3
Последние дни лета, насыщенные делами и заботами, промелькнули слишком быстро. Замок Хартштернов, обычно тихий и спокойный, превратился в центр бурной активности. На кухне хлопотала Вали, стараясь уследить за всеми заказами и накормить домочадцев, в то время как Вард едва успевал отвечать на письма и организовывать встречи. Даже слуги, привыкшие к ритму замка, не могли поверить, сколько всего успевала сделать их молодая хозяйка.
Реелеан, как всегда, была в центре всего этого хаоса. Она устраивала внезапные «гонки» по всему поместью, заставляя своих младших братьев и сестру бегать, прыгать и соревноваться друг с другом. Они не понимали, откуда в ней столько энергии, но смеялись и бежали за ней, будто эти мгновения могли остановить время.
— Сестра, подожди! — кричал Дью, пытаясь угнаться за ней, его маленькие ножки едва справлялись с быстрым темпом.
— Ты слишком медленный, Дью, — дразнила его Астелия, обгоняя брата. — Смотри, как надо!
Реелеан смеялась, легко обгоняя обоих, её юбка развевалась, словно крылья, а локоны падали на плечи. В такие моменты она чувствовала себя по-настоящему живой.
Но даже в этом веселье она не забывала о делах. Партнёры и покупатели один за другим приезжали в замок, чтобы заключить сделки перед началом нового учебного года. Они привозили длинные списки: подарки для учителей, редкие товары для учеников, редкости, которые могли подчеркнуть статус их семей. И конечно графиня Хартштерн умело решала и такие вопросы.
— Графиня, вы спасаете меня! — воскликнул один из покупателей, держа в руках расписанный свиток. — Если бы не вы, я бы ни за что не нашёл эти книги для своего сына!
Реелеан улыбнулась, покачивая головой.
— Всё для хороших клиентов, господин Рэндалл. Но в следующий раз заказывайте заранее, а не в последний момент.
Тем временем её мысли уже были заняты другим. Она знала, что скоро прибудет Фальдо, торговец и поставщик из западных стран, которого она с нетерпением ждала. Её интерес к нему простирался далеко за пределы торговли. Она надеялась получить от него не только доход, но и информацию о западных землях, о новостях и возможностях.
Согласно расписанию, корабль Фальдо должен был прибыть в порт к полудню. Реелеан уже планировала, как встретить его достойно, чтобы сразу задать тон их переговорам. Она переоделась в строгий, но элегантный костюм: белую блузку с высокой горловиной, расшитую серебряной нитью, и длинную тёмно-синюю юбку, которая подчёркивала её фигуру, но оставалась сдержанной.
Когда она была готова выйти, в дверях её остановил Вард. Его обычно уверенный вид на этот раз был немного взволнованным.
— Леди Реелеан, простите за беспокойство, но я должен попросить вас об одолжении, — начал он, слегка опустив голову.
— Конечно, Вард, — ответила она, приподняв бровь. — Что случилось?
— Сегодня на пристань прибывает мой сын, Эдвард, — сказал он, осторожно глядя на неё. — Он долгое время отсутствовал, но теперь возвращается. Я хотел бы встретить его, но… боюсь, мои силы не бесконечны. Вы не могли бы принять его?
Реелеан на мгновение замолчала, осматривая Варда. Этот человек трудился для её семьи с тех пор, как она себя помнила. Он был не просто секретарём и управляющим — он был опорой замка, человеком, которому можно было доверять безоговорочно.
— Эди? Почему вы не сказали ранее.
Девушка метнула в него взгляд полный строгости, а затем мягко продолжила.
— Конечно я встречу, старого друга. Вы заслужили отдых, и гораздо больший, чем просто свободный вечер. Отправляйтесь отдохнуть, а я позабочусь о вашем сыне.
Вард выглядел благодарным, но его взгляд всё ещё был напряжённым. Он до сих пор не мог привыкнуть к сменам настроения своей графини.
— Благодарю, леди Реелеан. Возможно, вы даже узнаете его. Когда-то он бывал здесь часто… хотя прошло уже много лет.
— Посмотрим, — ответила она с лёгкой улыбкой. — Идите, Вард. Всё будет хорошо.
