Глава 3
Тем временем. Глубокой ночью. Секретный архив.
Лео не ограничился ее обещаниями. Тревога за Элиану и ярость от наглости Каина гнали его. Он действовал тихо, используя немногих доверенных – капитана гвардии, старого архивариуса, чья преданность короне не вызывала сомнений.
Отчеты о нападении в лесу лежали перед ним: стрелы наемников (установлен тип, но не поставщик), показания выживших бандитов под "сывороткой правды" – смутные указания на «господина из Теней», оплатившего засаду. Библиотека, духовое ружье восточного типа, мирра и деготь… Архивариус, дрожащими руками, подал Лео старую переписку с посольством Теней. Среди скучных дипломатических нот – упоминание о поставках «экзотических охотничьих приспособлений» для барона Вектора… по личной просьбе кого-то из очень высокопоставленных лиц при дворе Люциана. Имя не названо, но намек прозрачен. Кто-то в Тенях использовал Вектора как орудие, но кто? И зачем устрашать или убивать Элиану? Чтобы сорвать союз? Или… чтобы спровоцировать Верданию?
Лео сопоставлял факты. Стремление ускорить свадьбу и ввести войска, атаки на Элиану… что, если цель – не ее смерть, а создание хаоса? Чтобы ослабить Верданию, дискредитировать Лео, показать его неспособность защитить даже невесту? Или чтобы дать Теням повод для «защиты» и вмешательства? И тогда покушения – дело рук ее же брата, Люциана? Мысль была чудовищной, но логичной в жестокой политике Теней. Элиана была для Люциана пешкой. Опасной пешкой, которая могла полюбить врага и изменить планам. Ее смерть или серьезное ранение дали бы Люциану идеальный предлог для вторжения под предлогом мести и «восстановления справедливости».
Лео почувствовал холодную ярость. Он играл в мягкость, а его невесту использовали как мишень в грязной игре ее же родственников. И где-то в этой тени маячила фигура Каина, с его «интересами» и коллекцией…Нужно поговорить с ним по этому поводу.
Лео убрал все отчёты и с тяжёлыми мыслями отправился к своему брату.
Лео вошел без стука. Каин сидел у камина, разбирая сложный механизм какого-то изящного, смертоносного на вид устройства. Он не поднял головы.
– Братец. Какая неожиданная честь. Пришел проверить, не собираюсь ли я похитить твою драгоценную невесту прямо из-под носа? – Голос был гладким, ядовитым.
– Заткнись, Каин, – Лео отрезал, опускаясь в кресло напротив. Его голос был низким, усталым, но в нем не было прежней снисходительности, только холодная твердость. – Я знаю о Тенях.
Каин на мгновение замер, затем медленно положил инструмент. Его черные глаза поднялись на Лео. В них мелькнул искренний, почти уважительный интерес.
– О? Знаешь? И что именно ты, просветленный, узнал? – Он откинулся на спинку кресла, сложив пальцы домиком.
– Знаю, что барон Вектор был пешкой. Знаю, что восточное ружье и та смесь запахов – не его причуда. Знаю, что кто-то очень высокопоставленный в королевстве Теней направлял его. Цель – Элиана и хаос. Повод для вмешательства Люциана. – Лео смотрел Каину прямо в глаза, не отводя взгляда. – Ты знал! С самого начала знал, кто стоит за покушениями в лесу и в библиотеке не так ли?!
Тишину нарушал только треск дров в камине. Каин смотрел на брата долгим, оценивающим взглядом.
Лео не отводил взгляда. Запах мороза и холода, исходивший от брата, казался сейчас особенно резким на фоне тепла камина.
В голове Каина пронеслось молнией: Он видит доску, наконец-то. Восхищение боролось с досадой. Восхищение – потому что Лео, его «наивный» брат, сумел сложить пазл без его, откровенных подсказок. Досада – потому что теперь игра усложнялась. Лео перестет быть просто фигурой на доске, он становится игроком, пусть и начинающим и его ход был неожиданно сильным.
