Сердца трех

Лука сделал всё для того, чтобы Хлоя не пострадала. Первый раз - машинально. Второй - намеренно. Он закрыл ее своей спиной, повалив на пол у края лестницы. Она стукнулась головой о край ступеньки и, наверное, рассекла себе кожу на затылке. Но ее грудь осталась цела: осколки от взрывной волны воткнулись в его спину, прорвав ткань, кожу и мышцы.

Потом Лука принял новое решение: пока она задыхалась, плакала, не разбирала, что происходит вокруг, и была дезориентирована, он со звоном в ушах и с шипением крови на пояснице заставил себя слезть с неё. Его вес сдавливал ей легкие. И Лука перевернулся, ударившись лопатками о жёсткий пол. И закричал от прострелившей боли. Как будто чья-то невидимая стрела вонзилась ему в сердце и горячей заточенной пикой вылезла обратно. Осколки вошли глубже. Он задохнулся от боли, кое-как перевернулся на бок и отключился.

Следом сознание потеряла и Хлоя. Две комнаты, лестница и разбитый лифт стремительно начинали тонуть в дыме и огне.

***

Хлоя не помнила, как долго пролежала на полу в отключенном состоянии. Но когда она раскрыла тяжёлые и слипшиеся веки, мир поплыл перед глазами. Раздраженные глаза слезились, и дым и оранжевый воздух заволакивали пространство. Всё тело страшно ломило, шея ощущалась как отпадающий кусок тела. Хлоя попыталась пошевелиться и догадалась, что лежит на выступе, и ее макушка повисла на ступеньке. Хлоя, задыхаясь, приняла повторную попытку встать. Легкие при жадном вдохе обожгло, и девушка со стоном свалилась обратно на плитку. Как же пусто в голове.

Было жарко, душно, ноздри пропитались гарью и не чувствовали других запахов. Волосы прилипли ко лбу. Футболка промокла от пота.

- Кто-нибудь... пожалуйста... - задыхаясь, Хлоя всхлипнула от бессилия. Память к ней возвращалась медленно. Она непроизвольно дёрнула затёкшей ногой и сразу встрепенулась: рядом кто-то был. - Лука! - Хлоя опомнилась. С ним она выбегала из комнаты и падала под оглушительные звуки взрывов.

Он лежал чуть ниже и был завален на левое плечо: Хлоя это ощутила, проведя носком босой ноги по его коленям.

Заставив себя принять горизонтальное положение, Хлоя ахнула.

Всё полыхало. В конце коридора жёлто-багровые языки пламени пожирали выпавшую на пол дверь, разорванные лепестки роз из подаренной на тот свет корзины прилипли к стене, пол проломился между стенами, ковер был разрезан осколками. Из ее комнаты рвался сумасшедшими волнами огонь.

- Что за ад? - Хлоя затряслась, снова задела ногой парня и заставила себя собраться с силами. - Лука! Слышишь меня?! - она пригнулась, пытаясь обмануть навязчивый дым, и подползла к Куффену. Из-за серого и густого воздуха приходилось двигаться на ощупь и нажимать коленками, обтянутыми в тонкие джинсы, на крошки стекла.

Хлоя, не видя из-за позы Луки, что осколки изрешетили ему спину, пригнулась и обхватила парня за щеки.

- Какой ты красивый, - Хлоя провела большим пальцем по дорожкам крови под носом Куффена. Она пыталась шутить, даже когда не понимала, говорит ли с живым человеком или с телом. Его голова была тяжёлой, поддающейся на любые махинации. И от этих мысли Хлою пробила дрожь. - Эй! Давай. Просыпайся. Вставай. Красивые парни не должны умирать у меня на руках! - она обняла его за тёплую шею.

Ей показалось, что у Луки задрожали ресницы.

- Ты дышишь, - обрадованно всхлипнула Хлоя, почувствовав толчки пульса под кожей. - Теперь надо просыпаться, - она погладила его по щеке: - Просыпайся. Пожалуйста. Нам надо убегать. Надо ух-ходить...

- Всё горит, Хлоя, - обречённо прохрипел Куффен, открыв глаза. Он слышал треск за спиной, видел пожар, поглощающий правый выход и двери в конце коридора. Кнопка и табло лифта покрылись сеткой крошащегося стекла.

- Боже, ты ещё и говорить можешь! - Хлоя обрадованно и жалко вскрикнула.

Лука мог шевелить губами и сипеть ответы слабеющим голосом.

- Как ты себя чувствуешь? - Хлоя забыла, что собиралась бежать, и нежно взяла его за шею, начиная торопливо расстёгивать рубашку. - Так... так легче?

- Тебе нужно лечь, - он проигнорировал вопрос, тусклыми глазами умоляя послушаться. - Нас обязательно скоро достанут. Я уверен. Ляг рядом.

Хлоя молча повиновалась.

- Ты так и не сказал, что чувствуешь, - Хлоя закашлялась и закрыла ладонью рот, устраиваясь рядом.

