Корона и Коллекционер

Смерть барона Вектора повисла над Верданией зловещим, невысказанным предупреждением. Двор замер в страхе и шепотах. Лео был мрачен, его обычная добродушная маска сменилась озабоченной серьезностью. Расследование зашло в тупик – слуги Вектора ничего не видели, улик не было, только ужасающая визитная карточка: белый платок, пропитанный кровью барона и чем-то еще, как шептались самые смелые – кровью самой Элианы. Этот слух, пущенный кем-то невидимым, витал в воздухе, приправляя страх липким осадком извращенной связи между принцессой Теней и королевским бастардом.

Элиана оправлялась. Рана на боку затягивалась, оставляя лишь тугой шрам и постоянное, глухое напоминание о той ночи в библиотеке и о том, что последовало за ней. Она избегала Каина, но чувствовала его присутствие всегда – тяжелый, холодный взгляд, скользящий по ней в тронном зале, едва уловимый запах хвои, возникавший в самых неожиданных местах. Он не приближался, не бросал своих словесных «головоломок». Он наблюдал и это молчаливое наблюдение было страшнее любых провокаций.

Однажды утром, когда солнце еще только золотило верхушки башен, Элиана, движимая смесью беспокойства и потребности в ясности, направилась в свой кабинет. Воздух здесь был густым от пыли и запаха старого пергамента. Она искала конкретную книгу – «Летопись Междоусобиц Теней», надеясь найти в истории своего королевства ключ к пониманию того, кто мог стоять за Вектором, кто действительно хотел ее смерти или устрашения. Она знала, что Каин использовал Вектора как инструмент, но чья это была воля?

Она стояла на высокой деревянной стремянке, ее пальцы скользили по корешкам в верхнем ряду, когда дверь библиотеки бесшумно приоткрылась и так же бесшумно закрылась. Холодок пробежал по ее спине. Она не обернулась, но знала знакомое давление в воздухе, сгущение тишины.

— Искали что-то конкретное, леди Элиана? — Голос Каина, низкий и гладкий, как лезвие по шелку, раздался сзади и чуть ниже. Он стоял у подножия стремянки, заложив руки за спину, запрокинув голову, чтобы смотреть на нее. Его черные глаза в полумраке библиотеки казались абсолютно бездонными. — Или просто наслаждаетесь ароматом тлена и забытых амбиций? Довольно навязчивый аромат после недавних событий, не находите?

Элиана намеренно медленно извлекла толстый фолиант с потрескавшимся кожаным переплетом. "Летопись...". Она спустилась по ступенькам, держа книгу перед собой как щит. Только когда ее ноги коснулись пола, подняла взгляд, встретив его.

— Ваша светлость, – ее голос был ровным, ледяным. — Я полагала, пыль книг слишком проста для вашего изысканного вкуса. Разве вы не предпочитаете... более острые ароматы? – Она кивнула в сторону, где в окне виднелась башня, в которой содержался Вектор до своей «встречи».

Уголки губ Каина дрогнули в подобии улыбки.

— О, запах справедливого возмездия обладает своей... неповторимой пикантностью, – парировал он, делая шаг ближе. Запах хвои стал отчетливее, смешиваясь с пылью. — Особенно когда он тщательно выверен и подан в нужной упаковке, но вы, кажется, ищете что-то иное. – Его взгляд упал на книгу в ее руках. — «Летопись Междоусобиц», ностальгия по родине? Или попытка понять, чьё щупальце потянулось к вам через границу, используя глупца вроде Вектора? – Он произнес имя барона с откровенным презрением.

Элиана не отвела взгляда. Она чувствовала, как его слова, словно тонкие иглы, пытаются проникнуть под ее кожу, найти слабое место.

— Знание – лучшая защита, мистер Каин. Особенно когда угроза не всегда очевидна и маскируется под союзника. – Она сделала едва заметное ударение на последнем слове.

Каин тихо рассмеялся – сухой, безрадостный звук.

— О, как вы правы. Маски – наша вторая кожа, не так ли? Вы – тень короля, я – тень престола. Мы все играем роли, но иногда, – он сделал еще один шаг, сократив дистанцию до минимума. Элиана почувствовала холод, исходящий от него, и легкое головокружение от резкости его духов. — Иногда маски срывает сама жизнь или чужая кровь на твоих руках. – Его взгляд скользнул вниз, к ее боку, где под платьем скрывалась повязка. — Вы хорошо держитесь. Боль утихла? Или просто загнана глубже, как и все остальное что касается слабостей и эмоций?

— Она напоминает, – ответила Элиана коротко, сжимая книгу так, что костяшки пальцев побелели. — Напоминает о цене невнимательности и о цене чрезмерного внимания.