Карета, украшенная гербом дома Хартштернов, стояла у главного входа, сверкая на солнце полированными металлическими элементами. Лошади, взмыленные от ожидания, нетерпеливо перебирали копытами, а кучер уже держал в руках поводья, ожидая, когда его хозяйка сядет внутрь.
Реелеан, завершая последние приготовления, приняла из рук своей главной горничной элегантную шляпу с широкими полями, украшенную тонкой чёрной лентой. Аккуратно взяв её в руки, она поспешила надеть её и идти к карете.
— Накройте стол на троих к вечеру, — приказала она горничной, надевая перчатки.
— Как пожелаете, миледи, — ответила женщина с поклоном.
Сев в карету, Реелеан плавно опустилась на мягкое сиденье. Её взгляд на мгновение задержался на массивных воротах замка, которые медленно закрывались за ней. Мысли, как всегда, бежали вперёд.
"Эдвард и Фальдо. Сначала один, потом другой. Или наоборот, если обстоятельства изменятся," — размышляла она, чувствуя, как волнение переплетается с лёгкой ностальгией.
Она вспомнила Эдварда, того самого мальчика с волосами цвета потускневшего золота и глазами, которые меняли цвет от зелёного до орехового в зависимости от света. Воспоминания были тёплыми: его смех, его ямочки на щеках, которые появлялись каждый раз, когда он улыбался, и то, как он всегда находил способ развеселить её, даже в самые тыжелые дни.
Эдвард был её другом. Когда она возвращалась домой из школы, он часто сопровождал её на прогулках по садам замка или играл с ней в прятки в лесу, который тянулся вдоль их земель.
"Интересно, каким он стал теперь? Остался ли тем же? Или годы изменили его до неузнаваемости?" — она невольно нахмурилась, осознавая, что прошло уже слишком много времени с тех пор, как они виделись в последний раз.
Реелеан знала, что её младшие братья и сестра тоже помнят его. Особенно Астелия, которая в детстве обожала следовать за ним, подражая каждому его жесту, как маленький щенок. Даже Денеб, будучи серьёзным ребёнком, не мог устоять перед его обаянием.
Карета мягко качнулась, переезжая через мост, ведущий к пристани. Ветер с реки принёс с собой свежесть, смешанную с лёгким запахом солёной воды. Пристань была шумной, как всегда, но привычный гул голосов и звуки корабельных колоколов казались ей успокаивающими.
Она откинулась на спинку сиденья, позволяя своим мыслям угаснуть, как только карета замедлила ход.
— Прибыли, миледи, — объявил кучер, спрыгивая с козел, чтобы открыть ей дверь.
Реелеан подняла взгляд на пристань, увидев корабль, бросивший якорь у самого дальнего причала. Она аккуратно спустилась с кареты, её юбка мягко скользнула по деревянным доскам. Шум гавани, крики матросов, глухой звук ударов о деревянные ящики — всё это на мгновение вытеснило её мысли.
Реелеан шагала по улице пристани с привычной грацией и достоинством, которые всегда привлекали внимание. Дома, магазины, маленькие лавочки и складские помещения обрамляли её путь. Те, кто знал её, приветливо кланялись, а некоторые даже осмеливались пожелать доброго дня.
— Графиня Хартштерн, — раздавались голоса, сопровождаемые короткими поклонами. — Какая честь видеть вас здесь!
Те, кто не знал её лично, провожали её взглядами, полными интереса и удивления. Её фигура выделялась даже среди суеты пристани. Высокая, стройная, с прямой осанкой и утончёнными чертами лица, она казалась частью другого мира, мира, который редко спускался в такие места. Её тёмно-синяя юбка с изящной серебряной вышивкой подчёркивала её статус, а элегантная шляпа добавляла изысканности.
Реелеан знала, что порт принадлежал старому другу их семьи, но этот человек сейчас развлекался в столице, оставив управление наёмным управляющим. Это не смущало её. Она чувствовала себя здесь уверенно, даже если земля под её ногами не принадлежала её роду.
Её взгляд был сосредоточен на корабле, стоящем у дальнего причала. Она уже почти подошла к нему, когда внезапно почувствовала, как сильные руки обхватили её за талию и подняли в воздух. На мгновение её сердце остановилось, и она рефлекторно схватилась за чьи-то руки, пытаясь понять, что происходит.
— А ну отпусти меня! — воскликнула она, резко повернув голову.