Лука, на секунду открыв глаза, нащупал ее ладонь и крепко стиснул.

Хлоя сделала слабое движение, ложась на бок и трогательно смотря на Куффена.

- Я тоже задыхаюсь, - со слабой улыбкой прошептал Лука.

Хлоя поджала губы, крепко переплетая их пальцы в ответ.

Дым сгущался, становилось жарче, как на подлёте к Солнцу, из обеих комнат рвалось пламя, лестница трещала. Они могли выбираться только через потолок. Если бы умели проходить сквозь преграды.

- Меня хотели убить.

Хлоя наконец озвучила это.

- Лука, меня хотели убить, заложив в ожерелье и букет взрывчатку! - Хлоя заорала, царапая ему руку. - Что я сделала?! За что со мной так?! Я же...

Она подавилась на новом вопросе: в горле скопилась слизь, и попавший в глотку дым заставил замолчать и начать прокашливаться и сплёвывать.

Лука, красными глазами упёршись в потолок, не меньше девушки хотел знать ответ на этот жестокий вопрос.

- Не думай об этом сейчас, слышишь? - он больно сжал ее пальцы. - Выйдем отсюда и спросим у полицейских. А сейчас - нельзя.

Иначе Хлоя сойдет с ума, боясь, анализируя и подозревая всех, кому перешла дорогу.

- Но где эти пожарные?! Почему я не вижу воды? Мы в центре города! Почему мы торчим здесь так долго...

Лука натянуто вздохнул, кусая губу и продолжая мять ладонь девушки. Осколки с каждой секундой всё глубже входили в него, срабатывая как кнопка отключения мозга. Оставались одни ощущения.

Лука хотел бы сказать, что Хлоя не права, но их как будто не собирался никто спасать.

Продолжали трещать доски деревянного шкафа и дорогих итальянских дверей.

- Я никогда в жизни не хотела так пить. Обычную воду. Хоть из крана... - Хлоя уткнулась носом ему в плечо и тут же отпрянула: одежда провонялся дымом.

Лука успокаивающим голосом заговорил:

- Чем ты хотела заняться сегодня?

- Ты издеваешься?!

- Говори со мной, если не хочешь, чтобы я заснул, - Лука прибег к угрозе.

Хлоя сглотнула и милым голосом буркнула:

- На шоппинг сходить.

- Что хотела купить? - Лука продолжил расспросы, сдерживаясь от стона. Стекло в спине прожигало до костей.

- Туфли с бантами, - Хлоя утерла мокрый нос. - И новые платья. Знаешь, раз уж мы тут, и никто не спешит нас с спасать, видимо, нам суждено умереть, так что я тебе признаюсь... я потолстела. Жру сладкое от стресса. Теперь на размер больше надо брать. Вот. Теперь ты знаешь.

Лука расплылся в симпатизирующей улыбке, на мгновение забывая про боль.

- Я не унесу этот секрет с собой в могилу, Хлоя, - он состроил вредную рожицу. - Вот выйдем отсюда живыми, и я всем расскажу.

Хлоя пустила смешок и со слезами в глазах произнесла:

- Если мы выживем, то можно растрепать, - она добавила к своему ответу: - А ты? Какие у тебя были планы на день?

- Провести этот день с тобой.

***

Феликс и Маринетт узнали о случившемся в отеле от Натаниэля. Он первым прочел новость о том, что в центре города прозвучало два мощных взрыва. Натаниэль паниковал, когда заводил машину, трясся за рулем, сглатывал ком в горле каждый раз, когда в новостном паблике писали информацию о прибывших журналистах, скорых и пожарных.

В дороге они узнали, что Лука был с Хлоей в момент взрыва.

Феликс по очереди срывал телефонные трубки: Хлои, Луки, дяди Андрэ, приёмной мэра. Никто не отвечал.

- Мадам Буржуа! - Феликс наконец дозвонился. - Вы знаете...

- Я стою в пробке и не могу получить ни от кого ответ, что с моей дочерью и мужем! - истерично заорала Одри, срываясь на Феликсе, и бросила трубку.

Натаниэль со свистом припарковал машину за квартал до отеля, и побежал по улице, где скапливался народ.

Маринетт выскочила из машины и строго кивнула Феликсу: она уходит, чтобы найти место для трансформации.

- Да. Хорошо, - он закрыл машину и навалился кулаками на крышу, испытывая что-то вроде страха, смятения и заглатывающего вакуума. Было страшно зайти за поворот. Он не знал, что его там ждёт. Взорвался газовый баллон? Пожар на кухне? Теракт в центре города, направленный против кампании мэра? Если бы Хлоя и дядя вышли из здания, они бы уже ответили.

- Феликс, - Маринетт окликнула его и посмотрела парню прямо в глаза: - Я их спасу.

Он выдавил безэмоциональную улыбку, шаркнул ногой и побежал вслед за Куртцбергом, думая лишь об одном: о чем он говорил в последний раз с Хлоей? И был ли это действительно последний раз?

