Глава 15
Лесная дорога, петлявшая меж черных сосен, казалась бесконечной. Карета Каина, лишенная гербов и фонарей, сливалась с ночью, лишь скрип колес да фырканье лошадей нарушали гнетущую тишину. Внутри пахло потом, страхом и дешевым спиртом, которым Каин облил пленников для маскировки. Паук сидел скованный, его массивное тело подрагивало не от холода, а от сдерживаемой ярости. Кот, бледный как смерть, с кляпом во рту и пустыми глазами, тихо стонал при каждом толчке. Элиана смотрела в темное окно, ощущая холод жемчуга на коже. Алиса прижалась к ней, дрожа, как осиновый лист , а Каин сидел напротив, его профиль вырисовывался на фоне ночи - непроницаемый, как гранит. Только пальцы в перчатках нервно перебирали рукоять скрытого клинка.
Наконец, сквозь чащу проглянули очертания строения. Заброшенный особняк, некогда роскошный, а ныне - жертва времени и запустения. Окна - черные глазницы, заросший газон, сборники и цветы были везде, а на дорожку выходили колючие стебли малины, словно преграждая дальнейший путь. Карета остановилась в заросшем бурьяном дворе тишина леса здесь была абсолютной, давящей.
- Выходи, - приказал Каин, его голос резал тишину. Он первым выпрыгнул, окинув взглядом руины. За ним выволокли пленников. Паук попытался упереться, но Каин коротким, жестким ударом кулаком в почки согнул его пополам, Кота просто вытолкнули и он рухнул на колени. Элиана помогла Алисе выйти. Девушка озиралась с безумным страхом, темнота в окнах дома пугала её.
- Алиса, - Каин указал на пыльное крыльцо. - Там внутри, у окна с видом на дорогу, увидишь что-то - кричи. - Его взгляд был твердым, лишенным снисхождения. - Не спускайся что бы ни слышала, поняла?
Алиса кивнула, глотая слезы. Она бросила последний испуганный взгляд на Элиану и почти побежала к крыльцу, ее синее платье мелькнуло в дверном проеме и исчезло во тьме дома. Элиана почувствовала, как что-то холодное сжалось внутри. Она оставалась с Каином и с подвалом.
Каин схватил Паука под мышки, Элиана, стиснув зубы, подняла ослабевшего Кота. Они потащили их к зияющему черному провалу погреба рядом с домом. Запах сырости, плесени и чего-то давно сгнившего ударил в нос. Каин достал маленький фонарик - луч света выхватил скрипучую лестницу, ведущую вниз, груды хлама, паутину, свисающую, как саваны.
Подвал был низким, земляным. Воздух стоял спертый, пропитанный вековой гнилью. Каин привязал Кота к толстой, ржавой трубе у стены. Паука он притянул к центру, к старому, массивному столу с пятнами непонятного происхождения. Привязал его руки к железным кольцам, вбитым в столешницу. Луч фонарика скользнул по лицу Паука - багровому, искаженному ненавистью.
Каин снял фрак, аккуратно повесил его на торчащий гвоздь, снял перчатки. Его руки в полумраке казались бледными и ужасающе ловкими. Он достал из внутреннего кармана не клинок, а небольшой, аккуратный кожаный валик. Развернул его на столе рядом с Пауком, внутри лежали инструменты: тонкие шила разной толщины, щипцы с узкими губками, скальпель, что-то похожее на крюк. Все блестело тускло в луче фонарика, без эмоций как набор стоматолога.
- Ну что, толстяк, - Каин произнес это почти задушевно, подбирая тонкое шило. - Поговорим о спиралях и о солнце, которое вы так любите поглощать. - Он повернулся к Элиане, стоявшей в тени у лестницы. Ее лицо было каменным, но в зеленых глазах бушевала буря. - Принцесса, держи фонарь освещай мне... рабочее место.
