12
Ночь, которая казалась бесконечной, закончилась внезапно. Первые лучи рассвета пробились сквозь высокие окна судебного зала, наполнив мрачное помещение мягким светом. Реелеан сидела на скамье, ощущая одновременно облегчение и опустошение. Её невиновность была доказана, но ощущение, что эта ночь оставила глубокий след, не покидало её.
Император и канцлер лично приняли участие в заключительных обсуждениях. Несмотря на то что виновного в отравлении так и не нашли, было очевидно, что всё это было тщательно продуманной подставой. Император, сдержанный и величественный, объявил о завершении дела для графини.
— Леди Хартштерн, — произнёс он ровным, но слегка усталым голосом, — вы можете покинуть это место. Мы благодарим вас за терпение и ваше содействие в расследовании.
Реелеан встала, её спина всё ещё была напряжена, но она постаралась сохранить достоинство.
— Благодарю вас, Ваше Величество, — сказала она, слегка склонив голову.
Канцлер, стоявший рядом с императором, коротко кивнул, но его взгляд оставался задумчивым.
Личное распоряжение темного лорда об отправке графини в другую гостиницу оказалось неожиданным, но Реелеан была слишком истощена, чтобы спорить. Когда её кучер Делоу предложил проводить её до места, она лишь устало улыбнулась.
— Делоу, передай мой багаж туда, куда укажут гвардейцы, — тихо попросила она.
Личная гвардия Регнара О’Шейда, молчаливая и дисциплинированная, сопроводила её до экипажа. Они не говорили ни слова, но их присутствие было ощутимым.
Её доставили в одну из лучших гостиниц столицы, и номер оказался роскошным: просторный, с высокими потолками, мягкой постелью и даже отдельной ванной комнатой. Но это богатство её не интересовало. Реелеан была слишком утомлена. Единственное, что привлекло её внимание, была ванна.
Она не раздумывала долго. Тёплая вода, смешанная с ароматными маслами, оказалась именно тем, что ей было нужно. Реелеан погрузилась в воду, закрыв глаза. Вода обволакивала её, смывая напряжение прошедшей ночи. Впервые за долгое время она позволила себе расслабиться.
Тем временем в зале заседаний оставались лишь трое: темный лорд Регнар О’Шейд, лорд Донован и лорд Кассар. Император и канцлер ушли, но их отсутствие только усилило напряжение. Эти трое знали друг друга слишком хорошо, и атмосфера между ними была почти осязаемой.
Регнар сидел за длинным столом, его фигура, как всегда, казалась воплощением мрака. Его холодные серые глаза впились в лорда Кассара, который выглядел заметно менее уверенным, чем несколько часов назад. Донован стоял немного в стороне, скрестив руки на груди, его взгляд был направлен в сторону Кассара, но он молчал, наблюдая за развитием ситуации.
— Лорд Кассар, — произнёс Регнар, его голос был тихим, но в нём чувствовалась угроза. — Думаю, мы оба знаем, что ваши показания не выдерживают критики.
Кассар попытался сохранить достоинство, но его лицо выдавало внутреннюю борьбу.
— Я лишь говорил то, что... — начал он, но Регнар поднял руку, заставляя его замолчать.
— Не утруждайте себя, — холодно сказал он. — Ваши действия на балконе говорят сами за себя. Вы лгали в суде, пытаясь скрыть свои поступки.
Тишина в зале была разорвана гулким звуком стула, который резко отодвинул Донован. Он сорвался с места присяжного и в несколько шагов оказался перед Кассаром, чьё лицо выражало смесь страха и вызова.
— Как ты мог?! — его голос был почти рыком, полным ярости.
Кулак Донована с глухим ударом врезался в лицо Кассара. Тот пошатнулся, схватился за нос, из которого сразу же потекла кровь.
— Донован! — попытался выкрикнуть Кассар, но не успел. Ещё один удар прилетел в его челюсть, заставив его отступить назад.
— Ты знал! — кричал Донован, его лицо было перекошено гневом. — Ты знал, что она важна для меня! Знал, что я...
Его голос дрогнул, но он снова ударил, на этот раз в живот, заставив Кассара согнуться пополам.
— Ты не просто лгал, — продолжал Донован, его голос теперь был низким и угрожающим. — Ты пытался уничтожить её репутацию!