***

- Давай пообещаем друг другу что-нибудь, - Хлоя побледнела за последнюю минуту так сильно, что Лука мог видеть сетку вен на ее щеках. Она наглоталась дыма. - Вот что ты сделаешь, если мы выживем?

Лука облизал пересохшие губы и скривился от ощущения горечи на языке.

- Я найду твоего отца.

У Хлои стали подкатываться глаза.

- З-зачем?

- Я не знал своего отца до двадцати лет, - Лука выжимал из себя слова. - Я знаю, какого это, - он повернул к ней голову: - И хочу тебе помочь.

Хлоя долго следила за движениями его губ, когда он признавался ей.

- Знаешь, что бы сделала я? - Хлоя сощурилась, как будто флиртовала с ним.

У Луки всё начинало плыть перед глазами, и слова Хлои доходили до него через толщу воды.

- Я бы тебя поцеловала, - Хлоя глубоко всхлипнула, смутилась и быстро пояснила: - Не зря же нас вместе подорвали. Будет какая-то польза от нас, валяющихся тут в дыму, - она фальшиво усмехнулась.

Лука шире раскрыл глаза, слезящиеся от дыма. Вместо удивления, отказа или улыбки согласия в его взгляде Хлоя прочла... смирение? И сама почувствовала то же самое. Они еще не любили друг друга и точно не были влюблены, и сухие губы, которые взаимно рассматривали, не манили их до этого никогда. Просто сейчас, когда оба были на грани остаться в памяти людей, их тянуло друг к другу.

- А если это действительно последний момент? И нас никто не спасёт? Мы просто задохнёмся тут! В клубнях дыма, в языках пламени... - Хлоя больше не могла сдерживаться и плакала без остановки. - И всё. Дальше неизвестность, бездна, мрак...

- Иди сюда, - Лука дотянулся до ее шеи, запустил пальцы в спутанные волосы, притянул к себе и сразу поцеловал. Хлоя всхлипнула в поцелуе и сильнее прижалась к Луке, сминая губы в ответ. К щекам прильнула кровь, пальцы пробила мелкая дрожь.

Провалилась часть потолка в конце коридора, зашипели в пламени и затрескались остатки дверей и ковров.

Хлоя вздрогнула, от ужасающих звуков попытавшись выскользнуть, но Лука стал напористее и продолжил целовать ее. Хлоя жадно и согласно ответила, сжимая ему волосы у корней. Он утолял ее жажду, уменьшал страх, выбивал из головы все мрачные мысли. Его горячие мягкие губы сминали ее, пальцы водили по щеке, и Хлоя отрывалась, чтобы шире открыть рот и поцеловать с языком. Она не чувствовала в животе порхающих бабочек или сладости от прикосновений. Она чувствовала себя живой. И чувствовала рядом с собой такого же теплого, жаждущего и живого человека. Этот поцелуй был спасением. Единственным приятным ощущением в последние минуты.

А всё вокруг сгорало.

***

Леди Баг держала в руках йо-йо и разрушенными глазами считала черные точки.

Супершанс не сработал.

Она подкидывала оружие трижды и когда на второй раз ничего не выпало, спряталась за дерево, пока за спиной орали пожарные, рыдали спасенные с первого этажа люди и бегали полицейские.

- Он не работает... я потеряла свою силу! - Леди Баг могла звонить Коту, могла разносить преграды йо-йо и взлетать к небу, но больше не получала подсказок. И была бессильна. Была такой же, как все люди.

***

- Туда нельзя! - полицейский заорал на Феликса и Натаниэля. - Может быть еще взрывчатка!

Их оттащили двое в форме за красные ленты, и Нат с Феликсом устремили мучительные взгляды на разнесенное окно: больше всего пострадала комната Хлои на третьем этаже. Ее комната была местом, куда заложили заряд.

- Я сейчас с ума сойду, - Феликс оттянул волосы на макушке и отвернулся. У трех машин скорой толпились горничные, официанты, несколько иностранных гостей. И никто не знал, где мэр и его дочь. Точнее, их никто не видел.

Феликс наблюдал за Леди Баг, беседующей с Роджером Ренкомпри, с угасающей надеждой. Ей запретили входить в здание. Если отель тряхнёт в третий раз, никакая магия не спасет девушку. Нужно довериться кинологам, полиции и пожарным. Последние уже приступили к тушению.

Феликс услышал грохот. Это Кот Нуар приземлился на полицейский кордон и что-то грубо сказал Роджеру.

***

- На четвертом этаже нет людей. Я проверил, - Кот коротко кивнул Леди Баг, которая ждала его. - Люди с крыши спущены. Они с той стороны отеля. Роджер, обеспечьте их водой и помощью. Моя Леди, пойдем.

- Что ты задумал? - Маринетт побежала за ним, решив пока не говорить, что супершанс ей не помог. Она видела по лицу Кота, что он на грани исполнить задуманное.

- Нам нельзя больше ждать...

