Глава 9. Маня
— Гошка, ты зачем наврал насчет телефона и адреса?
— Сам не понимаешь? Вдруг он что-то почуял и решил нас убрать? А так пойди найди. Тем более я даже не знаю, существует ли в природе Ново-Косинский бульвар.
— Ты его просто выдумал?
— Да брякнул первое попавшееся название... Кстати, очень возможно, что такой есть.
А вдруг он знает, что нет?
Ерунда! Кто это может наверняка знать? В новом районе всегда есть какие-нибудь бульвары. Вчера его еще не было, а завтра он уже есть!
Слушай, а ведь он хотел нам поручить ту старуху!
С чего ты взял? — удивился Гошка.
Так показалось.
Нет, Никита, вряд ли. Он вдруг захотел поскорее от нас избавиться, это вот точно. Наверное, решил созвониться с заказчиком, узнать, как и что...
А может, мы зря ему рассказали про бабу в сарафане?
Может, и зря... но теперь уж ничего не поделаешь, слово не воробей.
И что мы теперь делать будем, а?
Я думаю, нам надо еще тут поблизости покрутиться.
Зачем?
Затем, что он может запросто вызвать кого-то к себе, у него нога болит, сам он никуда пойти не в силах...
Кого он к себе вызовет? — удивился Никита.
Не знаю. Допустим, заказчика! По телефону он рассказывать такое не станет.
Нет, Гошка... Нет! Понимаешь, не сможет он признаться заказчику, что перепоручил нам следить за Риммой. Это такой прокол, в котором он в жизни не признается.
Да, наверное, ты прав. Ну, тогда поехали домой, а вечерком позвоним господину Китаеву, узнаем, как здоровье Риммы, где она лежит. Боюсь, ей грозит большая опасность.
Узнать бы еще, кто она такая...
Они молча побрели к метро, чувствуя кошмарную усталость. И вдруг Гошка хлопнул себя по лбу.
— Стой, Никита!
Что?
Боюсь, нельзя нам Китаеву звонить!
Почему это?
Потому что, если все нормально, там должна уже орудовать милиция. И конечно, Китаев рассказал про нас.
Ну и что? Нам-то чего от милиции бегать? Мы ничего плохого не сделали! И мы можем дать очень важные показания! Описать ту тетку в сарафане... Мы просто обязаны это сделать.
Думаешь?
Уверен! На все сто!
А как быть с киллерком?
Пока будем помалкивать! Доказать ведь ничего нельзя, а если расскажем все, как было, нам просто никто не поверит. А тут ведь конкретное преступление...
Слушай, Никита, а вдруг Китаев милицию не привлек? Вдруг врачи определили какую-нибудь другую причину болезни?
Ну и слава богу! Чем меньше убийц, тем лучше. И знаешь, что я думаю...
—Ну?
Давай-ка поговорим с мужем...
С каким мужем? — испуганно спросил Гошка.
С мужем Риммы! Надо его предупредить...
Но ведь тогда придется рассказать все с самого начала...
Нет, мы расскажем только последний эпизод! Мол, вытащили из ямы частного детектива, а он нам поручил... И вот такая история...
Нет, пока еще рано!
Ничего не рано!
Но он запросто может нам не поверить, вызвать ментов, и вообще... Мы же не знаем, кто он такой. А вдруг он сам бандит из бандитов, тогда как?
Не похоже вообще-то...
А по-твоему, бандиты обязательно похожи на бандитов, да? Нет, спешить не надо. Позвоним вечером Китаеву, а там поглядим. Может, у нее просто тепловой удар или еще что-то вполне мирное и никаких покушений не было? Зачем тогда шум поднимать?
Как зачем? Но ведь наш-то киллерок на нее нацелился! Или на ее мужа!
Да, братишка, влипли мы в историю, а как выбираться будем? Это ведь не шутки...
А давай посоветуемся с Китаевым? Он вроде нормальный мужик... И, наверное, знает, что собой представляет муж Риммы, ну, бандит он или не бандит...