— Знать – слишком громкое слово, братец, – наконец произнес Каин, его голос снова обрел гладкую, ядовитую оболочку, но в глубине глаз горел холодный азарт. – Я... предполагал, как предполагает хищник запах крови на ветру. Вектор? Гротескная марионетка. Его страх, ненависть к запаху крови, связь с поставщиками восточных диковинок – все кричало о том, что его дергают за ниточки. А кто в Тенях имеет доступ к таким ресурсам и мотив устрашить или убрать свою же принцессу? Кто выиграет от хаоса в Вердании? – Он усмехнулся, обнажив острые клыки. — Вариантов не так много. Очень высокопоставленное лицо или даже сам венценосный брат. Люциан всегда был мастером грязных игр. Элиана для него – орудие и ее смерть или увечье – идеальный казус белли, а живую можно использовать для давления, как он и попытался сегодня.
Лео почувствовал, как холодная ярость, уже знакомая после тронного зала, снова поднимается в груди. Ее родной брат... Мысль была чудовищной, но логика Каина была железной.
—Почему ты молчал?– спросил он, и в голосе прозвучала горечь. – Знал об угрозе ей и молчал? Чтобы подловить момент? Чтобы она...
—...стала моей игрушкой, которая забавляет и развлекает время от времени? – Каин закончил за него, ухмылка стала шире. – Отчасти, но не только, предупреждать – не в моей природе, Лео. Я наблюдаю, позволяю событиям развиваться, чтобы увидеть истинное лицо игроков, чтобы понять мотивы, чтобы... собрать доказательства.– Он жестом указал на разобранный механизм на столе. — И чтобы дать угрозе проявиться во всей красе. Сегодня в тронном зале ты видел истинное лицо Теней ультиматум или грубая сила, теперь ты знаешь врага в лицо или одно из его лиц.
Он использует Элиану как приманку, с ужасом осознал Лео и меня тоже. Весь этот хаос – его лаборатория. Гнев смешивался с отвращением, но и с леденящим пониманием: Каин был прав в главном. Люциан – враг и он играет грязно.
—Что дальше, Каин? – спросил Лео, его голос стал тверже. – Он не остановится, три месяца – это ловушка «Черные Клинки» – только начало.
Каин встал, его тень гигантской и уродливой заплясала на стене в свете камина.
—Дальше? Дальше игра вступает в самую интересную фазу, братец. Люциан сделал свой ход. Ты ответил, а я.. добавил свои штрихи.– Он подошел к окну, глядя в ночную тьму. —Теперь он знает, что его сестра не просто «тень» короля она под моей защитой и что ты не так прост, как хочешь показать. Это заставит его нервничать, а нервный враг совершает ошибки. — Он обернулся, его глаза в полумраке горели холодным огнем. — Он попытается снова через других Векторов, через шпионов, возможно, через саму Элиану, играя на ее прошлой лояльности или... – Каин сделал паузу, наслаждаясь напряжением в воздухе, – ...он попытается убрать меня, как помеху.
Лео сжал кулаки. —Ты играешь с огнем.
—Огонь – моя стихия, Лео, – Каин усмехнулся. – А хаос – мой холст. Твоя задача – продолжать играть свою роль доброго, озабоченного короля, укрепляющего королевство к свадьбе. Пусть думают, что твоя ярость в библиотеке и твердость сегодня – это вспышки, а не система. А я... – его улыбка стала хищной, – ...я займусь охотой, на того, кто посмел направлять стрелы и иглы на Элиану и на того, кто дергал марионетку за ниточки.
В голове Лео пронеслись картины разобранного Вектора, холодный ужас сковал его. Этот метод он применит его снова, к кому-то еще.
—Каин... – начал он, но голос предательски дрогнул.
Каин поднял руку, останавливая его.
—Не беспокойся о методах, братец. Беспокойся о последствиях я очищаю поле для... будущей королевы.– В его голосе прозвучало странное сочетание угрозы и обещания. — А теперь иди, твоя невеста, наверное, волнуется и помни: ни слова ей о Люциане, ее лояльность к тебе – наша сильная карта. Не стоит проверять ее раньше времени, ставя перед выбором между тобой и кровью.
Лео вышел из покоев Каина, чувствуя себя не королем, а пешкой в чужой игре, только что осознавшей размеры доски. Воздух в коридоре показался ледяным после душного, пропитанного хвоей кабинета брата. Он знал врага, но знал ли он союзника? Каин был хуже врага он был неотвратимой стихией.
Тем временем Элиана.
