Глава 7. В подручных у киллера
В восемь часов утра Гошка и Никита уже заняли наблюдательный пункт во дворе, где, по сведениям Гошки, жил киллер по фамилии Усольцев. Дом был старый, пятиэтажный, двор очень зеленый. В такой ранний час все скамейки во дворе были еще свободны, так что ребята могли следить за преступником со всеми удобствами.
Интересно, он ходит на работу? — спросил вдруг Никита.
Черт его знает. Посмотрим.
Нет, я к тому, что, может быть, он уже ушел? Или уже пришел? Вдруг он на заводе работает и вчера возвращался с ночной смены?
Фигня! Для возвращения с ночной смены это было поздно. Да и вообще, не похож он на работягу. Руки не те.
Они помолчали. Потом Никита сказал:
Эх, надо было взять с собой дорожные шахматы...
Да? И уж наверняка прозевать клиента! Нет, нам даже в морской бой нельзя играть.
А в города, например?
В города? В города, пожалуй, можно. Начнем? Нью-Йорк!
Калининград!
Дмитров!
Венеция!
Ярославль!
Ленинград!
Не пойдет, он давно уже Санкт-Петербург!
Ладно, Лондон!
Находка! Внимание! Это он!
Где?
Вон там! Видишь?
Ага!
Из подъезда вышел мужчина, тот самый, за которым вчера следил Гошка, и быстро, насколько позволяла больная нога, двинулся прочь со двора. Мальчики поспешили за ним. Он шел не оглядываясь, лишь иногда останавливался и стоял, словно переводя дух. Он останавливался так внезапно, что подростки едва не налетали на него. Это было очень неудобно.
— Гош, давай помедленнее, а то он нас скоро засечет.
Гошка молча кивнул и попытался сбавить скорость. Больной этот киллер, что ли? Мужчина свернул в какой-то узкий проход между домами. Ребята чуть подождали, чтобы не столкнуться с ним, а потом тоже свернули, пробежали по проходу и очутились во дворе старого заброшенного дома. Усольцева нигде не было видно. Гошка растерялся. А Никита схватил его за руку и потащил назад.
Ты что, сдурел? — вырвал руку Гошка. — Мы его потеряли!
Не страшно! По-моему, он нас засек! И решил проверить, станем ли мы его искать в этом дворе. Но мы же не идиоты, правда? Сматываемся! И придем теперь только ночью!
И тут вдруг до них донеслось:
— Помогите! Помогите! — кричал какой-то мужчина.
Они растерянно переглянулись.
— Помогите! Помоги-и-ите!
Не сговариваясь, они кинулись на зов. Но никого не увидели.
Эй! Кто кричал? — завопил Гошка.
Помогите! Я здесь!
Голос доносился откуда-то снизу. Двор заброшенного дома был разрыт. Осторожно подобравшись к краю траншеи, мальчики глянули вниз и увидели искаженное гримасой боли и испуга лицо киллера.
Ребятки, милые, помогите! — взмолился он. — Я ногу повредил, самому мне не выбраться.
Сейчас что-нибудь придумаем, не волнуйтесь! — поспешил успокоить его Гошка.
Милые, поспешите, я в долгу не останусь! — продолжал молить Усольцев.
Траншея была не слишком глубокая, и человеку здоровому и невредимому выбраться оттуда не составило бы труда. Гошка, недолго думая, прыгнул вниз.
— Сейчас, сейчас, не волнуйтесь! — бормотал он.
В его бедовой голове уже зрели планы, один грандиознее другого. Им подворачивается поистине фантастический случай подружиться с убийцей! И Никита, кажется, тоже быстро все сообразил. С помощью какой-то железяки он лихорадочно принялся делать ступени в довольно мягком грунте. Гошка помогал ему. И вскоре было создано какое-то подобие лестницы, выложенной обломками досок, которые во множестве валялись кругом. Вдвоем ребята помогли бледному от боли и пережитого испуга Усольцеву вылезти из ямы. Тот едва держался на ногах.
— Ох, ребятки, если бы не вы, неизвестно, сколько бы я там просидел. Спасибо, ох, большое вам спасибо. Помогите еще домой добраться, бога ради.
— Поможем, о чем речь. А вы далеко живете? — спросил Никита с невинным видом.
Усольцев прищурился, глянул внимательно на Никиту, потом на Гошку и сказал:
— Да не очень, только я не дойду. У меня одна нога давно покалечена, а сейчас я вторую повредил... Поймайте машину и подгоните сюда. Деньги у меня есть, соглашайтесь на любую сумму... в разумных пределах, конечно.