Кассар, теперь уже почти лежащий на полу, попытался что-то сказать, но его слова были невнятны из-за разбитых губ. Его лицо уже опухало, кровь текла из носа, капая на мраморный пол.
— Ублюдок! — прорычал Донован, его кулаки снова сжались, но прежде чем он смог нанести ещё один удар, холодный голос раздался из глубины зала.
— Достаточно.
Голос темного лорда был тихим, но от него исходила такая сила, что Донован замер, его кулак замер в воздухе. Он медленно обернулся к Регнару, который теперь стоял, его серые глаза холодно изучали происходящее.
— Донован, — сказал Регнар, его тон был ровным, но в нём ощущалась скрытая угроза, — Ему хватит.
Донован тяжело дышал, его грудь поднималась и опускалась, но он подчинился. Он отступил на шаг от Кассара, который теперь лежал на полу, корчась от боли.
Регнар подошёл ближе, его фигура казалась ещё более мрачной в тусклом свете. Он посмотрел на Кассара сверху вниз, его лицо оставалось непроницаемым.
— Уведите его, — холодно произнёс он гвардейцам, стоящим у двери.
Гвардейцы быстро подбежали, подняли окровавленного Кассара и потащили его из зала. Перед тем как выйти, Регнар бросил ему напоследок:
— Ваше будущее будет решено позже.
Когда двери за гвардейцами закрылись, в зале остались только Регнар и Донован. Последний тяжело дышал, его взгляд всё ещё был полон ярости, но теперь он направлен на самого себя.
— Как я мог не заметить? — пробормотал Донован, сжав кулаки до белых костяшек. — Я доверял ему. Я считал его другом.
Регнар молча наблюдал за ним, его лицо оставалось таким же холодным и строгим.
— Люди часто скрывают свои истинные намерения, — сказал он наконец. — Особенно те, кто пользуется доверием.
Донован поднял глаза на него, его лицо выражало одновременно вину и гнев.
— Я подвёл её, — прошептал он, почти сам себе. — Я сомневался в ней, ставил её слова под сомнение...
— Теперь это не имеет значения, — сказал Регнар, его голос был твёрдым. — Она доказала свою невиновность.
Донован выдохнул, его плечи опустились. Он обхватил голову руками, затем, наконец, спросил:
— Где она? Куда ты её отправил?
Регнар посмотрел на него, его глаза блеснули под светом.
— Графиня заслужила отдых, — ответил он. — Я распорядился, чтобы никто даже края её платья не увидел. Её местоположение будет известно завтра.
— Завтра? — Донован нахмурился, его тон был резким. — Почему не сейчас?
— Потому что она нуждается в отдыхе, — твёрдо ответил Регнар. — После всего, что она пережила, её нельзя тревожить.
Донован замолчал, его взгляд был устремлён в пол. Он знал, что темный лорд прав, но внутри него всё ещё бушевал шторм. Всё, что происходило этой ночью, сводилось к одному лицу — лицу графини Реелеан Хартштерн.
— Завтра, — повторил он тихо, словно убеждая самого себя. — Завтра я увижу её.
Регнар ничего не ответил, только слегка кивнул. В зале снова воцарилась тишина, прерываемая только тяжёлым дыханием Донована.
Регнар О'Шейд вышел из мрачного зала суда, оставляя за спиной шёпот и напряжение прошедшей ночи. Его шаги были уверенными, но в его глазах, обычно лишённых эмоций, мелькала тень неудовлетворённости. Невиновность графини Хартштерн - доказана, но истинный преступник всё ещё оставался в тени. А это, как он понимал, означало, что дело далеко не закончено.
Направляясь в свой кабинет, он на мгновение остановился у окна длинного коридора. Утренняя заря окрашивала небо мягкими розово-золотыми оттенками, но для него этот свет казался холодным и безжизненным. Он не чувствовал облегчения. Только вес новой ответственности.
Когда он вошёл в свой кабинет, комната встретила его тишиной и строгим порядком. На столе лежали стопки бумаг, но он сразу взял чистый лист и начал писать. Его почерк был ровным, чётким, каждая буква словно высечена из камня.
Первый документ: "О невиновности графини Хартштерн".
"Настоящим подтверждаю, что графиня Реелеан Хартштерн, владелица поместья Хартштерн и глава известной винодельни, не имеет никакого отношения к инциденту массового отравления, произошедшему на осеннем балу этого года. Все доказательства, предоставленные в ходе следствия, подтверждают её невиновность. Дело закрыто в отношении графини. Подпись: Регнар О'Шейд, Верховный Инквизитор."