Солнечный свет, пробивавшийся через высокие окна, не мог разогнать мрак, сгустившийся в душе Элианы. Она сидела за столом, перед ней – бесполезный фолиант «Летопись Междоусобиц». Слова Каина висели в воздухе: «Вы уже в коллекции... Сами шаг за шагом занимаете свое место...»Он был прав. Ее интерес, ответный интеллектуальный вызов, даже ночной визит с мазью – все это было шагами в его ловушку. Но выйти из игры теперь значило проявить слабость. Нужно понять его правила и цель помимо обладания.
Тихий стук в дверь прервал ее размышления. На пороге стоял Мастер Клио – древний, сгорбленный архивариус с лицом, напоминающим высохшее яблоко, и невероятно живыми, острыми глазами. Его преданность короне была легендарной, а знание тайных ходов дворца и его истории – безграничным. Он был ходячей энциклопедией и молчаливым наблюдателем поколений интриг.
— Ваше Высочество, – его голос был сухим шелестом пергамента. – Вы запрашивали документы о поставках редких восточных артефактов за последние пять лет?.
Элиана вздрогнула. Она действительно отправила запрос через доверенного слугу на рассвете, после бессонной ночи. Как он узнал? И так быстро? — Да, Мастер Клио. Благодарю за оперативность.– Она взяла у него тонкую папку.
Клио не уходил. Он стоял, его острый взгляд изучал ее лицо, задержавшись на едва заметной бледности и тени под глазами.
—Тема... деликатная, Ваше Высочество, – прошептал он, понижая голос так, что его едва можно было расслышать. – Особенно в свете недавних... Происшествий.– Он многозначительно посмотрел на ее бок. — Интерес к Востоку проявляли немногие. Барон Вектор – да, через третьих лиц, но были и другие запросы. Более... скрытные.
Элиана замерла. Он знает или догадывается.
—Другие запросы? Чьи?
Клио покачал головой, его глаза стали непроницаемыми.
— Имена стерты, пути анонимны, но печать... печать была особая, тонкой работы с изображением спирали, поглощающей звезду. – Он сделал паузу, давая ей осознать. Спираль – символ бесконечности, но и запутанности, лабиринта. Звезда – свет, истина или поглощение. — Такая печать встречалась в переписке из самых темных уголков Теней, не официальной.
Не Люциан,кто-то другой. Элиана почувствовала, как мурашки побежали по спине. Игра была многослойнее, чем она думала.
— Мастер Клио эта информация..
— ...останется между нами, Ваше Высочество, – старик закончил за нее, слегка склонив голову. – Старые стены помнят многое и многих. Но они умеют хранить тайны для тех, кто их заслуживает.– Он повернулся, чтобы уйти, но остановился. — Будьте осторожны, принцесса. Игры с тенями редко заканчиваются в свете дня.– И он бесшумно растворился в коридоре, как призрак.
Элиана развернула папку. Среди сухих списков поставок – гобеленов, специй, редких металлов – мелькали упоминания о «механизмах точной работы», «устройствах для тихой охоты». Все через подставных купцов. Все вело в Тени, но печать со спиралью... Это был новый игрок. Или старый, очень хорошо спрятавшийся? Каин знает об этом? Играет ли он с этой силой, или сам ею управляет?
Тишина в кабинете Элианы была звенящей. Печать со спиралью, поглощающей звезду... Этот символ вызывала смутное воспоминание из детства в Тенях – что-то связанное с запретными архивами, шепотом о "Поглотителях Света", тайной фракцией, жаждущей абсолютного контроля через хаос.
Мастер Клио стал ее единственной нитью. Их встречи стали краткими и призрачными – в глухих закоулках библиотеки, на пустынных балконах на рассвете. Архивариус, движимый преданностью короне и странной симпатией к "Тени-королеве", поставлял крохи: зашифрованную запись в расходной книге о крупной сумме золота, переведенной анонимному "Мастеру Механизмов" из Теней за год до ее приезда; упоминание о тайной аудиенции у покойного короля Раймонда посланника с кольцом, на котором был выгравирован спиралевидный узор.
Элиана чувствовала, как паутина натягивается. Этот "Поглотитель" (так она мысленно их назвала) действовал давно, вкладываясь в инструменты хаоса. Вектор был лишь удобным идиотом, но кто дергал ниточки сейчас? И как это связано с попытками устранить ее?