Никита бросился искать машину, а Гошка остался с Усольцевым.
Как тебя звать, парень?
Георгий, можно Гоша.
Георгий Победоносец?
Пока неизвестно! — улыбнулся Гошка.
А я Святослав Петрович. Можно дядя Слава.
Очень приятно.
Гошка терзался сомнениями, подозревает их в чем-то «дядя Слава» или нет. И тут вдруг его осенило. Он вспомнил, что впереди «дяди Славы» шла девушка с длинной косой...
А мы из-за вас, дядя Слава, такую девчонку упустили, потрясающую... с длиннющей косой...
Что? — встрепенулся Усольцев. — Девушку упустили?
Ну да. Мы только вчера узнали, где она живет, пошли за ней, а тут вдруг слышим: «Помогите, помогите!» Ну и вот...
Усольцев тоже вспомнил, что перед ним шла девушка с косой. Он еще подумал тогда с сожалением, что хорошая коса нынче редкость... Фу, до чего доводит такая жизнь! Мальчишки за девчонкой гнались, а он-то решил, что они за ним следят. С какой, спрашивается, стати этим огольцам за ним следить? У них нет ни малейших оснований, а он, старый дурак, даже проверять их вздумал, вот за это его господь и наказал. Невинных отроков, можно сказать, заподозрил...
В этот момент появился Никита с каким-то мужчиной.
Ну, где ваш пострадавший? Это вы? Пойдем те, обопритесь на меня. Может, все-таки лучше вас в больницу доставить?
Ни в коем случае! В больнице лежать — хуже не придумаешь! Спасибо вам.
Все трое усадили Усольцева в рыжую «шестерку».
— Ребятки, не сочтите за труд, поедемте со мной, там мне поможете, а уж я в долгу не останусь.
Ребята кивнули, соглашаясь. У дома Усольцева они первыми вылезли из машины, и, пока он расплачивался с водителем, Гошка успел шепнуть Никите:
Я ему сказал, что мы из-за него упустили классную девчонку.
Какую девчонку? — опешил Никита.
Помнишь, впереди шла такая гирлушка с длинной косой?
Ага, помню! Он поверил?
Кажется, да.
Но тут им пришлось помочь Усольцеву выбраться из машины и дойти до подъезда.
Вам на какой этаж? — спросил Никита.
К счастью, только на второй, дом-то без лифта.
Усольцев вытащил ключи, отпер дверь.
— Вот, прошу в мою берлогу.
Он жил в однокомнатной квартире. И, похоже, жил один. В доме, не чувствовалось присутствия женщины, хотя было очень чисто.
Ох, хорошо дома! — вздохнул хозяин квартиры и осторожно сел на диван. — С Георгием я уже познакомился, а с тобой еще нет. Как тебя звать-величать?
Никита.
— Никита, Георгий! Какие имена, настоящие, русские, не какие-нибудь Эдуарды или Альфреды. А сколько же вам лет, голуби?
— Тринадцать, — ответил за обоих Никита.
Усольцев вдруг громко расхохотался.
— Ишь вы, молодые, да ранние, за девчонками уже гоняетесь, молодцы!
«Неужели он купился на эту враку? — подумал Гошка. — Похоже, что купился».
Ну, голуби, вот вам по сто рубликов на брата, в благодарность, так сказать.
Нет, спасибо, не надо, мы вам не за деньги помогали! — с обидой в голосе ответил Никита.
Понимаю, это был благородный порыв. Но я по-другому не умею выражать благодарность, так что уж будьте снисходительны к немолодому человеку, возьмите. Слыхали поговорку: «Дают — бери, бьют — беги»? — Он пристально смотрел на мальчиков, словно бы что-то прикидывая, потом спросил: — Вы что же, в деньгах не нуждаетесь, богатенькие, да?
Почему? Я, например, очень даже нуждаюсь, я только с мамой живу, ей одной трудно... — выступил вдруг Гошка.
Ну вот видишь... Деньги невеликие, но все же на мороженое хоть какое-то время у матери клянчить не надо.
Спасибо, — сказал Гошка и сунул сторублевую бумажку в карман шортов.
Никита молча последовал его примеру.
А Святослав Петрович задумчиво смотрел на мальчиков. Казалось, он что-то хочет предложить, но не решается. Наконец он предложил:
Вот что, голуби, а не хотите ли вы немножко подзаработать, вы же сейчас не учитесь, лодыря гоняете, как в мое время говорили. Ну как?