Никита, ты думаешь, мы сами не справимся, да? Все время хочешь повесить наши проблемы на взрослых?
Ерунда! И никакие это не наши проблемы, Гошка. Пойми, мы узнали, что какие-то типы решили через два месяца замочить старушку. И нам, по правде говоря, чудом удалось очень многое проних узнать. И кто заказчик, и кто посредник, и кто исполнитель! Чудо, да и только. А времени — вагон и маленькая тележка. И справиться с этой задачей в принципе возможно. А в новой истории мы же не знаем сроков, не знаем вообще ничего... Но если эту Римму или ее мужа в ближайшие дни угрохают, мы же себе этого не простим, даже если ее угрохает не наш киллерок, а кто-то другой. Мы же об этом кое-что знаем...
Да, Никита, речугу ты толкнул будь здоровчик! И я осознал...
Ладно, кончай придуриваться! — рассердился Никита. — Ты как хочешь, а я поговорю с Китаевым! Я ему доверяю!
Интересное кино! Ты же первый в нем усомнился!
Это я с перепугу.
Ну вот что, предлагаю поехать ко мне, мамы дома нет, отдохнем, поедим и звякнем Китаеву. А там будет видно.
Значит, я тебя убедил?
Более или менее.
— Добрый день, — вежливо произнес Никита, — можно попросить Леонида Леонидовича?
Кто его просит?
Меня зовут Никита. Мы с Леонидом Леонидовичем договорились...
Никита? Первый раз слышу, — проворчал старческий женский голос.
Пожалуйста, передайте Леониду Леонидовичу...
Ничего я ему не передам, — женщина всхлипнула. — Он в больнице.
Как в больнице? У соседки?
Какая, черт возьми, соседка? Его машиной сбило! Лялечка к нему помчалась, а меня не взяли... Конечно, кому нужна теща? Ее на помойку выбросить можно... Теща...
— Что там такое? — нетерпеливо шепнул Гошка.
Никита покрутил пальцем у виска.
Извините, пожалуйста, в какой он больнице?
А тебе какое дело, окаянец? Ничего никому не скажу! Буду бдительность проявлять. Пошел к лешему!
Куда? — не расслышал Никита.
К лешему! В болото! Чтоб ты пропал! — И она швырнула трубку.
Что там? Что? — тормошил ошалевшего Никиту Гошка.
Китаев в больнице!
До сих пор?
Нет, он сам попал в больницу. Его машина сшибла! Гошка, мне это не нравится. Ох, как мне это не нравится!
Ты думаешь, это не случайность?
Я уверен! Просто уверен! Может быть, он сказал кому-то про ту бабу в розовом... Ну его и...
Мы должны его найти!
Как? Там старуха ненормальная, его теща... У нее крыша совсем съехала, она ничего не знает. Какая-то Лялечка к нему поехала. Жена, наверное...
Давай попробуем ему на работу позвонить... Может, там скажут...
Однако на работе у Китаева уже никто не отвечал.
А ведь это я виноват, — понуро проговорил Гошка.
Ты? Почему?
Потому что не надо было ничего говорить...
Прекрати, Гошка! — прикрикнул на него Никита. — Если все время молчать, то...
Молчание — золото!
По-твоему, мы и теперь должны молчать? Пускай все всех убивают к чертям собачьим, да?
Нет, я только соображаю, как найти Китаева.
Если его сбила машина, то... Вполне могли отвезти в «Склиф»! Сейчас мы туда позвоним!
А скажут?
Почем я знаю? Попробуем!
А телефон?
В этот момент кто-то позвонил в дверь. Мальчики испуганно переглянулись. Звонок повторился.
— Кто там? — крикнул Гошка.
Это я, Маня!
Гошка открыл.
Привет!
Привет! Гошка, куда ты запропастился? Войти-то можно?
Входи. Вот, познакомься, это Никита, двоюродный брат.
А я Маня. Что у вас лица какие-то... странные? Что-то стряслось, да?
Ага, один наш знакомый под машину попал, — сказал Никита.
