Современные чудесники: странные исчезновения

Вернувшись домой, подруги с Малышом, летающей корзинкой и полными покупками сумок аккуратно пробрались в комнату Матильды. Потом девочка прошла на кухню и вздрогнула, заметив под столом шевеление. Она одёрнула скатерть и, к своему удивлению, увидела дедушку с Мишей и Гришей. Все они были взлохмаченные, заспанные, но какие-то вдохновлённые. На полу рядом с ними стояла миска с манкой.

– Что вы делаете? – поинтересовалась Матильда.

Братья зашикали на неё, а дедушка мягко улыбнулся:

– Доброе утро! Будь добра, не наступи случайно на маленькие шарики из манки, разложенные в коридоре. Мы выманиваем подкроватного монстра из-под кровати Миши и Гриши.

– Да, – с благоговением сказал Гриша. – Дедушка говорит, что он любит манку.

– Но вы сейчас у нас под столом, а не под кроватью, – на всякий случай сказала Матильда.

Гриша закатил глаза, а дед Вася снова мягко улыбнулся:

– Мы почти уверены, что монстр точно завёлся. Но он не даёт о себе знать в светлое время дня. С помощью манки мы хотим показать ему путь на кухню – к еде. И, если повезёт, сможем лично понаблюдать за ним и выяснить, здоров ли он и не требуется ли ему какая-то помощь.

В этом был весь дедушка – он с любовью относился ко всем существам, включая подкроватных монстров. Вряд ли в какой-то другой семье волновались о том, всё ли нормально с монстром и знает ли он, где находится кухня. Скорее, это маленькое существо просто попытались бы изгнать. Но дедушка Вася давно говорил, что подкроватных монстров не стоит бояться.

– Я поняла. Продолжайте. Не обращайте на меня внимания, – Матильда вернула скатерть на место.

Она по-быстрому позавтракала и вернулась в комнату.

– Это невероятно, Матильда, – прошептала Алиса с пачкой хлопьев в руках. – Драконы в магазинах, подкроватные монстры! Не зовите меня на вечеринки, если они не похожи на эту.

– Не знаю, увидишь ли ты подкроватного монстра, – честно ответила Матильда. – Под моей кроватью монстров не заводилось. Они обычно появляются там, где есть маленькие дети-чудесники. Но мы наверняка увидим другое волшебное создание.

– Какое? – с интересом спросила Алиса, отправляя в рот целую горсть хлопьев.

Юлька поморщилась.

– Коловёртыша! – с предвкушением произнесла Матильда. – Это волшебное животное – помощник чудесника. Другими словами, выдуманное животное. Маленькие дети-чудесники обычно выводят их всего лишь благодаря своим рисункам и поделкам. Но мы уже взрослые, поэтому я купила на всякий случай набор для выведения. Для этого нужен лишь подготовить рисунок и подержать в тепле пару дней этот камень... он станет яйцом.

– И коловёртыш бутет как на нашем шишунке? – проговорила Алиса с набитым ртом.

Юль снова поморщилась и демонстративно громко вздохнула.

– Приблизительно, – ответила Матильда. – Кто зарисует?

Алиса с усилием проглотила хлопья и с энтузиазмом произнесла:

– Давай вместе! Каждая нарисует определённую часть тела, а потом объединим наши рисунки.

Матильде понравилась эта идея.

– Надо будет не забыть позвать деда на вылупление, иначе его сердце будет разбито, – добавила она.

– Ерунда, – не сдержалась Юлька. – Коловёртыши, подкроватные монстры. Разве этим кого-то удивишь сейчас, в XXI веке? Вы прямо как дети. Лучше бы занялись делом и сварили бы любовное зелье – между прочим, это было бы полезно для тебя, Матильда. Что это жужжит у меня под носом?

Матильда поспешно подхватила маленький металлический шарик, который громко вибрировал, слегка увеличиваясь в размерах. Свет в комнате погас и снова включился.

– Ничего особенного, – чуть виновато сказала Мотя.

Когда Юлька пошла в туалет, прихватив с собой смартфон, Матильда шёпотом призналась Алисе:

– В общем-то, на самом деле это определитель тяжёлого характера. Близнецы подарили мне его на прошлый Новый год. Он всегда вибрирует, когда считает, что выявил кого-то с тяжёлым характером – например, из-за острой фразы... Но, возможно, он иногда ошибается. И из-за него происходят перебои с электричеством.

Алиса отправила в рот ещё одну полную ложку хлопьев.

– О, это чудешно. Но лучше шпрячь его. Думаю, что ещё будет много оштрых фраз.

Оценив разумность её слов, Матильда без всяких комментариев быстро засунула определитель тяжёлого характера под подушку. А потом достала печенье, обмазала его сливочным маслом и разложила в углу. Рядом она ещё положила горсть старых вещиц, которые достала из ящика – копейку времён СССР, потрепанную книжку про Мойдодыра и сломанную игрушку-неваляшку.

– К вечеру должен появиться... – задумчиво произнесла Матильда. – Только всё это не трогай.

– Кто появится? Почему не трогать?

– Увидишь, – не сдержавшись, загадочно сказала Мотя. – Ну, я тогда пошла в школу. А тебе предстоит вырезать и склеивать вот эту бумажную мебель из «Каталога бумажной мебели», который я купила сегодня. Сделаешь?

– Ладно. Это для конкурса поделок какого-то?

Вернувшаяся в комнату Юлька хмыкнула, не отрываясь от своего «Инстаграма».

– Почти, – уклончиво ответила Матильда, решившая сделать подруге сюрприз. – Сделай красиво, хорошо? Выбери всю ту мебель, которая тебе понравилась. Как будто бы ты обставляешь свою комнату.

– Ладно, – Алиса открыла каталог и вдруг вспомнила. – Подожди, Матильда. А в нашей школе есть ещё чудесники?

Юлька демонстративно поморщилась от громкого восклицания. Матильда ответила:

– Ну... полшколы.

– Полшколы?

– За нами присматривают из колдодома «Хранители». Там есть Отдел по магическим делам несовершеннолетних... Лучше не попадаться этому отделу на глаза. Кстати, они уже знают, что у меня недавно появился дар. Сюда приходили из комиссии.