— Чрезмерного? – Каин приподнял бровь с преувеличенным интересом. — Разве забота о ценности коллекции можно назвать чрезмерной? Барон Вектор был не просто наглецом, леди Элиана. Он был ошибкой, грубой, неэстетичной ошибкой в расчетах ваших врагов  и моих. Его устранение – это наведение порядка, очищение холста перед новой композицией. – Он протянул руку, не к ней, а к книге в ее руках. Его пальцы коснулись старого пергамента, чуть сдвинув ее обложку. — И вы напрасно копаетесь в прошлом Теней, тот, кто направлял Вектора, не из ваших заскорузлых баронов или ревнивых тетушек. Я так полагаю он  ближе и куда интереснее.

Элиана не отдала книгу, но и не отдернула руку. Их пальцы соприкоснулись на холодном переплете. Она чувствовала ледяную твердость его ногтей.

— Ближе? – повторила она, заставляя свой голос звучать спокойно, хотя сердце бешено колотилось. — Вы говорите загадками, мистер Каин. Как всегда, но я не экспонат в вашей витрине, чтобы разгадывать ваши ребусы по прихоти.

— Разве нет? – Каин наклонился чуть ближе, его дыхание коснулось ее виска, голос снизился до интимного, опасного шепота. — А кто тогда пришел ко мне ночью с мазью,кто вступает в мои игры, парирует мои выпады с невероятной точностью, кто смотрит на меня теперь не со страхом, а с тем же холодным огнем, что горит во мне? – Он отодвинулся на дюйм, его черные глаза пылали нечеловеческим огнем. — Вы уже в коллекции, Элиана, не как пыльная безделушка, а как центральный шедевр и самое прекрасное, самое восхитительное в этом то, что вы сами шаг за шагом занимаете свое место. Своей храбростью, своим умом... своей кровью. – Его взгляд снова скользнул к ее ране. — Барон Вектор заплатил за попытку осквернить этот шедевр следующий заплатит дороже. Вы – моя самая сложная, самая ценная головоломка и никому не позволено портить мои игрушки.

Он убрал руку с книги и отступил на шаг, его лицо снова стало бесстрастной маской, лишь в глазах тлели угли одержимости.

— А что касается ваших поисков... – он сделал широкий жест рукой, охватывая полки. — Не тратьте время на прах прошлого. Истинная угроза – здесь и сейчас, и она становится только интереснее, ваш ход, леди Элиана. – Он слегка наклонил голову в едва уловимом пародийном поклоне. — Надеюсь, книга вас не разочарует, хотя... – его губы искривились в чем-то, отдаленно напоминающем улыбку, — ...сомневаюсь, что она содержит ответы, которые вы действительно ищете.

Он развернулся и бесшумно вышел из библиотеки, растворившись в полумраке коридора так же внезапно, как и появился.

Элиана осталась стоять посреди тишины, сжимая тяжелый фолиант. Книга вдруг показалась ей бесполезной грудой пергамента, его слова висели в воздухе, ядовитые и неотвязные. "Вы уже в коллекции... Сами шаг за шагом занимаете свое место... Моя самая сложная головоломка..."

Она резко поставила книгу на ближайший стол, пыль взметнулась золотыми вихрями в луче солнца. Рука непроизвольно потянулась к боку, к шраму под тканью. Страх исчез, но его место заняло нечто иное – фатальное понимание связи, которая теперь неразрывно связывала ее с этим монстром. Он видел в ней не жертву, не принцессу или тень Лео, а равного противника, достойного его извращенной игры. Это признание было одновременно леденящим и отрезвляюще честным, как в старые добрые времена, ещё когда Элиана жила у себя на родине.

Она посмотрела на дверь, через которую он ушел. Воздух все еще вибрировал от его присутствия и запаха хвои, вина и непоколебимой, хищной уверенности. "Ваш ход", – сказал он.

Элиана глубоко вдохнула, выпрямила плечи, ощущая тупую боль в боку – напоминание о цене ошибки и о цене его "защиты". Игра продолжалась и ставки только что взлетели до небес она не была экспонатом. Ее зеленые глаза, обычно осторожные и аналитичные, зажглись холодным, решительным огнем – отражением того самого пламени, что горело в черных глазах Каина. Охота шла в обоих направлениях.

Ее размышления были прерваны внезапной суетой за дверью. Голоса, торопливые шаги, металлический лязг доспехов. Сердце Элианы сжалось. Тревога была знакомой, остроконечной – как перед нападением в лесу или в библиотеке. Она бросила книгу на стол и вышла в коридор.