Он отложил первое письмо, взглянул на него, чтобы убедиться в безупречности формулировок, и затем взял второй лист. Его лицо оставалось неподвижным, но в его глазах блеснуло что-то опасное.
Второй документ: "О лорде Кассаре".
"Настоящим постановлением устанавливаю, что лорд Кассар, находясь под присягой перед Имперским судом, позволил себе ложные показания, намеренно вводя суд в заблуждение. Его действия нанесли урон репутации Имперского двора. До вынесения окончательного приговора он будет находиться под стражей. Подпись: Регнар О'Шейд, Верховный Инквизитор."
Его рука замерла на мгновение над последними словами, но затем он быстро подписал документ и отложил его к первому. Ему пришла мысль о том чтобы повесить на лорда Донована ещё постановление, за нарушение личных границ графини. Но оставил эту мысль на потом.
Он вызвал гвардейца лёгким движением пальцев, и через несколько секунд дверь кабинета распахнулась.
— Мой лорд, — гвардеец склонил голову.
Регнар поднял глаза, передавая ему оба документа.
— Эти бумаги должны быть доставлены Его Величеству незамедлительно, — его голос был холодным и чётким. — Проследи, чтобы их получил только Император.
— Будет выполнено, мой лорд, — гвардеец принял документы с почтением, поклонился и вышел.
Регнар остался один. Его взгляд устремился в окно, но на этот раз он смотрел не на небо, а вдаль, за горизонты своих мыслей. Он прекрасно понимал, что дело не завершено. Тот, кто подстроил всё это, действовал хитро и с большим расчётом. Подставить графиню Хартштерн — было не просто частью игры, это было стратегическим ходом.
Он почувствовал, как в его голове всплывает её образ: прямая осанка, твёрдый взгляд, несмотря на внутреннюю усталость. Графиня была сильной, он это знал. И именно эта сила могла стать ключом к разгадке.
"Она может помочь мне," — подумал он. Но беспокоить её сейчас было неправильно. Она заслужила отдых после всего, что пережила.
Регнар тяжело вздохнул, надел тёмный плащ и направился в гостиницу, где его ожидал временный приют. По пути его шаги были бесшумны, но мысли бурлили. Он ясно видел, как пазлы начинают складываться в цельную картину, но некоторых деталей всё ещё не хватало.
Когда он достиг своей гостиницы, он отдал приказ своим людям, чтобы никто не беспокоил его до самого вечера. Ему нужно было время, чтобы сосредоточиться и выработать план действий.
"Графиня заслуживает отдых. А я заслуживаю ответы," — подумал он, закрывая за собой дверь номера.
Регнар О’Шейд шагнул в номер гостиницы, его тёмный плащ слегка колыхался за ним, словно тень, которая следовала за своим хозяином. Номер был роскошным, как и полагалось для такого уровня заведения, но что-то было не так. Тишина здесь была слишком глубокая, слишком холодная, словно в комнате давно не было живой души.
Он огляделся, проверяя каждое помещение. Холл был пуст. Спальня, с идеально заправленной кроватью, тоже выглядела необитаемой. Даже на балконе, откуда открывался захватывающий вид на утреннюю столицу, никого не было. Его брови слегка нахмурились.
"Она должна быть здесь," — подумал он, напряжение росло.
Затем его взгляд упал на дверь в ванную комнату. Она была слегка приоткрыта, изнутри доносился звук воды, который сначала он не заметил. Регнар медленно подошёл к двери, его рука осторожно толкнула её. То, что он увидел, заставило его замереть.
Из большой мраморной ванны, наполненной водой, которая уже начала остывать, виднелись ноги. Бледные, изящные ноги, одна из которых была слегка повреждена — синяк на лодыжке выдавал недавний ушиб. Положение было неестественно для живого. А отсутствие головы над водой, указывало на одно.
На мгновение его сердце замерло.
"Утопили," — мгновенно мелькнуло в его голове. Он подумал, что тот, кто пытался подставить графиню, каким-то образом добрался до неё. Он ощутил холодный комок в груди и резкий прилив гнева.
— Нет... — пробормотал он, быстрым движением подойдя к большой чаше.
