Часть II. Глава IX
- Хуже всего страх, он сковывает и не дает связно мыслить. – Джеймс неуверенно посмотрел на мальчика, сидящего перед ним. – Не уверен, способствуют ли этому какие-то химические процессы, но когда ты боишься или слишком встревожен, твоей звериной сущности легче всего одержать верх. Оставайся спокойным, хладнокровие – лучший друг самоконтроля. Я не слишком занудно выражаюсь?
- Нет. – Седрик улыбнулся и устроилcя поудобнее на диване. Выглядел он уже намного лучше и определенно стал энергичнее. – Папа всегда так старался со мной разговаривать. Мне это нравится.
- А мама?
- С переменным успехом, – сморщив нос, признался Седрик.
- Ясно, – улыбнулся Джеймс.
- Значит, все что требуется – это оставаться спокойным?
- Не совсем. Кроме того, ты удивишься, насколько сложно добиться контроля над собственными мыслями и эмоциями, это удается далеко не всем взрослым. Помимо этого, ты не должен воспринимать свою звериную натуру как врага, волк – это часть тебя, вы можете и должны сосуществовать принимая друг друга.
- Однако контроль должен быть за мной. Человеческая сущность ведь основная, – нахмурился Седрик, вспоминая слова своих учителей.
- Так называемого контроля легче добиться если ты не будешь бороться с волком. Не принимая свою волчью сущность, ты только замедлишь процесс. Я могу понять, что в начале это страшно и необычно, но посмотри на своих родителей или на других оборотней – мы прекрасно научились жить, обращаясь по необходимости. Как только ты интуитивно дойдешь до той точки, когда сможешь обращаться по желанию и оставаться в сознании, проблем больше не должно возникнуть.
- Тогда почему...? – Седрик вздохнул, собираясь с мыслями. – Я ни разу не видел чтобы папа обращался при мне, говорить о снежных барсах он тоже не любит. А мама...она не испытывает трудностей, обращаясь в волка, но она избегает всего, что касается ее потенциала альфы. Кажется, они до сих пор не совсем приняли свою звериную сущность.
Невольно в очередной раз убедившись в том, что дети замечают больше, чем хотелось бы, Джеймс приготовился к трудному разговору.
- Тогда как ты, - продолжил Седрик, – говоришь об обращении очень странно, совсем не как учителя. Слушая тебя, кажется что волчья натура совершенно отдельная сущность внутри нас, а ведь это часть нас самих. В то же время остальные оборотни странно отзываются о тебе. Я не хочу никого обидеть, но...
- Не повезло тебе с окружением, верно? – криво усмехнулся Джеймс. Пытливый ум Седрика ему странно импонировал. – Начнем с того, что у твоих родителей есть свои причины вести себя подобным образом, тебе лучше спросить об этом у Анны. Однако заруби себе на носу - это не является нормальным. Когда у моего отца было время, он проводил его со мной, в том числе и в волчьем обличье – он учил меня разным хитростям и просто давал наставления. Стоит так же отметить, что у меня не было таких учителей как у тебя – я получал образование в основном на дому.
- Ну нет, дома было бы скучно. Разве тогда не было школ?
- Школа в бывшем особняке Сангре появилась не так уж и давно, этому поспособствовала твоя мать. А до нее был лагерь в лесу, где она и сама училась. До лагеря...такой целостной системы не было. Дети аристократов получали образование на дому, дети слуг и полукровки – где придется и в зависимости от потребностей общества.
- Вот теперь и в самом деле немного занудно. – Сед потянулся за бутылкой с водой, но она выпала у него из пальцев. Джеймс поспешно поднялся с места, однако Седрик опередил его. – Значит, уйдет вечность на то чтобы научиться контролировать себя?
- Зависит от твоих способностей и характера. У Анны это заняло довольно долгий период времени, тогда как я не сомневаюсь, что твой отец освоил этот навык быстрее обычного.
- Иногда мне кажется что тебе не нравятся мои родители.
Теперь была очередь Клермонта вздохнуть.
- Это не так. Анну я встретил еще подростком и с тех пор мы...дружим.
- Мама немного рассказывала мне об этом времени. Значит, тебе не нравится папа? – От Седа не ускользнул уклончивый ответ Клермонта. Похоже, свои аналитические способности парень унаследовал от отца, а настойчивость – от матери.
- Я этого не говорил, – снова попытался увильнуть от ответа Джеймс. – Мы никогда не общались вплотную, поэтому...
