Книга Тремира. Алькирия

Алоф не понимал, что происходит. Еще одна сестра внезапно скончалась, причем сразу после похорон Ленсии. Следующим утром мать разбудила его словами:

– Просыпайся! Твоя сестра умерла. Но это опять не Тея.

Последнюю фразу мадам Розг произнесла таким ядовито-разочарованным тоном, будто, знай она имя убийцы, она бы подала жалобу в Министерство Потребления на некачественно выполненную работу.

Алоф не воспринял ее слова всерьез, уверенный, что это лишь сон. Но внезапно кровать под ним перевернулась и вытряхнула парня на холодный каменный пол. Он почти проснулся.

– Ненавижу, когда ты так делаешь!

Попытки утянуть за собой подушку ни к чем не привели – она крепилась к перевернутому матрасу незримой силой.

С длинными растрепанными волосами и возмущенно горящими янтарными глазами, Алоф выглядел как дикий звереныш.

– Вставай быстрее, – ответила мадам Розг равнодушно. – Тебя вызывают в дом Ишты.

– Что? Кто? Зачем? – застонал Алоф, не в силах понять, чего от него хотят, и все еще пытаясь вернуться в постель в надежде, что она развернется в нормальное положение. – Это она умерла?

– Она, кто же еще! Полиция созывает вас, всех детей твоего придурочного отца. Будет общий допрос.

– А как же уроки? – Алоф повис на подушке и обратил на мать полный надежды взгляд.

В этот момент кровать, будто живая, встряхнулась и отлетела к потолку, снова сбросив Алофа на пол.

– Тебя отпускают с занятий, – сказала мадам Розг. – Тем более Пирс уехал на сборы митадов и энерговедения все равно не будет.

Алоф довольно улыбнулся и медленно поднялся. Почесывая затылок, он уставился в глубину шкафа. Он не умел быстро просыпаться, даже если сбросить его с кровати не на пол, а в окно. А происходящее все же очень походило на сон. У него в голове не укладывалось, как две сестры могут умереть с интервалом в пару дней.

«Как-то это зловеще», – думал он, сомнамбулой замерев перед шкафом.

– Для этого нужно прилично выглядеть или как обычно? – спросил он в раздумье.

– Разумеется, прилично! – Мадам Розг оттолкнула сына и нашла на полке его измятую школьную форму.

Черные рубаха, брюки и длинная мантия с капюшоном мгновенно разгладились в руках заботливой матери и полетели Алофу в лицо. Парень начал вяло натягивать брюки.

– Так от чего она умерла? – полюбопытствовал он, накидывая мантию поверх рубашки. – А она точно умерла?

– Точно. Не знаю от чего. Представь себе, они передо мной не отчитались.

Дом Ишты находился в столице Темномира, Морре, не так уж далеко от Школы Темных Искусств. Алоф никогда там не бывал, хотя в детстве иногда общался с сестрой – ее мать дружила с мадам Розг.

Много лет назад Ишта играла с ним в садистские игры вроде «Салок-зажигалок», когда она бросала огненный шар, а маленький брат со всех ног убегал от него. Или «Чики-пики пальчик выкинь» с участием распластанной на столе ладони Алофа и кинжала сестры, опасно стучащего острием между его пальцами. Но после того, как Ишта рассорилась с матерью и съехала от нее, Алоф встречался с сестрой разве что случайно.

Всю дорогу парень размышлял о странных совпадениях: исчезновение Тимота из крепости, смерть Ленсии, а теперь и Ишты. Как же эти события могут быть связаны между собой? Надежды, что никак, оставалось все меньше.

Уже на подходе к дому Алоф увидел Тею и молниеносно спрятался от нее в ближайшем переулке. Сестра к тому же стояла не одна. Опасливо выглянув из-за угла, Алоф признал в ее спутнике того самого безумного демона, которого они с Алей встретили на ярмарке в Средмире. Люкэ уверенно обнимал Тею за талию, будто девушка ему принадлежала, и с хитрым видом шептал ей что-то на ушко.

