально. Он бы сбросил всю вину за произошедшее на высокоградусный алкоголь в их крови, но зная специфику их отношений, виски не смог бы стать причиной их внезапного примирения, ведь даже Чонгук с Тэхёном за несколько лет не смогли сдружить их. Видимо, обычный виски стал отличным соперником этим двоим, или же они просто фиговые миротворцы.

От ненависти до любви один шаг, верно? Неужели этот шаг может быть настолько маленьким?

Что вообще творится в мыслях у этого сумасшедшего следователя? Он явно стукнулся головой несколько месяцев назад, иначе как ещё можно оправдать его действия, удивляющие с каждым разом всё больше и больше. Он то вечно ругается, то поливает грязью, то дерётся, то извиняется, то целуется.

Зачем он это сделал, зачем, зачем.

Джин сбрасывает ноутбук с коленей, вставая на ноги и расхаживая по комнате из стороны в сторону, потирая переносицу и поглядывая в окно, за которым маленькие капельки уже давно сменились сильным ливнем, что он даже не заметил, будучи в своих мучающих мыслях.

Нет смысла думать об этом снова и снова, ведь что бы это ни было на самом деле, они оба понимают, что это всего лишь ошибка, о которой стоит забыть как можно скорее. Будущего у этих двоих никакого нет, ведь даже находиться в одной комнате им тяжело, что уж говорить про какие-то там отношения. Да это вообще вздор.

Да, это всё бред. Нужно забыть это как страшный сон и больше никогда не вспоминать.

Но блять.

Почему же так хочется увидеть Намджуна? Увидеть его взгляд, и то, как он будет смотреть в ответ.

Так интересно, что же он думает об этом. Это всего лишь ошибка для него или же что-то больше обычного поцелуя? Что он вообще думал, когда целовал Сокджина?

И как вообще вести себя рядом с ним? Как смотреть в глаза, после того, что произошло. Может, для него это и не значило ничего вовсе, но Джин просто забыть это не сможет. А хотелось бы.

Он тяжело вздыхает, смотря на часы на запястье. Сейчас шесть часов, а к семи его и Чимина, наконец-то вернувшегося из Италии, ждёт на своей кухне Тэхён, благо Чонгук уехал в командировку на три дня, и в этот вечер их точно никто не побеспокоит.

С работой сегодня не заложилось, и отец явно будет злиться, когда он попросит третью отсрочку, но что поделать, дурацкие мысли не позволили спокойно работать.

Он снимает футболку, откидывает на диван и отправляется в сторону ванной. Нужно привести себя в порядок и убрать эту помятость с лица, чтобы у друзей не было лишних вопросов, ведь эту тему он поднимать совершенно не хочет. Сокджин уже догадывается, о чём планирует говорить Тэхён за их маленьким столом, и разговоры о поцелуях со следователями туда не вписываются.

***

– Я мечтал об этом сыре несколько месяцев, – удовлетворённо мычит Сокджин, откусывая немного, а Чимин улыбается, смотря на огромный кусок стоящий на столе Тэхёна, и такой же большой кусок, лежащий в пакете рядом, что Джин увезёт с собой.

– Мы с Юнги собственноручно варили этот сыр, – гордо заявляет Чимин, улыбаясь от нахлынувших воспоминаний, и задирая подбородок вверх, ведь сварить вкусный сыр, знаете ли, это не для простачков дело, тут умения нужны.

– Что ж, – нарушает его минуту славы Сокджин, – надеюсь мы не отравимся и не умрём, – смеётся, откусывая ещё, а Тэхён кривит губы и хмуро смотрит на него, пытаясь дать понять, чтобы не шутил так над Чимином, ведь тот из всей их компании самый чувствительный, но Чимин даже и не думает обижаться, а мило смеётся вместе с Джином.

– Можешь не волноваться, – отвечает он. – Мы всё делали строго под руководством синьора Сарто, а он лучший сыродел во всём Монтоне, – с гордостью добавляет он. – А его прекрасная жена передала вам пару бутылок красного вина, которое она делала также сама, но они остались у Юнги, так что я вам позже их отдам.