Ой! Насмерть?
Не знаем еще. Хотим вот в «Склиф» позвонить...
Он в «Склифе»?
Точно не знаем, просто подумали...
Хотите, я позвоню? Девочке скорее скажут...
Давай, только надо еще телефон узнать...
— Это несложно, сейчас в справочную позвоню.
Она в мгновение ока узнала нужные телефоны и принялась дозваниваться в Институт скорой помощи имени Склифосовского, который все москвичи называют просто «Склиф». Наконец ей удалось дозвониться. И, о чудо, оказалось, что Китаева действительно доставили в «Склиф».
— А вы не скажете, в какой он палате, я его племянница...
И это ей тоже сообщили.
У него состояние средней тяжести. Так мне сказали. Это значит, он не умирающий! — доложила Маня.
Надо срочно пойти к нему! — воскликнул Никита.
Нет, нельзя, — покачал головой Гошка. — Нельзя сегодня. Там его жена. Не надо жене ничего...
Что? Что такое? — навострила ушки Маня. Мальчики растерянно переглянулись. Тайна непереносимой тяжестью давила на них. Желание хоть с кем-то поделиться было столь велико, что не хватало сил противиться ему, и они, перебивая друг друга, все выложили Мане.
Только, чур, никому больше ни звука, — предостерег ее Гошка.
Сама понимаю, — досадливо поморщилась Маня. — Ну и ну, влипли вы... Но с этим надо что— то делать. Вы понимаете, что, если этого дядьку сшибли, следующие на очереди — вы! Наверняка вас с ним засекли в парке, когда «Скорая» приехала... Вполне могли видеть, как он дал вам визитку. Поэтому вам ни в коем случае нельзя даже близко подходить к «Склифу»! А вдруг его там постараются добить... Кошмар! И эту Римму, кстати, тоже!
Но что мы можем... — растерянно проговорил Гошка.
Только одно!
Что?
Надо связаться с мужем Риммы и все-все ему рассказать. Кто бы он ни был, он будет вам благодарен.
Но как с ним связаться? Как? — закричал Никита.
Вы его сегодня утром видели?
Видели! Ну и что? Сегодня он ехал на работу. А если его жена в больнице, то с утра он поедет...
Какая разница, куда он поедет, главное, его увидеть...
Он завтра может быть с охраной...
И что? Испугались, да?
Погоди, Мань, ты не понимаешь...
Я все прекрасно понимаю! И я сама поеду туда утром! Я уж сумею к нему подобраться!
А как ты его узнаешь?
Вы поедете со мной, покажете его мне, а я...
Не много ли ты на себя берешь, подруга? — хмыкнул Никита. «До чего же самонадеянная девчонка», — подумал он. — Ты, между прочим, напрасно считаешь, что все так легко и просто...
А что особенного? Я просто подойду к этому дядьке и скажу: «Извините, пожалуйста, у меня к вам разговор жизненной важности!» Думаешь, он пошлет меня куда подальше?
Именно! — засмеялся Никита.
Ничего подобного!
А спорим?
Спорим! — приняла вызов Маня.
На что спорим?
На кафе-мороженое!
Годится!
Готовь побольше бабок, я обожаю мороженое в кафе и с водичкой.
Договорились. Я, между прочим, тоже могу много мороженого слопать, — предостерег ее Никита.
Не мылься, мороженое лопать буду я. А ты — платить! — засмеялась Маня.
Значит, завтра с утра тебе придется очень рано выйти из дому, а что ты скажешь сестре? — поинтересовался Гошка.
Придумаю что-нибудь! Большое дело!
Может, стоит ей все рассказать, а то чем больше врешь... — тяжело вздохнул Никита.
Нет, нельзя! Она за меня испугается, тогда даже маме в состоянии наябедничать.
— Она на ябеду не похожа, — вступился за Сашу Гошка.
Его тон Мане не понравился. Она взглянула на Гошку с подозрением. Неужели он втюрился в Сашку?