Хотим, еще как хотим! — воодушевился Гошка. — А что делать-то надо?
Да ничего особенного, просто я вот ногу повредил... на несколько деньков из строя выбыл, а работа моя такого не терпит. Вы могли бы меня кое в чем заменить.
Мы? А кем вы работаете? — ошеломленно осведомился Никита.
Я, голуба... частный детектив. Только, чур, никому ни звука, понятно?
Понятно, — проговорил Гошка. «Кажется, мы здорово влипли, — подумал он, — но с другой стороны...»
Я был когда-то следователем, а потом ушел с этой работы, не смог больше, там кругом все куплено-перекуплено. Честному человеку там работать зазорно! А на хлеб зарабатывать надо, я только ведь и умею, что воров да бандитов ловить. Но пока я лишь начинаю, вот подкоплю деньжат, агентство свое открою.
Ох, как интересно! — простонал Никита. — И что мы будем делать?
Ничего особенного, я вам объясню, уверен, вы справитесь. А то мой напарник сейчас в отъезде, тоже по моему поручению, а я временно обезножел... Ну что, согласны?
Конечно!
Но вы должны дать мне честное благородное слово, что ни звука не скажете ни родителям, ни дружкам-приятелям. Обещаете?
Обещаем! — в один голос крикнули мальчики.
Ну что ж, хорошо. Для начала вам надо будет проследить за одной дамочкой. Мне ее супруг поручил узнать, где она бывает в его отсутствие. Не так уж сложно, согласитесь?
Наверное... Но как мы за ней следить будем, если она вдруг в машину сядет? — деловито спросил Никита."
Соображаешь! Фильмов насмотрелся, да? — расхохотался Усольцев. — Если дамочка в машину сядет, вы тоже ловите тачку и за ней! А если водитель чересчур любопытный попадется, скажете, что это ваша старшая сестра или, еще лучше и правдоподобнее, жена вашего старшего брата. Поняли?
Что ж тут не понять? Поняли, — кивнул Никита. — А когда приступать?
Ишь ты, какой шустрый! Не терпится тебе?
Так ведь интересно же! Я всю жизнь мечтал сыщиком стать!
Да?
Брешет он, Святослав Петрович! Он всю жизнь мечтал кошачьим доктором быть, а про сыщика только сейчас придумал! — И Гошка здорово ткнул двоюродному брату локтем в бок.
Никита чуть не взвыл от боли, но промолчал.
Понятно, понятно... Ну что ж, ребятки, если у вас столько энтузиазма, то... Сегодня уже поздно, а вот завтра по утряночке езжайте вот по этому адресу, дождитесь, когда из дому выйдет вот эта дамочка, и попробуйте за ней проследить. Она, к вашему сведению, не любит на машинах разъезжать, все больше пешочком, у нее какие-то нелады с вестибулярным аппаратом, ее в транспорте здорово укачивает... Так что, думаю, справитесь. Особенно обращайте внимание на мужчин, с которыми она будет встречаться. Старайтесь подслушать разговоры и, по возможности, сфотографировать их. Или вместе, или хотя бы по отдельности.
А фотоаппарат? — спросил Гошка, хотя в сумке у него лежал свой.
Не беспокойся. Вот вам зажигалка. Чиркнете ей, и снимочек готов.
Настоящий сыщицкий фотик, да? — загорелись глаза у Никиты.
Ну, разумеется. Только напоминаю — никому его не показывать, не хвастаться перед девицами и вообще держать язык за зубами. Это первая заповедь настоящего сыщика.
А вторая? — полюбопытствовал Гошка.
Пока с вас хватит и первой. Вы еще научитесь помалкивать, а там поглядим... Ну что ж, голуби, ни пуха вам ни пера и не стесняйтесь послать меня к черту.
К черту! — заявил Гошка.
Ко всем чертям! — добавил Никита.
А можно еще вопрос? — спросил Гошка.
Валяй!
Святослав Петрович, а что нам потом делать?
Не понял!
Ну, когда нам... когда мы за ней проследим... —
Ясно. Вы, голуби, купите телефонных жетонов. Если возникнут вопросы, звоните, только не орите там в автомате, как будто вас режут... Нет, так не пойдет. Лучше я вам... Вот, возьмите! — Он достал из ящика стола сотовый телефон и протянул его Гошке. — Умеешь с этой штукой обращаться?
Умею. Дело нехитрое.