Юля закатила глаза и решила вмешаться в разговор:

– Не мог дар «недавно появиться». Видимо, с самого начала у тебя были какие-то магические способности...

– С самого начала у тебя были какие-то магические способности, и ты их придерживалась, – ухмыльнулась Матильде Алиса, вспомнив известную шутку. – Ладно, буду клеить бумажную мебель и ждать твоего возвращения с нетерпением, мой Гэндальф. Только можно ещё просьбу?

– Какую?

Алиса с предвкушением улыбнулась:

– Вытащи на день из книги Холмса и Ватсона.

И Матильда, не сдержав ответную улыбку, потянулась к книжным полкам.

***

В школе все чудесники из класса только и говорили, что о загадочном исчезновении Алисы Кукушкиной и превращении её отчима в кота. Из разговоров Матильда поняла, что животное отвезли к ветеринарам в магический зоопарк, где благополучно готовили к превращению в человека, но кот вёл себя агрессивно и укусил Брониславу Бурундук. Дети гадали, связан ли инцидент с исчезновениями подростков по всему миру. Из-за всех этих событий ученики даже почти не упоминали Ежегодный фестиваль волшебства, науки и искусства, который должен был состояться уже завтра.

К счастью, Есения не обратила никакого внимания на бледный вид Матильды. Подруга была занята общением с Ирой Продайводой и Игорем Каменевым. Матильда, в свою очередь, больше не пыталась заговорить с Игорем и вообще не смотрела на него. Дело было не только в том, что ей было больно из-за его слов и что она теперь рядом с ним себя чувствовала отвратительнейшим созданием – ей просто сейчас было не до него.

– Ты какая-то странная сегодня, – наконец, сказала Еся во время обеда. – Это из-за Кукушкиной?

– Да, – осторожно признала Матильда. – Как ты думаешь, у Алисы будут проблемы?

– Думаю, нет. Если она оказалась чудесницей и случайно превратила своего отчима в кота, то это просто несчастный случай. В колдодоме «Хранители» её защитят.

– А если она не чудесница?

– Тогда обычные органы опеки будут введены в курс дела.

– А потом? Что потом с ней сделают обычные органы опеки?

Настойчивость вовсе не была в характере Матильды, но сейчас она была слишком напугана и чувствовала слишком большую ответственность за благополучие своей подруги. Еся пристально посмотрела на неё и, снова помедлив, ответила:

– Что же, тогда, наверное, семью Алисы поставят на учёт. Хотя, если честно, мне Алиса не особо нравится.

Матильда с удивлением подняла голову. Она была уверена, что все вокруг в восторге от Алисы. Кроме, конечно, Иры, но та вообще не отличалась особой любовью к людям.

– Но почему?

Еся чуть поджала губы.

– Не знаю, – сказала она. – Просто она какая-то слишком... Во всём слишком. Кстати, ты обратила внимание на то, что Игорь теперь больше общается с Ирой Продайводой, чем с остальным классом?

Этот вопрос в устах Есении прозвучал небрежно, но Матильда видела, что подруга очень задета. Мотя из вежливости произнесла пару фраз в поддержку, но ей сейчас впервые за всё время знакомства с Игорем Каменевым она не тосковала по нему. И она даже не замечала, с каким удивлением он поглядывает в её сторону из-за соседнего стола, сидя рядом с Ирой.

***

На большой перемене Матильда в задумчивости сидела на ступеньках лестницы у библиотеки. Она не заметила, как из-за спины показалась добродушная старенькая уборщица Степановна. Старушка была волшебницей и знала имена всех детей вокруг, а вот школьники её имя не помнили.

– На этой лестнице обычно не сидят. Обычно по ней ходят в грязной обуви, – мягко проворчала Степановна, не отвлекаясь от мытья ступенек. – Или притаскивают в школу своих волшебных животных с грязными лапами. Или... летают над лестницей, но всё равно роняют на неё какие-то зелья.

– О, – Матильда встала. – Извините.

Степановна быстро прошлась шваброй по тому месту, где только что она сидела.

– Похоже, ты о чём-то переживаешь?

– Э-э-э... нет. Вовсе нет. Просто задумалась, – промямлила Матильда.

Степановна проницательно посмотрела на неё.

– Это неудивительно, – мягко сказала она. – Школа – одно из мест скопления чудес. Дети ходят здесь, мечтают о своем будущем, и поэтому собираются искры волшебства. Но сидеть на холодном всё же не надо, Матильда Евстигнеева, даже если ты и стала волшебницей. Что тебя тревожит?

Матильда смущённо смотрела на Степановну. Почему-то ей захотелось всё рассказать старенькой уборщице, но она не могла подобрать слов. Подумав, она сказала:

– Я э-э-э... вы когда-нибудь жалели о чём-то? Не знали, как вам поступить, если хотите помочь кому-то, но есть риск сделать хуже?

Степановна снова посмотрела на неё, поправила платочек и вернулась к мытью лестницы.

– Бабушки мои Ёжки, – пробормотала она. – Ну, я вот что тебе скажу – я осознаю, что в какие-то моменты своей жизни поступила бы по-другому. Но я ни о чём не жалею.

Пожилая уборщица обернулась и улыбнулась Матильде.

– Волшебство – это не суметь не ошибаться. Это суметь исправить ошибки. Я не знаю, что у тебя случилось, милая, но могу посоветовать тебе три вещи – поешь, поспи и расскажи обо всём тому, кто тебя любит. Это обычно помогает. Ах да, и обязательно прими участие в фестивале волшебства.

Степановна взяла ведро в руки и начала исчезать в белом свете.

– Кстати, тебя искала какая-то девица с разноцветными волосами. На первом этаже у раздевалок, – сказала она прежде, чем растворилась в воздухе.

Матильда выбежала к раздевалкам и наткнулась на Юльку.

– Что ты здесь делаешь? – поразилась она. – Ты разве не должна быть в своей школе?

– Я отпросилась с уроков и ищу Антона Каменева. Хочу дать ему временное любовное зелье, пока у вас обед, – будничным тоном произнесла Юлька.

– Что? Как тебя впустили?

Вместо ответа Юлька молча протянула ей определитель тяжёлого характера. Он жужжал без остановки, и в раздевалках стал мигать свет.

