Глава 10. Часы с секретом
Праздник подходил к концу. Оливия, сияя от счастья, разрезала огромный многоярусный торт и с особой нежностью угостила каждого из братьев. В ее сердце теплилась глубокая благодарность за то, что у нее есть такая дружная и любящая семья.
Гости начали расходиться, в зале становилось просторнее. Вскоре к Оливие подошли Алиса и Леон, чтобы попрощаться.
— Оливия, это был чудесный вечер! — Алиса крепко обняла кузину, ее глаза сияли искренней радостью. Она всегда любила Оливию как родную сестру, и их связь была особенной.
— Спасибо, что пришла, — Оливия тепло ответила на объятия. — Ты мне как сестра.
Затем она повернулась к Леону: — И вам большое спасибо, что составили компанию. Было очень приятно познакомиться.
— Это мне спасибо, — Леон вежливо склонил голову, его зеленые глаза смотрели на нее с мягкой улыбкой. — Вечер был прекрасным.
В этот момент, наклоняясь для прощального рукопожатия, он неловко двинулся, и из внутреннего кармана его пиджака выпали старинные золотые карманные часы на цепочке. Они с глухим стуком ударились о паркет.
Оливия наклоняясь, чтобы поднять их.
Ее пальцы уже почти коснулись холодного металла, когда она увидела это. На крышке часов была выгравирована изящная, до боли знакомая фигурка — взлетающий золотой воробей. Точь-в-точь как на том злополучном медальоне.
Ледяная волна прокатилась по ее спине. Откуда у него такая вещь?
Но Леон был проворнее. Его рука молниеносно метнулась вниз, и он мягко, но настойчиво опередил ее, поднимая часы. — Моя неловкость, прошу прощения, — произнес он, и его голос звучал совершенно спокойно, но его взгляд на мгновение стал острым, будто оценивающим ее реакцию.
Оливия выпрямилась, заставив свое лицо выражать лишь легкое любопытство. — Ничего страшного. Какие красивые часы, — сказала она, делая вид, что просто поддерживает светскую беседу.— Такие необычные. Я и не знала, что сейчас кто-то носит карманные часы. И тем более с такой интересной гравировкой. Птичка?
Она смотрела на него, стараясь уловить малейшую тень волнения в его глазах. Она знала, что это не простое совпадение.
Леон внимательно посмотрел на нее, и в его взгляде мелькнуло что-то неуловимое — то ли одобрение, то ли предостережение. Он был мастером скрывать свои эмоции. — Да, это... память о моей бабушке, — ответил он, его голос стал чуть более тихим, задумчивым. — Она умерла два года назад. Эти часы принадлежали ей. Я ношу их с собой, чтобы чувствовать связь... с семьей. С тем, что осталось в прошлом. — Он сделал небольшую паузу, позволив этим словам повиснуть в воздухе. — Она очень любила птиц. Особенно воробьев. Говорила, они символизируют стойкость и надежду.
Его слова прозвучали как простая, трогательная история. Но для Оливии они были чем-то большим. Это был намек. Признание в том, что их связывает нечто общее. Что его «прошлое» и ее «тайна» переплетены.
— Это очень трогательно, — промолвила Оливия, все еще пытаясь осмыслить услышанное. — Вы должны очень сильно ее любить.
— Да, — его взгляд снова стал непроницаемым. — Некоторые связи не рвутся со смертью. Они... напоминают о себе. Еще раз спасибо за вечер и простите за беспокойство.
Он еще раз кивнул ей и Тристану, который наблюдал за этой сценой издалека, не подходя, но и не спуская с них глаз. Затем Леон мягко взял Алису под локоть, и они направились к выходу.
Оливия стояла, провожая их взглядом, а ее пальцы бессознательно сжимались в кулаки. В голове крутилась одна мысль: «Стойкость. Надежда. Семья. Прошлое». Он что-то знал. Он определенно что-то знал.
Тристан медленно подошел к ней, его лицо было невозмутимым, но в глазах читалась настороженность. — Все в порядке? — спросил он тихо.
— Да, — Оливия улыбнулась, отводя взгляд. — Просто прощались. Все хорошо.
Но в ее сердце поселился новый, незнакомый до этого холодок. Загадочный незнакомец с глазами, как у нее, и с часами, украшенными тем же символом, что и ее злополучный медальон. Это было больше, чем просто совпадение.