– Зря она с ним путается, – услышал Алоф бесстрастный голос Криптии у себя за спиной.

Парень так и подпрыгнул от неожиданности.

– А ты почему прячешься в переулке? – сорвалось с его губ.

– Чтобы Люкэ не заметил, что ты за ним подглядываешь, и не прибил тебя за это, – холодно ответила старшая сестра.

Криптия, одетая в красное платье и с длинным мечом на поясе, прислонилась спиной к стене. Алоф даже подумать не успел, что Люкэ мог заметить его. А ведь тот, несомненно, мог. Парень поправил соскользнувшую с плеча мантию, с завистью глядя на блестящий серебристыми ножнами меч сестры. Ему самому запрещалось носить холодное оружие до сдачи специального экзамена.

– Я не за ним подглядываю, – пробурчал он.

– Он и на похоронах Ленсии был, – сказала Криптия, мысленно наблюдая за парочкой. – Непонятно, на что ему сдалась Тея, у нее же нет мозга. Хотя его ума им на двоих хватит. И все же сомневаюсь, что наша маленькая пустышка может всерьез ему нравиться.

В это время Тея зашла в дом, а Люкэ исчез.

– Путь свободен, – объявил Алоф.

Но Криптия не торопилась последовать за сестрой. Алоф решил воспользоваться моментом и спросить об отце.

– Ничего нового, – ответила Криптия. – Но я полагаю, это из-за него нас всех собирают сегодня. Дело передано в Министерство Безопасности, в Депостайн.

– О! – удивился Алоф.

О специальном отделении Министерства Безопасности Темномира под названием Депостайн, что расшифровывалось как Департамент Особых Тайн, ходили самые разные слухи. Никто толком не знал, чем они занимаются, но все дружно придерживались мнения, что на глаза им лучше не попадаться.

Неужели таинственное исчезновение Тимота из тюрьмы сочли таким важным для Темномира событием, что расследованием занялась столь серьезная организация?

Тут Алоф заметил, что Криптия смотрит на него столь пронзительно, будто заглядывает в самую душу. Он даже несколько растерялся:

– Что?

– С тобой что-то не так, – задумчиво произнесла сестра. – Пойдем, нам пора.

– Что не так?

Алоф инстинктивно ощупал себя, но ничего особенного не заметил. Криптия уже вышла из переулка и величаво двинулась к дому недавно почившей сестры. Алоф поспешил за ней.

– Я пока не поняла что, – сказала она, входя и поднимаясь по темной лестнице. – Потом не уходи никуда, разберемся.

Гостиная встретила их громоздкой мебелью и неприветливо тяжелыми бархатными портьерами на окнах. В тусклом дневном свете присутствующие походили на призраков, упрямо отказавшихся покинуть этот мир.

Тея сидела в самом удобном кресле, согнав с него одного из братьев, Гертра. Теперь тот хмуро стоял у окна. На подоконнике второго окна, беззаботно болтая ногами, устроилась любимая сестра Алофа по имени Ликриа. Она как раз закончила заплетать выкрашенные в синий цвет волосы в длинную косу и теперь лукаво поглядывала на братьев и сестер, будто только и ждала, чтобы подшутить над их мрачными лицами. Еще двое братьев, Мирт и Токур, расположились на неудобном диване для гостей. Но больше всего внимания привлекал сидевший в темном углу незнакомец, с ног до головы укутанный в черный плащ с капюшоном. Очевидно, представитель Депостайна.

Криптия кивнула присутствующим и осталась стоять у двери. Алоф же привычно поклонился старшим. Малютка Ликриа, как звали ее все родственники, подвинулась к краю подоконника и жестом пригласила его сесть рядом, что он и сделал. Сестра задорно дернула Алофа за ленту в волосах, а он ее – за косу. Таким образом обменявшись приветствиями, они приняли степенный вид. Ликриа, хоть и старше Теи и даже Ленсии, всегда вела себя словно шаловливый ребенок.