- Да. Да, ты прав, - Маринетт нервно прижала ладонь ко лбу.

- Четвёртый этаж начал гореть. Взрыв был на третьем. В комнате Хлои никого не обнаружили, там нет ни одного тела. Они в коридоре или в лифте. Я предлагаю сносить четвёртый этаж.

Вместо крика "Никогда!" и "Ты не рассчитаешь силу, не смей!", Леди Баг покачала головой:

- Смотри, - она вяло вытянула руку в сторону: - Супершанс!

Йо-йо дёрнулось и грустно опустилось к мокрому асфальтому.

Коту свело челюсть. Кадык на шее дёрнулся, и в груди остро заболело.

- Неужели Маюра снова читает заклинание? Неужели это она... она и Бражник взорвали отель? - Маринетт давила в себе желание плакать.

Нуар, подняв когтистую лапу на уровень груди, с боязнью в сердце и сталью в голосе приказал:

- Катаклизм!

Рука вспыхнула черными пузырями.

- Черт...

- Ты можешь! - растерянно и неверяще вскрикнула Маринетт.

- Пойдём! - Кот не позволил себе долго радоваться, схватил Маринетт за кисть другой рукой, и вместе они побежали к пожарной лестнице.

***

У Хлои болели губы и саднило в горле. Лука понимал, что вот-вот потеряет сознание во второй раз, и они, задыхаясь от поцелуя, гари и неконтролируемых слез, просто хотели быть рядом. Чувствовать вкус другого человека, его тепло, живые губы, способные на ласку руки.

Вдруг все прекратилось. Расцелованные губы обжег свежий ветер.

Леди баг, обнимая Хлою за талию, дёрнула ее наверх: к свету, воздуху, спасению.

- Я думал, ты тут в крови валяешься, - Кот Нуар приземлился рядом с Куффеном и подхватил его за плечи: - А у вас с Хлоей поцелуи, как в индийском кино. Зря время не теряли, да? - Адриан был слишком рад, что нашёл друзей живыми.

- Как вы смогли пробраться?.. - Лука завалился на плечо Нуара. Тот не увидел его спину.

- Да я просто четвёртый этаж снес, - Кот Нуар махнул рукой, как на пустяк, и удлинил шест. - Про поцелуйчики Феликсу ничего не скажу. Полетели!

***

- Я могу сама идти, - Хлоя, отлипая от шеи Леди Баг, заглатывала тёплый июльский воздух, свежесть которого прочищала ей лёгкие.

Маринетт, тревожно смотря на изнуренную Хлою, бережно опустила ее на асфальт.

Сверху - с остатков крыши - спрыгнул Кот Нуар спиной к ним.

- Стоять можешь? Я буду придерживать. Нам надо до скорой... дойти.

Леди Баг отвлеклась от Хлои и, щурясь от солнца, устремила взгляд на спину напарника и Луки.

- О Боже.

- Лука! - ненормальным голосом заорала Хлоя, повиснув на руках Маринетт.

- Врачей! - Нуар привлек внимание полицейских, держа отключающегося Луку за плечи, чтобы не задеть осколков. Адриан даже не смог сосчитать их: рваная рубашка, глубоко всаженные куски стекла, кровь, пятна, кровь, мясо...

Натаниэль и Феликс с той стороны здания услышали крик Хлои.

- Почему ты не сказал мне?! - Хлоя обращалась к Луке, который ее уже не слышал. Вцепившись в локоть Леди Баг, она заголосила: - Это я! Я виновата! Он из-за меня...

Маринетт и Адриан, замершие в искаженных позах на улице с Лукой и Хлоей на руках, с рвущимися сердцами ждали врачей.

***

- Он в реанимации. Будет жить. Хлою отвезли вместе с ним. Наглоталась дыма. Пару царапин. Он... он на себя удар принял. Хлоя меньше пострадала, - Кот Нуар, вытирая осунувшееся и потное лицо, оперся на бампер припаркованной машины.

- Натаниэль к ним поехал, - ослабевшим голосом протянул Феликс, рассматривая брелок от Майбаха.

Ему не хотелось говорить. Он только убедился в том, что Хлоя выжила, но ее навсегда изменившееся от пережитого лицо застыло перед глазами. И от этого было не легче.

Леди Баг беседовала с полицейскими, давала интервью Надье, консультировалась с психологами и крутилась у них на глазах, бегая в толпе прибывших служб.

В громкоговоритель Роджер наконец объявил:

- Внимание! Мы расчистили завалы. Погибших нет! Повторяю: погибших нет!

По толпе прокатился глухой стон облегчения.

- Мэр Буржуа жив! Он в больнице, врачи дают положительные прогнозы! Повторяю!..

Нуар и Феликс свободно выдохнули.

Роджер продолжал говорить:

- Господа журналисты, мы знаем столько же, сколько и вы... мы начинаем расследование! Как только будут установлены имена...

Дальше братья не слушали.

- Кто хотел убить ее, Адриан?