- Разве ты не был членом совета? Мама говорила...
- Знаешь, обращение помогает в заживлении ран – если ты примешь волчье обличье, то нога заживет намного быстрее.
Седрик замолчал, понимая, что нужно менять тему.
- Я боюсь, – признался он. – Я ранил маму в прошлый раз. Я больше не хочу никому причинить вреда.
- Все мы проходим эту ступень, Седрик. От того что ты будешь бояться что-то делать, лучше и легче не станет,– покачал головой Джеймс. – Тебе придется обращаться, хочешь ты того или нет. Лучше постараться делать это сначала под присмотром, а потом уже по собственному желанию.
- И еще кое-что. – Седрик уставился но свои руки. – Мама не знает что я знаю, но...Я слышал как говорили обо мне и потенциале альфы.
Джеймсу мгновенно захотелось хорошенько отчитать Анну за то, что она недостаточно разговаривает со своим сыном и теперь Седрику приходится высказывать о своих страхах ему, по сути, незнакомцу.
- И раз она неохотно говорит о своих способностях, ты, конечно же, побаиваешься заговаривать об этом.
- Все говорят об этом как о чем-то...- Седрик запнулся, пытаясь подобрать правильное слово.
- Обязующем? Плохом? Неправильном? – пришел ему на помощь Джеймс.
- Что-то вроде того, – сконфуженно пробормотал Седрик. – Некоторые говорят, что это влияет на поведение и мысли и поэтому мама ведет себя странно и не интересуется делами совета, хотя это часть ее наследия.
Теперь он был зол. Но не на Седрика, а на тех, кто распускал слухи, и тех, кто не постеснялся повторить их парню в лицо. Кажется, в школе у него была не самая сладкая жизнь.
- Это все чушь, – резко бросил Джеймс. – У меня никогда не было этой способности, но я достаточно времени провел рядом с твоей матерью – у нее все хорошо, нет причин беспокоиться. Ты же понимаешь, что это не для каждого – быть в Совете? Разве ты был бы счастливее, если бы там пропадал не только твой отец, но и мать?
Седрик пожал плечами. Мнение ровесников все еще не было для него пустым звуком.
- Тогда почему мама не хочет мне рассказать об этих способностях? Ей не могли не сказать обо мне.
- Наверное, потому что в последнее время слишком много случилось. Она обязательно все тебе расскажет. – Последнее предложение больше походило на смесь угрозы и обещания, впрочем, не обращенных непосредственно на мальчика.
Джеймс и Седрик одновременно обернулись, услышав звук открывающейся двери. Вскоре перед ними возникла неразлучная парочка Анны и Кэтрин. Они вновь о чем-то спорили.
- На мой взгляд, это совершенно не к месту. – Анна раздраженно потерла шею. – Кроме того, после работы с Джоном и Джеймсом у меня совершенно не остается сил. Разумнее...
- Я все понимаю, – кивнула Кэтрин, проходя вслед за Анной в комнату. – Однако, тебе следует обратить внимание и на другую сторону – подобное мероприятие поспособствует налаживанию связей, которые тебе могут в дальнейшем понадобиться.
- Для чего это интересно? – Анна скрестила руки на груди. – Как только дело будет закрыто, мы вернемся в свою общину.
- Ты не обращала внимание на то, что использование потенциала делает тебя еще раздраженнее и упрямее чем обычно? – поинтересовалась Кэтрин, приподнимая бровь.- Мысли шире.
- Ты не права, душка Кэт, Анна этим страдает с тех самых пор как я ее встретил, – подал голос Джеймс. – Рад вас видеть, дамы.
- Не суть, – отмахнулась от него Анна и села рядом с Седриком. – Мне нет смысла посещать подобные мероприятия.
- Вечеринка, значит. – Джеймс едва не закатил глаза. – По какому поводу?
- День основания города. – Кэтрин не сводила взгляда с Анны, которая упрямо старалась ее игнорировать. – Сейчас как никогда важно показать что наше общество не напугано и не сломлено, а продолжает функционировать так как и должно.
- Это опасная затея, – не оборачиваясь, бросила Анна.
- Так дело в том что ты боишься?
- Я останусь с Седриком.
