Обольститель

Авантюра Олеси на время отвлекла меня от мыслей об Обольстителе, но новое письмо вернуло все на свои места. Увидев белый конверт без почтовых марок, я сразу понял, кто его отправитель. Письмо было написано все теми же корявыми печатными буквами.

«Здравствуй, Максим. Уверен, что ты проделал большую работу, чтобы доказать невиновность задержанного, но у тебя ничего не получилось. Следователь настолько глуп, что не желает слышать никаких аргументов. В одной из местных газет я прочитал, что он полагает, будто у подозреваемого есть помощник, который пишет письма. Никогда не слышал более бредовой идеи.

Я действую в одиночку, тщательно стараясь, чтобы никто не узнал страшную тайну. Решиться на убийство достаточно сложно, и любой может убедиться в этом. Еще сложнее признаться в убийстве даже самому близкому человеку. Людям свойственно мыслить стереотипно. Исторически сложилось, что убийство - это один из самых тяжелых грехов, которому нет оправдания. Убийце суждено до конца своих дней ловить на себе осуждающие взгляды, какими бы не были его мотивы. Даже эвтаназия запрещена в нашей стране, хотя толпы умирающих от неизлечимой болезни с удовольствием согласились бы преждевременно попрощаться с адской болью. Посуди сам, возможно ли быть уверенным, что кто-то сохранит твою тайну, в обществе, в котором гуманизм доходит до абсурда.

Конечно, я не мог не думать о том, что буду делать, если кто-нибудь узнает мою тайну. Скорее всего, мне пришлось бы убить случайного свидетеля даже, если бы он клялся, что никому ничего не расскажет. Иногда я не доверяю самому себе, поэтому продумываю каждый шаг. Я не из тех, кто получает наслаждение от риска. Я люблю ясность. Я должен знать наверняка, что будет завтра, через год, по крайней мере с моей жизнью.

Часто я задумывался, почему далеко не все убийства осуждаются обществом. Рассуждая об этом, я не брал в расчет убийства людей. Если пораскинуть мозгами, можно понять, что человек создан для убийств. В магазинах продается мясо курицы, свинина, телятина, и никто не плачет возле прилавка, жалея животных. Однако, труп котенка или щенка вызывает совершенно противоположные ассоциации. Если ты зарежешь свинью, никто не подумает о тебе плохо, но, если ты сделаешь тоже самое с котенком, тебя назовут живодером и оштрафуют за жестокое отношение к животным. Примеры достаточно просты и понятны. Одни животные выращиваются людьми для того, чтобы впоследствии стать для них пищей, другие вызывают восхищение и питаться их мясом непринято. Будучи маленьким ребенком, я случайно задушил цыпленка. Я сам не понял, как это произошло. Мне всего лишь хотелось подержать его в руках, чтобы ощутить тепло мягкого пуха, но цыпленок умер. Мне было бесконечно стыдно, и совесть долго грызла меня. Кроме этого я получил ремня от матери, потому что проявил жестокость. Если бы сегодня моя мама была жива, я спросил бы у нее: почему, убив цыпленка, я проявил жестокость, а ты, отрубив голову взрослой курице, поступила правильно?

Если животные делятся на зверей, которых можно и нельзя убивать, то почему бы не провести такое деление для людей. Да, я - убийца, и не стесняюсь этого, но я убиваю не всех людей, а лишь тех, которые не приносят никакой пользы обществу. Я не убиваю детей, которые как цыплята беззащитны и доверчивы. Я не убиваю их родителей, которые призваны вырастить детей. Я не убиваю людей, которые могут чего-то добиться в жизни. Я убиваю лишь тех, судьба которых бессмысленна. Общество ничего не потеряло, лишившись Яны и Маришки. Они были способны только на то, чтобы, словно хищницы, выслеживать мужчин. Нет, я не хочу сказать, что я - герой, и убил этих женщин только для того, чтобы сделать мир лучше. Все люди - эгоисты, и я - не исключение. В первую очередь, я убил этих женщин, потому что должен был кого-то убить. Жажда убийства давно поселилась внутри меня, и теперь я не могу с ней справляться. К счастью, я мог выбрать жертву, и эти женщины идеально подходили на эту роль.