- Тот, кого теперь хочу убить я, - Нуар провел когтями по собственным плечам и тихо бросил: - У нее не сработал супершанс.

Феликс сразу вскинул голову и нашел глазами Маринетт. Выглядела она как всегда: собрано и уверенно, как человек, находящийся на своем месте.

- Но ты ведь смог расхерачить этаж.

- Плагг сказал, что это побочный эффект от заклинания.

Феликс хрустнул кулаком:

- Надо обсудить наши действия в отношении Натали. Если эта тварь еще и здания взрывает...

- Нет, Феликс, - со взрывом обиды выпалил Адриан: - Я ее знаю. Она может колдовать. Но она не станет убивать такими способами. В принципе, убивать... я сейчас не готов поделиться мыслями насчёт Натали. Мне надо разобраться с делом Хлои.

- Хорошо.

В каретах скорой еще оставались двое горничных и контуженный Жан Жак. Леди Баг напряженно беседовала с полицейскими. Феликс, задержав взгляд на сером бюсте мэра с отколотым ухом - именно его вынесли пожарники минутами ранее, вдруг спросил:

- А тебе не кажется, что мы давно не навещали скульптора? - Феликс с сочувствием посмотрел на брата.

Кот сразу понял посыл, остро хмыкнул и вдохновлённо сказал:

- Да-а-а. Мы забыли о нашем приятеле Тео. Ему, наверное, одиноко в тюремной камере, - прищурившись, согласился Агрест.

Губы обоих братьев складывались в улыбку, не предвещающую ничего хорошего.

- Заглянешь к нему? Ну, там, чай, носки, сахар занесёшь? По душам с человеком поговоришь. А то как-то некрасиво. Мы его туда упекли, а сами не приходим.

- Конечно. Кот Нуар любит ходить в гости, - Кот одним резким движением воткнул шест в землю, выбив пыль и камешки из асфальта.

- Только будь вежливым гостем.

- Мы же аристократы. Только вежливо. Никак иначе.

- Да, как тебя учил старший брат.

***

Тео влетел в стену, врезавшись носом в заплесневелый угол. Нуар, тряхнув горящей от удара лапой, развалился на нарах. Скульптор, кашляя кровью, пытался заползти на стул.

- Я жду признаний, - Кот Нуар грациозно вытянул шест и приставил его к горлу Тео. - Знаешь, я этим шестом что только не протыкал.

- Больной ублюдок! - Тео задрыгался. - Ты... ты был мальчишкой, когда мы последний раз дрались.

- Дрались? Да ты проиграл моей шикарной женщине! - Кот мечтательно вздохнул при воспоминании о разгорячённой и страстной Леди Баг. - Повторяю! - он вернул себе маску злодея: - Кто заказал Хлою?! Если снова не ответишь, засуну шест в задницу.

***

- Я всё выяснил.

Кот Нуар спрыгнул в переулок, прижал динамик к уху и пошёл пешком до набережной. Город после дневной трагедии пустовал.

- Тео жив? - Феликс спросил с лёгким волнением.

- Да, - Нуар скривил губы. - Только его длинный нос пострадал, - Кот спустился по ступеням к ровной глади Сены. - Скульптор с первого дня тюрьмы искал способ убить Хлою. Познакомился с соседом. Тот это дело со взрывом и организовал, - Адриан выделил следующую фразу: - Сказал, что давно собирался устроить фейерверк у Хлои.

- Да блять, - Феликс уткнулся лбом в стол. - Там что, все уголовники были обижены нашей Хлоей? Ты выяснил, кто он?

- Тео не знает, - Кот Нуар ударил шестом по земле. - Они говорили через стену. Голос был молодой.

- Надо поднимать списки всех, кто сидел там последнюю неделю.

- Сказали за списком завтра приходить. Я дико устал, занесу Хлое мандаринки и домой спать. Завтра с утра обсудим Натали?

- Да. Обязательно.

- И еще, - Нуар тревожно вздохнул: - Как она?

Феликс какое-то время помолчал и ободряющее улыбнулся отражению в окне:

- Она у тебя печет самые вкусные в мире кексы.

- Она так всегда делает, когда нервничает, - Адриан еще раз выпустил воздух сквозь зубы и нежно посмотрел на полную Луну: - Ну ты там, это, съешь за меня парочку.

- Съем. Спокойной ночи, братец.

***

В отеле все же нашли двух погибших. Был объявлен трёхдневный траур и отменены все увеселительные мероприятия. В том числе репетиции мюзикла.

Но работа в «Agreste» продолжалась. Маринетт вчерашним вечером была занята отрисовкой эскизов, волнением за взрыв и безрезультатным поиском ответов на утраченную силу, а вымотанная Хлоя и ещё не пришедший в себя Лука находились в больнице. Феликс же решил, что пора открывать кампанию против Габриэля.

Зашнуровав кроссовки и натянув спортивную кофту, Феликс вышел во двор и набрал номер брата.