– Эта штука глушит технику, поэтому я просто прислонила её к турникетам на входе и прошла. Охранник читал газету, – Юлька деловито осмотрелась и, не теряя больше времени, решительно двинулась в сторону столовой. – Твоя подруга Алиса сказала, что это определитель классных девушек. Это так?

– Почти, – Матильда поспешила за ней. – Юля, что ты задума...

– Тш-ш-ш! – Юля остановилась у стеклянной стены, заглядывая через неё в столовую. – Я вижу Антона, вот он! И я тебе сейчас скажу, что делать.

***

Когда Матильда, наконец, вернулась домой, в коридоре её чуть не сбило с ног что-то чёрное, которое пронеслось мимо. Девочка замерла – ей показалось, что она видела крупное животное. Откуда-то выскочил Гриша и понёсся за зверем.

– Привет, я потом всё объясню! – крикнул он Матильде на ходу.

Следом выбежал очень воодушевлённый дедушка. За ним летела феечка с камерой.

– Мы наблюдаем уникальное явление, – восхищённо проговорил он перед камерой в микрофон. – Главное для нас – не спугнуть его, ведь он сам нас боится. Привет, Мотюшка!

Миша побежал за ними:

– Подождите меня!

Матильда повернулась к бабушкам, которые с улыбками вышли к ней в коридор. Они всегда встречали её с такой теплотой, как будто она возвращалась из дальних поездок, а не из школы. Матильда никак не могла привыкнуть к их заботе, ведь они переехали сюда не так давно.

– Привет, а что происходит? – поражённо спросила Матильда у них.

– О, ничего особенного, дорогая, – сказала бабушка Светлана, забирая у неё куртку. – Они выманили подкроватного монстра и теперь наблюдают за ним.

– Василий говорит, что это важное открытие, потому что монстр оказался добрым. Хотя я просила – никаких монстров до ужина, – добродушно проворчала бабушка Маргоша.

Матильда прошла вперёд и увидела на кухне незнакомых пожилых чудесников в пижамах, которые что-то обсуждали. Над ними тоже летали феечки с камерами. Мотя поспешно сделала несколько шагов назад, пока её не заметили.

– А там что такое?

– Ничего особенного, – бодро ответила бабушка Светлана. – Международная конференция зоологов из колдодома «Учёные». Собрались в связи с обнаружением подкроватного монстра. Боюсь, тебе лучше поесть у себя в комнате, дорогая. Юля ждёт тебя там, а твои родители ещё на работах.

– Международная конференция? У нас на кухне?

– Я им говорила, – всплеснула руками бабушка Маргарита.

Матильда поспешила по лестнице к себе, где её давно дожидалась подруга.

– Я отнесу поднос с едой в твою комнату, – ласково произнесла бабушка Светлана.

– О! Спасибо большое.

– Для тебя и Алисы Кукушкиной, – негромко добавила она.

Матильда замерла, уставившись на лица своих бабушек.

– Вы знаете? – выпалила она.

– Конечно, с самого начала. Ты надеялась скрыть это от меня, забыла, какой у меня дар? – поинтересовалась бабушка Света.

– Никогда не стоит скрывать такое от своей семьи, – добавила бабушка Маргарита. – Мы ничего ещё не сказали твоим родителям – надеялись, ты скажешь сама.

– Ох. Понимаете, я...

Их разговор прервала Юлька, которая выскочила из комнаты вместе с красивым парнем. Матильда вздрогнула, но, приглядевшись, поняла, что это персонаж сериала.

– Матильда, любовное зелье, по-моему, не сработало, – заявила Юлька, не теряя времени на приветствия.

– Батюшки Ёжки, какое ещё любовное зелье? – снова всплеснула руками бабушка Маргарита.

Она вовремя сделала шаг в сторону, так как рядом опять проскочил подкроватный монстр, за которым пронеслась целая колония из близнецов, дедушки, учёных и феечек-операторов. Юля не обратила на это никакого внимания. Матильда заметила, что Алиса стоит в дверях её комнаты и осторожно наблюдает за всем происходящим.

– Любовное зелье, которое я дала одному парню из школы Матильды. Антону Каменеву, – ничуть не смущаясь, пояснила Юля. – Я добавила эликсир в его чай в столовой.

Бабушка Маргарита в ужасе прижала ладони ко рту:

– Юлечка, ты и правда сделала это? Влюбила его силой? Как же так можно?

– Юля обещала, что это всё временно и что она всё это время будет с ним просто разговаривать, – быстро сказала Матильда. – Без поцелуев и даже объятий. Ничего против его воли.

– Это всё неважно! – Юля с досадой взмахнула руками, чуть не задев поднос с едой, который летел мимо неё в комнату. – Зелье не сработало вообще.

– Как так? – заинтересовалась бабушка Светлана. – Он его принял?

– Принял, а потом я быстро вернулась домой. Но он до сих мне не позвонил и не написал. Мне это не нравится. Боюсь, я взорву сейчас что-нибудь.

Бабушки и Матильда поспешили по лестнице наверх. Алиса быстро скрылась в комнате.

– А может он и так влюблён в тебя? – предположила бабушка Света. – Поэтому ничего не изменилось. Всегда трудно предсказать последствия попыток влюбить в себя человека. Я знала девочку, которая использовала эликсир уверенности в себе, чтобы понравиться молодому человеку. И знаете, чем всё закончилось?

Никто не спросил: «Чем?», и бабушка Света продолжила:

– Юноша потерял к ней интерес. Потому что она нравилась ему другой – робкой, смешной, неуверенной в себе – такой, какая она была на самом деле. А ещё одна моя знакомая приворожила любимого. И всю жизнь промучилась с ним, потому что они были очень несчастны вдвоём. А тот человек, который был в неё влюблён по-настоящему, всё это время жил по соседству, только вот она не замечала, насколько они подходят друг другу.

– Бабушка, но это же временное зелье! – прошипела Юля. – Ничего такого плохого я не сделала.

– Ох, а мы это ведь ещё не знаем, – запричитала бабушка Маргарита. – Может быть, печальные последствия этого ещё будут. Твоя мама была бы...