В тронном зале царило напряженное ожидание. Лео сидел на троне, его обычно открытое лицо было застывшей маской королевского достоинства, но Элиана уловила жесткую линию его сжатых губ и тень тревоги в синих глазах. Придворные столпились по бокам, шепчась. А в центре, как вкрапление чуждого мрака в светлую Верданию, стояли двое. Послы из Теней.

Они были одеты не в роскошные дипломатические одеяния, а в практичные, темные кожаные доспехи, поверх которых были наброшены плащи из грубой шерсти, расшитые угловатыми, воинственными символами ее родины. Их лица были закрыты шлемами с узкими прорезями для глаз, придававшими им вид бездушных истуканов. От них веяло холодом камня и запахом далеких, выжженных солнцем степей. Один держал свиток с печатью из черного воска – печатью правящего монарха Теней, ее старшего брата.

– Его Величество, Король Теней, Люциан  Второй, – начал посол, его голос был глухим, лишенным интонаций, словно доносился из-под земли, – шлет приветствие своему союзнику и будущему родичу, Королю Вердании Лео Первому.

Лео кивнул, едва заметно. – Его Величество любезен. Мы приветствуем его посланников в стенах Вердании. Какие вести вы принесли?

Посол развернул свиток. Пергамент зашуршал в гробовой тишине зала.

– Его Величество Король Теней, озабоченный благополучием своей младшей сестры, Принцессы Элианы, и стремясь укрепить узы между нашими королевствами, повелевает следующее: испытательный срок совместного проживания Принцессы Элианы и Короля Лео сокращается. Официальная свадьба и коронация Принцессы как Королевы Вердании должны состояться не позднее, чем через три лунных цикла.

В зале пронесся сдавленный вздох. Лео нахмурился. Три месяца? Это было невероятно мало для такой важной церемонии и для полного слияния дворов.

Посол продолжал, не обращая внимания на реакцию:

– Кроме того, дабы обеспечить безопасность и комфорт Принцессы в период подготовки к свадьбе, Его Величество Король Теней направляет в Верданию личную охрану Принцессы – отряд из пятидесяти стражей «Черных Клинков», которые немедленно займут положенные им посты в восточном крыле дворца и будут сопровождать Принцессу повсюду.

Элиана почувствовала, как леденит кровь. Черные Клинки элитный отряд телохранителей-убийц, лично преданных Люциану. Их присутствие – не защита, а оккупация,наблюдение и прямое вмешательство Теней в дела Вердании под предлогом заботы о ней. И ультимативный срок свадьбы – давление на Лео, попытка ускорить процесс и закрепить союз до того, как Вердания успеет окрепнуть или передумать.

Лео медленно поднялся. Его лицо было бледным, но голос звучал твердо, с металлическим оттенком, которого Элиана раньше не слышала:

– Его Величество Король Теней проявляет… излишнее рвение. Три месяца – срок недостаточный для подготовки королевской свадьбы, достойной нашей чести и чести Принцессы Элианы. Что касается «Черных Клинков»… – Он сделал паузу, его взгляд скользнул по стальным фигурам послов. – Вердания обеспечивает безопасность своих гостей, особенно будущей королевы. Наличие иностранного воинского контингента в королевской резиденции неприемлемо.

Посол не дрогнул. – Его Величество настаивает. Срок – три лунных цикла. Охрана Принцессы – священный долг Королевства Теней. Отказ будет расценен как… неуважение к воле Короля Теней и к безопасности его крови. – В его безжизненном голосе прозвучала явная угроза.

Тишина стала звенящей. Даже придворные перестали дышать. Элиана видела, как напряглись мышцы на шее Лео, как его кулаки сжались на ручках трона. Он был в ловушке. Отказ – риск войны, согласие – потеря суверенитета, превращение в марионетку Теней еще до свадьбы. И она, его невеста, была разменной монетой. Девушка набрала в лёгкие воздуха и уже хотела в мешаться в их разговор, но её опередили.

Именно в этот момент раздался голос, гладкий, как черное стекло, спокойный и бесконечно опасный:

– Какое трогательное братское участие.

Все головы повернулись. Каин стоял чуть в стороне, в тени колонны, откуда он, вероятно, наблюдал всю сцену. Он вышел на свет, черный камзол сливался с мрамором пола, лишь бледное лицо и холодные глаза выделялись, как маска, идеально уложенные волосы. Он медленно приближался к послам, его шаги были бесшумны, но каждый из них отдавался гулким эхом в напряженной тишине.