- Повторюсь еще раз – для тебя важно как никогда устанавливать связи и оставить после себя благоприятное впечатление. – Прежде чем Анна успела возразить, Кэтрин продолжила. – Может, ты не обратила внимания, но твой способ покинуть общину волков был далеко не лучшим и я не удивлюсь, если они захотят принять какие-то меры. Волчья община никогда не отличалась либеральностью взглядов.
- Деспотизм тоже для них не характерен, – ответила Анна, все еще не глядя на Далкейт.
- Да неужели? – скептически осведомился Джеймс, переводя взгляд с одной на другую. – Мне не верится, что я открыто это признаю, но твоя подруга дело говорит. Кроме того, если ты не заметила, она почти приглашает тебя присоединиться не только к сегодняшней вечеринке.
- Можно подумать, она делает это из чистого добродушия, – усмехнулась Анна. – В любом случае, мы не можем тут остаться. Когда вернется Бен...
- А ты подумала о другом возможном варианте развития событий? А что если...- начал Джеймс, но Анна прервала его.
- Так, хватит, на этом закроем тему. Если вы не замолчите добровольно, то я вас заставлю. – Анна погладила сына по волосам. Упрямые и чуть вьющиеся, они сразу же возвращались в исходную позицию. – Сед, все хорошо? Ты удивительно молчаливый.
- Ты сейчас снова отправишь меня в другую комнату, да? – угрюмо поинтересовался мальчик.
- Не в этот раз, – вмешался Джеймс быстрее, чем Анна успела ответить. – Тебе не помешает взглянуть на то, что именно можно делать, имея подобные силы.
- Джеймс...
- Анна, ты не можешь оттягивать этот момент вечно. Седрик уже в курсе, что он обладает потенциалом и ты прекрасно знаешь что с началом обращений силы его только растут. К тому же, - он взъерошил свои волосы, – у вас есть подопытная крыса, давшая на это согласие. Разве не идеально?
Седрик упорно отводил взгляд. Ей стало не по себе.
- Хорошо. – Анна вздохнула, чтобы успокоиться. – Сед, нам нужно будет непременно поговорить об этом, но не сейчас. Не бойся. Я в общих чертах объясню тебе что смогу.
- Ты сердишься? – Тревога на лице Седа резанула по сердцу. Она вновь и вновь ставит его в такие ситуации и винить кроме себя было некого. Сколько раз она докажет себе и ему, что она отвратительная мать?
- Совсем нет. Просто немного волнуюсь за тебя. Сначала обращение, потом рана, а теперь вот это. Однако мы справимся со всем. – Обращалась ли она к нему или уже к себе? Неважно, это должно быть правдой. Джеймс, ты готов?
- Всегда к вашим услугам. - Джеймс устроился поудобнее в кресле. – Далкейт, может ты...
- Не тебе тут командовать, Клермонт. – Кэтрин отошла к окну и выглянула наружу. – Я останусь.
- В таком случае приступим. Сед, когда мой дядя учил меня проникать в чье-то сознание, он говорил, что вначале очень помогает телесный контакт. Однако в случае с Джеймсом мне этого не требуется, так как мы с ним устанавливали связь уже не раз. - Анна взглянула на мальчика чтобы понять не возникло ли у него вопросов. Седрик внимательно ее слушал. Похоже, сегодня она проведет еще один урок и расскажет ему о том, о чем должна была поведать намного раньше. От внимания Анны не ускользнуло и то, что Седрик являлся далеко не единственным слушателем ее импровизированной лекции.
***
- Ты уверен, что с тобой все будет в порядке? Я все еще могу...
Седрик нетерпеливо вздохнул.
- Мама, и ты, и я прекрасно знаем, что мне нужно учиться. У того, кто подготовлен именно к этому, – уточнил он.- Я и так пропускаю школьные занятия.
- Значит ты рад, что Кэтрин предложила подобное? – неуверенно спросила Анна, не сводя с сына глаз.
- Это лучшее, чем я сейчас могу заняться, – рассудительно заметил Сед. – Гораздо лучше чем сидеть в четырех стенах без дела. Джеймс, конечно, твой друг, но он редко бывает настроен на разговор. И я не хочу быть позади всей группы когда мы вернемся.
В такие моменты он больше всего походил на своего отца.
- Ладно. – Раз уж в нем не было никаких сомнений, то и ей следовало настроиться на то же. – В таком случае не отлынивай от заданий, которые тебе даст мистер Харрис.
Седрик закатил глаза. В дверь постучали и в комнате, что служила им гостиной, послышались легкие шаги. Анне не нужно было выходить чтобы удостовериться что прибыл учитель Седрика и их сопровождающий.