– Эх, люблю я твои поездки в Италию, – смеётся Тэхён, отпивая из бокала вино, в этот раз, к сожалению, магазинное. – Больше месяца прошло с вашего отъезда, а Чонгук так и не свозил меня в Париж, хотя обещал ещё летом, гад, – ворчит обиженно, а Сокджин от последнего чуть не давится сыром от резкого прилива смеха.

– Да успеете ещё сто раз съездить, не волнуйся, – успокаивает его Чимин. – Париж никуда не денется. Съездим все вместе, когда Юнги окончательно откроет рестораны.

– Что кстати с его работой? – интересуется Джин. – Вас так долго не было, за это время он уже должен был неплохо так продвинуться.

– Ну, – тянет Чимин, – в Италии работа почти завершена. Так как он выкупил здание, и ему не пришлось строить новое, то работа продвинулась куда быстрее, и ремонт уже почти готов. Мебель в залы и технику на кухни он уже купил, и персонал почти полностью собрал. Так что через месяц думаю будет планироваться открытие, – он делает глоток вина под заинтересованные взгляды друзей. – А вот во Франции всё не так прекрасно. Он нашёл подходящую землю, но здание там оказалось очень плохим, поэтому пришлось сносить всё и строить новое. Так что сейчас он пока что даже персонал не особо ищет, ведь строиться будет долго.

– Короче, в Париж я так и не попаду, – расстроено роняет голову на руку Тэхён, заставляя Джина и Чимина приподнять брови и переглянуться. – У нас, кстати говоря, тоже новости интересные есть, – смотрит он на Сокджина с хитрой улыбкой, а тот сомнительно хмурит лицо. – Джин и Намджун то помирились, – он улыбается во все тридцать два, а Чимин выпучивает глаза и открывает рот, в шоке смотря на Джина, который как-то слишком резко изменился в лице.

– Вот это новость, – восклицает Чимин, всё ещё удивлённо глядя то на одного друга, то на другого, ведь это действительно шокирующая новость. Чтобы Джин и Джун помирились, должно было случиться что-то по-настоящему знаменательное, по типу упавшего метеорита, или зомби-апокалипсиса. По крайней мере Чимин думал так.

– Да, мы с Чонгуком сами в шоке были, – также не успокаивается Тэхён. – Я думал, они снова друг на друга с кулаками полезут, как всегда, а тут даже милые беседы оба поддерживали. – Сокджин напрягается, явно не желая говорить об этом, но друзья даже не замечают, как он резко поник, хмуря брови, и воодушевлённо обсуждают его с Намджуном отношения так, будто его сейчас с ними вообще нет. – Вы больше не общались после того, как ушли тогда? – спрашивает Тэ, обращаясь к Джину.

И что он должен ответить на этот вопрос, интересно. «Да, мы поцеловались в тот же вечер, а потом разругались ещё больше, чем раньше, после чего я уже месяц думаю о том поцелуе и не знаю, что делать».

– Нет, мы больше не общались.

– Ну, хоть на одну проблему меньше, – улыбается Чимин, радуясь за друга, ведь тот наконец-то решил проблему, которая мучила его, Намджуна, да и в целом всю компанию уже долгое время, а Джин смотрит на него и не хочет расстраивать, раскрывая все карты. – Теперь можно устраивать наши любимые посиделки, не боясь, что кто-нибудь уйдёт с синяками.

«Лучше с синяками, чем с поцелуем и месяцем навязчивых мыслей», – вздыхает Сокджин, надеясь, что друзья как можно скорее сменят тему.

– А у вас с Юнги там как? – резко переключается он, чтобы имя Намджуна больше не всплывало за столом этим вечером.

– А что у нас с Юнги? – в недоумении хмурится Чимин, вопросительно выдвигая голову вперёд.

