Кристина в Преисподней

Кибитка двинулась. Мимо пролетали высокие сосны, толстые дубы, быстрые прозрачные реки, зеленые густые травянистые луга. Птицы парили в небе, словно воздушные змеи, то замирая, то продолжая взмахивать крыльями вновь. В воздухе преобладал запах цветов и мокрой собакиОборотни имеют свойство выделять мокрый запах, который сложно учуять простым смертным. Это связано с тем, что оборотень часто находится в обличии волка/медведя в светое время суток. В зависимости от того, в какое животное он превращается, он может по-разному пахнуть...

Запах исходил непременно от Вальта, который сидел напротив Кристины Безбожной.

«Раньше ведь я не чувствовала этот запах, почему только сейчас услышала?» – она часто поглядывала на него, пристально рассматривая.

Когда же он замечал Кристинин взгляд на себе, смотрел в ответ, и она тут же переставала, делая вид, что смотрит куда-то вдаль. Однако стоило Вальту обратно отвести взгляд, Безбожная вновь начинала на него неприлично пялиться.

Всю дорогу они продолжали играть в гляделки, не обмениваясь ни словом. Спустя довольно приличный срок, первым не выдержал Вальт:

– Чего глазеешь на меня? Я тебе понравился? – ухмыльнулся он, сведя брови у переносицы. – Было бы приятно, если бы ты нашла во мне что-то привлекательное...

– То, что я сморю на тебя, еще ничего не значит, – нахмурив брови и немного покраснев, ответила Кристина Безбожная. – Я просто... оборотней только на картинках видела, – решила немного солгать она. – А что?

Все же главной причиной был запах мокрой псины, но и эта отговорка ложью не являлась. Кристина подперла щеку рукой, смотря на горизонт.

– Да кто вас людей поймет? То пялитесь, говоря, что любите сильнее всех на свете, то бросаете в самый не подходящий момент... – отвернувшись в другую сторону, недовольно буркнул он, думая, что она не услышит.

«То пялитесь, говоря, что любите сильнее всех на свете, то бросаете в самый не подходящий момент?» – задумалась Безбожная. «Разве это относиться к нашему разговору? К чему это он?.. Так у него был печальный опыт с девушкой?» – Вальт выглядел раздраженным, поглядывая на нее грозным и обиженным взглядом. «Ладно, сейчас спрашивать не буду...»

– Ну и как? – вдруг подал голос он, продолжая на нее смотреть все тем же взглядом. – Похож я на оборотня?

– Немного, – подумав ответила Кристина Безбожная, наблюдая за тем, как меняется лицо Вальта.

– Это еще почему? Думаешь, я не умею превращаться в волка?!

– Не в этом дело! – поспешила его успокоить она.

«Как раз в этом я совсем не сомневаюсь, судя по тому, как от тебя несет...» – Кристина решила придержать эти мысли при себе, но вместо этого придумала кое-что получше:

– На картинках оборотней изображают очень лохматыми, – Безбожная махнула рукой. – Шерсть абсолютно везде: на ушах, носу, пальцах, шее. У тебя же я заметила немного только на щеках и руках.

– А, ты про это, – протянув, усмехнулся он, успокоившись и сев более удобно. – Так у всех оборотней, правда, не в таких масштабах, как ты описала. Я просто за собой ухаживаю.

Кристина Безбожная ухмыльнулась. Пожалуй, это прозвучало немного комично, на ее взгляд.

Все оставшееся время они не разговаривали, лишь молча обмениваясь не многозначными взглядами, вплоть до тех пор, пока за окном кибитки не показались первые дома.

Кибитка стала двигаться медленней.

Кристина села прямо, высунув нос из окна и жадно всматриваясь в каждую деталь столь прекрасных зданий. Многие были между собой весьма похожи: первый этаж полностью сделан из камня, а остальные, верхние, уже из дерева и глины.

Массивные стены покрыты белоснежной штукатуркой, дерево использовалось, в основном, темное. Симпатичные прозрачные окна в раме из черного металла (скорее всего, из чугуна). Треугольные крыши, покрытые бардовой, коричневой, черной черепицей. Крепкие двери...

Дороги совершенно не пустовали! Солнце начинало садиться. По улице, обходя кибитку, шли очень интересные жители. Они выглядели несколько не естественно. У кого-то были ослиные уши, у кого-то хвост... Но одеты они были в одежду, которую Безбожной приходилось видеть только на картинках – средневековую.

Трава вокруг каждого дома выглядела ухоженной, свежей. В клумбах росли нежные, белые колокольчики и розово-фиолетовые флоксы...

Тонкие брови Кристины Безбожной сдвинулись к переносице в недоумении. В цветах она разбиралась отлично, поэтому одна мысль не давала ей покоя.

«Странно... Сейчас март. Разве колокольчики не цветут летом?..»