Элиана шагнула вперед, взяла фонарь. Луч дрожал в ее руке, выхватывая капли пота на лбу Паука, бешеный блеск его глаз. Каин поднес шило к его ногтю на указательном пальце левой руки.
- Начнем с малого. Кто твой хозяин?
Паук плюнул. Плевок попал Каину на щеку, тот даже не моргнул. Просто плавно, с легким хрустом, ввел острие шила под ноготь. Паук заорал звук, дикий, животный, разорвал тишину подвала, ударив в стены. Элиана вздрогнула, луч фонаря дернулся.
Каин вытащил шило. Под ногтем выступила черная капля крови. Он вытер инструмент о рубашку Паука. Повернулся к Элиане его лицо было спокойным, как будто он обсуждал погоду. Крик Паука, хриплый и раздирающий, все еще висел в сыром воздухе подвала, но герцог словно не слышал его. Его черные глаза, обычно такие непостижимые, были прикованы к ее лицу, выхваченному дрожащим лучом фонаря. Он видел не страх, ведь этот самый страх он видел в глазах Алисы и тысяч своих жертв. Сейчас он увидел отступление. Этот микроскопический шаг назад, едва заметное напряжение в руке, держащей фонарь, и главное - тот краткий миг, когда ее взгляд, всегда такой острый, аналитический, сфокусированный, на долю секунды рассеялся, уйдя куда-то вглубь себя, в ещё не забытое прошлое в Тенях.
Щипцы в его руке сжались с тихим скрипом металла. Паук, поймав дыхание между приступами боли, застонал, пытаясь вырвать связанные запястья из железных колец стола.
- Ты молчишь, Принцесса, - голос Каина был низким, почти задушевным, контрастируя с жестокостью сцены. Он медленно провел тупой стороной щипцов по вспотевшему, багровому лицу Паука, оставляя грязную полосу. - Мое замечание о твоей элегантной жестокости на балу было не просто любезностью. Ты умеешь наносить удары, но видеть, как их наносят другим... Это иное, да? - Он наклонился чуть ближе к Пауку, его голос прозвучал громче, адресован уже пленнику, но взгляд оставался на Элиане: - Видишь, толстяк? Даже Принцесса Теней, выросшая в логове змей, находит зрелище... впечатляющим или, может быть, знакомым?
Паук плюнул в его сторону. Плевок, смешанный с кровью, упал на грязный пол. - Гори... в аду - прохрипел он.
Каин даже не моргнул. Плавным, почти нежным движением он приставил острие скальпеля к мочке уха Паука.
- Говорил же: не трать силы на браваду. Отвечай на вопрос имя твоего начальника в "Поглотителях", где находится база, пароли. - Он слегка надавил. Кожа побелела. - Или я начну с малого, уши - это ведь только косметика, правда? - Его взгляд скользнул к Элиане. - Твой брат, Люциан... Он предпочитал начинать с конечностей? Или с чувствительных зон? Глаза, например? - Он не ждал ответа, а лишь провоцировал, искал трещину в ее ледяной броне.
Элиана стояла неподвижно. Луч фонаря стабилизировался, освещая окровавленную руку Паука, привязанную к столу, и блестящее лезвие в руке Каина. Ее лицо в полумраке было маской из белого мрамора. Только легкая тень под нижней губой выдавала напряжение челюсти.
- Боль - это инструмент, Герцог, - ее голос прозвучал ровно, гулко отдаваясь от сырых стен. - Как скальпель или ложь, важен не процесс, а результат. Ты рвешь плоть, но не волю, вызываешь шок, а не страх. Шок притупляет разум, а страх... - Она сделала едва заметную паузу. - ...страх его точит. - Она перевела луч фонаря с руки Паука прямо на его лицо, залитое потом и слезами бессильной ярости. - Он не боится тебя, Каин, даже если ты отрежишь ему руку или выколишь глаз, он ничего тебе не скажет, ведь по настоящему он боится поглотителей и того, что будет с ним, если он заговорит или с его близкими. - Ее зеленые глаза, казалось, просверлили Паука насквозь. - Правда? Твоя "семья" в Вечном Мраке? Или здесь, в трущобах? Дети? Жена? Их найдут, у них связи есть везде, множество шпионов, которые смогут найти всех кто тебе дорог и будет счастьем если их сразу убьют, а не будут мучить или ещё чего хуже. Никто не знает на что действительно способны поглотители.