– Однако, – продолжил Каин, остановившись перед послами, его взгляд скользнул по их шлемам с ледяным презрением, – ваше присутствие здесь, в таком воинственном облачении, и столь категоричные требования скорее напоминают ультиматум завоевателей, нежели дружественный визит союзников, разве не так? – Его голос был тихим, но он резал слух, как нож.

Посол повернул голову к нему. – Мы выполняем волю нашего Короля. Принцесса Элиана – кровь Теней и ее безопасность и своевременный брак – наша первейшая забота.

– Безусловно, – Каин кивнул с преувеличенной учтивостью. – Забота, достойная восхищения. Но позвольте внести ясность. – Он сделал шаг вперед, сократив дистанцию до минимума. Элиана почувствовала знакомый холодок – тот самый, что исходил от него в кабинете  – Принцесса Элиана сейчас находится на земле Вердании. Под защитой ее Короля и под… моим личным наблюдением. – Он подчеркнул последние слова, и в них прозвучала недвусмысленная угроза, гораздо более страшная, чем открытая враждебность послов. – Любая угроза, реальная или мнимая, ее безопасности будет воспринята мной лично как оскорбление. А я, как вы, возможно, слышали, весьма ревностно отношусь к своим интересам.

Он бросил быстрый, оценивающий взгляд на Элиану. В его глазах мелькнуло что-то – не защита, а право собственности. Барон Вектор был незримо упомянут в каждом его слове.

– Ваши «Черные Клинки», – Каин повернулся обратно к послам, его голос снова стал гладким, – несомненно, элитные воины. Но их присутствие здесь излишне и, откровенно говоря, оскорбительно для гостеприимства Вердании и для компетентности ее Короля и его… – он слегка наклонил голову в сторону Лео, – …верных слуг. Передайте вашему Королю: Принцесса Элиана в безопасности. Ее брак состоится в срок, достойный королев Вердании и Теней. А не тот, что продиктован поспешностью или недоверием. – Он произнес последнее слово с ледяной насмешкой.

Послы замерли. Даже сквозь узкие щели шлемов было видно их замешательство. Они ожидали сопротивления Лео, его мягкости или гнева. Они не ожидали этого – холодной, абсолютной уверенности и скрытой жестокости, исходящей от бастарда, чья репутация, видимо, достигла и их мрачных залов. Угроза Каина была тоньше, но куда весомее открытой военной силы.

Лео, воспользовавшись паузой, встал во весь рост. Его голос зазвучал с новой силой, подкрепленный неожиданной поддержкой Каина:

– Герцог Каин выразил мою позицию точно. Передайте Его Величеству Королю Теней: мы ценим его заботу о сестре. Принцесса Элиана – моя невеста и будущая королева, ее безопасность – моя священная обязанность. Официальная свадьба состоится, когда дворы Вердании и Теней завершат все необходимые приготовления с должной пышностью и уважением к традициям обоих королевств. Охрана Принцессы будет обеспечена верданскими рыцарями. Присутствие «Черных Клинков» во дворце не требуется и не будет допущено.

Послы молчали секунду, которая показалась вечностью. Затем старший из них резко кивнул, больше похоже на рывок головы.

– Ваши слова будут переданы Королю, – прозвучал все тот же безжизненный голос. Он свернул свиток. – Мы удаляемся. – Не дожидаясь формального разрешения, они развернулись и мерными шагами покинули тронный зал, их темные плащи колыхались, как крылья воронов.

Напряжение спало, сменившись гулким гулом обсуждений. Лео тяжело опустился на трон, проводя рукой по лицу. Его взгляд встретился с взглядом Каина. В синих глазах Лео читалась сложная смесь – недоумение, остаточная ярость, и… новая, настороженная оценка. Каин лишь едва заметно приподнял бровь в ответ, его лицо снова было бесстрастной маской. Затем его взгляд нашел Элиану.

Он смотрел на нее не как на жертву обстоятельств, а как на шахматную фигуру, сделавшую неожиданный, но интересный ход. В его черных глазах горел холодный, оценивающий огонь. Он использовал ситуацию, чтобы подтвердить свою власть над ней, свою "защиту", перед лицом внешней угрозы и теперь он ждал ее реакции.

Элиана выпрямила спину, ощущая жгучую боль в боку – напоминание о цене его внимания. Она встретилась с ним взглядом. В ее зеленых глазах не было ни страха, ни благодарности,была лишь холодная решимость и вызов. Девушка медленно, едва заметно, кивнула ему. Не как вассал сюзерену,как игрок – игроку “Твой ход был сильным, но игра не окончена.”

Каин замер на мгновение. Затем уголки его губ дрогнули в едва уловимом, ледяном подобии улыбки. Одержимость в его глазах вспыхнула ярче, она не просто приняла вызов, ответила на него и это было восхитительнее любого страха или покорности.