– Ну, Тэхён сказал... – он не успевает договорить, потому что Тэхён начинает громко кашлять, намекая, чтобы друг быстрее замолчал, ведь то, что они обсуждали с ним месяц назад, всего лишь его догадки, и возможно поднимать эту тему ещё слишком рано, ведь если бы что-то интересное между ними и случилось, то Чимин начал бы рассказывать об этом ещё на пороге квартиры.

– Что Тэхён сказал? – смотрит он на Тэ, который переводит недовольный взгляд с Сокджина, оказавшегося невероятно счастливым, что получилось так быстро сменить тему, на Чимина, ждущего ответа, и мнётся, не зная, что сказать.

– Ну, – начинает он, – я просто предположил, что вы с Юнги, ну, вместе..?

Чимин вновь выпучивает глаза, уже второй раз за вечер, смотря на Тэхёна. На кухне виснет слегка неловкое молчание.

– С Юнги? – наконец-то говорит Чимин. – С чего вы вообще это взяли?

– А че, нет? – без капли стеснения спрашивает Джин, тянясь за очередным кусочком вкуснейшего сыра.

– Нет, – отрезает Чимин, переводя на него удивлённый взгляд.

– Просто вы стали так много времени проводить вместе, – Тэхён начинает объяснять, как же они всё-таки пришли к этому выводу.

– Прям как парочка, – снова портит и так напряжённую атмосферу Джин, а Тэхён смотрит на него ещё более недовольно, ведь тот сначала завёл разговор, который вообще не следовало заводить, так ещё и ни черта не помогает. И вообще, чего это он такой довольный резко стал?

– Ну а что? – более храбро продолжает Тэхён. – Вы ведь раньше почти не общались за пределами компании, а тут вечно вместе. Ты нас с Джином так часто не видишь, как Юнги. Да и вообще наш ресторатор, живущий только работой, как-то резко изменился. Какой-то более мягкий, более открытый, что ли. Так ещё и вечно рядом с тобой, да и смотрит как-то...

– Как? – перебивает Чимин, вообще не ожидавший услышать всё то, что сейчас ему говорит Тэхён.

– Как-то... влюблённо.

Они все дружно замолкают. Чимин смотрит куда-то в стол, пытаясь переварить всё, что услышал только что, Тэхён смотрит на Чимина, ожидая его реакции, а Джин смотрит на сыр, поедая очередной кусочек.

– Ты правда так думаешь? – Чимин смотрит на Тэ, а тот слегка сжимает губы и согласно кивает. – Я честно не смотрел на наши отношения с такой стороны. Я думал, что мы друзья. Хорошие друзья, – он задумчиво смотрит в окно, за которым ни на секунду не перестал идти дождь. – Он действительно в последнее время всегда рядом, мы стали намного ближе, чем раньше. Но ничего такого не было, даже в мыслях.

– Может, ты просто не понимаешь его намёки? – предполагает Джин. – А он просто боится сделать следующий шаг без твоего одобрения.

Чимин смотрит на него и жмёт плечами. Друзья в разы умнее и мудрее, чем он, да и со стороны видно лучше. А если говорить о Тэхёне, то он чужие чувства на раз-два разгадать может. Неужели он действительно был так глуп, и считал влюблённость Юнги проявлением дружеских чувств? Или всё же друзья ошибаются? Ведь если они правы, то всё станет в разы сложнее.

***

Джин выкуривает уже третью сигарету, стоя под козырьком подъездной двери Тэхёна. Чимин уже уехал на такси, а он стоит тут минут тридцать, смотря на то, как крупные капли падают с неба и разбиваются о землю. Почему-то ехать домой совершенно не хочется, и он стоит и курит, наблюдая, как вода покрывает его машину, припаркованную в пяти метрах.

Разговоры с друзьями, которых он не видел целый месяц (а Чимина ещё больше), вроде бы привели в чувства, как ему казалось, но как только он вышел за пределы Тэхёновой квартиры, навязчивые мысли снова начали атаковать, не давая ни минуты спокойной жизни.