Паук замер. Его свинцовые глаза, полные ненависти к Каину, вдруг метнулись к Элиане с животным ужасом. Дрожь, уже не только от боли, пробежала по его телу. Его губы задрожали, она попала в точку.
Каин замер, наблюдая. Восхищение и холодная аналитичность боролись в его взгляде. Он видел, как она работает. Использует знание человеческой природы, вырванное из самых темных уголков ее собственного опыта, не просто выдерживала вид пытки - она понимала ее механику, слабые места, лучше него. Он отложил скальпель на стол с глухим стуком.
- Ты права, Принцесса, - признал он, его голос потерял часть театральной жестокости, став почти деловым. Он взял со стола тряпицу и грубо вытер кровь с рук. - Грубая сила здесь бесполезна. Он сломал бы только тело, а не дух или умер бы молча. - Он бросил окровавленную тряпку на пол и подошел к Элиане вплотную, нарушая личное пространство. Запах его духов смешался с запахом крови и пота, создавая дурманящую, опасную смесь. Его черные глаза буравили ее. - Но ты знаешь, где его слабое место. Ты видела этот страх в чужих глазах, не только наблюдала, но и испытывала сама?
Элиана не отступила, подняла подбородок, луч фонаря теперь освещал их обоих - его резкий профиль, ее бледное, бесстрастное лицо с горящими изумрудными глазами.
- Каждый в Тенях проходит испытания, Герцог, - ответила она, опуская луч, чтобы он не слепил ее. Голос ее был низким, металлическим. - Люциан верит, что только боль и страх оттачивают разум, уничтожают слабость. Брат ломает... чтобы собрать заново, сильнее и безжалостнее. - Ее взгляд скользнул к Пауку, который смотрел на нее с немым ужасом, словно увидел не женщину, а призрак собственного кошмара. - Я выдержала и стала оружием, но выбирать против кого направить острие решать мне, а он.. - она кивнула на Паука, - ...просто пешка в чужой игре. Как и те люди в трущобах.
Каин усмехнулся, коротко и беззвучно. Не обиженно, а с признанием.
- Остро. Как всегда, но пешка, знающая расположение короля, становится ценностью. - Он повернулся к Пауку, его выражение снова стало ледяным и деловым. - Слушай, толстяк у тебя есть выбор умереть здесь, в грязи, в муках, оставив своих близких на милость твоих хозяев, которые наверняка сочтут тебя предателем или...- он сделал паузу, давая словам Элианы проникнуть глубже, - ...или дать нам то, что мы хотим и получить шанс исчезнуть. Шанс защитить тех, кого боишься потерять. Мы не Поглотители, можем дать тебе то, что они никогда не дадут - свободу от страха.- Он взял со стола маленький ключ и показал его. - Это ключ от твоих наручников и от клетки выбирай.
Паук смотрел на ключ, потом на Элиану, потом снова на ключ. Животный страх в его глазах смешивался с отблеском чего-то еще - слабой, дрожащей надежды, разожженной словами Элианы о близких и возможном спасении. Его могучая грудь тяжело вздымалась. Тишина в подвале стала звенящей, прерываемая только его хриплым дыханием и далеким скрипом старой крыши.