Он слегка наклонил голову в ее сторону, пародируя придворный поклон, но в этом жесте была неподдельная, хищная признательность. Затем он развернулся и бесшумно растворился в толпе придворных, как тень.

Элиана осталась стоять, чувствуя на себе взгляды Лео и придворных – смесь жалости, любопытства и страха, но она не видела их. Она видела только отступающую черную фигуру и ощущала ледяное эхо его присутствия. Он сделал ее разменной монетой в своей игре против Теней и против Лео. Он публично заявил о своих "правах" на нее и она только что дала ему понять, что играет по его правилам. Что принимает этот вызов на высшем уровне.

Она глубоко вдохнула и ещё раз выпрямила плечи, игнорируя боль. Ей нужна была информация и союзники, чтобы  понять, какую игру ведет ее собственный брат, пославший этих послов и ей нужно было найти способ использовать интерес Каина против него самого для защиты Лео и Вердании.

Тронный зал гудел от шепота придворных, когда Лео резким жестом подозвал Элиану. Его лицо, лишь мгновение назад сиявшее королевской твердостью, теперь было бледным, а в синих глазах бушевали ярость и глубокая, уязвленная тревога.

– Выйдите, – бросил он всем присутствующим, те молча скрылись. Тишина повисла тяжело и зыбко. Его взгляд, обычно теплый и открытый, был острым, пронзительным. – Что это было, Элиана? – Его голос был тихим, но каждое слово било, как плеть. – Что за театр теней разыгрывается у меня под носом? И в центре его – ты и он.

Элиана стояла прямо, ее зеленые глаза не дрогнули, но внутри все сжалось. Она знала, что этот разговор неизбежен.

– Я не понимаю, о чем ты, Лео, – начала она осторожно, стараясь сохранить спокойствие.

– Не понимаешь?! – Он резко шагнул к ней. Запах раздавленных лесных ягод, его ярость, снова ударил в ноздри. – Там, в зале! Этот… бастард! Как он посмел?! «Под моим личным наблюдением»! «Мои интересы»! Он говорил о тебе, как о своей собственности! И ты кивнула ему! – Лео сжал кулаки. – Что за игра между вами?! Эта интеллектуальная дуэль, о которой шепчутся даже стены? Это из-за нее?! Из-за него на тебя дважды покушались?!

Он подошел так близко, что Элиана почувствовала жар его дыхания. В его глазах читались не только гнев, но и боль, страх потерять ее, страх перед невидимым врагом, которым вдруг стал его собственный брат.

– Лео, – Элиана сделала глубокий вдох, ее голос оставался ровным, хотя сердце колотилось. – Между Каином и мной… нет игры, он выбрал меня мишенью для своих манипуляций, а я защищаюсь. Парирую его выпады, чтобы не стать его куклой. Кто стоит за покушениями – я еще не знаю, но клянусь, я выясню и это не Каин. Он слишком ценит свою «коллекцию».– махнула в воздухе рукой.

Лео замер, его пылающий взгляд впился в нее, ища ложь. Он видел усталость в ее глазах, следы боли от ран, скрываемую под платьем, и ту самую холодную ясность, которая появилась в ней недавно.

– Ты не знаешь– он прошептал с горечью. – Дважды стрелы, игла.. Боги, Элиана, это может обернуться трагедией! Я не переживу, если… – Голос его дрогнул. Маска короля окончательно рухнула, обнажив измученного, безумно любящего мужчину. Резко шагнул вперед и в порыве обнял ее. Нежно, но с такой силой, словно пытался физически оградить от всего зла мира. Его руки дрожали. – Я не допущу этого никто не тронет тебя ни бандиты, ни послы Теней, ни… – он замолчал, не решаясь назвать имя брата, но его объятия сжались крепче. Запах теплого солнца и ежевики, его запах, окутал ее, такой знакомый и безопасный, контрастируя с леденящей хвоей Каина.

Элиана на мгновение закрыла глаза, позволив себе эту слабость. В его объятиях она чувствовала защиту, которой так не хватало в ее прошлой жизни, но под этим теплом клокотал холодный страх – страх за него самого. Каин увидел их слабость в тронном зале и он не простит ни Лео его ярости, ни ей – ее «принадлежности».

– Я буду осторожна, Лео, – тихо сказала она, нежно возвращая объятие, но через мгновение уже отстраняясь.— и я найду того, кто за этим стоит.

—Я помогу тебе, чем смогу. – и Лео ушел, недав сказать и слово Элиане, потому что знал, что она не захочет впутывать его в это.