Но стоило ей увидеть лицо своего "обидчика", как голос оборвался. Перед ней стоял мужчина с волосами потускневшего золота, которые теперь были коротко подстрижены, а из-за света они переливались в оттенок чистого золота, а зелёно-ореховые глаза, когда-то полные мальчишеского задора, сейчас смотрели на неё с уверенностью взрослого мужчины.
— Эдвард? — удивлённо произнесла она, её голос дрогнул от неожиданности.
Он усмехнулся, его ямочки на щеках, которые она помнила ещё с детства, появились снова.
— А ты думала, кто ещё решится так нарушить твоё величественное спокойствие?
Она мгновенно нахмурилась, но это было скорее притворное недовольство.
— Поставь меня на землю, сейчас же!
Эдвард рассмеялся и, всё ещё держа её на руках, повернулся вокруг своей оси.
— Как же ты стала лёгкой, Леа! Или я стал сильнее? — его голос звучал весело, а взгляд сиял, будто он снова был тем мальчишкой, который однажды устроил ей засаду в саду их замка.
— Эдвард, это не шутки! — строго произнесла она, но не смогла сдержать лёгкую улыбку.
Он наконец поставил её на землю, глядя на неё сверху вниз. Реелеан ощутила, насколько он изменился. Когда-то хилый, почти болезненный мальчишка, теперь он был высоким, мускулистым молодым человеком. Его руки, сильные и уверенные, говорили о годах физического труда или тренировок. Его черты лица стали более резкими, но всё же сохраняли ту мягкость, которая делала его таким запоминающимся.
— Ты… — начала она, пристально разглядывая его. — Ты совсем не тот, кого я помню.
Он усмехнулся, опираясь рукой на бедро.
— А ты думала, что я останусь тем же хилым мальчишкой, который всегда убегал, когда ты начинала злиться?
Она слегка приподняла бровь, скрестив руки на груди.
— Твои шутки, кажется, не изменились.
— А твоя строгость тоже, — ответил он, делая шаг ближе. Его взгляд стал чуть мягче. — Но знаешь, Леа, ты не изменилась. Всё такая же… статная, спокойная.
Её щеки слегка порозовели, но она быстро вернула себе серьёзный вид.
— Я рада, что ты вернулся, Эдвард. И рада видеть, что ты теперь… крепче.
— Это из-за заморских школ, — ответил он с лёгкой усмешкой. — Там учат не только уму, но и тому, как егт там... А! Как выживать.
Она кивнула, а затем, глядя ему прямо в глаза, сказала:
— Мы приготовили ужин в твою честь. Вард будет рад тебя увидеть.
— Отец говорил, что ты теперь хозяйка. Но я, честно говоря, даже представить не мог, как хорошо ты справляешься, — признался он.
Реелеан улыбнулась, но в её глазах блеснуло что-то большее — усталость от ответственности, которую она всегда носила на своих плечах.
— Это часть жизни, Эдвард. Теперь ты увидишь, что такое настоящая работа.
Он засмеялся, протягивая ей руку.
— Я готов. Веди меня, графиня.
Реелеан, взяв Эдварда под руку, повела его вдоль пристани, ближе к карете. Их шаги звучали ровно, а ветер с реки трепал её лёгкую шляпу и развевал полы его простого, но элегантного дорожного пальто. Несмотря на то, что она сохраняла свою привычную сдержанность, в её взгляде читалась тёплая искорка — редкость, которую не мог не заметить даже Делоу.
Когда они приблизились к карете, кучер, с лёгким поклоном, поспешил взять багаж Эдварда. Но тот лишь усмехнулся и, резко подхватив свои сумки, вежливо, но твёрдо произнёс:
— Благодарю, но я справлюсь сам.
Реелиан, слегка удивившись, подняла на него взгляд.
— Кажется наш Эди, теперь может поднять что-то намного тяжелее пера.
Он лишь улыбнулся, демонстрируя те самые ямочки на щеках, которые она помнила с детства.
— Леа, ты же знаешь меня. Я не привык, чтобы кто-то таскал мои вещи. Тем более, — он приподнял одну из сумок, словно это был перышко, — я не тот мальчишка, которого ты помнишь.
Она чуть приподняла бровь, но промолчала, позволив ему поступить по-своему. Эдвард быстро сложил сумки в карету, а затем повернулся к ней, замечая, что её взгляд снова устремился вдаль.