А почем ты знаешь, как выглядят ябеды? У них что, на лбу метка есть?
Метки нет, просто я всегда чувствую, способен человек на подлость или не способен. Вот и все. Твоя сестра, по-моему, не способна. — Он произнес это нарочито бесстрастным голосом, уж больно ему не хотелось, чтобы хоть одна живая душа догадалась о его чувствах.
Ну, раз ты так считаешь, я ей все расскажу, но предупреждаю — она может мне помешать, и тогда все сорвется.
Подожди! — остановил ее Никита. — Пока никому ничего не говори! Если сумеешь завтра вырваться из дома, ничего никому не рассказывая, отлично!
— Сумею, без вопросов! Во сколько надо выйти?
В семь!
Значит, выйду в семь!
Никит, а может, мы вдвоем с Маней съездим, а? — предложил Гошка.
У Мани от радости екнуло сердце, но Никита возмутился:
Это почему? С какой стати?
Да нет, просто я подумал, мы ведь в одном подъезде живем, а ты довольно далеко...
Ну и что? Нетушки, мои детушки, я не согласен, встретимся в метро, и все дела!
Ладно, — легко согласился Гошка.
А Маня огорчилась. Но не слишком, все-таки какое-то время ей удастся побыть наедине с Гошкой... «Пускай побуду, Гошка, с тобой совсем немножко...» А дальше ничего не придумывалось.
Утром она встала в половине седьмого, умылась, причесалась, надела новенький голубой с ромашками сарафанчик, выпила стакан молока с куском черного хлеба и на цыпочках выбежала в прихожую. Саша спала. Минутку подумав, Маня вырвала листок из блокнота, лежавшего возле телефона, и написала: «Санечка, не волнуйся, я ушла по важному делу. Вернусь к двум часам. Целую. Маня». Записку она положила на кухонный стол.
Гошка уже дожидался ее внизу.
— Маня, в целях конспирации мы со двора выйдем порознь!
Маня понимающе кивнула.
— Ты иди первой и жди меня у газетного киоска.
Она снова молча кивнула и побежала прочь со двора. Выждав две минуты, Гошка пошел следом. От киоска к метро они шли вместе.
Гош, а ты кого боишься-то?
Боюсь? Никого я не боюсь, с чего ты взяла? — удивился он.
Тогда почему нам нельзя было вместе выйти?
На всякий случай! Вдруг кто-то скажет — Гошка с этой новой девочкой в семь утра из дому вышел. Нам с тобой это надо?
А если нас сейчас кто-то засечет?
На улице мы могли случайно столкнуться, это не то же самое...
Маня поглядела на него с уважением.
А ты ушла без проблем? — спросил Гошка.
Без всяких! Санька еще дрыхла, я ей записку оставила, ушла, мол, по важному делу! А твоя мама не возникала?
Нет, мы с Никитой придумали, что едем на дачу, я говорю, к его однокласснику, он говорит, что к моему. Там очень здорово, лес, речка и все та кое, только ночевать негде...
И ваши мамы верят?
Пока да.
Понятно.
Они замолчали. Маня вдруг начала волноваться. Ведь ей предстоит такой разговор... Надо убедить взрослого и, по-видимому, важного человека, что ей можно верить, что она не какая-то глупая девчонка... У нее даже в животе заныло от волнения. И ладони зачесались. А Гошка думал, имеет ли он право подвергать опасности Маню. Ведь если опасность грозит им с Никитой, если какие-то таинственные люди засекли их вчера, то они вполне могут догадаться, что девчонка, подбежавшая во дворе к Римминому мужу, как-то связана с ними... И его прошиб холодный пот, несмотря на жуткую духоту в метро.
Послушай, Маня... — нерешительно начал он.
Что?
Знаешь, я подумал... Не надо... Не пойдешь ты никуда!
То есть как?
А вот так! Не пойдешь, и все!
Почему?
Потому что это опасно!
Для меня? Но ведь меня никто не знает!
Догадаются, они такие...
Не обязательно! Я что-нибудь придумаю!