- Мордекай... - прохрипел он наконец, голос сорвался. - Виконт Мордекай, его отличительный знак платиновая спираль на мизинце левой руки... База называется "Черное Зеркало", она находится в горах к западу от сюда, на границе королевства... за водопадом ... Пароль... "последний луч угас..." - Он выпалил информацию обрывочно, торопливо, словно боясь, что передумает. Он описал вход, систему охраны, часовых, рассказал о каналах связи с Арканией через торговцев редкими минералами. Обьяснил что это не основное место обитания поглотителей, а лишь человеческая часть, сами поглотители бывают там редко, что их легко отличить от обычных людей, которые поклоняются темноте. У настоящих поглотителей белоснежные волосы и маски на лице. Каин слушал, не перебивая, лишь изредка задавая уточняющий вопрос. Его глаза сверкали - это была золотая жила.
Когда Паук замолк, обессиленно обвиснув в ремнях, Каин кивнул.
- Хорошо. - Он подошел и начал отвязывать ремни на одной руке. - Принцесса, свети нам нужно их подготовить к транспортировке. - В его взгляде была не только команда, но и молчаливое признание: ее метод сработал. Она не просто выдержала - она повернула ход допроса.
Элиана подняла фонарь выше, освещая процесс. Ее лицо оставалось непроницаемым, но внутри бушевал ураган. Вид пыток был знаком, слишком знаком. Крики, запах крови, холодный блеск инструментов - это возвращало ее в мрачные залы дворца Теней, где Люциан ломал ее и других, выковывая "идеальных слуг". Она чувствовала не страх, а глухую, холодную ярость - к Люциану, к Поглотителям, к самому миру, который порождал такое и к Каину, который, сам того не зная, тыкал пальцем в незажившую рану, но она использовала эту ярость как топливо заставила его работать на их цель.
Каин, перевязывая грубо разорванное ухо Паука, снова посмотрел на нее. Он видел тень, мелькнувшую в ее глазах, когда Паук закричал особенно пронзительно, не знал деталей, но чувствовал глубину шрама и это знание было опаснее любой информации о Поглотителях. Оно делало Элиану еще более непредсказуемой, еще более... интересной.
- Алиса,- резко сказал он, выйдя из подвала- Иди сюда! Нужна твоя помощь с перевязками и принеси воды. - Его голос вернул Элиану в реальность. Игра была далека от завершения у них были пленники и информация, но "Черное Зеркало" ждало, Люциан не дремлет, а Лео сражается на Севере и где-то в темноте, Каин хранил новое знание - знание о слабости Элианы, которое могло стать его самым опасным оружием или... чем-то еще. Жемчуг на ее шее, подарок Алисы, казался крошечной каплей света в этом море тьмы и крови.
Сырой воздух подвала, пропитанный болью, страхом и плесенью, казалось, сгустился после слов Паука. Алиса спустилась по скрипучей лестнице, ее шаги неуверенные, лицо в полумраке фонаря было мертвенно-бледным, но в глазах горела не только паника, но и странная решимость. Она несла ведро с водой и груду обрывков чистого полотна, найденных наверху - импровизированные бинты. Вид Паука, его окровавленное ухо и бессмысленно-пустой взгляд Кота, привязанного к трубе, заставил ее сглотнуть ком в горле, но она не отвернулась.
- Вот... вода, бинты, - ее голос дрожал, но был слышен. Она поставила ведро у стола, избегая смотреть на Каина и Элиану.
Каин кивнул, его внимание уже вернулось к Пауку. Он быстро и эффективно промыл рану на ухе, наложил тугую повязку из полотна. Движения были точными, медицинскими, без лишней жестокости, но и без сострадания. Это была необходимость: пленник должен был остаться в относительно транспортабельном состоянии. Он перешел к Коту, развязав кляп и дав ему глотнуть воды из ковша. Тот жадно пил, взглядом изучая обстановку.