— Ты кого-то ждёшь? — спросил он, прищурившись и следуя её линии взгляда.
Реелеан, не отрывая глаз от дальнего причала, где виднелись высокие мачты корабля, ответила:
— Да, моего заморского друга и партнёра, Фальдо. Его корабль должен прибыть с минуты на минуту.
Эдвард хмыкнул, сложив руки на груди.
— Заморский друг? Звучит… интригующе. Кто же он такой, если ты ждёшь его лично?
Реелеан отвела взгляд от воды и посмотрела на него с лёгкой усмешкой.
— Он торговец. Молодой, но очень способный. Мы уже работаем пару месяцев, и его связи на западе открыли для нас новые возможности.
— Так-так, — протянул Эдвард с игривой улыбкой. — Молодой, способный, с заморскими связями. Тебя это не настораживает?
Она фыркнула, скрестив руки на груди.
— А тебя не настораживает, что ты задаёшь такие вопросы?
Эдвард рассмеялся.
— Прости, не мог удержаться. Просто мне любопытно, какой он. Раз уж ты, графиня Хартштерн, лично пришла встретить его, он, должно быть, заслужил это.
— У него есть талант, — спокойно ответила она, снова повернувшись к воде. — А ещё… я надеюсь, что он привезёт не только товары, но и информацию.
— Информацию? — переспросил Эдвард, его взгляд стал чуть серьёзнее. — Ты не меняешься, Леа.
— Именно, — кивнула Реелиан. — Торговля — это не только сделки, но и новости. Особенно новости из земель, куда у нас нет прямого доступа.
Эдвард наблюдал за ней, его взгляд стал мягче, но с долей восхищения.
— Теперь ты звучишь… как настоящий глава дома.
Она улыбнулась, но в её глазах мелькнула тень грусти.
— Жизнь заставляет.
На мгновение между ними повисло молчание. Только шум гавани и крики чаек заполняли паузу. Но затем Реелеан заметила, как к дальнему причалу начинает приставать большой корабль с высокими мачтами и развевающимся флагом западных стран.
— Вот и он, — тихо сказала она, глядя на судно.
Эдвард тоже посмотрел в ту сторону, слегка кивнув.
— Значит, я увижу этого загадочного Фальдо. Интересно, что он за человек.
Реелеан повернулась к нему с лёгкой улыбкой.
— Уверена, он тебе понравится. Или ты ему. В конце концов, вы оба любите шутить.
Эдвард рассмеялся.
— Тогда мне уже не терпится.
Они направились к причалу, где матросы начали спускать трап. Реелеан чувствовала, как её напряжение немного отступает. Сегодняшний день обещал быть насыщенным, но теперь, когда рядом был Эдвард, её юность и воспоминания словно снова ожили, добавляя в её сердце каплю тепла.
Фальдо стоял на палубе, опираясь на деревянные перила, и смотрел на приближающийся берег. Его янтарные волосы, которые за последние два месяца отросли больше, чем он привык, выбивались из-под лёгкой повязки, завязанной на затылке. Он провёл рукой по прядям, заправляя их назад, и сделал глубокий вдох, пытаясь успокоить сердцебиение.
Его не было здесь всего два месяца, но каждый день этого времени казался ему долгим. Вернуться в Темную Империю для него было непросто, ведь воспоминания о заносчивых баронах и графах, которые смотрели на него сверху вниз, всё ещё причиняли боль. Но каждый раз, думая о доме Хартштернов и, в особенности, о графине Реелеан, он чувствовал, как его сердце наполняется теплом.
Она покорила его с первого взгляда. Её утончённая красота была неоспорима, но не только она привлекла его. Её речь, лёгкость, с которой она располагала к себе людей, и невероятная щедрость — всё это делало её поистине уникальной. Фальдо не раз вспоминал её мягкую улыбку, тот свет в глазах, который заставлял его забыть обо всех трудностях. Она помогла ему тогда, когда другие бы просто отвернулись, видя в нём лишь молодого и неопытного торговца.
"И вот, я снова здесь. С хорошими новостями. Может быть, это позволит мне ещё раз увидеть её улыбку," — подумал он, его губы изогнулись в тёплой улыбке.