- Не звони сюда! - разбуженный звонком Плагг рявкнул в трубку.

Послышался звук возни и борьбы и трубку наконец снял Адриан:

- Феликс, шесть утра, какого чёрта?

- Как ты смотришь на то, чтобы провести зарядочку в шесть утра? - дружелюбно начал Феликс. - Обсудим планы на Габриэля, пока наша Принцесса спит...

- У тебя нет Принцессы.

- Ладно, Ромео, остынь. Пока твоя Леди спит, нам надо встретиться и многое обсудить. Вчера ты хотел мне что-то сказать.

- Я уже падаю с кровати, - Адриан действительно свалился с постели, чтобы прогнать сон. - Буду через десять минут.

***

- Адриан, Габриэль работает в той сфере, где больше всего женщин, - Феликс, прекратив бежать, умылся росой с листьев дерева и стал идти рядом с братом: тот в костюме супергероя даже отдышки не заработал. - Представь, как они отреагируют, если узнают, что он совершил в прошлом? Надо этих женщин аккуратненько, но настойчиво переводить на нашу сторону. Готовить к тому, что скоро Габриэля возьмут за жопу полицейские. Ты красивый и богатый, я просто умопомрачительный. Кто может не согласиться играть на нашей стороне? Натаниэль займется Одри, мы с тобой обработаем Натали.

- Даже не буду спрашивать, какие чары Натаниэль направит на Одри, - Кот Нуар подкатил глаза: - Ты собирался показать Натали видео и сказать, что скоро всё станет рушиться, и лучше заранее быть в твоей команде?

- Да.

- Радикально.

- Адриан, Натали умная женщина, она прекрасно понимает, что выкрасть видео уже не выйдет: я перестраховался и наделал копий. Следовательно, скажи она Габриэлю или не скажи, он не сможет нас остановить. И Натали согласится. Она не хочет терять работу, статус и авторитет в глазах людей. Как ее будут представлять? Секретарша насильника?

У Адриана запершило в горле. Он помотал головой, отгоняя навязчивые мысли.

А ведь он был сыном насильника. Его мать - женой лжеца, предателя и истязателя.

- Натали очень предана отцу, - задумчиво начал Адриан: - Понимаешь, несмотря на свой грех двадцать пять лет назад, к самой Натали он так жестоко никогда не относился. Она знает, что он равнодушен к ней как к женщине, но уважает в ней коллегу. И она готова терпеть ради работы, потому что ее ценят с момента знакомства - а знают они друг друга больше, чем мы с тобой живем, и готова мириться с тем, что в нее не влюблены. Но Натали не терпит оскорблений, - Кот притянул брата к себе, посвящая в одну сплетню: - Однажды я был свидетелем того, как Натали, заболев и продолжив работать, допустила ошибку. Отец ей тогда сказал: "Если ты не можешь правильно проставить цифры, на что ты вообще способна? Бездарность! Поэтому ты до сих пор одна: ты же везде допускаешь ошибки".

- Какой же он ебнутый, - Феликс пробурчал себе под нос, стараясь и брата не задеть, и о Габриэле высказаться.

- И Натали обиделась. Но обиделась чисто по-женски, так, что отец этого так и не понял.

- Ну-ну, поведай мне.

- Она плюнула ему в кофе.

Феликс прыснул.

- Жалко, что она не плюётся ядом.

- Вот такая история, - Адриан подвёл чёрту: - Ты можешь сколько угодно давить на то, что ее профессиональные качества канут в небытие, когда отца посадят, - Адриану все еще сложно было произносить эту фразу. - Поверь мне, у Натали есть счет в банке, который позволит ей не работать следующие пятьдесят лет. Она переживет крах карьеры. Но она не переживёт, если ее оскорбить как женщину. Точнее, если это оскорбление нанесёт Габриэль.

Феликс, выслушав брата, был приятно удивлен.

- Ты прав. Она может быть тысячу раз профессионалом и держать планку, но она в первую очередь женщина.

- Которую могут прилюдно обидеть. И этим самым добить.

- Но появившийся рыцарь ее защитит.

- И так как тебе нужно ее согласие на сотрудничество, благородно передам роль рыцаря тебе, - Адриан ухмыльнулся.

- А ты в роли стукача?

- На один раз можно. Всё для реализации плана.

Феликс завис, не скрывая восхищения:

- И всё-таки хорошо, что ты Нуар. Придурок Адриан такой скучный.

***

Феликс вызвал Натаниэля в парк к девяти утра.

Натаниэль, оставив машину на парковке, с сонным видом споткнулся о бордюр и чуть не вылетел обратно на проезжую часть. Ночь в больнице давала о себе.

Феликс, сидя на лавке, закрыл ноутбук и посмотрел на друга, как на тронувшегося.

- Ты в себе?..

- Мне надо выпить! - Натаниэль, входящий в число людей, которых утром может разбудить только стакан черного молотого кофе, навалился на дверь первого попавшегося ресторана.

