Глаза
Пустота
«Араэль... он не такой, как они. Он даже не понимает, что его крылья - поддельные. Что их ему дали взамен настоящих. Он думает, что палач - это то, кем он стал. Но нет. Это то, кем его сделали»
---
Тьма расступилась, и перед ними предстал Рэйн Дуат в облике Касиэля. Его голос прозвучал, как удар ножом по камню:
- «Сегодня я твой судья. Палачом будешь ты сам.»
Щелчок пальцев - и мир перевернулся.
Пустота. Бездна под ногами. Весы, скрипящие под тяжестью незримого груза. Вокруг, словно каменные изваяния, стояли архангелы. Рафаил. Самаил. Их взгляды - холодные, безжалостные впивались в Араэля.
Рэйн поднял руку, и тишина стала гуще крови.
- «Я, Рэйн Дуат, клянусь честно и добросовестно исполнять свои обязанности, осуществлять правосудие, подчиняясь только закону, быть беспристрастным и справедливым, как велят мне долг судьи и моя совесть.»
Он указал на весы. На одной чаше - чёрная, кипящая жидкость. Грехи. Они перевешивали всё.
- «На одной чаше - твои прегрешения. Можешь ли ты отдать что-то равноценное?»
Араэль не колебался. Его пальцы впились в грудь, где когда-то пылало тату - символ его власти. Кожа рвалась с хрустом, кровь текла по рёбрам, но он лишь швырнул окровавленный лоскут на чашу.
- «Я отдаю свою обязанность и право судить.»
Весы дрогнули. Выровнялись.
Рэйн склонил голову.
- Этого мало.
- Что ещё?! - прошипел Араэль.
- Ты отдашь Богам то, что им принадлежит.
Пауза.
Араэль медленно провёл пальцами по лицу, остановившись у век.
- «Что-ж...» - прошептал он.
Но вдруг - резкий рывок. Элис бросилась вперёд.
- «Нет!» - её крик эхом разнёсся в пустоте.
Она встала перед ним, лицом к бездне.
- Элис, что ты..
- Я не позволю тебе сделать это.
- Отойди! - он попытался оттащить её, но она вырвалась.
- Ты уже отдал достаточно.
И прежде чем он успел схватить её, она повернулась к яме.
- «Я отдаю свои глаза.»
Хлопок.
Два глухих звука. Два всплеска в бездне.
- Элис!
Араэль рванулся к ней, но было поздно. Она стояла, не двигаясь, по её лицу струились две алые реки.
- Что ты наделала?! - его голос сорвался на крик.
Она улыбнулась.
- Теперь ты свободен.
Он схватил её за плечи, тряся, как будто мог вернуть обратно то, что уже было потеряно.
- Зачем?!
- Потому что ты бы отдал всё... а потом что? Кто ты без себя?
Её руки дрожали, но голос был твёрд.
- Я... я не могу...
- Можешь.
Она нащупала его лицо, провела пальцами по щекам.
- Теперь ты видишь за нас двоих.
Весы качнулись.
- «Она спасла тебя, - произнёс Рэйн. - Теперь ты можешь вернуться на Небо. Но как низший чин.»
Араэль замер.
- Вернуться? - он повернулся в сторону голос - А она?
- Остаётся здесь.
Тишина.
- Нет.
- Араэль... - Элис сжала его руку.
- Нет! - он рванулся вперёд, лицо исказилось в ярости. - Из-за меня она... Это я... Я не могу её бросить!
Рэйн скрестил руки.
- Ты уверен?
Араэль оскалился.
- Разве у неё ещё есть глаза, чтобы передумать?
- Тогда будь по-твоему.
Рэйн взмахнул рукой - и тьма поглотила их.
Где-то на небесах. Самаил бил кулаком по мраморному столу.
- Он должен был упасть! Он должен был сгореть!
Рафаил сидел спокойно, перебирая перья своего крыла.
- Он отдал всё, что у него было.
- Он ничего не отдал! Это она!
- А разве это не одно и то же? - Рафаил поднял глаза. - Он выбрал её. Значит, её жертва - его жертва.
Самаил скрипел зубами.
- Ты слишком мягок, Рафаил.
- Нет.
Рафаил разжал ладонь - в ней лежало окровавленное перо.
- Я вырвал ему крылья перед судом. Я сделал всё, чтобы он не мог сбежать.
Тишина.
- Но он всё равно сбежал.
Рафаил улыбнулся.
- Потому что он выбрал падение. А падающих не удержать.
Тьма расступилась, выплюнув их на каменистый склон у подножия разрушенной колокольни. Араэль первым пришел в себя, его руки автоматически сжали плечи Элис.
- «Дыши, - прошептал он, чувствуя, как ее тело дрожит мелкой дрожью. - Просто дыши».
Она не ответила. Ее пальцы впились в его запястья, оставляя кровавые царапины. Повязка на глазах уже пропиталась алой жидкостью, но кровь все еще сочилась по щекам, оставляя на коже дорожки, похожие на слезы.