Я задумался, что, если бы подготовился к убийству более тщательно, то смог бы спрятать трупы. Никто не заметил бы исчезновения женщин, но тогда не было бы историй об Обольстителе, держащих весь город в напряжении. Прогуливаясь по улицам, я слышу, как люди обсуждают меня. Одни боятся меня, другие - презирают, третьи надеются, что сами никогда не попадутся мне на пути. Если бы только они знали, что я совсем рядом, а в моем кармане лежит нож, которым я убил двух женщин! Но они не знали. Одна парочка даже улыбнулась мне, и я ответил взаимностью.

Я, словно призрак, блуждающий в темноте. Я рядом, но никто не замечает моего присутствия. На губах приторный вкус победы, и я знаю только одно: я буду убивать до тех пор, пока жажда смерти будет гореть в моем сердце.

Насколько мне известно, женатый мужчина, бывший любовником Маришки, имеет все шансы угодить за решетку вместо меня. Мы расстались с совестью, когда мне было семнадцать. Она слишком дотошна, чтобы иметь ее в друзьях. Если его и осудят мне будет не стыдно, а смешно, ведь не я подставил его или сделал что-то этакое, чтобы подозрения легли на него. Это дело рук безалаберного следователя, который не видит ничего дальше собственного носа. Это ему должно быть стыдно за то, что за решеткой сидит невиновный. На его месте я открыл бы настежь ворота тюрьмы, ведь большая половина из пребывающих там арестована по ошибке.

Пока ты просиживал штаны в издательстве, я познакомился с женщиной. Ее зовут Альбина. Честно говоря, общение с ней не доставило столько удовольствия, сколько общение с Маришкой. Альбина - тридцатипятилетняя женщина, за плечами которой неудачный брак. Ее некрасивое лицо словно кричит о том, что Альбина знакома со всеми муками ада. Безжизненные волосы, короткие ногти, сухая кожа, подвисающие бока, дряблый живот. Альбина запустила себя настолько, что Франкенштейн по сравнению с ней кажется симпатичным.

Несмотря на отпугивающую внешность, Альбина чересчур уверена в себе. Она работает менеджером по продаже канцелярских товаров в крупной оптовой компании. Альбина настолько увлечена работой, что дома перед сном составляет список клиентов, с которыми необходимо связаться завтра. Она хочет, чтобы ее личная жизнь наладилась, но для этого не делает ничего. Она иногда заходит на свою страницу на сайте знакомств в надежде, что, пока она предлагала кому-то приобрести бумагу или ручки с максимальной скидкой, у нее завелся поклонник. Кстати говоря, встречаться лишь бы с кем Альбина не станет. Требования к избраннику завышены настолько, что кажется, что о них говорит не Альбина, а молоденькая нимфа с модельной внешностью и сладким голосом.

Альбина утверждает, что брак многому ее научил, и теперь она не намерена тратить время на бесперспективных мужиков. Муж Альбины, если она не преувеличивает, был редкостным негодяем. Он любил выпить, и Альбине приходилось встречать его после работы в день зарплаты, чтобы он не пропил ее всю до последней копейки. Несмотря на то, что у мужа в кармане редко были деньги, он часто приходил домой пьяным. Алкогольное землячество крепче родственных связей. Все любители пропустить по рюмочке с удовольствием помогают друг другу принять на грудь. Они не считают, кто сколько выпил, и при встрече не спрашивают, когда получат назад деньги. Когда муж Альбины выпивал, его тянуло на подвиги. Он играл в автоматы, залезал на спор на фонарные столбы, поднимал на Альбину руку.