– Мамы тут нет, – жестко сказала Юля. – И потом, она даже не звонит мне второй день. Ни она, ни папа. И не отвечают на мои сообщения, хотя появляются в онлайне. Явно слишком заняты, чтобы заниматься дочерью.

–Ну, ладно. Не будем сейчас ругать девочек в будний день, у них завтра фестиваль. Поругаем в воскресенье, – сказала бабушка Света Маргоше.

***

Матильда рассказала Алисе все новости, а потом встала в угол комнаты и изучила коробку с печеньем, которую оставила тот утром. Некоторые из них были надкусаны, с некоторых пропало масло.

– Афонасий, – позвала Матильда, оглядев комнату. – Я знаю, что ты здесь. Выйди, пожалуйста, хранитель дома.

Книжный шкаф затрясся. Алиса отложила пакет с сухариками, напряжённо глядя в ту сторону. Мотя осторожно сделала шаг назад, Малыш залаял. Стопка книг на полке отодвинулась в сторону, и прямо из шкафа появилось небольшое существо. Оно напоминало старичка с очень длинной бородой, имело длинные уши и тонкие пальцы. На странном создании была длинная белая рубаха, штаны и лапти. Синеглазка тут же спрыгнула со шкафа и потёрлась о его ноги.

– Это Афоня, наш домовой, – сказала Матильда. – А это Алиса, наша гостья.

Существо сощурилось и оглядело Алису с ног до головы. Домовой выглядел внимательным и серьёзным. Но если присмотреться, то можно было понять, что его лицо как будто было разделено на две половины – одна из них была мягкая и добродушная, а вторая – хмурая.

– Новое лицо в доме, – спокойно произнёс домовой. – К добру или к худу?

– Считается, что домовой – дух одного из предков семьи, – рассказала Матильда Алисе. – Он охраняет наш дом, может предупредить об опасности или переменах. Если он становится чёрным, то значит, предчувствует беду. Также он может принимать облик кого-нибудь из членов семьи и менять дом. Поэтому я его и вызвала.

– Ага-сь, – снова спокойно сказал Афоня. – Я так и понял. Подарки видел.

– Домовые очень любят сладости и старинные вещицы, – пояснила Мотя. – Знала бы ты, как он скучает по деревням и русской печи. В современных домах они не очень любят появляться.

Глаза домового снова сузились.

– Потому что люди уничтожили деревни! Уничтожили печи! Всё, что нам, домовым, было дорого, – запричитал он. – Сколько пропало волшебства! Сколько исчезло волшебных существ! Теперь они только в сказках! Которые вы всё равно не читаете! Нам только и остаётся, что собирать старые вещи!

Афоня схватил неваляшку и с любовью прижал её к себе. Мотя нерешительно положила руку ему на плечо.

– Ну... мир меняется, – неловко произнесла она. – Некоторые вещи уходят навсегда.

– «Уходят навсегда»! – передразнил домовой. – Может быть, и мне уйти?

– Афоня, – твёрдо сказала Матильда. – Ты нужен дому. Я тебя и вызвала поэтому... Помоги создать комнату для Алисы.

Домовой и Алиса оба удивлённо уставились на Матильду.

– Без помощи и одобрения домовых нельзя наколдовывать серьёзные изменения в доме – например, создавать новые комнаты и мебель, – пояснила Мотя подруге. – Только цвет обоев можно менять и всё такое...

– А она кто, новый член семьи? – Афоня снова с подозрением посмотрел на Алису.

– Нет. Просто Алисе нужна помощь нашего дома. Ей некуда идти.

Афонасий переводил взгляд с одной девочки на вторую. Внезапно он вышел вперёд и стал вытягиваться до тех пор, пока не стал выше их ростом, и превратился в маму Матильды. Мотя и Алиса обе невольно вздрогнули – сходство было удивительным.

– Мать знает об этом? – спокойно спросил домовой. – Семья знает?

– Почти никто не знает, – помедлив, призналась Мотя. – Но я потом расскажу.

Афоня приподнял бровь. Внезапно Матильде стало жутко – она смотрела на свою мать, но понимала, что это не она, а нечто потустороннее.

– Ты же знаешь, что Алиса пришла сюда с благими намерениями, – быстро сказала Матильда. – Иначе бы ты её давно уже выгнал.

– Я с благими намерениями, честно, – поспешно вставила Алиса. – И э-э-э... извините, что утруждаем. Спасибо за гостеприимство...

Последнее слово, кажется, понравилось хранителю дома. Она снова сощурился, пристально глядя на Алису, а потом медленно обернулся в себя самого, снова став маленьким. Афоня повернулся к Алисе добродушной стороной.

– Ага-сь, – дружелюбно сказал он. – Вы приготовили то, что надо?

– Да, – Матильда показала ему на вырезанную Алисой из бумаги мебель.

– Где будет комната?

– Думаю, в шкафу.

Домовой провёл рукой над поделками, и они исчезли в золотистом свете. После этого он навёл руку на гардероб с треугольной «крышей», и тот осветился тем же светом. Дверца приоткрылась. Матильда и Алиса зашли туда и оказались в роскошной мансарде. Здесь была большая кровать, пушистый ковёр салатового цвета, письменный стол со стулом, кресла, камин, большая лежанка для Малыша. По обе стороны от большого окна с подоконником-сиденьем, на котором так уютно лежали подушки, было множество книжных полок. Да, это действительно был дом мечты.

– Ура! – завопила Алиса, с разбегу плюхаясь на кровать. – Я жила для этого мгновения! Господи, Матильда, спасибо огромное! Я даже не знаю, как благодарить тебя и то создание... Где оно, кстати?

Подруги вышли из мансарды, но домового уже не было. Лишь кошка Синеглазка задумчиво посмотрела в сторону книжного шкафа, но потом отвернулась и спокойно пошла изучать новое помещение в доме.

Матильда помогла Алисе перенести в комнату вещи, и Алиса тут же разложила там свой шалаш. И некоторое время подруги провели в мансарде вместе, раскладывая вещи и попивая горячий чай. Матильда в последний раз вычитывала свой сценарий для фестиваля, а Алиса рассказывала ей про события дня.