Первое, что осознала Элис в своем новом мире - звуки стали громче.
Шорох крыльев в вышине. Скрип старых балок колокольни. Даже его дыхание - хриплое, неровное - резало слух, как пила по кости.
- Где... - ее голос сорвался на полуслове.
- На земле. В долине Гоэль, - ответил Араэль, сдирая с себя полосу ткани для новой повязки. - Здесь когда-то хоронили падших.
Её пальцы нащупали его лицо, остановились на скулах.
- Ты... плачешь?
Он резко отвел ее руку.
- Это не слезы. Дождь.
Ложь. Небо было ясным, а на его щеках действительно блестели влажные дорожки.
На небесах тем временем...
Рафаил стоял у зеркала Времени, наблюдая за беглецами. В отражении Элис казалась почти хрупкой - худая, бледная, с кровавой повязкой на глазах. Но когда она повернула голову в его сторону, он невольно отступил.
- Она не должна была выжить, - прошипел Самаил, сжимая рукоять меча. - Никто не жертвует глазами и остается в живых. Это...
- Против законов? - Рафаил провел пальцем по поверхности зеркала, стирая изображение. - Или против твоего понимания их?
Он разжал ладонь. Окровавленное перо Араэля превратилось в прах.
- Они выбрали свой путь. Теперь нам остается лишь наблюдать.
На земле...
Элис вдруг замерла, ее голова резко повернулась на восток.
- Они идут, - прошептала она. - Шестеро. С крыльями цвета грозового неба.
Араэль напрягся. Его собственные крылья (обрубки, жалкие огрызки былой мощи) болезненно дрогнули.
- Ты... видишь их?
- Нет, - она коснулась виска. - Слышу. Их крылья издают особый звук... как рвущийся шелк.
Она внезапно встала, не пошатнувшись ни на мгновение. Ее рука потянулась к ножу за поясом.
- Ты говорил, научишь меня драться слепой.
Араэль оскалился в подобии улыбки.
- Урок первый: не умирай.
Когда первые тени архангелов закрыли солнце, Элис уже стояла в боевой стойке. Ее повязка медленно пропитывалась свежей кровью, но пальцы на рукояти ножа не дрожали.
- Интересно, - прошептала она, - они тоже кричат, когда падают?
Небо раскололось.
Шестеро ангелов с крыльями цвета грозовых туч уже спускались к ним, оружие в руках сверкало холодной сталью. Араэль встал перед Элис, его обрубки крыльев напряглись, готовые к последней схватке.
Но прежде чем первый ангел успел ударить, воздух вспыхнул ослепительным светом.
Михаил.
Меч Правосудия в его руке горел белым пламенем. Одним взмахом он разогнал ангелов - не убивая, но заставляя отступить. Их крылья вспыхнули, как опалённые молнией, и они рухнули прочь, исчезая в облаках.
Михаил повернулся к ним. Его взгляд был строг, но не жесток.
- Вернитесь в Тибет. В храм Элис.
Араэль сжал кулаки.
- Зачем? Чтобы нас там добили?
- Ангелам туда путь запрещён.
- А нам?
Михаил посмотрел на Элис. На её слепые глаза, перевязанные окровавленной тканью. На её седые волосы, которые уже не вернули прежний цвет.
- Вам нужен отдых.
Михаил сопровождал их. Он не говорил лишних слов. Не объяснял, почему помогает им, хотя должен был судить. Не рассказывал, что ждёт их впереди.
Они шли молча.
Элис, несмотря на слепоту, шагала уверенно - будто видела путь сквозь веки. Араэль шёл рядом, его спина всё ещё болела, но кровь больше не текла.
Лишь однажды Михаил нарушил молчание.
- Ты мог вернуться на Небо, Араэль.
- Я знаю.
- Почему не вернулся?
Араэль посмотрел на Элис.
- Потому что она не смогла бы пойти со мной.
Михаил ничего не ответил.
Когда до храма оставалось меньше километра, Михаил остановился.
- Дальше я не пойду.
Араэль кивнул.
- Спасибо.
Михаил взглянул на него в последний раз.
- Не благодари. Это не милость. Это отсрочка.
И, расправив крылья, он взмыл в небо, оставив их одних перед тропой, ведущей к храму.
Храм Элис стоял на утёсе, как и много лет назад. Но теперь он не был разрушен. Его стены, некогда опалённые огнём, были восстановлены - но не людьми, а самой горой. Камни срослись, как кости после перелома. Двери, некогда выбитые, теперь плотно закрывались.
Элис коснулась резных узоров на воротах.
- «Он... живой».
Араэль толкнул дверь, и она открылась с тихим скрипом.
Внутри пахло ладаном и старыми книгами. Солнечный свет, проникая через витражи, рисовал на полу разноцветные узоры.
На алтаре лежал блокнот. Тот самый.
Элис шагнула вперёд.
- Мы дома.