Не раздумывая, он наклонился, обхватил "беспомощное" тело и вытащил его из воды. В этот момент его взгляд упал на лицо "жертвы". И тут же, вместо ужаса и трагедии, он столкнулся с парой широко раскрытых темно карих глаз, наполненных возмущением.
— Что вы делаете?! — голос графини Хартштерн был громким, наполненным гневом и шоком.
Регнар на мгновение замер. Графиня была жива, очень даже жива, и более того, совершенно возмущена. Ведь была абсолютно голой. Собственно в этом не было ничего странного.
Прежде чем он успел сказать хоть слово, её рука резко взметнулась, и он получил звучную, громкую пощёчину. Брызги воды полетели в стороны, словно подчёркивая драматизм момента.
— Вы... вы с ума сошли?! — воскликнула она, обхватывая себя руками, пытаясь скрыть свою обнажённость. — Как вы посмели ворваться в ванную?! Да...! Да как вы вообще посмели вторгнуться в этот номер!
Регнар, всё ещё держа её, выглядел ошеломлённым. Это была редкая эмоция для него, но графиня смогла её вызвать. Он моргнул, осознавая, что его руки всё ещё держат её за плечи, и быстро положил её обратно в чашу с водой, прикрыв так её наготу.
— Я думал... — начал он, его голос был напряжённым, но тихим. — Я думал, что вы...
— Что я что? — она сверлила его взглядом, её лицо пылало от гнева. — Что меня убили? В ванной?
— Это было логично предположить, — сухо ответил он, стараясь вернуть себе самообладание.
— Логично?! — её голос поднялся на октаву. — А ворваться в ванную, хватать меня и вытаскивать из воды — это, по-вашему, тоже логично?!
Регнар, скрестив руки на груди, ответил холодным тоном:
— Учитывая обстоятельства, я действовал из лучших побуждений.
— Из лучших побуждений?! — графиня фыркнула, её волосы прилипли к лицу, а вода стекала по плечам. — Если это ваши лучшие побуждения, то я даже боюсь представить, как выглядят худшие!
Регнар молчал, но в уголках его рта мелькнула едва заметная тень усмешки, которую он тут же спрятал.
— Графиня, вы были слишком долго в ванной. Это могло вызвать подозрения.
— Подозрения у кого? — возмущённо спросила она. — У вас? Кто дал вам право?
Он слегка приподнял бровь.
— Моё положение, графиня.
— Ваше положение? — она немного соскользнула вниз по мраморной чаше, чуть ли не утопая в воде, из-за этого слегка испугалась, но не потеряла боевой настрой. — Ваше положение не даёт вам права нарушать моё личное пространство!
Она глубоко вздохнула, пытаясь успокоиться, затем махнула рукой.
— Просто... выйдите. И не имейте привычки врываться в ванную пока там есть кто-либо!
Регнар кивнул, всё ещё сохраняя невозмутимое выражение лица.
— Разумеется, графиня.
Он развернулся, чтобы уйти, но перед тем как выйти за дверь, остановился.
— Кстати, графиня, — его голос прозвучал уже мягче, почти с намёком на иронию. — Синяк на вашей ноге. Убедитесь, что он не мешает вашему отдыху.
Она замерла, а затем бросила в его сторону полотенце, которые лежало на краю и уже было мокрым.
— Вон!
Регнар вышел, оставляя за собой тишину, которую время от времени прерывало недовольное ворчание графини. Но в его глазах всё ещё блескал слабый огонёк веселья, редкий для него момент. Ну и конечно щека горела от её руки.
...
Реелеан аккуратно поправила пояс своего халата, стоя у двери ванной комнаты. Она уже знала, что её номер теперь разделён с тем самым человеком, который несколько минут назад вытащил её из ванны без всякого стеснения. Набрав глубокий вдох, она вышла из ванной, и её предчувствия подтвердились.
Темный лорд Регнар О'Шейд восседал в кресле у окна, выглядя совершенно невозмутимым. Его длинные ноги были вытянуты, а холодные серые глаза спокойно наблюдали за видом столицы за окном. Возле него уже стояло второе кресло, которое он явно сам передвинул. На маленьком столике между креслами стояли чайник, две чашки и небольшой поднос с закусками. Словно он был не в её гостиничном номере, а у себя в гостиной.