Альбина прожила с ним десять лет, и единственное, о чем, она жалеет, это о том, что не развелась с ним раньше. Мать Альбины - правильная женщина, считающая, что браки заключаются на небесах. Когда дочь заводила разговор о разводе, мать хваталась за голову, говоря, что не знает, как смотреть в глаза соседям, которые будут за спиной шептаться о том, какая Альбина - плохая жена, ведь с другими не разводятся. Вариант, что причиной развода мог быть плохой муж, даже не рассматривался. Мать считала, что женщина создана для того, чтобы терпеть и надеяться. Также она думала, что в безвольности мужа виновата только жена. От хороших жен не гуляют. Если в семье все хорошо, то к бутылке не тянет. Мать давала Альбине советы, как отучить мужа от пристрастия к алкоголю, но они не помогали. Спустя десять лет Альбина нашла в себе силы сопротивляться мнению матери и подала на развод. Когда она получила свидетельство о расторжении брака, мать сказала, что Альбина для нее умерла. Тогда Альбина не придала особого значения ее словам, но уже пять лет мать не отвечает на ее звонки и при встрече делает вид, что они не знакомы.

Альбина одержима идеей выйти замуж. Самое смешное, что она сама не понимает, насколько ничтожны ее шансы. Я бы мог рассказать о Альбине побольше, но сохраню интригу, потому что подготовил небольшой сюрприз.»

Это письмо от Обольстителя оказалось значительно короче, чем остальные. Меня насторожили последние строки послания. Обольститель подготовил небольшой сюрприз. Значило ли это, что Обольститель убил эту женщину?! Может, и не значило, но он намеревался ее убить. Альбина - тридцатипятилетняя разведенная женщина с непривлекательной внешностью и маленькими шансами создать семью. Она - идеальная жертва для убийства.

Не раздумывая, я помчался к Слепцову, торопливо сунув письмо в задний карман.

Слепцов, как обычно, курил в кабинете. Пыльные стекла практически не пропускали солнечный свет, поэтому в кабинете было прохладно и сумрачно.

- Здравствуйте, Игорь Павлович. Я принес еще одно письмо от Обольстителя, - сказал я, пожав руку следователю.

- Здравствуй. Давай его сюда, - сказал Слепцов.

Он торопливо пробежался глазами по кривым строчкам, иногда вздыхая. Когда следователь закончил чтение, он приложил ладонь ко лбу, как будто хотел узнать, не поднялась ли у него температура. Бьюсь о заклад, что давление подскочило точно.

- Что думаете? - поинтересовался я.

- Он не имеет ни стыда, ни совести, - сказал Слепцов.

Я кивнул, хотя заключение следователя не было новостью. Обольститель и сам признавал, что убивает ради удовольствия, не испытывая никаких угрызений совести. Он считал, что стыдно должно быть только следователю, который решил обвинить в убийствах первого попавшегося мужика.

Я мог понять, что Обольститель на самом деле испытывал удовольствие, убивая женщин, которые и без того были несчастны. Но я не мог понять, зачем он пишет об этом мне. Он подбрасывал письма в редакцию, словно почтовый голубь, но это не значило, что не наступит тот день, когда он не будет пойман с поличным.

Обольститель называл себя прагматичным человеком, не склонным к риску, однако, он рисковал каждый раз, когда приходил к дверям редакции.

- Сегодня тридцатое июня, - произнес Слепцов, прикурив новую сигарету.

- Да, тридцатое, - пробормотал я, хотя не думал, что Слепцов забыл, какое сегодня число.

- Предыдущие убийства произошли второго и шестнадцатого июня соответственно, - добавил Слепцов, выдыхая дым.

Он провел тлеющим кончиком сигареты по краю пепельницы и вопросительно посмотрел на меня.

- Убийства происходят каждые две недели, - предположил я.

- Именно. Обольститель убивает каждые две недели. Я уверен, что эта Альбина мертва.

Я тоже был уверен в этом.

- Вы до сих пор думаете, что Денис причастен к этим преступлениям? - спросил я.

Слепцов пожал плечами, делая новую затяжку. Он не мог быть ни в чем уверен, он мог только предполагать.

- Возможно, причастен, - сказал Слепцов.

- Вы понимаете, что придется снять все обвинения с Дениса, если сегодня или завтра будет обнаружен третий труп? - спросил я.

- Возможно, все не так просто. Я уже выдвигал версию, что у Дениса мог быть сообщник, который пишет тебе письма. Этот сообщник мог убить еще одну женщину, чтобы подозрения с Дениса были окончательно сняты.

- Обольститель достаточно убедительно объяснил, почему действует в одиночку.