Что ты придумаешь? Они похитрее тебя будут!
Неизвестно еще! Я уже придумала! Моя мама так за моего папу замуж вышла!
Что? — оторопел Гошка.
Мама была еще студенткой, а папа уже известным артистом. И она была в него жутко влюблена, но он на нее внимания не обращал. Они даже знакомы не были.
И что твоя мама сделала? — заинтересовался Гошка.
А вот увидишь! — лукаво улыбнулась Маня.
Нет, ты сначала скажи!
И не подумаю! Гошка, ты за меня боишься, да?
Естественно!
Кайф! — вырвалось вдруг у Мани, и она залилась краской.
Гошка сделал вид, что не заметил. Его все еще терзали сомнения, стоит ли затевать все это с Маней, но, с другой стороны, ему было очень интересно, что ж такое предприняла много лет назад мама Мани и Саши. И потом, он уже понял — с Маней спорить бесполезно. Она все равно сделает по-своему. Да и дело у них совсем нешуточное, промедление может обернуться большой бедой.
У выхода из метро их уже поджидал Никита.
Есть новости? — спросил он, даже не поздоровавшись.
Откуда? — пожал плечами Гошка.
И они направились в сторону дома, где жила Римма.
Значит, так, — сказал Гошка по дороге, — у него черный «БМВ» с шофером. Сегодня запросто могут появиться и охранники...
Да все я понимаю, вы мне покажите его, а там уж я сама... Только надо найти место, где вам спрятаться...
Это не проблема, — отозвался Никита, — там и кусты есть, и детская площадка с домиком...
Они предпочли устроиться в кустах, все-таки не так душно. И совершенно напрасно прождали больше двух часов. Ни черного «БМВ», ни мужа Риммы они так и не увидели. Наконец Маня не выдержала.
Сколько можно ждать? Ясно же, он не появится. Или он всю ночь пробыл в больнице и оттуда поехал на работу, или вчера уехал, допустим, на дачу...
Да, похоже, — вздохнул Гошка. — Ну и что будем делать? Нам нельзя сидеть сложа руки!
Надо попробовать пробиться к Китаеву! — предложил Никита.
Но в больницу раньше пяти вечера не пускают! — со знанием дела заявила Маня. — А это, считайте, потерянный день.
И в этот момент во двор въехал черный «БМВ».
— Внимание! — прошептал Гошка. — Это его машина!
Действительно, из «БМВ» вышел мужчина, тот самый, которого они видели вчера. Только вид у него был измученный. И тут вдруг Маня сорвалась с места и кинулась в сторону подъезда. Поравнявшись с мужчиной, она вдруг споткнулась и во весь рост грохнулась прямо ему под ноги. Гошка ахнул. А муж Риммы слегка отпрянул, а потом наклонился к упавшей девочке, помог ей встать и даже отряхнул с нее пыль. Она ему что-то сказала, он внимательно на нее посмотрел и, поддерживая под локоть, повел к подъезду.
Молодчина Манька, — прошептал Никита. — Ну что, похоже, все идет по плану, да?
Вроде бы...
Тогда погнали!
И они понеслись к метро. У них было договорено — если муж Риммы согласится поговорить с Маней, а потом захочет встретиться с мальчиками, то они, в целях строжайшей конспирации, будут ждать его в условленном месте.
А Маня между тем, сильно прихрамывая и опираясь на руку мужчины, шла к подъезду и горячо шептала:
— Это очень-очень важно! Нам надо... мне надо вам очень многое сказать, но в вашей квартире нас могут подслушать и в машине тоже, мои друзья будут нас ждать...
Она видела и чувствовала, что он ей не слишком верит.
Честное слово! Поверьте, вам и вашей жене грозит опасность!
Откуда ты знаешь?
Это не я... Это Гошка с Никитой, они случайно узнали, а я...
Но тут они вошли в подъезд. Навстречу им выбежала консьержка. И еще Маня успела заметить охранника в камуфляже.
— Ростислав Иванович, что случилось?