- Мордекай... - проговорил Каин, не глядя на Элиану, обрабатывая ссадины на лице Кота. - Виконт Мордекай, платиновая спираль на мизинце, знакомая фамилия? - Его голос был аналитичен, как будто он обсуждал погоду. - "Черное Зеркало" за водопадом, это в Острых пиках, на границе с Тенями. - Он закончил с Котом, встал. - Пароль "Последний луч угас..." Поэтично и мрачно, а ещё глупо.
Элиана молчала. Она опустила фонарь, луч упал на грязный пол, высвечивая кровавые капли и следы их борьбы. Информация была бесценна, но она ощущала не триумф, а тяжесть. Каждое слово Паука, каждый его сдавленный стон отдавались в ней глухим эхом. Не состраданием - памятью, влажные каменные стены подвала сливались в ее сознании с холодными мраморными залами дворца Люциана. Запах крови смешивался с запахом лекарственных трав и железа, которым пахло в комнатах, где ее "совершенствовали". Она видела не Каина с его инструментами, а Люциана, его бесстрастное лицо, его точные, безжалостные руки, демонстрирующие на ней или на других, как правильно ломать кость, как вызывать максимальную боль без немедленного ущерба для жизни. "Страх точит разум, сестра. Боль - это учитель прими его и стань острее." Его голос звучал у нее в голове, холодный и неумолимый. Она выдержала, стала оружием, но вид чужой агонии под лучом фонаря, который она держала, был жутким отражением ее собственного прошлого, которое она ещё не смогла пережить и отпустить.
Каин подошел к ней. Он вытер руки о менее грязную часть полотна и снова надел перчатки. Его черные глаза изучали ее лицо, застывшее в каменной маске, но он видел мельчайшую дрожь в уголке ее губ, тень в глубине зеленых глаз.
- Твой метод сработал, Принцесса, - сказал он тихо, так что только она могла слышать. Его голос был лишен обычной язвительности, в нем звучало лишь холодное признание факта. - Страх за близких - мощный рычаг. Ты знала, куда давить, Люциан... он учил тебя не только терпеть боль, но и видеть слабости в других? Чтоб использовать?- Он не спрашивал о ее боли, а о методе его интерес был клиническим, но невероятно проницательным. Он уловил связь между ее знанием и ее прошлым.
Элиана медленно подняла на него взгляд. Луч фонаря скользнул по его лицу, выхватывая резкие скулы, тонкие губы, черные, как смоль, глаза. В таком освещении казалось что глаз и во все нет, что на неё смотрит сама тьма.
- Он учил видеть мир как шахматную доску, Герцог,- ответила она, голос низкий, ровный, как лезвие. - Где люди - фигуры, их слабости - уязвимые поля страх, любовь, жадность... все это точки приложения силы. Боль - лишь один из инструментов, чтобы заставить фигуру двигаться по нужной траектории. - Она кивнула в сторону Паука, которого Алиса теперь робко пыталась напоить водой. - Он - пешка. Его страх за семью - поле, которое мы заняли. Ты использовал скальпель я использовала знание. Разница лишь в инструменте.- В ее глазах не было ни гордости, ни сожаления только холодная констатация, но Каин видел глубину. Видел, сколько личного опыта стояло за этими словами.
- Разница существенная, - парировал он, его взгляд стал еще более пристальным. - Скальпель оставляет шрамы на теле, знание может оставить их на душе. Особенно если это знание добыто в чужих криках.- Он сделал паузу, давая словам проникнуть. - Ты не отводила глаз, Элиана, но ушла в себя в те самые Тени. Это твой ресурс или рана?
Вопрос висел в воздухе, острый и неудобный. Алиса замерла с ковшом в руке, почувствовав напряжение. Даже Паук перестал пить, его свинцовые глаза метались между ними.
Элиана не ответила сразу. Она посмотрела на жемчуг у себя на шее. Прохладный, гладкий, символ хрупкой невинности и доверия Алисы. Контраст с подвалом и их разговором был разительным.