Реелеан, в халате, банных тапочках и с полотенцем на голове, остановилась и уставилась на эту сцену. Это было слишком. Даже для такого человека, как Регнар.
— Лорд О'Шейд, — начала она, пытаясь сохранить остатки достоинства. — Я могу узнать, что вы делаете в моём номере?
Он повернул голову, его взгляд спокойно скользнул по её облику. Если он был хоть немного удивлён её текущим видом, он этого не показал.
— Ожидаю, — коротко ответил он, его голос был холодным, но в нём звучала скрытая стальная настойчивость.
Реелеан подняла бровь.
— Ожидаете? — переспросила она, её голос был полон недоумения. — И что же, лорд О'Шейд, ожидает в моём номере?
Он кивнул в сторону второго кресла.
— Вашей компании, графиня, — произнёс он так, будто это было самое очевидное в мире.
Она замерла на месте, её глаза расширились.
— Моей компании? — эхом повторила она, чуть прищурившись. — Вы понимаете, что я только что вышла из ванной?
Он слегка кивнул, словно подтверждая очевидное.
— Именно поэтому я заказал чай, — сухо ответил он. — Вам нужно расслабиться, графиня.
Она смотрела на него, её рот слегка приоткрылся, но затем она быстро взяла себя в руки. Этот человек явно не понимал, как выглядит со стороны.
— И вы решили, что лучший способ для меня расслабиться — это пить с вами чай? Сейчас? — её голос звучал с явной долей сарказма.
— Ваш наряд не имеет значения, графиня, — невозмутимо ответил он. — Мне важно получить ответы.
Реелеан вздохнула. Она отчего то знала, что с ним спорить бесполезно, а в лучшем случае - не стоит. Его холодный, но настойчивый тон дал ясно понять, что он не уйдёт, пока не получит то, что ему нужно. Поджав губы, она подошла к креслу и села, стараясь выглядеть хотя бы минимально уверенной, несмотря на нелепость своего вида.
— Хорошо, — сказала она, складывая руки на коленях. — Но знайте, лорд О'Шейд, я принимаю это как личное оскорбление.
Он слегка наклонил голову, его лицо осталось бесстрастным.
— Оскорбление? — повторил он. — Вы воспринимаете всё слишком эмоционально, графиня.
Она прищурилась, а затем слегка наклонилась вперёд, её глаза сузились.
— Это вы мне говорите? — её голос был наполнен лёгким раздражением. — Человеку, которого только что вытянули из ванны, как куклу?
Он на мгновение замолчал, затем едва заметно дёрнул уголком губ.
— Признаю, ситуация была несколько... необычной, — сказал он ровным голосом, словно это было мелкой помаркой в документе.
Реелеан закрыла глаза, стараясь подавить раздражение. Она указала на чайник.
— Ладно. Если вы пришли с таким серьёзным намерением, наливайте чай, лорд О’Шейд. Может, это хоть немного сделает ваш визит менее неприятным.
Он кивнул, взял чайник и налил ей чашку чая. Затем, не спеша, пододвинул её к ней.
— Угощайтесь, графиня, — сказал он, его тон был почти гостеприимным.
Реелеан взяла чашку, сделала небольшой глоток и посмотрела на него поверх края чашки.
— Так что вам нужно? — наконец спросила она, её голос был твёрдым, но в нём всё ещё звучала нотка раздражения.
Он поставил свою чашку на столик, его глаза снова впились в её лицо.
— Мне нужна информация, — произнёс он. — О вашей винодельне. О том, как вы её охраняете, как работает ваша маркировка.
Она поставила чашку на столик, её взгляд стал холодным.
— Вы думаете, что всё ещё есть что-то, что я не рассказала?
— Я думаю, — сказал он, наклоняясь чуть ближе, его голос стал ниже, почти угрожающим, — что преступник может воспользоваться тем, чего не знаете даже вы.
— Хорошо, лорд О’Шейд, — произнесла она наконец, откидываясь в кресле. — Если вы хотите знать всё, то лучше приготовьтесь к длинному разговору.
Его глаза слегка блеснули, как у охотника, который наконец настиг свою добычу.
— Я готов, графиня, — произнёс он.
Реелеан вздохнула, отпила ещё немного чая и приготовилась к тому, что обещало быть долгим и, возможно, самым странным разговором в её жизни.