— Да вот барышня знакомая ногу поранила, — устало улыбнулся муж Риммы.
— Девочку в травмопункт отвезти?
— Да нет, ничего страшного, мы домашними средствами обойдемся! Просто ссадина.
— А если столбняк? Надо бы укольчик сделать.
— Никакого столбняка! — подала голос Маня. — Надо промыть и заклеить бактерицидным пластырем!
— Ишь вы какие, все-то они знают! — проворчала консьержка, но отвязалась.
Приехал лифт.
— Ростислав Иванович, я вам все объясню, но...
— Понял и приму меры! — ответил он.
Они вышли из лифта. Он огляделся по сторонам, взял Маню за руку и повел к двери, ведущей на лестницу.
— Постой тут, — шепнул он, сбежал вниз на не сколько ступенек, потом поднялся вверх на пол пролета и наконец вернулся к Мане. — Ну, теперь можешь говорить, только побыстрее.
— Мои друзья совершенно случайно узнали, что на вашу жену... а может, и на вас готовится покушение. Вчера в парке они видели, как вашей жене стало плохо, если бы не они... они вызвали «Скорую»...
— Неправда! «Скорую» вызвал Леня, наш сосед!
— Да! По их просьбе! А потом его сбила машина!
— Кого сбила машина? Леню?
— Да! Он лежит в «Склифе»!
— Так! Твои друзья полагают, что это как-то связано?
— Да! Это вообще долгая история, я сама не все знаю... Они следили за одним человеком, а потом так получилось, что он их послал следить за вашей женой, ну и вот... Ой! — испугалась Маня, поняв, что сболтнула лишнее.
— Постой, что за бред? За кем они следили? И почему он их послал следить за моей женой? Прости, но это чушь какая-то... Где эти парни? Я хочу сам с ними поговорить!
Они ждут нас в условленном месте.
Так идем же!
Извините, Ростислав Иванович! Но нам все-таки нужно зайти к вам в квартиру, как будто бы ногу мне промыть... Ведь если квартиру прослушивают...
Боже мой! Что за дети нынче пошли! Но ты права, идем!
Они вошли в красивую просторную квартиру.
Заходи, Наташенька. Сейчас я найду йод и пластырь...
Спасибо, я сначала водичкой промою...
Они еще обменивались какими-то незначащими фразами, Ростислав Иванович действительно принес Мане абсолютно ей не нужный пластырь. У нее не было ни царапинки. Падать она умела отлично. Ее научила этому мама. Но девочка все-таки заклеила ногу.
Очень больно? — поинтересовался Ростислав Иванович с грустной улыбкой.
Да, — притворно всхлипнула Маня.
Сама доберешься до дому?
Не знаю, нет, наверное.
Ладно, я тебя на такси доставлю, а то я свою машину отпустил. Надеялся поспать немного, а тут ты. И дернул же тебя черт так ко мне броситься!
Так я ж обрадовалась. Давно вас не видела...
Идем Наташа, у меня времени в обрез.
Маня была в полном восторге. Еще бы! Разыгрывать такой спектакль на пару со взрослым солидным человеком, водя за нос неизвестных бандитов! И сейчас она поведет его на встречу с друзьями...
Они вышли из дома. Маня сильно хромала.
Ростислав Иванович, далеко собрались? — спросил какой-то старичок в соломенной шляпе и с
орденом «Знак Почета» на клетчатой рубашке.
Да вот, надо отвезти домой дочку приятелей, она ногу поранила, — дружелюбно объяснил Ростислав Иванович.
А кареты твоей шикарной что-то не видать, — не без злорадства произнес старичок.
Ничего, я такси поймаю! — И добавил шепотом: — Черт, всем до меня дело, куда пошел, на чем поехал...
Он довольно быстро поймал такси, и через пятнадцать минут они уже входили в зеленый двор, где их ждали Гошка с Никитой. В этом дворе жила дальняя родственница Никитиного отца, которая сейчас была на даче. Они вспомнили об этом дворе потому, что он считался образцово-показательным по озеленению, тут имелись всякие красивые уголки и беседки, где можно поговорить с удобствами и без помех.