«Пора уже сказать Матильде или нет?» – задумался домовой, втайне наблюдая за девочками.

Но, так и не решившись ни на что, щёлкнул пальцами и исчез.

***

За ужином Алиса за обе щёки уплетала картофельное пюре с куриными котлетками и овощами, приготовленные бабушкой Светой.

– А потом Матильда просто превратила моего отчима в кота! – с восторгом рассказала она бабушке Светлане, почему-то сразу поняв, что той можно доверять.

– Не уверена, дорогая, что это стоит выставлять как нашу козырную карту, – мягко ответила та.

– Ладно. А потом Матильда просто превратила моего отчима в кота, – произнесла Алиса уже спокойно.

– Так лучше, – бодро ответила Светлана.

– Батюшки, бедненькая, как же тебе тяжело жилось в семье, – покачала головой бабушка Маргоша, накладывая Алисе добавки. – Мы должны обратиться в колдодом «Хранители». Возможно, они пойдут навстречу, хотя обычно не вмешиваются в дела обычных людей. Надо составить хорошее обращение. Я займусь прямо сейчас. Никто не видел мои очки?

– Они порхали в коридоре над люстрой, – отмахнулась Юлька. – Почему же всё-таки не сработало любовное зелье? Я устала от всех этих проблем.

– Что ты, Юлечка, у нас нет никаких проблем, – сказала Маргоша.

– Никаких проблем? У вас по квартире бегают учёные и подкроватный монстр. А по всему миру пропадают подростки-чудесники.

– Кстати, по поводу исчезновений есть новости, – объявила бабушка Света. – Сыщик Феладиум Скорнелли предполагает, что... нечто, которое заставляет подростков исчезать, каким-то образом выбирает определённых детей. Ему это зачем-то нужно. Но зачем – пока никто не знает. Ясно одно – эти нападения по всему миру не прекратятся до тех пор, пока не найдут преступников. И было бы неплохо, если бы я внесла свой вклад в расследование.

– Бабушка, – вздохнула Матильда.

– Я читала море детективов, моя дорогая.

– Это и будет наша козырная карта? – осведомилась Алиса с набитым ртом.

– Возможно. И ещё следует учесть, что у меня есть контакты сыщика Феладиума Скорнелли, – бабушка похлопала рукой по карману своего халата, где лежал её телефон. – Я попробую выяснить, что происходит, мои дорогие Ватсоны. А завтра я и пара бабушек твоих одноклассников, Матильда, идём вместе накладывать новые чары Защиты на наши дома. Кстати, надо будет не забыть пару трав.

И она поспешила выйти из комнаты, намереваясь проверить свои запасы.

Остаток вечера вся компания провела, исследуя подкроватного монстра вместе с дедушкой, близнецами и кучей незнакомых людей. Монстр был похож на помесь гигантской выдры и медведя, но в целом оказался довольно тихим и пугливым зверьком. Матильде даже удалось его погладить после того, как он осторожно обнюхал её руку. А вот коловёртыш пока не вылупился. Мотя попросила деда на всякий случай проверить яйцо, и он сказал, что всё в порядке.

– У коловёртышей нет конкретных сроков вылупления – у каждого из них всё индивидуально, – сказал дед Вася, любовно поглаживая яйцо. – Давайте обернём его в тёплую шаль, положим в кресло и сверху оставим маленькую камеру. Пусть она передаёт видео с яйцом тебе на телефон в реальном режиме, чтобы ты могла следить за ним. И я бы тоже хотел подключиться к этому наблюдению.

Когда родители вернулись домой, Матильда привела в коридор Алису и всё рассказала отцу и матери.

– Так значит, твоя подруга сбежала из дома? – рассеянно спросил папа.

– Да, – тихо ответила Матильда.

Пару секунд оба родителя молча переводили взгляд со своей дочери на гостью.

– Ясно, – первым сказал отец. – А какой у меня пароль от электронной почты?

Мама покачала головой и вышла вперёд, сочувственно улыбнувшись Алисе.

– Добрый вечер, – ласково произнесла она. – Наш дом всегда открыт для друзей дочки.

– И других диковинных созданий, – добавил папа.

***

Матильда Алиса и Юля проснулись среди ночи.

– Что это за звук? – сонно спросила Алиса. – Как будто из приоткрытого окна дует... Но как-то жутко...

Девочки, Малыш и Синеглазка повернулись в сторону двери. Матильда и правда услышала звук сквозняка. Она приоткрыла дверь и выглянула в коридор, но свет на лестнице и на кухне резко погас. Матильда почувствовала, как холод пробежал по позвоночнику. Она не могла объяснить причины этого, но ей было страшно.

Алиса и Юлька встали за её спиной.

– Я знаю, что это, – коротко сказала Юля. – Это порвуш. Я всё ждала, когда он появится.

– Кто? – хором спросили Матильда и Алиса.

Юлька закатила глаза.

– Порвуш – чудовище из детских страхов. Чем-то напоминает бугимена. Оно возникает в тот момент, когда у ребёнка проявляются волшебные силы, и преследует его до тех пор, пока тот не сможет его победить. Победишь это чудовище – и, считай, стала настоящей чудесницей.

Матильда начала припоминать – что-то она об этом слышала.

– А если я не смогу его победить? – небрежно спросила она.

Юля издала короткий смешок:

– Не глупи, все побеждают. Порвуша обычно встречают гораздо раньше, но ты явно исключение, потому что твои способности поздно проснулись. Я своего порвуша победила ещё в 11 лет. И меня сразу зарегистрировали как чудесницу.

Она помолчала некоторое время и неохотно добавила:

– Ну, ладно, не совсем я победила, мне мама помогла. Мне иногда кажется, что она меня ни к чему не допустит.

Чудофон Игорь засветился, отыскивая информацию в чудосети.

– «Победа над порвушем в мире чудесников считается своеобразным переходом из детства в подростковый период, – зачитал он. – Принято считать, что именно после этого момента ребёнок перестаёт бояться темноты и отпускает свои старые страхи. Универсальных чар против чудовища не существует – каждый должен использовать свой способ. Чем раньше будет побежден порвуш, тем лучше, иначе он разрастётся, станет сильнее и страшнее. В этом случае иногда даже приходится вызывать колдодом «Стражи»»...