- И то, и другое, - сказала она наконец, отводя взгляд от жемчуга и встречая его черные глаза. - Знание - сила, но память о том, как его добывают... это цена. - Она резко перевела луч фонаря на дверь подвала. - Нам нужно двигаться.
Каин задержал на ней взгляд на мгновение дольше, словно фиксируя ее ответ, эту крошечную щель в ее броне. Потом кивнул, переключившись в режим действия.
- Алиса, помоги принцессе подготовить Кота к перевозке. Перевяжи видимые раны, дай еще воды. Ты, - он повернулся к Пауку, - идешь с нами тихо. Попытка крика или бегства - твой щенок здесь умрет медленно и мучительно, а твою семью найдут раньше, чем ты успеешь моргнуть. Понял? - Угроза была произнесена ровным тоном, но от этого еще более жуткой. Паук мрачно кивнул.
Работа закипела. Алиса, преодолевая отвращение и страх, аккуратно обрабатывала ссадины на лице и руках Кота, заворачивая их в чистые тряпки. Элиана следила за Пауком, ее рука лежала на скрытом под складками платья клинке. Каин осмотрел подвал, поднялся наверх, проверил периметр особняка. Тишина леса была зловещей.
Через десять минут они были готовы. Каин и Элиана потащили связанных пленников (руки все еще за спиной, но ноги свободны для ходьбы) по лестнице. Алиса шла впереди, освещая путь фонарем, ее синее платье было запачкано грязью и кровью, но она держалась удивительно стойко. Они вывели пленников во двор, к черной карете.
Загрузить Паука и Кота в тесный салон было непросто. Каин устроил их на полу, спинами друг к другу, связав лодыжки дополнительным шарфом. Он бросил на них старое одеяло, найденное в доме - убогая маскировка.
- Алиса, с ними, - приказал Каин, открывая дверцу. - Если кто-то пошевелится - кричи. - Девушка кивнула, забралась в карету и села на сиденье напротив пленников, сжимая в руках фонарь как оружие. Ее глаза были огромными, но решительными.
Каин закрыл дверцу и повернулся к Элиане, которая стояла рядом, сканируя темный лес.
- Ты везешь их, - сказал он неожиданно. - В укрепленную заставу на северной дороге. Она в двух днях отсюда там надежно. Я... задержусь.
Элиана резко повернулась к нему: - Что? Куда ты собрался? Неужели решил один пойти в логово поглотителей? Это же полное безумие и безрассудство, ты же умный и должен это понимать.
В глазах Каина вспыхнул знакомый опасный блеск азарта.
- Разведка. Только взглянуть пока они не опомнились от потери своих людей. Пока Мордекай не сменил пароли и не усилил охрану. Один человек, принцесса, может пройти там, где не пройдет отряд. - Он достал из под сиденья кучера маленький, сложенный листок - карту Острых пиков, которую он всегда носил с собой. Да и в целом, он носил много карт, но большой надобности в этом не было, он знал карты королевст наизусть .- Я знаю эти горы. Знаю где спрятаться, мне нужно только подтвердить то, что сказал этот мусор, - он кивнул на карету. - И, возможно, увидеть платиновую спираль своими глазами.
- Ты рискуешь всем! - прошипела Элиана. - Если тебя поймают...
- Меня не поймают, - перебил он с ледяной уверенностью. - А если что-то случится... ты знаешь достаточно. Доберись до Лео и передай всю информацию - Он шагнул ближе запах хвои, смешанный с дымом и потом, ударил ей в ноздри. - Ты справишься, Элиана. Ты же оружие, отточенное в Тенях используй это для Вердании и для себя. - Его взгляд скользнул по ее лицу, задерживаясь на глазах, как будто ища подтверждения ее силы, способности действовать без него. Он нежно взял её руку и вложил в неё свой кинжал, с которым он не расставался. Потом он резко отвернулся. - Теперь езжай и не оглядывайся.