Его переписка с графиней за эти два месяца стала для него чем-то вроде спасения. Каждую неделю он писал ей письма, сначала с отчётами о продажах вина и положении дел. Но с каждым новым посланием формальность сменялась более личными нотками. Он даже не заметил, как стал писать не только о делах, но и о себе, о своих мыслях, мечтах и даже страхах.
Одно из его писем, которое он отправил через неделю после своего отъезда, он помнил до мельчайших деталей.
"Уважаемая графиня Реелеан,
Ваше вино покорило западные рынки быстрее, чем я ожидал. Знаете, я всегда верил в качество вашей продукции, но даже я не мог предположить, что оно вызовет такой ажиотаж. Вина Хартштерн теперь украшают столы лучших домов, и я уверен, что это только начало.
Я не могу не выразить вам свою благодарность за то, что вы дали мне шанс стать частью этого. Если бы не ваша вера в меня, я бы, возможно, всё ещё сидел в своей лавке, мечтая о большем.
На этой неделе я встретился с одним из влиятельных торговцев в столице Западных земель. Он с интересом отнёсся к идее регулярных поставок. Возможно, нам удастся заключить договор, который сделает наше партнёрство ещё более прибыльным.
И, чтобы завершить на лёгкой ноте: однажды вечером, сидя у камина, я поймал себя на мысли, что скучаю по нашим разговорам. Странно, как легко вы находите слова, чтобы успокоить даже самые сложные души. Надеюсь, что у вас всё хорошо.
С уважением и теплотой,
Фальдо."
Но самое запоминающееся письмо он написал спустя месяц, когда дела начали идти особенно хорошо.
"Моя дорогая графиня Реелеан,
Я рад сообщить, что мы заключили новый контракт с одним из крупнейших домов на западе. Это огромное достижение, и я уверен, что ваша винодельня скоро станет легендой не только в Империи, но и за её пределами.
Однако я должен признаться, что мои мысли в последнее время были заняты не только делами. Я часто вспоминаю ваш дом, вашу улыбку, те разговоры, которые мы вели в саду. Вы — редкий человек, графиня. Ваши слова вдохновляют и наполняют уверенностью, даже когда кажется, что весь мир против тебя.
Знаете, я недавно задумался: если бы не ваши уроки о том, как находить общий язык с людьми, я бы не смог так быстро завоевать доверие западных торговцев. Вы научили меня не бояться, и за это я всегда буду вам благодарен.
С нетерпением жду нашей встречи.
Ваш преданный друг,
Фальдо."
Теперь, стоя на палубе, он улыбался, вспоминая её ответы. Они были одновременно сдержанными, но полными мудрости. Её стиль письма отражал её натуру — всегда точна, всегда глубока, но никогда излишне эмоциональна.
Корабль начал причаливать, и Фальдо снова провёл рукой по своим волосам, стараясь придать себе более аккуратный вид. Его сердце забилось быстрее, когда он заметил знакомую фигуру на причале. Её осанка, как всегда, была безупречна, её взгляд спокоен, но внимателен.
"Она здесь. Она ждёт. Значит, всё было не напрасно," — подумал он, спускаясь по трапу, чувствуя, как его шаги становятся всё быстрее, а сердце — всё громче.
Реелеан заметила Фальдо ещё прежде, чем он успел спуститься с трапа. Его яркие янтарные волосы, сияющие под солнечным светом, выделялись среди моряков, а его взгляд, полон сосредоточенности и лёгкого волнения, встретился с её. Её губы растянулись в широкой улыбке, которую было сложно скрыть.
— Фальдо! — воскликнула она, делая шаг вперёд.
Она уже хотела ускорить шаг, но тут случилось непредвиденное: лёгкий порыв ветра сорвал с её головы шляпу с чёрной атласной лентой. Она закружилась в воздухе, будто танцуя, а Реелеан инстинктивно протянула руку, пытаясь поймать её.
— Ах! — вырвалось у неё, когда шляпа улетела чуть дальше.
Но прежде чем она успела сделать ещё один шаг, шляпу ловко поймал Эдвард, стоявший неподалёку. Он, как всегда, действовал быстро, словно привык к таким неожиданным ситуациям. Подняв шляпу, он повернулся к ней с игривой улыбкой.
— Разве я могу упустить шанс стать твоим героем? — произнёс он с шутливой серьёзностью, протягивая шляпу.