Агент Депостайна поднялся со стула и сухо поприветствовал их. Мало того что длинный плащ с капюшоном полностью скрывал лицо и фигуру демона, даже его аура казалась тусклой и ненастоящей. Когда он говорил, у каждого из демонов в гостиной создавалось неприятное впечатление, что пронзительный взгляд агента направлен именно на него. Не представившись, он перешел сразу к делу:

– Две ваших сестры скончались совсем недавно, что не может не вызывать подозрений. Мы опросим каждого из вас отдельно, но собрали вас здесь по иной причине. Не знаю, известно ли вам, что Ору Тимот, ваш общий отец, недавно исчез из тюрьмы.

Братья и сестры в сомнении переглянулись. Агент продолжал:

– Он исчез при загадочных обстоятельствах, говорить о которых я не имею права. Если он выходил или в будущем выйдет на связь с кем-то из вас, призываю вас немедленно сообщить об этом мне или одному из моих коллег.

Перед Алофом появилась черная матовая карточка-словосыл для связи с Депостайном. Сверху на ней красовалась кроваво-красная монограмма, объединявшая буквы «Д», «О» и «Т», а внизу шрифтом помельче – имя Алофа. Каждый из присутствующих получил по такой именной карточке.

– Какое отношение исчезновение отца имеет к смерти сестер? – спросил Гертр.

– По поводу профессора Ленсии ничего не могу сказать, – ответил демон. – Но здесь, в кабинете госпожи Ишты, найдены сдерживающие браслеты Тимота. Вероятно, она помогла ему снять их.

– И что же? – спросил Мирт, неприятно усмехаясь. – От этого она умерла?

– Вполне возможно, – серьезно ответил таинственный агент.

Алые браслеты узников Крепости Темного Правителя предназначались для подавления демонических сил, а также для слежки за заключенным. Если бы Тимот не снял их, его бы быстро нашли. Алоф удивился только, что отца не поймали сразу, что он нашел время прийти к Иште. И потом, ни один демон в здравом уме не стал бы бросать браслеты, а поспешил бы их уничтожить. Все это показалось парню странным, но он не стал высказывать свои мысли вслух.

Ишта не обладала особым могуществом, но она специализировалась на оружии и магических артефактах, знала о них абсолютно все. Наверняка ей хватило бы взгляда на тюремные браслеты, чтобы понять, как их дезактивировать и снять.

– Господин следователь, – с достоинством произнесла Криптия. – Уж не намекаете ли вы, что отец убил Ишту?

– Пока рано говорить об этом, – ответил следователь. – Возможно, Тимот покинул госпожу Ишту раньше, чем пришел убийца. Но мы не отвергаем версию, что Тимот может быть причастен к ее смерти.

На лицах братьев и сестер появилось поразительно одинаковое выражение насмешливого недоверия. Хотя они плохо знали друг друга, практически не общались и более чем равнодушно восприняли смерть двух сестер, никто из них не верил, что отец имеет к этим смертям отношение. К своим детям демон относился одинаково хорошо. А когда Ишта была маленькой, он почти все время жил с ее матерью, заботясь о них обеих. Такое довольно редко происходило среди демонов, обычно ребенка воспитывал один из родителей, а то и ни один: его просто отправляли к родственникам или отдавали в детдом.

– А как она, собственно, умерла? – полюбопытствовала Малютка Ликриа все с тем же беззаботно-лукавым видом, будто речь шла о соседской морской свинке, а не о сестре.

– Анергия, – коротко ответил следователь.

Демоны вновь обменялись взглядами, на этот раз несколько встревоженными. Значит, их сестра умерла от отсутствия демонической энергии, необходимой для поддержания жизни. Отвратительная смерть.