Казалось бы, единственная причина бурного потока мыслей – это Намджун, но нет. Что-то помимо него сильно беспокоило в последнее время, и Сокджину никак не удавалось уловить, что же именно. Возможно, после разговора с Тэхёном, который месяц назад поднял тему Сокджинова одиночества, он действительно начал думать об этом чуть больше, чем раньше. Хотя, если быть честным, раньше он вообще не задумывался об этом.

Смотря на то, как у друзей всё сильнее и сильнее налаживается личная жизнь, и сам ненароком задумаешься о собственном одиночестве, хотя оно никогда не было какой-то проблемой для Джина.

Что же тогда заставляет его нервничать сейчас?

– Много курить – вредно, – до боли знакомый голос заставляет вынырнуть из своих мыслей, плавая в которых, он даже не заметил, как рядом с ним остановился черный Мерседес.

Намджун смотрит на окурки, валяющиеся у ног Сокджина, и на третью сигарету в его руках, которую тот, кажется, даже не курил, забывшись в своих мыслях.

Джин же смотрит на человека напротив, и ему кажется, что это сон, ведь что Намджуну делать тут, когда Чонгук в другой стране вообще, и он явно приехал не к нему.

Он смотрит и не может сказать ни слова. Намджун, которого он так хотел увидеть целый месяц, стоит сейчас перед ним, а он даже слова вымолвить не может. Да и что он должен сказать вообще?

– Что ты тут делаешь? Чонгук в командировке, так что зря приехал, – получается слегка агрессивно, но он слишком привык, что с Намджуном с другой интонацией разговаривать не получается, хотя ссориться с ним сейчас – последнее, чего бы ему хотелось.

– Я не к нему, – отвечает Джун спокойно, но не так мягко, как изначально, видимо всё-таки настрой Джина, не кажущийся дружелюбным, отбил у него желание любезничать. – Чонгук попросил привезти документы, как только будут готовы, но так как завтра я сам улетаю в Японию на несколько дней, то решил завезти их сегодня, – объясняет он.

– На часах два ночи. Не думал, что Тэхён спит в это время?

– Раз ты тут, значит не спит, – размышляет Намджун. – Тем более Чонгук сам сказал заехать сейчас, а я как раз с работы.

– Понятно, – отвечает Сокджин. Так хочется поговорить с ним ещё хотя бы пару минут, хочется спросить о том чёртовом поцелуе, мысли о котором мучили целый месяц, но это так глупо. По глазам Намджуна видно, что для него это ничего не значило и не значит, он не выглядит человеком, который хоть раз вспоминал о Сокджине эти дни.

Поэтому он тушит сигарету, которая и так уже давно потухла от капель дождя, всё же сумевших залезть под маленькое укрытие, и, не смотря на него, отправляется к своей машине.

– Как отец? – грубая рука Джуна хватает его за локоть, не позволяя сдвинуться хоть на миллиметр, а Джин распахивает глаза в недоумении, не понимая, к чему вообще этот вопрос, и чего следователь от него хочет на это раз.

– Чего ты хочешь? – он смотрит на него с недоверием, щурит глаза, всем видом показывая, что ему неприятно, а сам начинает дрожать, то ли от пугающей силы этого человека, то ли от того, что сердце от его прикосновений стало биться в разы чаще.

– Просто задал вопрос, – спокойно отвечает Намджун, смотря в его напуганные глаза. – Погода сейчас холодная, а он не молодой, за здоровьем нужно следить, – Джин хмурится, а Намджун сам не понимает, что за чушь несёт и зачем, но чужой локоть всё ещё не отпускает.

Сокджин смотрит на него несколько секунд, не понимая, что вообще можно ответить на такое. Он только что пожелал его отцу заболеть или что?

Он выдёргивает свою руку, смотря ему в глаза, и резко разворачивается, быстрым шагом направляясь к машине. Когда он выезжает с парковки, Намджун тянется к кнопкам домофона, ведь Тэхён наверняка уже заждался его, но что-то блестящее обращает на себя его взгляд, и он видит в нескольких сантиметрах от своих ног зажигалку.

Выглядит она красиво – серебряная, с узорами. Точно Сокджина, решает Намджун и кладёт её в карман, нажимая на нужные кнопки на двери.