Седрик поспешно вскочил на ноги – кажется, боль в ноге полностью утихла и почти не причиняла ему неудобств. Однако она предпочла бы чтобы он не торопился с нагрузкой на нее.
Выйдя из спальни они обнаружили Джеймса, негромко переговаривающегося с невысоким седеющим мужчиной в джинсах, бледно-голубой рубашке и коричневом пиджаке. В руках у него была папка. Анна едва смогла подавить порыв коснуться его сознания и прочесать его мысли. Нет, это было бы крайне невежливо с ее стороны.
- Добрый вечер. – Привычным жестом Анна протянула руку учителю. – Я Анна Сангре, а это мой сын Седрик. Мы очень благодарны, что вы согласились уделить нам время.
- Мисс Далкейт очень сложно отказать, – усмехнулся мистер Харрис, отвечая на рукопожатие. – Она довольно много рассказала мне о вас, молодой человек. – Учитель обратил взгляд своих голубых глаз на Седа, который скромно остался стоять позади. – Надеюсь, мы с вами сработаемся.
- В случае необходимости...
- Мама, - недовольно подал голос Седрик. – Мы будем заниматься учебой, мистер Харрис здесь не для того чтобы со мной нянчиться.
- Седрик, – одернула его Анна. – Что за тон?
- Не беспокойтесь, миссис Сангре, все необходимые контакты у меня есть. Наслаждайтесь вечером.
- Нам и в самом деле пора идти. Нас ждут внизу, – вставил Джеймс, который до этого молча слушал их разговор, небрежно прислонившись к стене. – Приятного вам вечера, мистер Харрис. Благодарим вас за оказанные услуги.
Анна бросила последний взгляд на Седрика и, попрощавшись, направилась к двери.
- Хватит изображать из себя наседку, расслабься, – обратился к ней Джеймс как только за ними закрылась дверь. – Ты чудесно выглядишь и после всей этой кропотливой работы заслужила один спокойный вечер.
- Просить меня о спокойствии все равно что просить солнце зайти на севере,- буркнула Анна. – После всего...
- От твоих волнений лучше не станет. – Сколько раз он должен говорить подобное представителям семейства Сангре? – Сегодня тебе лучше постараться произвести хорошее впечатление.
- Мне казалось, это твоя миссия. – Аргумент Кэтрин, что Джеймс Клермонт должен быть представлен общине Версипелес до его конечного «переселения» явился решающим – Анна не могла оставить его одного на растерзание перевертышам. Она задумчиво оглядела своего друга. Анна уже не помнила когда в последний раз видела его таким элегантным: черный смокинг вкупе с белой рубашкой был ему к лицу. К тому же, казалось, что этот непривычный наряд ничуть не сковывал движений – Джеймс двигался все так же непринужденно как если бы он находился в лесу босым и в одних шортах. – В конце концов, тебе нужно найти свое место среди этих людей.
- Разумеется. – Джеймс поджал губы, не желая продолжать эту тему. – У твоей подруги мисс Зло неплохой вкус.
Кэтрин настояла на платье, сопротивляться ей у Анны не было ни сил, ни желания. Платье, подобранное Далкейт, было несомненно вечерним: без рукавов и с подолом, ниспадающим до пола, оно оставляло открытым шею и подчеркивало линии талии и бедер. Темно-синяя ткань платья на первый взгляд казалась тяжелой, однако таковой не являлась. Лиф, как и подол украшала вышивка выполненная серебряной нитью и образующая причудливое переплетение цветов и стеблей. Анна распустила свои темные волосы, подхватив их заколкой лишь с одной стороны, и они мягкими волнами струились по ее плечам и спине.
- Не знаю даже когда мне в последний раз посчастливилось надеть подобный наряд, – усмехнулась она. – Мне все кажется, что я должна быть в черно-белом костюме и сопровождать тебя. – Было немного странно, что это казалось таким естественным, хотя она и была на должности телохранителя Джеймса короткое время.
- А как же твоя свадьба? – Джеймс галантно открыл перед ней дверь и они вышли из здания. Похоже, он знал точно, где именно их поджидает машина – Джеймс не остановился ни на минуту чтобы обвести взглядом стоянку. Анна же огляделась, выискивая глазами возможную угрозу.