- Мы не можем верить на слово автору анонимного письма, который кстати уже вводил нас в заблуждение, чтобы исполнить задуманное. Помнишь, как мы искали труп Красновой на заброшенной стройке, пока убийца караулил жертву в подвале?

Я кивнул. Обольститель не внушал доверия. Он использовал нас словно марионеток в кукольном театре.

- Может, проверить Дениса на детекторе лжи? - предложил я.

- Уже проверяли. Денис полностью отрицает свою вину и знакомство с Сидоренко. Полиграф утверждает, что подозреваемый не лжет.

- Этого недостаточно, чтобы отпустить его на свободу?

- Существует несколько способов, с помощью которых можно обмануть полиграф. Обольститель хитер, и он не мог не подготовиться к тому, что однажды его могут поймать.

Я закурил, даже не спрашивая разрешения у Слепцова. Он мыслил глубоко, но так и не мог докопаться до истины. Ответ, кто убийца, лежал на поверхности. Обольститель не был профессионалом, поэтому не мог просчитать все варианты развития событий. Он тщательно планировал преступления, но в любом плане есть слабые места.

- Послушай, Максим. Мне нужно, чтобы ты написал статью в газете о ходе следствия, - сказал Слепцов.

- Каждую неделю я пишу такие статьи, - ответил я.

- Да, но ты пишешь правду. Найден труп, получено письмо от убийцы, задержан подозреваемый. Мне нужно не это.

- Не понимаю, к чему вы клоните.

- Сейчас я набросаю текст, который нужно будет опубликовать. Желательно эту статью как-то выделить, чтобы она привлекла внимание.

Я кивнул. Слепцов долго пыхтел над статьей. Он зачеркивал предложения, мял лист бумаги, потом начинал снова. Наконец, в моих руках был черновик статьи.

«ПОДОЗРЕВАЕМЫЙ ПО ДЕЛУ ОБОЛЬСТИТЕЛЯ ОТПУЩЕН НА СВОБОДУ.

Сегодня следственный изолятор покинул Светлов Денис Александрович, подозреваемый в убийстве двадцативосьмилетней Красновой Марины Олеговны и тридцатилетней Сидоренко Яны Викторовны.

Доказательства вины Светлова не нашли своего подтверждения. Косвенных улик оказалось недостаточно, чтобы возбудить уголовное дело против гражданина Светлова.

Несмотря на содержание Светлова в тюремной камере в редакцию газеты продолжали приходить письма от убийцы. Также был обнаружен труп тридцатилетней женщины, личность которой на данный момент не установлена. В последнем письме Обольститель указал, что эта женщина была его последней жертвой. Редакция и следствие склонны не доверять словам убийцы. Следствие продолжается»

- Лучше написать не «сегодня», а конкретное число, - сказал я.

- Тогда напиши, что Светлов покинул следственный изолятор 1 июля, - сказал Слепцов.

- Вы намерены отпустить его завтра? - поинтересовался я, аккуратно складывая лист бумаги со статьей.

- Нет. Светлов останется здесь, пока ведется следствие. Я хочу, чтобы автор писем, которые приходят в редакцию, прочитал эту статью. Он решит, что Светлов на свободе, и, если они - сообщники, то он будет знать, что это неправда. Также я написал, что обнаружен труп неизвестной женщины. Если Обольститель никого не убивал, мы также узнаем об этом. Также убийца не писал о том, что некая Альбина станет его последней жертвой. Я переиначил его слова, чтобы посмотреть, какова будет реакция. Он играет с нами, а мы поиграем с ним. Возможно, он заиграется настолько, что потеряет бдительность и выдаст себя.

- Хорошо. Я опубликую эту статью, - пообещал я, восхищаясь Слепцовым.

Я бы никогда не догадался до чего-то подобного.

- Также ты должен пообещать мне, что наш разговор останется между нами. Никто не должен знать, что статья - сплошной вымысел, призванный поймать убийцу на живца.

- К чему такие категоричные меры?

- Если кто-то узнает, что статья состряпана из несуществующих фактов, об этом может стать известно и убийце. Поверь, другие газеты найдут способ узнать правду. Ты должен говорить, что написал все, что знал о ходе следствия.