– Вальт, а какое сегодня число? – решила наконец поинтересоваться Кристина.

– Четвертое марта, а что?

«Только четвертое...» – она немного поникла, однако затем быстро вернулась к своему вопросу:

– Почему у вас цветут летние цветы?

– А, так ты об этом... – протянул он. – Я ведь тебе говорил, что демоны сделали Преисподнюю похожей на человеческий мир, верно? Помимо ненастоящих солнца и луны, здесь времена года меняются мгновенно и нет весны и осени. Пару дней назад, к примеру, был снег на дороге, а как март наступил, то все расцвело. Грязи нет, хорошо...

«Вот оно как все получается...» – удивленно покачала головой Безбожная.

Кибитка подъехала к крыльцу какого-то заведения, в котором очень громко разговаривали люди (или другие существа, которых она никогда не видела). Похоже на винную лавку...

Ставни окон открыты, короткие светло-серые шторы развивались на ветру. Высокая острая крыша, покрытая бардовой черепицей. Два этажа. Здание выглядело большим. Возможно, там дают не только выпить, но и переночевать.

Однако здание за винной лавкой выглядело куда больше! Четырехэтажный дом превосходил его не только по высоте, но и по размеру в принципе (все же, это здание не было самым большим в округе).

Вальт, открыв дверцу кибитки вышел первый, а затем и Кристина Безбожная, насупив нос.

– Чего ты? – заметив, осведомился он.

– Никакой ты не джентльмен, – она смотрела прямо ему в глаза. – Сложно было тогда руку подать?

Вдруг лицо Вальта изменилось. Сначала он позеленел, покраснел, а затем и вовсе рассмеялся во все горло. Другие прохожие немного косись на него. Кристина, немного покраснев, приподняла бровь.

– ...Ох, Кристина, Кристина... – наконец сказал Вальт, оправившись от смеха. – Ты что ль статус свой забыла? Где ты, а где я. Решила, что ты сюда приехала прекрасно проводить время? Преисподняя намного хуже, чем ад. Не забывай, пожалуйста, что со всеми здесь нужно разговаривать только на «вы» и не показывать своего характера и мнения.

Безбожная окончательно покраснела, нахмурив брови и отведя взгляд.

«А ведь правда... Я же попала в Преисподнюю, чтобы служить своему хозяину. Жить я здесь так хорошо, как дома, не буду. Сама себе, получается, голову задурила...»

Вдруг дверь лавки открылась. На крыльцо вышла курносая, игривая девушка. На мгновение Кристина Безбожная потерла дар речи. Она выглядела очень красивой. Рыжие, огненные прямые волосы до поясницы заплетены в косу. Круглое лицо, длинные ресницы, необычные, обворожительные глаза. Немного запачканный белый фартук у низа и серое платье с кружевными манжетами.

Девушка спустилась с крыльца и поприветствовала их, сделав легкий реверанс (приветствие присуждалось, скорее, Вальту).

– Добрый день, господин Вальт, – улыбнулась она, подняв глаза.

– Добрый, – в ответ улыбнулся он. – Можешь забирать новенькую, я приду через пару дней. Перед приходом пришлю весточку.

– Как скажете, господин Вальт, – девушка вновь присела, придерживая рукой подол юбки.

Вальт махнул рукой и сел обратно в кибитку, закрыв дверь. Кучер шлепнул лошадей поводьями. Кибитка тронулась, утонув в толпе. Девушки остались наедине.

– Привет, как тебя зовут? – улыбнулась курносая она, поманив за собой Кристину, идя к крыльцу. – Расскажи о себе. Как ты умерла? Как давно?

Безбожная немного опешила. Такие вопросы – норма для местных, да?..

– Меня зовут Кристина... – они открыли двери и тотчас послышался звук звона металлических кружек. – Умерла я вчера, утопилась...

Дверь вела в большой зал, где стояло множество столов, стульев на которых сидели посетители, распивая алкоголь. Официанты метались от столика к другому, неся подносы.

Слева крутая деревянная лестница вела на второй этаж.

– О! – удивленно воскликнула девушка, поднимаясь по лестнице. – Так это была ты?! Я тебя и не узнала.

Кристина Безбожная молча смотрела на нее вопросительным взглядом, поднимаясь.

«Разве мы встречались?..»

– Меня зовут Элизабет. Для друзей просто Лизи, – представилась она. Девушки шли все дальше по коридору, пока звон металлических кружек не стих. – Когда ты продавала душу, я была рядом и донесла об этом нашему хозяину. Сама я умерла пару столетий назад. Меня сожгли, обвинив в колдовстве, – у Кристины пропал дар речи.

«Пару столетий назад?! Вот это да... И она так спокойна говорит об этом... Вальт был прав, когда предположил, что обо мне кто-то рассказал...», – ее взгляд упал на открытое окно.