Только не вздумайте по нему своим подружкам названивать. Это, знаете ли, дорогое удовольствие. Только мне и только в случае крайней необходимости. Я сам его по пустякам не использую. Вот, к примеру, сегодня. Взял бы я его с собой и не орал бы: «Помогите! Помогите!», просто позвонил бы в ту же милицию или в «Скорую»... Если узнаю, что звонили зря, удержу из заработка! Усекли?
Конечно! — в один голос воскликнули мальчики.
Если никаких ЧП не будет, звоните мне уже вечерком, когда закончите слежку. Вот вам еще на расходы, поесть-попить, в платный сортир забежать... И до завтра! Счастливой работы, голуби!
С этими словами Усольцев не без труда поднялся из кресла и, сильно хромая, проводил мальчиков до двери. Когда дверь за ними захлопнулась, он занялся поврежденной ногой. Приложил пузырь со льдом. «Может,, я зря все это затеял? Черт знает, что это за мальчишки, хотя, кажется, они поверили, будто я сыщик. Ну да ничего, на самый худой конец уведут сотовый телефон. Впрочем, на воришек они совсем не похожи. Да и понимают они, что сотовый им не сгодится! Думаю, исправно все выполнят, а там... Как говорится, прости-прощай. Эти пацаны проблемы не составят. Уберу их, и дело с концом».
Гошка с Никитой выскочили во двор, переглянулись и, ни слова не говоря, двинулись прочь. И, лишь пройдя два квартала, вдруг разом остановились.
Гошка, а мы не заигрались, как ты думаешь? — растерянно спросил Никита.
Заигрались? Нет, почему?
Что ж мы теперь, подручные у киллера? Как-то это не очень...
Никакие мы не подручные! Мы... мы разведчики в тылу врага! Неужели ты не понимаешь, какой нам выпал шанс? Мы же сможем предупредить людей... Предотвратить убийство.
Ты про дамочку со слабым вестибулярным аппаратом?
Конечно. Хотя...
Что?
Никита, ты понимаешь... Нам нужно притвориться полными идиотами. Полными! Мы будем просто выполнять его поручения и ни одного лишнего движения. Иначе нам конец!
Что?
Ничего особенного. Просто, если он заподозрит, что мы хоть что-то поняли, он нас уберет.
Уберет? — побледнел Никита.
Запросто!
Гошка, а может... того... Плюнем на это дело?
Нельзя, — вздохнул Гошка. — Мы можем спасти как минимум двух человек: старушку и эту, с вестибулярным аппаратом. Если мы будем действовать умно и осторожно, то выйдем победителями. Этот киллер не слишком-то умный.
С чего ты взял?
С того, что он не спросил ни наших фамилий, ни адресов, ни телефонов! А это крупная промашка. "Ведь теперь мы уж точно ему правды не скажем, даже если он захочет что-нибудь узнать, а сразу, под горячую руку, да еще на радостях, что нас берут в подручные, вполне могли бы выложить все как есть.
Да. Ой, Гошка, а ты чего меня локтем в бок ударил? Я что-то не врубился.
А! Ты ведь заявил, что с детства мечтал сыщиком стать.
Да, действительно, вот дурила! Ну ты так быстро соображаешь! Офигеть можно. И насчет девчонки с косой придумал...
Я ничего не придумывал, я просто вспомнил... У нее коса была потрясная, до самой попы! И наш киллерок ее тоже явно приметил.
— Слушай, Гошка...
— Ну?
Как по-твоему, почему он нас нанял? Это ведь для него тоже опасно.
Думаю, тут все просто. У него, наверное, есть какой-то срок, к которому он должен управиться с заданием.
С убийством?
Похоже на то. А он ногу повредил, с двумя больными ногами не очень-то побегаешь, а ему, как я понял, надо знать, не с кем дамочка встречается, а где и в какое время бывает, когда ее дома нет... И это может означать, что он не столько на нее покушается, сколько на ее мужа, например.
Ну, Гошка, ты даешь! Мне такое и в башку не залетело!
Погоди, может, все это совсем не так... Но мы попробуем разобраться. И для начала надо будет выяснить, кто эта женщина, кто ее муж. Но это, конечно, только для себя. А для дяди Славы мы никакой инициативы проявлять не станем. Нет, для него мы полу отмороженные подростки, которым все по барабану!
Нет, это уже не получится. Было бы нам все по барабану, мы бы не стали его из ямы вытаскивать, и вообще...
Ну, это я, конечно, загнул... — согласился Гошка. — Но просто мы за бабки выполняем его поручения, а что и зачем, нас не касается.
А сами держим ухо востро?
Ясное дело!