Реелеан откинулась на спинку кресла, её взгляд скользнул по лицу Регнара, который сидел напротив. Его поза, как всегда, была идеально выверенной, словно он готовился не к беседе, а к баталии. Его серые глаза смотрели прямо на неё, не мигая, но она не позволила этому взглядy сломить её.
Она сделала глоток, а затем поставила чашку на столик. Её взгляд стал более сосредоточенным, но язвительная нотка в голосе осталась.
— Чтож, начнем. Но запомните: моя магическая база не имеет утечек. Это просто невозможно.
Регнар слегка приподнял бровь, но не перебивал, ожидая продолжения.
— Эту базу создавала только я, — продолжила она, её голос стал твёрдым. — Абсолютно никто в моём поместье и на винодельне не знает о её существовании. Все считают, что маркировка — это просто способ брендинга. Ну, знаете, поставить логотип, чтобы показать, откуда бутылка. Но магия, которая стоит за этим, — моё личное изобретение.
Она наклонилась чуть вперёд, её глаза сверкнули.
— Эта система — моя гарантия. Каждый кристалл, каждая связь, каждая бутылка проходит через мои руки. Я тестировала её бесчисленное количество раз. Утечки? Нет. Если кто-то пытается вмешаться, база сразу фиксирует это и подаёт сигнал.
Регнар молча слушал, его взгляд оставался внимательным.
— Итак, как она работает? — наконец спросил он.
Реелеан вздохнула, обдумывая, как бы объяснить это максимально доступно.
— Представьте, что каждая бутылка — это письмо. Письмо, которое отправляется с печатью, подтверждающей, что его никто не вскрывал. Если кто-то пытается вмешаться в содержимое, магическая печать разрушается. А моя база фиксирует это. Более того, система также фиксирует, кто и где пытался открыть бутылку. Если это был покупатель — это фиксируется. Собственно так же и фиксируется то что бутылка была открыта третьими лицами.
— И вы уверены, что система работала без сбоев? — уточнил он.
Она откинулась на спинку кресла, скрестив руки на груди.
— Лорд О’Шейд, если бы система дала сбой, я бы знала об этом первой. А так как я ничего не знала до того, как вы затащили меня на этот абсурдный ночной допрос, то, смею предположить, проблема не в базе.
Регнар слегка наклонил голову, его губы дрогнули, будто он собирался улыбнуться, но сдержался.
— Значит, вы исключаете любую возможность внутреннего вмешательства?
— Исключаю? — фыркнула она. — Лорд О’Шейд, я исключаю даже возможность взгляда на эту систему. Единственный человек, который знает о её существовании и принципе работы, — это я. А теперь и вы.
Регнар кивнул, на мгновение задумавшись.
— Интересная система, графиня, — сказал он наконец. — Но остаётся вопрос: если система такая надёжная, как преступник смог обойти её?
Реелеан посмотрела на него с лёгкой усмешкой.
— Ну, может, он обладает такой же магической изобретательностью, как и я, что мало вероятно. Или, что более вероятно, он нашёл способ украсть мою бутылку до того, как она вошла в систему. Но и этот вариант исключается, потому как мои владения оснащены самыми лучшими защитными барьерам.
Регнар изучающе смотрел на неё.
— Значит, вы уверены, что это была не утечка, а внешнее вмешательство.
— Абсолютно, — ответила она, её тон был твёрдым. — Я могу доказать это, если нужно.
Регнар молча кивнул, затем посмотрел на её халат.
— Удивительно, как вы умудряетесь защищать свою продукцию с таким же упорством, как своё право носить халат.
Реелеан усмехнулась, откинувшись в кресле.
— Потому что и то, и другое заслуживает уважения, лорд О’Шейд.
Его глаза на мгновение блеснули, но он ничего не ответил. Только снова взял свою чашку и отпил чай, позволяя ей почувствовать, что, хотя разговор продолжится, она уже одержала небольшую победу.
Реелеан, всё ещё с полотенцем на голове, резко встала со своего кресла, хотя её состояние говорило о том, что ей стоило бы продолжить сидеть. Она прошлась по комнате, теребя край халата, словно в её голове закрутилась новая мысль. Регнар, всё так же сидящий в кресле, проследил за её движениями, его взгляд был изучающим, но слегка усталым.
— Лорд О’Шейд, — начала она, её голос был сосредоточенным. — Мне нужно, чтобы вы проверили бутылки вина, которые были приобретены императорским двором.