Похоже девушки попали в соседнее здание, которое было в разы больше лавки. Бесконечный поток дверей прекратился. Стены приобрели красный оттенок.

Лизи продолжила:

– Хотя, в каком-то смысле они были правы, обвинив меня в колдовстве. Но было обидно, когда они сжигали меня на костре! Тогда-то я душу и продала нашему хозяину, – она обернулась и резко подошла в упор, глядя Безбожной прямо в глаза.

– Кристина, значит, да? – Кристина Безбожная медленно кивнула. – А фамилия у тебя какая? У меня, вот, Червоня.

– Безбожная... – ответила она, понимая, что сейчас будет.

Догадка Кристины подтвердилась. Лизи Червоня тотчас рассмеялась, взявшись руками за живот.

– Нет! Надо бы тебе, придумать что-то другое, а то все смеяться будут, – наконец сказала она, оправившись от смеха. – Имя лучше не менять... Давай сократим? Как насчет «Крис»? Хотя нет, догадаются... Может, лучше «Анита»? Анита Серая.

– «Анита Серая» ...? – нахмурила брови она и немного покраснела. – Это из-за моих волос, да?

– Почти... Если прочитать твое имя задом наперед, то выйдет имя «Анита», а дальше буква «с», поэтому ты «Серая», – объяснила свой ход мыслей Лизи.

– А фамилия в Преисподней обязательна? – та кивнула. – ...Тогда давай я буду Анитой Серебряной. Так звучит лучше.

– Как скажешь, – Червоня дернула ручку двери, распахнув ее.

Девушки вошли в коридор. Свет исходил от больших свечей, которые весели на стенах, обшитых алым бархатом. Темный деревянный пол покрыт глянцевым лаком.

Да бы убедиться, что обои взаправду бархатные, Безбожная потрогала их кончиками пальцев, приоткрыв от удивления рот.

«И правда... бархат...»

– Пойдем, – поманила рукой Лизи Червоня. – Я тебя познакомлю с остальными. Нас теперь в особняке будет четверо: я, ты, Матвей и Мира.

Червоня повела Кристину Безбожную вглубь дома, петляя и идя из комнаты в комнату. Ей казалось, что они ходят кругами, однако это было отнюдь не так. Девушки то поднимались на этаж выше, то опускались.

Каждый коридор выглядел по-своему пугающе. Высокие темные двери возвышались до самого потолка. Жуткие картины, на которых запечатлены люди, странные существа и, по всей видимости, демоны, висели на бархатных стенах. На черном лакированном полу лежал длинный бардовый ковер, который вел до самой лестницы.

Возле лестницы находилась узкая дверца, которую Кристина заметила не сразу. Лизи, достав ключи, открыла скрипучую дверь и вошла в комнату, а за ней и она.

Комнатка была очень узкой и маленькой. Окна нет, пол немного скрипит, голые серые стены и всего лишь одна свеча над входом. У стен лежали, видимо, спальные места. Одно у самой двери, другое справа, третье слева. По центру стоял низкий столик, который чем-то напомнил Безбожной маленькие столики азиатов (точнее японцев). Хоть комната выглядела неплохой, но лежанки были куда хуже: маленькая серая подушка, жесткая подстилка из спрессованного сухого сена, покрывало, одеяло, наволочка...

На такой постилке сидел юноша лет 24-х довольно неприметной и невзрачной внешности. Темные волосы, вытянутое лицо, серые глаза... Однако отнюдь не это смутило Кристину Безбожную, а острые коготки на руках, которыми он держал статуэтку, натирая ее потертой тряпкой. Парень сидел в сером костюме, похожем дворецкого.

– Матвей, давай-ка, подвинься, – закрыла дверь Червоня. – Я новенькую привела. Познакомься, это Анита Серебряная. Анита, а это Матфий Трофим.

– Рад знакомству, – поднял глаза он, подвинувшись ближе к стене.

Места больше не стало. Лизи Червоня села рядом с Матвеем, указав Кристине на место напротив.

– А ты все протираешь статуэтку, – покачала головой она, обращаясь к другу.

– У хозяина скоро прием, нужно дотереть все до блеска, – Матвей скрупулёзно тер тряпкой по золотой статуэтке девушки с лентой. – Только вот одно пятнышко не оттирается... – он тяжело вздохнул и взглянул на Безбожную. – Кто стал твоим временным наставником?

– Вальт, – ответила она.

– Господин Вальт Фон, – поправила Лизи. – Он тебе не друг, деточка моя. Мы всего лишь прислуга, запомни это, от греха подальше. Здесь ты не имеешь ни своего мнения, ни имени. Здесь нужно обращаться ко всем только «господин» или «госпожа», а к нашему хозяину только «хозяин». Не смей обращаться к нему «хозяин Вердельт», иначе худо будет. На первый раз, он, может, простит тебя, но во второй пощады не жди.

