Глава 14 - Отголоски
— Сахар? — спросил Раннес, раскладывая чашки, словно у него был гость, а не потенциальный убийца.
Калеб кивнул. Молча. Лишнее слово — как трещина в стекле. А он сейчас был хрупок, как пробирка после перегрева.
Кухня тонула в жёлтом полумраке. Свет исходил от одной лампы над столом, будто сцена. А они — актёры. Один знал сценарий. Другой — надеялся импровизировать.
И от Раннеса пахло кофе, табаком, усталостью. И чем-то ещё.
Подозрением.
> — Какой идиот пьёт кофе в десять вечера?
— Тот, кто не собирается спать.
— Тот, кто охотится.
Раннес сел напротив. Подвинул чашку.
— Спасибо, что согласился поболтать. Неофициально, не переживай. Просто... разговор.
— Конечно, — выдавил Калеб. Губы тянулись в улыбку, но будто забыли, как это делается. — Всё в порядке.
> — Ты даже не знаешь, врёшь ли.
— Существует ли ещё "в порядке"? Или ты выжег его кислотой вместе с телом?
Раннес помешал кофе, не отрывая от Калеба взгляда.
— Ты… давно с Артуром знаком?
— С пятнадцати, — отозвался Калеб. — Он вытащил меня тогда. Был... один парень. Не очень хороший. Артур просто встал между нами. С тех пор не отходит. Наверное, боится, что я снова кому-то не понравлюсь.
— Храбрый, — кивнул детектив. — Весёлый. Беззлобный. Он живой, Калеб. Таким людям обычно больно жить в этом мире.
Пауза. Глоток кофе. Ложка стукается о край кружки.
— Ты тоже, знаешь ли, всегда производил впечатление. Спокойный. Сдержанный. Но... последние недели — будто оболочка ходит. А человека нет.
Калеб замер.
— Просто загружен, — буркнул он. — Работаю над проектом. Химия. Сроки, вы понимаете.
— Понимаю, — кивнул Раннес. — Умственная концентрация, изоляция, бессонные ночи. Знакомо.
— Только вот один вопрос: почему ты не пришёл в полицию, когда в кампусе нашли те фрагменты?
> — Фрагменты?
— Они нашли.
— Но ещё не сложили мозаику.
Калеб сглотнул. В животе что-то сжалось. Рука дрогнула. Он хотел отвести взгляд, но — нет. Встретил взгляд Раннеса. Прямо. Смело. Почти.
— Я... не знал. Про фрагменты.
— Правда? — голос детектива стал мягче. Но это был мягкий лёд, под которым тонули. — Странно. Один из охранников утверждает, что видел тебя той ночью. Химфак. Подвал. Куртка, похоже, твоя. И свет горел.
Щёлк.
В голове Калеба что-то сорвалось с места. Память вспыхнула. То мгновение. Та дверь. Тот ключ.
> — Ты ошибся.
— Возможно, ошиблись, — сказал он, медленно.
Слишком медленно.
Слишком.
— Я... давно не был в подвале.
— Ну да, конечно, — усмехнулся Раннес. — Только вот лаборант вчера сказал, что дверь была приоткрыта. А ключи — только у тебя и профессора.
— Это не я, — выдохнул Калеб. Голос — уже не его. Бледный, как он сам.
> — ОНИ ВЕРЯТ?
— Нет.
Тишина. Почти физическая. Давящая. Как перед обрушением потолка.
Раннес допил кофе. Медленно поднялся. Пальто скользнуло по его плечам, как плащ судьи.
— Что ж, Калеб. Спасибо за чай. Поговорим ещё.
— Уверен, мы с тобой... скоро увидимся.
Он ушёл. Как тень.
А Калеб остался. Один. В тёплой кухне, которая вдруг стала ледяной. Чашка в руке остывала, сердце — неслось вскачь, как загнанная лошадь.
> — Ты начал умирать. Медленно. По капле. С каждой ошибкой.
— Это не расследование. Это распад. Ты распадаешься, Калеб.
Он схватился за голову. Ногти впились в кожу.
И впервые — заплакал.