- Мне не нужно было платье для той церемонии, которую мы выбрали, – пожала она плечами, не спуская глаз с группы людей, что неторопливо приближались к отелю. Они катили за собой чемоданы, переговаривались и один из них курил сигарету. Кажется, простые туристы и опасаться было нечего. Однако их громкий разговор привлекал внимание.
- Подожди-подожди. – Улыбка Джеймса погасла. – Ларсен даже этого не смог сделать как полагается? Подарить тебе один незабываемый день?
- Джеймс. – Анна посмотрела на него строго, как если бы он был не самым умным учеником ее класса, отказывающимся внимательно вчитаться в задание. – Для кого нам было устраивать праздник? Ни у меня, ни у Бена практически нет родственников и довольно небольшое количество друзей. После войны был период перестройки и многие не скоро пришли в себя...это было лучшим решением на тот момент, – сухо закончила она.
Какое-то время они молчали. Вскоре Джеймс остановился у черной «Ауди» и кивнул человеку сидящему за рулем.
- Как бы то ни было, сегодня ты словно сошла с полотна художника, – негромко сказал он ей, придерживая дверцу машины.
- Стоит признать, что и ты обрел холеный вид, – ответила ему Анна.
- В таком случае, давай просто насладимся вечером.
- Мир,- согласилась Анна, усаживаясь в автомобиль.
Еще до того как Джеймс замер, глядя ей в лицо, Анна почувствовала что что-то было не так: в голове зазвенело, перед глазами появились яркие вспышки и по телу прошла дрожь.
- Анна, у тебя кровь, - услышала она встревоженный голос Джеймса словно со стороны.
- Все...- Она хотела успокоить его и сказать что все хорошо, но вместо этого стала плавно сползать на бок. Пытаясь отгородиться от света, Анна зажмурилась.
Джеймс бесшумно скользнул на место рядом с ней. Анна почувствовала как он притянул ее к себе и прижал платок к лицу.
- Нам нужно пару минут, – негромко бросил Клермонт водителю. – Анна, мы можем вернуться. Нужно вызвать тебе врача.
- Нет. Не нужно пугать Седа.- Звон стал сходить на нет, но вместе с ним уходили и остатки энергии. – Кажется настало время расплаты, – выдохнула Анна. – Я уже задавалась вопросом когда оно придет.
Желтые всполохи складывались в одну яркую вспышку, принимавшую очертания знакомого предмета. Окружающие со всех сторон запахи тоже казались чужеродными, но и знакомыми одновременно. Запах камня, немытого тела, дезинфекции и..
- Не похоже, чтобы ты была в состоянии вести светские беседы. - Джеймс продолжал внимательно рассматривать свою подругу – она была бледна как полотно и время от времени по ее телу проходила дрожь.
Была ли она и в самом деле в том месте или это только игра ее подсознания?
Как бы то ни было, сейчас было не время задумываться над этим.
- По крайней мере я не потеряла сознание. – Приступ боли начинал проходить и она смогла улыбнуться Джеймсу. – У принуждения своя цена. Ты пробыл со мной недостаточно долго чтобы увидеть это.
- И какова же эта цена?
- Как я теперь понимаю, это зависит не только от количества, но и вида действия: что-то несложное, вроде проникновения в сознание и недолгий период захвата воли человека или оборотня отнимает энергию. Тогда как длительный контакт и попытка изменения сознания заканчивается вот этим. – Анна стерла платком следы крови из-под носа. Сидеть, прислонившись к его плечу, было удобно и она неохотно выпрямилась.
- Этим, – повторил Джеймс, скептически выгнув бровь. – Ты понятия не имеешь какой конкретно вред был нанесен твоему телу.
- Можешь прекращать играть роль заботливого братца. Помоги мне привести себя в порядок. – Джеймс не двигался с места и поэтому ей пришлось продолжить. – Я должна выполнить условия договора с Кэтрин. С последствиями придется разбираться позже.
- Почему я не удивлен, что подобное происходит с тобой. – Джеймс запустил руку в волосы. – Далкейт в курсе?
- Сомневаюсь, что ей есть до этого дело. – Клермонт взял платок из ее рук и стал осторожно стирать оставшиеся следы крови.
- Если использование принуждения расплавит остатки твоего мозга, то все будет впустую.
- Приятный вечер, Джеймс, – напомнила ему Анна.- Хватит ворчать. Не тебе решать, что мне делать.
Клермонт молча закрыл дверцу машины, дал знак водителю и автомобиль плавно двинулся с места.