Здравствуйте! — вскочили мальчишки.
Привет, братва! Ну, великие конспираторы, выкладывайте все с самого начала, у меня мало времени! И не темните!
Мальчики переглянулись, и Гошка начал:
Мы вчера гуляли в парке...
Просто гуляли? — перебил его Ростислав Иванович.
У Мани упало сердце. Сейчас Гошка поймет, что она проболталась, и тогда всему конец...
Ну да, жарко ведь, а там...
Вот что, парень, мне твоя подружка сказала, что вас кто-то послал следить за моей женой. Это так?
Гошка метнул на Маню такой взгляд, что ей почудилось, будто она сразу от этого взгляда обуглилась.
Ну, что замолчал? Надеялся меня надуть?
Нет, но... Хорошо, тогда придется начать издалека, хотя к вам эта история отношения не имеет.
Подожди, — прервал его Никита, — мы рас скажем вам только то, что касается вас, остальное вам попросту неинтересно и не нужно. Так вот, мы следили за одним человеком, он слежки вроде бы не замечал и совершенно случайно упал в яму, стал звать на помощь. Вот тут мы и помогли ему вы браться. И он попросил нас последить за вашей женой...
Стоп! — прервал его Ростислав Иванович. — Кто этот человек?
— Его фамилия Усольцев, — ответил Гошка.
— Но все-таки, почему вы за ним следили?
— Сейчас это не важно, — гнул свое Никита, — главное, что он представился частным детективом, которому вы поручили следить за вашей женой...
Я?
Мы не поверили.
И правильно сделали. Я никогда ничего подобного даже в мыслях не держал. Следить за Риммой... бред какой-то. Да, а почему вы ему не поверили?
Мы точно знали, что он не частный детектив.
Кто же он?
Он — киллер, — негромко произнес Гошка.
Киллер? — переспросил побледневший Ростислав Иванович.
—Да.
Но почему же вы не сдали его в милицию?
У нас нет доказательств. Мы хотели поймать его с поличным.
И вы решили втереться к нему в доверие, да?
Конечно! Он и так хромает, а тут повредил и другую ногу, вот и решил, что мы — случайно подвернувшиеся дурачки...
Но если киллер следит за моей женой, выходит... ее хотят убить?
Похоже на то! Видимо, кто-то заказал вашу жену, — вставила Маня.
Значит, пока киллер нездоров, Римме ничего не грозит?
Да как вы не понимаете! — закричал вдруг Никита. — Мы ведь обнаружили, что на вашу жену покушается еще кто-то! Что вам сказали в больнице? Какой диагноз там поставили?
Сердечный приступ... С нею это бывает, она вообще нездоровый человек. Почему ты спрашиваешь? — вдруг словно очнулся Ростислав Иванович.
Потому что мы в этом не уверены... У нас есть подозрения...
И Никита подробно рассказал ему все, что случилось в парке.
И вы полагаете, что Леню Китаева нарочно сбили...
Полагаем!
Значит, и вам грозит нешуточная опасность!
А для чего, по-вашему, такая сложная схема связи с вами? — хмыкнул Гошка.
Значит, вчера вы первый день следили за Риммой?
Да, — кивнул Гошка.
И вы считаете, что Римме сделали какой-то укол?
Подозреваем. Но точно ничего сказать не можем. Врачи ничего такого не говорили?
Нет. Обычный приступ. В такую жару не удивительно... Так я понял. Вы решили предупредить меня... Огромное вам за это спасибо. А теперь... теперь извольте-ка объяснить, по какому поводу вы вдруг решили следить за этим киллером? И откуда вам известно, что он киллер? Поймите, это все не игрушки, речь идет о жизни людей! Давайте, давайте! Хуже от этого никому не будет! Да и потом, если вашего киллера возьмут, то все тайны утратят всякий смысл.
— Это правда! — воскликнула Маня. — Надо рассказать... Может, тогда найдут старушку!