Однако анергия не наступает сама по себе. Она может быть вызвана неудачными экспериментами с демоническими силами. Однако Ишта никогда не увлекалась подобными вещами. Скорее всего, кто-то забрал все жизненные силы из ее тела. Но почему?

– Ее лишил сил демон или монстр? – спросила Криптия.

Оба варианта представлялись возможными. Сущные монстры в больших количествах населяли Темномир. Низкоуровневые, подобные, например, шедвам, не могли убить демона, даже напасть на него не посмели бы. Но бывали и достаточно сильные твари, пожирающие энергию. Правда, в столице они обычно не встречались.

– Это был демон, – ответил следователь. – Не ниже второго ранга.

Всего насчитывалось пять рангов. Первый – высший, к которому принадлежали самые могущественные демоны. Пятый – низший, к ним относили маленьких демонят, у которых только начали открываться сверхспособности.

Хоть Тимот и обладал вторым рангом, он слишком долго просидел в тюрьме, чтобы отнять энергию у здорового демона. Как ни парадоксально, чтобы забрать жизненные силы у другого, надо и самому находиться на пике формы. По крайней мере, если не хочешь, чтобы тебя разорвало на части.

– Вероятно, он был не один, – сказал следователь, когда брат Алофа, Токур, высказался по этому поводу. – Повторяю, пока это всего лишь подозрения, одна из рабочих версий.

Больше никаких подробностей убийства Алоф так и не узнал. Департамент Особых Тайн оправдывал свое название. Единственное, что рассказали собравшимся, это что на теле Ишты не нашли следов сопротивления.

Еще по одной версии, кто-то из многочисленных врагов Тимота охотился на его детей. Братьям и сестрам рекомендовали быть осторожными, на этом общее собрание закончилось.

Затем каждого из них опросили отдельно. Кажется, следствие подозревало всех, даже Алофа. Но у него было алиби: во время убийства он вместе с Морту шлялся по мелким трактирам в каком-то захолустье. К тому же слишком молодой и слабый, он при всем желании не смог бы ни у кого забрать энергию.

По окончании опроса, пока Алоф ждал Криптию на улице, из двери, крутя кончик синей косы в пальцах, выскочила Ликриа.

– Хочешь пойти на кровавые хороводы послезавтра? – спросила она, заметив брата. – У меня есть лишний билет. Первые два танца будешь летать со мной.

– Ладно, – равнодушно ответил Алоф. – Если Теи там не будет.

Ликриа закатила глаза и издала стон раздражения.

– Не волнуйся, – ответила она. – Она теперь встречается с этим Люкэ. Они были пару раз, но больше не ходят. Он совсем шальной, – добавила она с оттенком восхищения в голосе, – ему с нами неинтересно.

– Тогда приду, – обещал Алоф, радуясь возможности бесплатно развлечься.

Он любил кровавые хороводы, но у него вечно не хватало денег на покупку билета.

Вытянув губы в воздушном поцелуе, Ликриа исчезла, и вскоре перед Алофом возникла Криптия. Теперь, пронаблюдав за братом больше часа, она сделала выводы:

– Я практически убеждена, что тебя задело какое-то заклятие. Не опасное, и тебя оно не особо касается. Ничего страшного.

Алофу все же не понравились эти новости.

– А вчера оно уже было? – спросил он, сдвинув брови.

– Нет, вчера не было.

– Его можно снять? Вдруг это связано с отцом и сестрами?

– Вряд ли связано, – ответила Криптия. – Снять заклятие я не смогу, я даже не знаю, кем, на кого или на что оно наложено. На тебе лишь ответвление. Можно попробовать снять его, но сейчас мне некогда. Приходи через семь дней.

С этими словами она растворилась в воздухе. Алоф остался на улице один. Сунув руки в карманы мантии, он быстрым шагом направился в сторону Школы Темных Искусств, хмуро размышляя о словах сестры. Ответвление заклятия! Это еще откуда взялось?