***

- Я взял и тебе, - Куртцберг, блаженно вдыхая воскрешающий аромат, развалился на лавке рядом с Феликсом. Натаниэль поднял стакан кофе на уровень глаз и в приподнятом настроении прочел надпись: - "Осторожно, я горячий!" Мм, прям как я.

Феликс закатил глаза и молча забрал стакан.

- Как там Хлоя?

- Слюнки в подушку пускает, - любовно отозвался Натаниэль. - Отсыпается. Пока слаба, чтобы ходить. Куффена перевели из реанимации.

- Хоть что-то хорошее за это утро. Полиция насчет взрыва молчит.

- Говорят, что против мэра устроили взрыв. Не знаю, кому он так помешал. Десять лет всё нормально было, - Натаниэль помрачнел. - Главное, что с Хлоей и Лукой в больнице охрана.

«И скоро мы решим, как избавиться от угрозы» - про себя подумал Феликс.

- Кстати, мне тут девочка бариста свой номер оставила, - Натаниэль перевел тему и обмахнулся салфеткой: - Неужели я такой красивый?

- Я бы тебе не дал, - перекривлял Феликс.

- Я бы тебе тоже. Слушай, если я ей перезвоню и приглашу к себе в мастерскую позировать, она согласится?

- Ну, может и согласится, - Феликс издевательски усмехнулся: - Но когда зайдёт в мастерскую, поймёт, что ты извращенец, и сбежит через окно.

- Я художник, я рисую с натуры!

- Знаю, - процедил Феликс. Натаниэль напомнил ему о больной теме. - Ты когда уберешь с моего чердака нюдсы?

- Это обнажённая модель!

- Это сто картин с сотней голых пенисов! - Феликс закричал и сразу притих, оглядываясь по сторонам. Парк оставался пустым.

- Я готовился к экзамену по анатомии! - Натаниэль возмущённо шлёпнул друга по ноге. - Если ты так стесняешься...

- Ой, всё. Давай работать, - Феликс вырвал у Натаниэля салфетку с номером телефона, скомкал и бросил в урну. - Сегодня ты будешь флиртовать с женщиной.

- Это моя рабочая задача?..

- Да, можно сказать, твоя самурайская цель.

- А пути у меня нет?

- С этой женщиной - нет.

Феликс интригующе улыбнулся, бросив взгляд на паркующийся у задания лимузин. Еще не успел заглохнуть двигатель, как салон покинула Одри Буржуа.

- Я не знаю, как ты уговорил ее отдать сумку Биркин, - с нотками сарказма начал Феликс. - Или что тебе пришлось делать ради этого...

- Да не спал с ней!

- Охотно верю. Теперь докажи, что ты можешь не одни сумки получать. Предложи ей играть на моей стороне и добейся "Да, я согласна", - Феликс выдал Натаниэлю бумагу с адресом особняка мадам и часы приема. - Можешь заявиться к ней под предлогом что-нибудь узнать о Хлое и ее самочувствии. Короче, придумаешь. Скажи ей, что у нас есть информация против Габриэля. Которая сто процентов снесет его компанию. Но про содержание видео молчи. Узнай, чего Одри захочет за помощь. Она всегда продавалась. Главное знать, какую цену предложить.

***

Натаниэля вышвырнули во двор, когда он сказал, что является другом Хлои и хочет узнать у ее мамы, что с ней. Не хватало только под зад коленом дать, чтобы показать, как его воспринимала охрана особняка.

К Одри в рабочие часы у Натаниэля тоже не вышло пробиться.

Оставшись стоять на залитой солнцем площадке, Нат упрямо и разозленно рассматривал особняк Одри Буржуа.

Она же не думает, что он после первого отказа сдастся? Эффектно поправив челку, Натаниэль опустился на корточки, делая вид, что завязывает шнурки. Под пышными кустами роз садовник для эстетичной картины выложил композицию из камней.

Нат хмыкнул и стрельнул глазами на панорамное окно первого этажа.

В целом, если он вышибет окно жены мэра, максимум отделается штрафом за порчу имущества. А если Феликс замнет дело, то и штрафа не будет.

Предвкушенно улыбнувшись, будто собирался забирать золотую награду за лучший план, Натаниэль выдернул камень из влажной земли, сощурился, видя, что Одри вдалеке от окна, и запустил булыжник в стекло.

***

Охрана поймала его раньше, чем прекратили сыпаться осколки. После покушения на Андрэ и Хлою любые проникновения в жилища и покушение на жизнь и здоровье третьего члена семьи Буржуа рассматривались как угроза муниципального уровня.

- Мадам, нам вызывать полицию или вы хотите сначала сами с ним поговорить? - Натаниэля с заломленными за спину руками приволокли к Одри.

- Оставьте нас! - Одри, отойдя от камина и став в центре помещения, скрестила руки на груди. Охранники не сразу освободили Натаниэля. - Ну же! Я не должна повторять.