- Хорошо, но, если другие журналисты напишут статьи о том, как следствие ведется на самом деле?

- Не напишут. Я не буду давать никаких пояснений газетчикам, а также запрещу разглашать любую информацию по делу Обольстителя своим коллегам. Если кто-то спросит тебя, откуда ты узнал о ходе следствия, отвечай, что не обязан делиться собственными источниками информации.

- Хорошо. Я вас понял.

- Запомни, что никто не должен знать о нашем разговоре. Только так мы сможем выйти на настоящего преступника или сообщника Светлова.

Я поклялся, что сохраню то, что мне известно о следственном процессе в секрете. Я чувствовал определенную гордость, ведь именно мне Слепцов доверил помощь в расследовании. Здравый смысл говорил, что на моем месте мог быть любой другой журналист, получающий письма от убийцы, или просто подвернувший под руку, но на этом месте был именно я, и я точно знал, что не подведу Слепцова.

Я хотел попросить Слепцова о еще одном свидании с Денисом, но мне помешал телефонный звонок.

Лицо Слепцова налилось багровыми красками.

- Срочно едем на Красное озеро, - прорычал он, - там обнаружен труп женщины.

Красное озеро находилось в пяти километрах от города. Вода в нем была черная, а на дне кишели пиявки. Озеро не привлекало отдыхающих, поэтому было идеальным местом для убийства средь бела дня. Настораживало только одно: зачем благоразумная женщина поехала на это озеро?

Грузное тело женщины, которой на вид можно было дать лет сорок, лежало в ярко-зеленой траве. На женщине не было ничего кроме нижнего белья, которое было куплено лет десять назад на барахолке. Обольститель расправился с ней также, как и с предыдущими жертвами.

Тошнотворный комок подкатил к горлу, и я еле успел отвернуться, чтобы не опорожнить содержимое желудка на труп.

- Не знал, что ты такой слабонервный, - похлопал меня по плечу Слепцов.

Из-под ног выскочил серый уж и, извиваясь, пополз в сторону озера. Я вздрогнул от неожиданности, что вызвало смех окружающих.

Никаких документов обнаружено не было, поэтому личность погибшей установить было пока невозможно. Я невольно поймал себя на мысли, что далеко не все, написанное в статье, было неправдой.

Я был уверен, что усопшую звали Альбиной. Она полностью подходила под описание Обольстителя. Говоря о том, что Альбина была непривлекательной, Обольститель нисколько не преувеличил. Ее лицо было грубым, она имела лишний вес. Живот прорезали уродливые складки.

Труп Альбины обнаружил таксист. Он показал, что около одиннадцати Альбина села к нему в машину и попросила отвезти на Красное озеро. Его смутило, что женщина в возрасте едет в такое заброшенное место одна, но не стал задавать лишних вопросов. По дороге женщина смотрелась в зеркальце и поправляла волосы, поэтому таксист решил, что она торопится на свидание. Он подумал про себя, что лишь дураки назначают свидания возле Красного озера, но вслух не сказал. Альбина расплатилась с таксистом и попросила его приехать на это же место через три часа. Таксист отказался, сказав, что работает только по вызову. Он предложил женщине вызвать такси на Красное озеро, как только ей понадобится вернуться обратно. Альбина пообещала двойную цену, если таксист приедет сюда через три часа. Таксист возразил, что никто не компенсирует ему расходы, если женщина вдруг передумает ехать, но Альбина заплатила вперед. Когда таксист заводил машину, Альбина сказала:

«Я надеюсь на вашу честность».

Через три часа таксист вернулся на это место, но женщины там не было. Он решил, что она передумала ехать и порадовался, что взял плату вперед. Уехав от Красного озера метров на триста, таксист вернулся. Женщина не выглядела легкомысленной дурочкой, у которой семь пятниц на неделе. Он вспомнил, что она была какой-то нервной, постоянно поглядывала на телефон, как будто боялась куда-то опоздать. Таксист вернулся. Он решил прогуляться по берегу озера минут пятнадцать на случай, если женщина опаздывает.

Так он обнаружил ее труп. Она была без платья и сумочки. Таксист сразу же вызвал полицию. Он не видел на озере ни души.