Мальчики переглянулись.
— Хорошо! — кивнул Гошка. — Мы расскажем...
И он подробно рассказал начало истории.
Потрясающе, просто невероятно! Какие же вы молодцы! Настоящие сыщики! — время от времени прерывал его рассказ восклицаниями Ростислав Иванович. — Ну спасибо вам, ребята, я по гроб жизни буду вам благодарен, но сейчас вам надо отойти в сторонку. Вы свое дело сделали, теперь этим займутся те, кому положено. Хватит, вы и так рисковали жизнью...
Извините, а можно спросить? — подала голос Маня.
Валяй, спрашивай! — улыбнулся Ростислав Иванович.
А почему хотят убить вашу жену? Она кто?
Моя жена? Она...
Но тут у него из кармана зазвонил сотовый телефон.
— Алло! Я слушаю! Черт побери, как не вовремя... Хорошо, сейчас приеду! — Он спрятал телефон и быстро сказал: — Ну вот, меня вызывают, срочное дело... Спасибо вам еще раз, идемте, я подброшу вас поближе к центру!
И он энергично зашагал прочь со двора. Подростки, немного помедлив, кинулись вслед. Он вышел на тротуар, потом на проезжую часть и поднял руку. И тут вдруг произошло нечто невероятное — из проезжающей мимо машины высунулась рука с пистолетом.
— Ложись! — заорал Гошка и упал на тротуар.
Никита и Маня последовали его примеру, а Ростислав Иванович пошатнулся, и на его рукаве расплылось кровавое пятно.
— Ох, черт, — простонал он и схватился за плечо.
А машина уже скрылась в потоке транспорта. Все произошло мгновенно. Никто ничего не успел сообразить.
— Ребята, вы целы?
Они уже подбегали к нему.
Вы ранены! — закричала Маня. — Надо скорее в больницу!
Тихо! Не кричи! Не привлекай внимания! — зашипел вдруг Ростислав Иванович. — Это пустяк, царапина, меня едва задело.
Кровь! У вас кровь! — побелевшими губами шептала девочка.
Ерунда, но дело серьезное... мы все, кажется, влипли... Надо сматываться! Живо!
Они растерянно переглянулись. А Ростислав Иванович уже тянул их к ближайшему подъезду. К счастью, кодовый замок был сломан. Ростислав Иванович вытащил из кармана телефон, набрал номер.
— Алло, Герман? Это я. Слушай, друг, нужна немедленно твоя помощь. Бери машину и приезжай, я все объясню потом. Дорога каждая мину та... Я не один, прошу, не медли!
Он объяснил, куда надо приехать, и отключил телефон.
Ребятки, а ведь вам нельзя сейчас домой...
Домой можно, никто же не знает, где мы живем, — отозвался Никита.
Я в этом не уверен. Одно ясно, за нами с Машей следили... А значит...
Нет, следили они скорее всего от вашего дома...
Но кто поручится, что здесь и сейчас никого нет? А выстрел... Скорее всего, это предупредительный... Если б они захотели меня убить, то убили бы, не сомневаюсь. Кстати, это было предостережение и для вас. Мол, глядите, что может случиться и с вами. Но мы им не дадимся, дудки! — улыбнулся он.
А у вас кровь уже не идет, — заметила Маня.
Я говорю, пустяки. Сейчас приедет Герман, вы поедете с нами. Если будет слежка, он сумеет оторваться, и мы завезем вас домой. Надеюсь, теперь вы поняли, вам надо держаться подальше от всех этих дел! Хоть вы и храбрые, потрясающе храбрые ребята.
Они расплылись в улыбке. Кому не понравится такое о себе услышать! Прошло еще несколько минут, и у подъезда затормозил коричневый джип «Паджеро».
— Это Герман! Идемте!
Ростислав Иванович первым выскочил на улицу, огляделся, открыл дверцу джипа и сделал знак ребятам. Они мигом влезли на заднее сиденье, а он сел рядом с водителем.