Натаниэль потер передавленные кисти, признательно улыбнулся Одри, не чувствуя вины за испорченное окно, и дождался, когда мужчины с пистолетами наконец исчезнут.

- М-да, месье Куртцберг, в мои окна мужчины давно не кидали камней, - Одри переступила через осколки и прошла к бару. - Вы меня удивили.

- Стеклопакет заменю, - Нат отряхнул руки от следов грязи.

- Да ладно вам, - Одри открутила крышку с бутылки текилы. - Подкат засчитан. Что нужно? Хотите «Маргариту»?

- Выпью, если мы с вами придем к соглашению, - вкинул интригу Натаниэль и опустился в белоснежное кресло. - Хочу пригласить участвовать в одной соблазнительной авантюре.

- Ц-ц-ц, - Одри выставила ладонь в воздух. - Сразу отмечу. Вы мне симпатичны. Даже очень. Но в отношениях с мужчинами я придерживаюсь двух простых правил. Я не сплю с женатыми и с теми, кто годится мне в сыновья.

Натаниэль мысленно восхитился собой. Неужели она его рассматривала, как любовника? Страшно и похвально.

Натаниэль нашелся с ответом:

- Так и я, мадам Буржуа, с женщинами, годящимися мне в бабушки, не сплю.

Одри посерела от злости, плюхаясь в кресло:

- Подкат аннулирован.

- Но для своих пятидесяти пяти вы выглядите очаровательно. Был бы я лет на тридцать старше...

- Да хватит вам. Говорите, зачем пришли, - Одри закинула ногу на ногу, попивая ничем не разбавленную текилу.

Натаниэль переключился на рабоче-деловой тон, водя пальцами по пушистому подклокотнику:

- Вы, наверное, знаете, как Феликс ненавидит Габриэля. Недавно он нарыл на него компромат, который после публикации разрушит «Agreste». Адвокаты и оправдания не помогут. А только смогут ухудшить, ну, например, ваши позиции на мировой арене моды. Некрасиво же быть партнером преступника, да?

Одри легла в кресле, крутя ногой в туфельке.

- И какое же преступление он совершил? - в голосе сквозило любопытство.

- Ц-ц-ц, - скопировал ее реакцию Натаниэль. - А вдруг вы все расскажете Габриэлю? Мы хотим заручиться вашей поддержкой перед тем, как вскроем карты. И поэтому хотим узнать, какие условия вы выставите.

Одри расплылась в провокационной улыбке:

- Месье Куртцберг, вы хотите меня купить?

Натаниэль пожал плечами:

- Но мы же оба знаем, что вы продаетесь.

- А вы хорошо подготовлены, - Одри усмехнулась и оставила от себя бокал. - Да, вы правы. Я не Натали. И тем более не дура Амели. Я продаюсь. Смотря какую цену вы предложите.

- А ещё мы оба знаем, что речь не о деньгах.

- Вы мне нравитесь за сообразительность, - Одри с удовольствием хмыкнула, щелкая зажигалкой. - На самом деле, позиции Габриэля и так слабеют. Тут вопрос времени: свалится компания под давлением экономики, разочарования людей и устаревания бренда, или ее в один момент добьете вы своим супер-пупер компроматом, мальчики, - Одри одарила Натаниэля насмешливым ответом. - С другой стороны, ваш компромат может иметь обратный эффект и вернуть Габриэля на вершину. А зачем мне сильный соперник? - Одри загадочно посмотрела на Куртцберга, давая намёк.

- Этого эффекта не будет.

- Я поверю. Если вы отдадите мне Маринетт.

Натаниэль свел брови. Феликс не говорил ничего о продаже собственной невесты, или что это стерва подразумевала под ценой?

Одри пояснила:

- Не открывайте для неё модный дом. И я, так уж и быть, поддержу вас в решающий момент.

- Разве существует закон, который запрещает открывать собственный бизнес? - ревниво спросил Натаниэль.

- Вы начинаете мне перечить.

- Феликс не согласится.

- Тогда нам не о чем говорить, месье Куртцберг. Подпишите договор, по которому Маринетт никогда не сможет создать модный дом, - Одри провела дымящей сигаретой по воздуху, нарисовав восклицательный знак. - И сможете добить Габриэля с моей помощью.

Натаниэль, свесив голову, упрямо покачал головой.

- Я продержалась в этом бизнесе не потому, что безмерно талантлива. Я умею заводить полезные знакомства... с банкирами, нефтяниками, киллерами... ой, я сказала это слово вслух? Вам послышалось! Впрочем, так и передавайте своему другу. Или он закрывает все двери в мир моды для своей девочки, или его девочка не выживет.

***

- Какая же ахуевшая тетка, - Феликс дослушал Натаниэля и размял шею, с убийственной усмешкой процедив: - Ладно. На любую стерву найдётся ее дочь. - он встал из-за стола и забрал ключи от машины. - Я еду к Агресту на совещание по мюзиклу, может, хотя бы там будет успех с Натали. Отдыхай и высыпайся.