Регнар слегка приподнял бровь, отложив чашку чая.
— Проверить? — уточнил он. — Вы подозреваете, что проблема может быть в них?
Реелеан остановилась, её лицо выражало смесь усталости и сосредоточенности.
— Возможно, — ответила она, обдумывая свои слова. — Если выяснится, что не все бутылки были использованы, это может подтвердить теорию подмены.
Она посмотрела на него, слегка нахмурив брови.
— Внешний вид бутылки легко подделать. Но настоящую продукцию дома Хартштерн, без вскрытия бутылки можно проверить по двум вещам: по магической маркировке и по составу стекла.
Регнар наклонился вперёд, его интерес явно усилился.
— Состав стекла? — уточнил он, его голос звучал чуть тише, но напряжённее.
— Да, — кивнула Реелеан. — Как вы помните, в наше стекло добавляется жидкое серебро. Это делает бутылки уникальными, а их проверка становится значительно проще.
Она начала ходить по комнате, её слова становились всё более оживлёнными.
— Если какие-то бутылки были подменены, их возможно будет определить по структуре стекла бутылки. А это, лорд О’Шейд, значительно сузит круг подозреваемых.
Регнар молча слушал её, его взгляд был сосредоточен. Он сразу понял, что её мысль имеет смысл.
— Хорошо, — произнёс он, — мы проверим бутылки.
Реелеан собиралась продолжить, но вдруг её лицо изменилось. Она почувствовала, как голова закружилась, а ноги стали будто ватными. Её рука потянулась к спинке кресла, но она не успела ухватиться за неё.
— Ох... — выдохнула она, теряя равновесие.
Её тело начало медленно падать на пол, но Регнар среагировал мгновенно. Его фигура, казалось, переместилась через комнату за долю секунды. Он подхватил её, прежде чем она успела удариться.
— Графиня, — его голос звучал хладнокровно, но в нём слышалась едва уловимая нотка беспокойства. — Вы опять пытаетесь доказать мне свою стойкость, даже когда стоите на грани обморока?
Реелеан, оказавшись в его руках, замерла, пытаясь прийти в себя. Она подняла на него взгляд, её лицо было раскрасневшимся, то ли от усталости, то ли от смущения.
— Вы… всегда так ловко ловите падающих женщин? — произнесла она, слабо усмехнувшись, пытаясь скрыть свою слабость за сарказмом.
Регнар слегка приподнял одну бровь, но его лицо оставалось серьёзным.
— Нет, графиня, — ответил он ровным голосом. — Обычно женщины предпочитают падать сразу на меня.
Её глаза блеснули, но она не могла сдержать лёгкую усмешку.
— Везёт вам… — пробормотала она, делая попытку подняться на ноги.
— Не думаю, что сейчас удачное время для шуток, — произнёс он, продолжая поддерживать её, пока она пыталась встать.
Реелеан слегка оттолкнула его руку, выпрямившись.
— Я в порядке, — сказала она, но её голос звучал неубедительно.
Регнар, скрестив руки на груди, посмотрел на неё строго.
— Вы не в порядке, графиня, — ответил он холодно. — И если вы упадёте ещё раз, я буду вынужден лично обеспечить, чтобы вы провели весь оставшийся день в постели.
— Как мило с вашей стороны, лорд О’Шейд, — язвительно заметила она, вытирая пот с лба. — Но я могу справиться сама. И если бы не кое кто, то уже спала бы.
— Уверены? — его тон стал более мягким, но всё ещё строгим.
Реелеан закатила глаза, но села обратно в кресло, явно понимая, что спорить бессмысленно.
— Дайте мне немного отдохнуть.
Регнар молча налил ей ещё чашку чая и поставил перед ней.
— Вот, пейте, — сказал он. — А потом продолжим.
Она взглянула на него, её губы дрогнули в лёгкой усмешке.
— Вы бы были прекрасным нянькой, лорд О’Шейд.
— А вы — ужасным пациентом, графиня, — сухо ответил он.
Она тихо рассмеялась и взяла чашку, делая небольшой глоток. Хотя ситуация оставалась напряжённой, этот момент позволил обоим немного расслабиться.