Но прежде чем Реелеан успела взять её, он резко поднял руку вверх, удерживая шляпу над её головой.
— Эдвард! — воскликнула она, смеясь, и сделала попытку дотянуться до шляпы.
— Подожди, подожди, — продолжал он с тем же весельем, отступая на шаг. — Я ещё не уверен, что ты заслужила её обратно.
Она улыбалась, её смех был лёгким и искренним.
— Эдвард, прекрати, иначе я прикажу Вардовскому сыну таскать тяжёлые ящики весь день!
Он рассмеялся, наконец опуская шляпу и отдавая её ей.
— Ладно, ладно, не сердись. Хотя, признаюсь, у тебя теперь стало больше поводов считать меня невыносимым.
Реелеан, принимая шляпу, покачала головой.
— Как будто мне не хватало причин.
Этот короткий момент их дружеской шутки вызвал у Фальдо неожиданное чувство беспокойства. Он стоял неподалёку, наблюдая за ними, и не мог не заметить, насколько естественным и непринуждённым было их общение. Эта лёгкость, их смех — всё это казалось ему слишком близким. Он невольно опустил взгляд, но его мысли были прерваны, когда Реелеан, наконец, повернулась к нему.
— Фальдо, — сказала она, её улыбка стала ещё теплее, когда она сделала шаг к нему. — Добро пожаловать обратно в Империю. Надеюсь, ваше путешествие прошло без происшествий?
Фальдо быстро вернул себе самообладание и кивнул, его голос прозвучал сдержанно, но уважительно.
— Всё прошло прекрасно, графиня. Я рад снова быть здесь.
— Отлично. Но я уверена, что вы устали, — ответила она, её голос стал мягче. — Позвольте мне проводить вас к карете. Мы всё обсудим в более спокойной обстановке.
Она обернулась и жестом указала на стоящую неподалёку карету. Эдвард, всё ещё улыбаясь, слегка склонил голову в знак приветствия.
— Фальдо, — сказала она, подходя ближе к карете. — Позвольте представить вам Эдварда, моего старого друга и сына Варда.
Фальдо кивнул, слегка напряжённый, но учтивый.
— Я не раз слышал о вас, Эдвард. Ваш отец — человек с большим умом и опытом. Я часто советовался с ним, когда бывал в поместье.
— А я слышал о вас, — ответил Эдвард, протягивая руку. Его голос был ровным, но в нём звучало скрытое любопытство. — Партнёр графини, верно?
Реелеан, улыбаясь, вставила:
— Не просто партнёр, а подающий большие надежды человек. Благодаря Фальдо, наше вино стало известно на западных рынках.
Фальдо слегка поклонился, принимая комплимент с достоинством.
— Графиня слишком добра. Я лишь делаю свою работу.
Эдвард хмыкнул, глядя на него с интересом.
— Судя по тому, как она о вас говорит, вы справляетесь с этой работой слишком хорошо.
Фальдо не ответил сразу, но почувствовал, что в словах Эдварда звучит скрытый подтекст. Он уловил этот тон, но предпочёл ничего не говорить. Вместо этого он перевёл взгляд на Реелеан.
— Благодарю за тёплый приём. Я действительно устал, но новости, которые я привёз, наверняка порадуют вас.
Реелеан, услышав это, кивнула.
— Тогда нам не стоит терять время. Поговорим в дороге.
Она жестом пригласила обоих мужчин сесть в карету. Эдвард, усмехнувшись, пропустил Фальдо вперёд, а затем сел сам. Реелеан заняла место напротив них, убирая шляпу на соседнее сиденье.
Карета плавно тронулась с места, а Реелеан взглянула на обоих, чувствуя, как в воздухе повисло странное напряжение. Но она знала, что всё это скоро рассеется. Её роль — не только управлять домом, но и соединять людей, превращая их из случайных знакомых в союзников.
Карета мягко покачивалась, выезжая за пределы пристани. Внутри царила тёплая, но немного напряжённая атмосфера. Реелеан сидела напротив Эдварда и Фальдо, её взгляд иногда скользил между двумя мужчинами. Она пыталась расслабить обстановку, но, казалось, Эдвард был полностью погружён в свои воспоминания, а Фальдо, несмотря на вежливость, выглядел немного отстранённым.