– Иди прямо сейчас, – посоветовала Юля и, ничуть не смущаясь, достала пачку мармеладных червей. – Хоть развлечёмся.

Матильда взяла со стола книгу «Чары защиты» и чудофон. Пролистнув томик, она не нашла ничего подходящего, ведь никакие из этих чар ещё не было ей подвластны. Да и как можно было победить чудовище? Его что, следовало убить? Оно боится воды, огня, высоты? С другой стороны, если уж дети могут одолеть порвуша, то ей, Матильде, должно быть стыдно? И она, вздохнув, взяла книгу, смартфон и вышла в коридор. В коридоре она прихватила старую деревянную швабру – если с магией не выйдет, она хотя бы попробует отбиться. Честно говоря, надежды было больше на швабру...

Юля осталась у двери с мармеладом, а Алиса начала спускаться по лестнице вслед за Матильдой. Мотя обернулась и посмотрела на неё:

– Ты что, тоже хочешь пойти?

– Конечно. Ты же идёшь, – спокойно ответила Алиса, забирая у неё из рук книгу. – А я не могу тебя оставить одну. Составлю тебе компанию в этом, как сказал бы Боря Брусникин, сомнительном мероприятии.

– Я думаю, тебе лучше остаться. Это может быть опасно.

– Тогда тем более я иду с тобой. Мы же лучшие друзья.

– Правда? – тихо спросила Матильда.

Её сердце забилось быстрее. Девочка сама даже не заметила, что Алиса действительно стала её лучшим другом. Осознание этого её и обрадовало, и немного смутило – всё-таки она не была уверена, что она сможет надолго удержать внимание такого необыкновенного человека, как Алиса. Но, возможно, стоит просто ценить этот момент, пока её подруга рядом с ней?

– Конечно, правда, – ответила Алиса. – Чего ты сомневаешься?

– Тогда иди за моей спиной и, если что, сразу беги, – более уверенно сказала Матильда и слегка улыбнулась.

– Матильда, если мы и побежим, то вместе, – твёрдо сказала Алиса.

Девочки начали осторожно спускаться с лестницы, а звук сквозняка становился всё громче. Форточка на кухне внезапно распахнулась, и занавески поднялись от ветра, словно испуганно предупреждая о необходимости уйти отсюда. Матильда включила фонарик на чудофоне, чуть дрогнувшей рукой осветила коридор, шкафы, дверь в туалет. И тут в шкафу как будто что-то ударилось об стенку. Матильда и Алиса от неожиданности пропустили ступеньку и упали. Когда они поднялись, помогая друг другу, дверца шкафа была открыта. Матильда поправила очки, всматриваясь в сторону кухни. Она заметила, что скатерть на столе сбилась. А это значит...

– Он там, – одними губами произнесла Матильда, показав в сторону стола.

Алиса кивнула и посерьёзнела.

– Матильда! – вдруг громко прошептала Юлька. – Вернись!

Мотя подняла голову и удивилась – она никогда раньше не видела сестру такой напуганной. Юля смотрела на них сверху вниз, вцепившись в перила. Разноцветные волосы падали на белое лицо, глаза были расширены.

– Что такое? Ты же сама когда-то победила порвуша, – удивилась Матильда.

– Нет! – отчаянно зашептала Юля. – Я не побеждала! Это сделала моя мама! Вернись, мне страшно! Ты не сможешь!

Но было уже поздно. Матильда поняла, что чудовище уже знает о её присутствии. Стол на кухне затрясся, скатерть слетела, и Мотя увидела его. Порвуш представлял собой что-то большое и чёрное, похожее на сгусток дыма. Он вылетел из-под стола и врезался в кухонный шкаф. Было в нём нечто опасное, ужасающее, смертельное.

– Это разве чудовище? – осведомилась Алиса за спиной у Матильды. – Больше похоже на маленький ураган.

Матильда приблизилась, вглядываясь в клубы дыма. Интересно, почему её порвуш принял именно такую форму? Мотя огляделась, и тут ей пришла в голову мысль, что чудовище можно согнать к окну, и оно улетит. Но порвуш резко налетел на неё и сбил с ног. Матильда упала на пол, успев лишь мимолётно изумиться тому, что монстр, хотя и был неосязаем, смог нанести ей удар.

– Надо использовать «Чары Защиты», – произнёс чудофон Игорь.

Алиса размахнулась и кинула в порвуша книгу, но та лишь пролетела сквозь него.

– Я имел в виду другой способ использования книги, – констатировал чудофон. – Справка: паника – чувство страха, которое настолько сильно, что подавляет логическое мышление.

Матильда использовала несколько чар, но все они помогли мало. Тем временем, порвуш летал по кухне и врезался в предметы, угрожая сбить её и Алису с ног. Он снёс с холодильника магнитики и чуть не свалил семейные портреты. Когда он пролетал совсем рядом с Матильдой, девочка споткнулась и чуть не упала спиной на стол – её спасло лишь то, что чудовище оказалось у неё за спиной и случайно толкнуло её в другую сторону. Чёрный вихрь поднял с пола разлетевшиеся салфетки, маленькие ложки и книгу о чарах.

– Матильда! – в ужасе кричала Юля, но спуститься не решалась.

Алиса кинулась на порвуша, но лишь проскочила сквозь него – и когда клубы чёрного дыма соприкоснулись с ней, её лицо потеряло осмысленное выражение, она покачнулась. Матильда поняла, что подруга сейчас потеряет сознание. Она бросилась к ней. Порвуш отлетел на некоторое расстояние – явно чтобы толкнуть Алису, но Матильда встала между ними, загородила спиной подругу и подхватила её под мышками. Она ждала нападения, но ничего не происходило. Не оглядываясь, Матильда быстро положила Алису на диван, но порвуш резко вылетел откуда-то справа. Матильда споткнулась, врезалась в кухонный стеллаж на колёсах, и, прежде чем успела понять, что он сейчас рухнет на неё, упала. Но сверху на неё полетели лишь баночка со специями и корзинка с цветами. Матильда изумлённо подняла голову и увидела, что стеллаж при падении замер в воздухе в нескольких сантиметрах от неё.