– Хорошо, я поняла... – опустила голову вниз Кристина Безбожная. – А что за прием?

– Примерно раз в два-три месяца, наш хозяин устраивает званый ужин, чтобы наладить отношения с демонами. Прием состоит из двух частей: первое – ужин. Сначала все господа едят, а потом начинается вторая часть – решение важных вопросов и танцы. Однако хозяин с господами чаще всего играет в карты, там и решаются все важные дела. А так как господа приезжают со своими женами и взрослыми детьми, то те развлекаются внизу. После того как прием заканчивается, некоторые уезжают сразу, но многие остаются с ночевкой.

«Бал? Это, как настоящий бал?! Это... Это так круто! Я балы только на картинках в учебнике по истории видела, а теперь ощущу на себе в живую!.. Правда, танцевать я не буду, конечно, я ведь прислуга. Но даже так очень классно!» – про себя порадовалась Кристина.

– А когда прием будет? Что нужно подготовить к нему? – усыпала вопросами она.

– А ты задаешь правильные вопросы, – улыбнувшись, подметила Червоня. – Прием через три с половиной недели. На него приедет 5 очень важных семей: Анку, Саакян, Нибрас, Мульцинберг и Ксафан. Они приедут со своими женами и будет трое молодых господ. Нам нужно вычистить дом, помочь поварам сделать закуски, до блеска начистить комнаты и многое другое.

«Много же придется работать...» – поникла Безбожная.

Вдруг дверь открылась, и в комнату вошла, громко дыша, уставшая девушка, похожая на Матвея. Ее короткие темные волосы завязаны лентой, некоторые пряди свисают. Такая же невзрачная внешность, серое платье, фартук, длинные когти...

– О, Мирка, – воскликнула Лизи Червоня. – Знакомься, это Анита Серебряная. Анита, это Мирослава Трофим...

– Очень приятно, – перебив, ответила она холодным голосом. – Хозяин ужинает, пойдемте. Если мы опоздаем, то нам прилетит нагоняй.

– Точно! Вперед, Матвей, потом начистишь свою статуэтку. Анита, держи фартук, платье у тебя и так серое, за форму сойдет, – сказала она, кинув Кристине Безбожной белый фартук.

Все вышли из комнаты и направились в большой зал...

***

В большом красном зале, в самом начале длинного стола, на высоком резном деревянном стуле, сидел мужчина лет 60-ти одетый в сине-зеленый кафтан и такого же цвета расшитый серебряными нитями камзол, черные брюки, белая сорочка с волнистым жабоОтделка мужской блузки/сорочки в виде пышной оборки из легкой ткани или кружев., а на ногах красовались до блеска начищенные черные туфли.

Стены здесь также были бархатные, но ко всему прочему еще и расшитые золотыми нитями. На красных стенах вырисовывались причудливые узоры, напоминающие лилии. Пол покрыт блестящим лаком. На потолке висела роскошная золотая люстра, на которой горело десятки маленьких ароматных свечей.

На столе стояло куча яств в белых узорчатых тарелках. За столом сидел только Вердельт Де Вин, вкушая насыщенный вкус жареной утри в пиве. Недалеко от него стояли тарелки с фруктами, печеной картошкой, ребрышками, свекольным салатом и все это завершал поросенок, запеченный с яблоком во рту.

Кристина никогда прежде не видела такого огромного количества еды! Да и признаться честно, половину кушаний даже не пробовала и не видела в живую! Однажды, пару лет назад, на Рождество в гостях Безбожная впервые увидела жареного гуся и попробовала его крыльце... Это было так вкусно! Но больше ей не перепадала честь отведать столь прекрасное блюдо. Сейчас же Вердельт Де Вин ел с таким наслаждением, обгладывая каждую косточку, что Кристина Безбожная еле сдерживалась, чтобы у нее не потекли слюнки.

Все слуги стояли по правую руку от своего хозяина. Они еле успели все расставить до прихода Вердельта Де Вина.

Раньше Кристина считала, что сможет справиться с работой прислуги на ура, так как при жизни она подрабатывала, убирая мусор в одном кафе... Однако убирать в гигантском особняке не то, что подметать пол в небольшом помещении!

Безбожная так устала! А это ведь даже не полный рабочий день!.. Это ужин, а за день в лучшем случае аристократы едят три раза. Придется побегать, если не хочется быть съеденной на этом же столе...

Ее хозяин выглядел примерно также, как она и представляла. Глубокие морщины, пухлые обвисшие щеки, впалые глаза, надутые губы, густые брови, побритое лицо... Нос, как у орла, костлявые руки, дикий взгляд.

Прислугой работать не просто, а в Преисподней еще тяжелей! Придется хорошенько потрудиться, чтобы остаться здесь в живых...