— Знаешь, Леа, — вдруг начал Эдвард, его голос звучал задумчиво, но с лёгкой улыбкой. — Я помню, как мы с тобой бегали по этим лугам, пока отец искал нас. Он ведь всегда знал, где мы, но делал вид, что не замечает.
Реелеан рассмеялась, её глаза засветились от воспоминаний.
— Конечно, он знал. Мы ведь были далеко не самыми изобретательными в своих прятках. Помнишь, как ты решил спрятаться в хранилище с зерном?
Эдвард усмехнулся, проводя рукой по волосам.
— Ещё бы. Я весь день выковыривал из одежды остатки пшеницы.
— А я весь вечер смеялась, — вставила Реелиан, покачивая головой. — Вард тогда так сердился, что нам пришлось убирать в конюшнях целую неделю.
— Это была не конюшня, а твоё наказание за то, что ты меня выдала, — с притворной обидой заметил Эдвард. — Ты ведь тогда знала, где я, но специально сказала отцу, чтобы отомстить за тот случай с лягушкой.
Фальдо, до этого молча слушавший их разговор, слегка поднял бровь.
— Лягушка?
Реелеан посмотрела на него с хитрым блеском в глазах.
— Да, была такая история. Эдвард решил, что будет смешно положить лягушку мне в обувь, пока я примеряла новое платье.
Эдвард рассмеялся, но попытался сохранить серьёзное выражение лица.
— Я просто хотел добавить твоему дню немного приключений!
— О, да, — протянула она с лёгкой улыбкой. — Мой визг разнёсся, наверное, по всему поместью.
— И ты потом мстила мне целую неделю, — добавил он, скрестив руки на груди. — Даже заставила Варда думать, что я сломал ту старую вазу в гостиной.
Реелеан весело рассмеялась, глядя на него.
— Так ты всё-таки помнишь, как это было. Вард тогда чуть не заставил тебя красить забор, чтобы "заплатить за нанесённый урон".
Фальдо, наблюдая за ними, не мог удержаться от лёгкой улыбки. Он видел, как легко эти двое возвращаются к своим детским воспоминаниям, их смех и поддразнивания создавали удивительно тёплую атмосферу.
— А ты, Реелеан, — вдруг сказал Эдвард, его голос стал немного тише, но в нём слышалась шутливая угроза, — помнишь, как мы устроили засаду на твоего учителя, чтобы он подумал, что его классное перо исчезло?
Реелеан прищурилась, её губы изогнулись в лукавой улыбке.
— Помню. Ты ведь тогда взял это перо, чтобы написать мне письмо извинений за ту лягушку.
— И ты даже не оценила моих усилий, — драматично ответил Эдвард, театрально прижав руку к сердцу. — Мой талант к извинениям пропал зря.
Реелеан покачала головой, смеясь.
— Твоему таланту к созданию проблем не было равных, Эдвард.
— Что ж, я бы сказал, что ты тоже не была безгрешной, графиня, — парировал он, слегка наклонившись вперёд.
Фальдо почувствовал, что разговор начал ускользать в сторону их личных шуток, и, чтобы не остаться в стороне, вставил:
— Кажется, ваши детские игры были не менее сложными, чем моя работа с баронами и графами.
Реелеан обернулась к нему, её улыбка стала чуть мягче.
— О, Фальдо, уверяю вас, наши детские игры были ничем по сравнению с вашими усилиями в торговле. Но я всё же рада, что детство позволило нам немного повеселиться.
Эдвард, заметив мягкость её голоса, перевёл взгляд на Фальдо, слегка кивнув.
— Значит, вы познакомились с нашим домом через торговлю?
— Да, — ответил Фальдо, возвращая себе серьёзный вид. — Ваш отец был первым, кто предложил мне помощь в понимании местных правил. А графиня… она дала мне шанс, когда остальные смотрели на меня как на юнца, которому не место в их кругу.
Эдвард кивнул, в его взгляде мелькнуло уважение.
— Тогда вы знаете, каково это — доказывать свою ценность.
— Да, и благодаря вашей семье я смог это сделать, — ответил Фальдо.
Реелеан, глядя на них обоих, почувствовала, как напряжение в карете постепенно рассеялось. Она улыбнулась, позволив себе расслабиться. Возможно, этот день действительно станет не таким сложным, как она ожидала.