После этого Матильда услышала короткий вздох, обернулась, и на том месте, где был порвуш, увидела черноволосого подростка. Он указывал рукой на стеллаж, придерживая его чарами. Его напряжение выдавали только нахмуренные брови. Наконец, стеллаж встал на место.

Алиса, прихрамывая, подошла к Матильде и протянула руку. Та встала, и обе девочки уставились на незнакомца. Он теперь смотрел на Матильду ледяным взглядом, но складочки между бровями ещё остались. Девочка заметила у него брошку-переводчик и догадалась, что он иностранец. Это был худой, очень высокий подросток лет шестнадцати. Что-то мрачное ощущалось во всём его образе – чёрная рубашка, чёрный пиджак, серые джинсы, бледная кожа, чёрные волосы ниже ушей, пара прядей у лица чуть короче. Один его глаз был синий, другой – двухцветный, сине-карий, что напомнило Матильде океан и сушу. На руке юноши она заметила браслет из толстой красной нити. Это показалось ей смутно знакомым, но она не могла вспомнить, где видела его.

– А куда делось чудовище? – наконец, спросила Матильда.

Незнакомец скрестил руки на груди:

– Я и есть чудовище.

– Ох, – отозвалась Алиса. – Это как-то... не по канону.

Гость не обратил на её слова никакого внимания. Он смотрел на Матильду.

– Поздравляю вас, мисс, вы не справились с заданием, – сухо сказал он.

– Спасибо за поздравление, – бойко ответила Алиса вместо подруги. – А вы, собственно, кто?

Гость смерил её взглядом, в котором не было ничего хорошего. А потом снова посмотрел на Матильду:

– Меня зовут Бенедикт Байерс, я ваш куратор. Смею вас заверить, что сам не нахожу это известие радостным. И к вашему сведению, настоящих порвушей колдодом «Хранители» давно не высылает в семьи чудесников – на дворе не Средневековье. Все порвуши – на самом деле временно обращённые в них кураторы. А настоящих порвушей осталось совсем мало, несколько из них живут в магических зоопарках. Предполагалось, что вы знаете об этом, как внучка чудесника-зоолога.

Определитель тяжёлого характера тут зажужжал, как сумасшедший, и подкатился к Бенедикту. Байерс бросил на него мрачный взгляд. Матильда почувствовала себя жутко скованно при виде этого юноши, которому она явно не нравилась. И это её куратор? Феноменальное невезение.

– Как это – куратор? Ты явно ещё школьник, – вызывающе произнесла Юлька, подходя к ним.

Бенедикт Байерс без интереса посмотрел на неё.

– Мне шестнадцать. И колдодому всё равно, кто будет куратором чудесника, если он сам является волшебником и если он старше своего... подопечного.

С этими словами он открыл карман своего пиджака. Оттуда сразу же вылетела полупрозрачная чёрная бабочка, села на стол и превратилась в волшебный паспорт.

– Чары Хранения, – с достоинством сказал он, поймав удивлённый взгляд Матильды. – Они позволяют превращать документы и ключи в небольшие летающие предметы, которые никогда не теряются. Странно, что вы удивлены, мисс, учитывая, что то же самое заклинание наложено на ключи в небезызвестной гостинице «Дом Рождества»...

Матильда, Алиса и Юлька склонились над паспортом. Судя по информации в личных данных, Бенедикт был британцем, но дальше...

– Тут написано: «Колдодом – «Тёмные маги»»! – сразу воскликнула Юлька.

– А затем – «Хранители», «Учёные», и «Искусство» – мрачно произнёс Бенедикт. – Следует читать внимательнее. Надеюсь, это все вопросы.

Но на одной из страниц паспорта Байерса действительно было сказано: «Является куратором волшебницы Матильды Евстигнеевой. Назначен Отделом по магическим делам несовершеннолетних колдодома «Хранители»». Мотя ещё заметила строчку: «Особенные способности: дар разума – перемещается с помощью силы мысли».

Юлька с недовольным видом вернула паспорт гостю.

– Нет, это не все вопросы, – упрямо заявила она. – Нас ещё интересует, какого лешего колдодом присылает в дом несовершеннолетних чудесников тёмного мага.

– А также юного учёного и хранителя, – спокойно произнёс Бенедикт. – Остальные вопросы – к колдодому. Будем терять время и дальше, или позволите мне поговорить с моей подопечной наедине? И угомоните, наконец, эту жужжащую штуку, чем бы они ни была.

Он говорил своим глубоким голосом с такой холодностью, что даже Юлька стушевалась и машинально сделала шаг назад. Алиса переводила взгляд с Матильды на Бенедикта. Матильда слегка ей кивнула, и подруга, пожав плечами, вышла из кухни, прихватив с собой определитель. Юлька пошла за ней.

– Садитесь, пожалуйста, – сказала Матильда, и только тогда гость сел. – Извините за этот не самый тёплый приём. Мы не ждали гостей, а мои подруга и сестра, они... волнуются.

– Я не нахожу это удивительным. Это стандартное поведение светлых чудесников.

– Мы могли бы общаться на «ты», – робко произнесла Матильда.

В английском языке слова «ты» и «вы» не разделяются, но брошка, видимо, автоматически переводила так реплики Бенедикта из-за его официального тона. Он говорил странно – как-то по-книжному, хотя это тоже могли быть особенности перевода брошки. Пожав плечами, Матильда начала наливать чай с лимоном и поставила перед гостем вазочку с печеньем.

Девочка могла бы поклясться, что Бенедикт голоден, но он церемонно отпил чай, не притрагиваясь к еде. Краем глаза Матильда заметила под столом небольшое пушистое животное, похожее на чёрную лису, и вздрогнула – но это, очевидно, был коловёртыш гостя. Зверёк суетливо обнюхивался. Девочка придвинула к нему миску с кошачьей едой, и он радостно зачавкал.

– Тише, Прескотт, – произнёс Бенедикт и посмотрел на Матильду, сузив глаза.

– Вы не любите светлых чудесников? – робко спросила она.

– Нет.

– Почему?

– Потому что вы, светлые чудесники, всегда думаете, что поступаете хорошо. Но на самом деле может быть наоборот.

– А что, тёмные волшебники поступают лучше?