Реелеан сделала всего пару глотков чая, прежде чем её взгляд начал стекленеть. Она попыталась поставить чашку на стол, но её рука дрогнула, и чашка с глухим стуком упала на пол, разбиваясь на десятки осколков. Чай разлился по ковру, и через мгновение графиня сама начала медленно оседать в кресле. Её голова опасно наклонилась в сторону стола с чайником.
— Бездна, — прошептал Регнар, подскочив к ней с реакцией, достойной опытного воина. Он подхватил её за плечи, удерживая от удара о стол.
Её лицо было бледным, дыхание тихим, но регулярным. Регнар сжал губы, его взгляд скользнул по её осунувшемуся лицу. Он несколько раз тихо произнёс её имя, но никакой реакции не последовало.
— Реелеан, — его голос стал чуть громче, но всё ещё контролируемым. — Это не лучшее время для таких выходок.
Но она не открыла глаза. Регнар вздохнул, поднял её на руки, будто она весила не больше перышка, и аккуратно уложил на кровать. Её голова мягко коснулась подушки, а одеяло, которое он накинул ей на плечи, укрывало её почти полностью. Он выпрямился, и его взгляд стал мрачнее.
— Позовите лекаря, немедленно, — приказал он увидев проходящих мимо горничных, выходя из номера. Женщины мгновенно поклонились и поторопились выполнить.
Регнар снова вернулся к Реелеан. Её лицо было таким же бледным, но на губах играла слабая улыбка, будто даже в бессознательном состоянии она умудрялась насмехаться над ним. Он сел на стул рядом с кроватью и пристально смотрел на неё, будто пытался понять, что же произошло.
— Женщины... — пробормотал он себе под нос. — Могущественные маги, управляющие поместьями и винодельнями, но не в силах позаботиться о собственном здоровье.
Через некоторое время в дверь постучали, и вошёл лекарь — пожилой мужчина с длинной бородой и добрым, но усталым взглядом. Его мешковатая сумка слегка звякала от многочисленных флаконов и инструментов.
— Где пациент? — спросил он, не теряя времени, и Регнар указал на кровать.
Лекарь осмотрел Реелеан, внимательно проверяя пульс, дыхание и её общее состояние. Он бормотал себе под нос, делая пометки в своём блокноте. Наконец, он откинулся назад и посмотрел на Регнара.
— Девушка исчерпала свои силы, — спокойно сказал он. — Недоедание, недостаток сна, постоянный стресс, скачки настроения — всё это привело к изнурению.
Регнар нахмурился, его лицо стало ещё более мрачным.
— Тоесть? — спросил он, его голос был тихим, но твёрдым.
— Вполне в порядке, — лекарь улыбнулся, хлопнув по своей сумке. — Если можно так сказать. Ей нужен хороший сон, обильный завтрак и, желательно, никаких темных лордов в ближайшие пару дней. В ином случае, скоро заболеет, есть симптомы первичной стадии. Простуда, грип или даже нервный срыв.
Регнар слегка прищурился, но не ответил.
Лекарь, закончив собирать свои вещи, вдруг остановился и посмотрел прямо на Регнара. Его добродушное лицо стало чуть серьёзнее, но в глазах блеснуло что-то похожее на шутливость.
— А теперь, лорд О’Шейд, — сказал он, поднимая палец, — позвольте дать вам совет. Если вы так уж любите мучить женщин, то выбирайте тех, кто более крепкого телосложения. Иначе они просто начнут падать в обморок при одном вашем взгляде.
Регнар молча смотрел на него, его лицо оставалось бесстрастным.
— Благодарю за совет, — наконец ответил он ровным голосом, — но я предпочитаю других методов общения.
Лекарь хмыкнул, покачав головой.
— Ну, это ваше дело, лорд. Но помните, если эта девушка снова окажется на грани истощения, тут даже я не буду в силах помочь. Так как проблемы у ваших женщин из-за вас.
Регнар молча кивнул, провожая его взглядом до двери. Как только лекарь вышел, он снова посмотрел на Реелеан. Она всё ещё спала, её дыхание стало более ровным, но лицо оставалось всё таким же.
Он встал, убрал остатки разбитой чашки и разлившегося чая. На мгновение его взгляд задержался на её лице.
— Вы действительно умеете создавать проблемы, графиня, — тихо произнёс он. — Даже во сне.
Его губы едва заметно дёрнулись, но он быстро вернул себе обычное холодное выражение лица. Ночь закончилась, но он знал, что разговор с графиней ещё не окончен.