– Они понимают, что поступают плохо. И поступают плохо.

– По-моему, не обязательно так. У нас в младшей школе учился один тёмный волшебник, он умел притягивать к себе предметы. Он постоянно притягивал чужие игрушки, карандаши, пеналы и оставлял у себя. Но он считал это не воровством, а хорошим поступком. Этот мальчик часто терял свои вещи и считал, что, крадя вещи других, он «забирает своё у Вселенной». Так он и говорил. И я думаю, не магия делает кого-то плохим, а кого-то хорошим. Мне кажется, всё зависит от человека.

Матильда почувствовала себя глупо под пристальным взглядом Бенедикта, в котором не было никакой симпатии.

– Ты не похожа на чудесницу, – заявил он. – Какой у тебя дар? В личном деле не было сказано.

Брошка-переводчик или сам гость, видимо, поняли предложение Матильды разговаривать на «ты». Но ситуация не улучшилась.

– Я сама пока не знаю, – растерялась девочка. – Я иногда чувствую эмоции других людей и могу обращаться к природе.

Прескотт вылез из-за стола и начал обнюхивать углы на кухне.

– Он чувствует тёмную магию, – Бенедикт обвёл взглядом помещение.

– Не может быть!

– Тебе не следует обманывать меня, раз уж я вынужден выполнять эту не для всех приятную работу, – куратор приподнял брови. – Тёмное заклинание? Или зелье?

– О. Тогда да. Любовное зелье, – Матильда жутко смутилась. – Но это не я. Его э-э-э... варили в этой квартире.

Бенедикт отправил ей уничтожающий взгляд.

– Кто?

Матильда скрестила руки на груди.

– Неважно, – твёрдо сказала она.

– Тебе следует знать, что у так называемого любовного зелья будут последствия, – процедил Бенедикт. – Оно может помочь вызвать у любовь, но взамен заберёт её у других. Я сообщу об этом в колдодом.

С этими словами он встал и подставил локоть своему коловёртышу. Зверёк тут же прыгнул к нему на плечо. Подумав о чём-то, Бенедикт снова посмотрел на Матильду.

– Напомню, что сейчас не следует выходить в подъезды и на улицу в одиночестве, – сказал он. – Тебе нужно ограничить свои передвижения и постоянно находиться под присмотром взрослых квалифицированных чудесников.

Матильда внимательно посмотрела на него.

– Это из-за исчезновений подростков? – быстро спросила она. – Ты думаешь, что они продолжатся?

– Я не думаю. Я уверен в этом.

– И в России тоже?

Бенедикт задумчиво провёл пальцем по переносице.

– Мисс, твоя страна будет следующей, где исчезнет подросток.

– Почему ты так думаешь?

– Потому что в твоей стране этого ещё не было. Логично, что она будет следующей, – холодно сказал он, глядя на неё со снисхождением.

Помедлив, словно решившись, Бенедикт вытащил из кармана подвеску на красной нити – такую же, как у него. Он положил его перед Матильдой вместе со сложенным вдвое маленьким листком бумаги.

– Надень это, – нехотя произнёс он. – С его помощью ты можешь позвать меня в те моменты, когда это будет необходимо. Но не думай, что это будет для меня приятным. Не считай, что мы друзья. Не добавляйся в соцсетях и не присылай мне дурацкие картинки по праздникам.

– Куда не присылать-то? Ты не оставил свой номер, – заметила Матильда.

Он ничего не ответил – отвёл взгляд и исчез, закружившись в клубах дыма, по форме похожих на летучих мышей. Девочка даже услышала, как хлопают их крылья.

Матильда, всё ещё вся красная от этого неловкого разговора, открыла записку. Такие листки явно прилагались при покупке к подвескам, потому что там было сказано: «Уважаемый(ая) получатель подвески, чтобы позвать меня, дотроньтесь до неё двумя пальцами. Искренне ваш, владелец второй подвески». Бенедикт Байерс, её не самый дружелюбный куратор, вряд ли бы составил такое сообщение сам.

Алиса подошла к ней, ободряюще положила руку ей на плечо и заглянула в записку.

– Что же, по крайней мере, он искренне наш. И я считаю, что мы теперь просто обязаны закидать его картинками на Рождество. Не хочешь перекусить? Очень надеюсь, что поедание шоколада в два часа ночи уже можно назвать ранним завтраком.

Но у Матильды были большие сомнения в этом.

***

– В завершение нашего новостного выпуска отметим, что новых исчезновений подростков-чудесников пока не зафиксировано, – сказала Клементина Прятская. – Неужели это означает, что данные таинственные преступления, наконец, прекратились? На эти и другие вопросы в ближайшее время должен ответить знаменитый сыщик Феладиум Скорнелли. Ну, а пока мы расскажем вам про грандиозный праздник леших в Казахстане...

Окончание программы «Добрый вечер, чародеи» Эра-Роза Красавина уже не дослушала. Она подошла к окну и уставилась на тёмную улицу. Что-то привлекло её внимание – создавалось впечатление, что там, во дворе, за ней кто-то следит.

«Я видела фильм ужасов, который начинался точно так же», – сказала бы Алиса Кукушкина, но её здесь не было.

Эра-Роза сощурилась, рассматривая пустой двор. Качели на детской площадке слегка покачивались на ветру, а в помойке рылся гном, которого она не сразу заметила. Значит, это его присутствие она ощутила, и ничего страшного нет. Кроме того, Эра-Роза мысленно напомнила себе о защитных чарах вокруг дома. Но... успокоение почему-то не приходило. А гном внезапно посмотрел прямо на неё, потом в сторону, а потом снова пристально уставился на девочку. После этого он, не сводя с неё глаз, быстро снял колпак и телепортировался.

Эра-Роза вздрогнула, задёрнула шторы и включила в комнате свет. Ей стало по-настоящему страшно. Она прекрасно знала, что гномы этим жестом с колпаком предупреждают друг друга об опасности.

– Там никого нет! – вслух сказала себе Эра-Роза. – Успокойся! Там никого нет!

Но если бы она снова посмотрела в окно, то убедилась бы, что это не совсем так...

Близнецы спят на двухъярустной кровати. Гриша, конечно, на верхней.