Мелодия леса

Анна с трудом вырвала себя из объятий сна. Этих часов было недостаточно, она могла бы проспать весь день... Но шум из-за двери, чьи-то шаги, негромкие разговоры и жужжание мобильного телефона не давали ей покоя. Чувство, что она была не дома, что она была здесь чужой, никогда не было таким отчетливым. Даже сквозь полудрему было ясно – в Доме Совета начался новый день.

Вздохнув, Анна потерла лицо и открыла глаза. Сквозь щели в шторах в комнату проникал ослепительно яркий солнечный свет. Удивительно яркий, сколько же было времени?..

Ее глаза широко распахнулись. Боясь, что это ощущение было мимолетным, обманчивым или же частью ее сна, она побоялась делать резкие движения. Вместо этого, Анна ущипнула себя и вновь вздохнула, на этот раз от боли. Анна вытянула руки перед собой – ее пальцы отчетливо дрожали, но она могла их видеть! Она села на кровати. Провела рукой по мягкому зеленому покрывалу. По ее лицу расползлась улыбка. Она вновь стала собой, целой, она вновь могла видеть!

Взволнованная и радостная, она не сразу заметила, что была в комнате не одна. В кресле рядом с кроватью, склонив голову на бок, спал Бенджамин. Когда он успел туда перебраться? Ее взгляд скользнул по прядкам волос, упавшим ему на лоб, по упрямой линии рта, закрытым глазам... Ее сон после разговора с Беном был глубоким и спокойным, без тревожных сновидений. Она словно провалилась в черную пропасть, из которой смогла выбраться только утром. Принимая во внимание насколько беспокойным был ее разум перед этим, тут не обошлось без вмешательства. Сомнений не было – Бенджамин обрел контроль над своими силами и применил их для исцеления Анны. Ее глаза вновь наполнились слезами, но в этот раз это были слезы благодарности. Неважно, сколько недосказанности и недопонимания стояло между ними, он всегда делал все, что было в его силах, чтобы прийти ей на помощь.

Анна продолжала смотреть на мирно спящего мужа, тогда как ее мысли блуждали вокруг случившегося этой ночью. Могла ли она доверять тому сну-видению? Была ли это и в самом деле игра ее подсознания или дело рук Леклера? Конечно же, он знал о Джеймсе, перед этим он не раз бывал в ее сознании. Однако зачем ему сеять зерно сомнения в ее голове касательно отношений с Беном? Ни одна причина не приходила ей на ум, каждая мысль звучала бредовее предыдущей. Нет, этот сон не казался проделками Ричарда.

Анна покачала головой. Можно было допустить, что это и в самом деле было так, как ей говорило ее подсознание и Джеймс являлся ее духовным партнером, меняло ли это что-то? Кроме ее осознания данного факта - ничего. Джеймс ушел, не пожелав дать ей знать об этом. Она дала ему слово, что не будет использовать ментальную связь, чтобы следить за ним. На этом все, точка. Чем бы ни была эта мистическая связь, он явно ее не чувствовал, вот и хорошо. Ее разум не готов был так легко согласиться и она намеренно пыталась игнорировать вопросы, всплывающие один за другим. Если он не чувствовал этой связи, то почему помог ей и Бену тогда в лагере? Почему отправился вслед за ней в общину Кэтрин? Спас ей жизнь? Искренне раскаивался, когда его руки вновь ненамеренно оказались на ее шее?

Он все еще считает меня своей сестрой, твердо ответила Анна сама себе. Нельзя просто вычеркнуть все то время, что они провели вместе. В общину Кэтрин он отправился, чтобы иметь возможность сбежать, быть подальше от нее и от волчьей общины. И он не хотел ее смерти, а зверь внутри него...

Бенджамин вздохнул, его веки дрогнули, но он не проснулся. Сколько же он не спал, что его не потревожил шум снаружи? Он что, всю ночь наблюдал за ней? Это объясняло его месторасположение – возможно, он перебрался в кресло, чтобы не заснуть. Ох, Бенджамин... Несмотря на все ее обещания и сожаление, она не раскроет ему детали своего сна. Для нее и для Джеймса это ничего не меняет, тогда как правда может доставить Бену немало неприятных минут. Анна знала, как претили ему ее постоянные визиты в лагерь в надежде увидеть Клермонта. Вполне возможно, что он спрашивал себя, как часто она думает о Джеймсе в минуты, когда ее взгляд был направлен в никуда и что было между Анной и Джеймсом до того как она познакомилась с Бенджамином. Однако он молчал. Он ни разу не скрыл от нее когда направлялся в лагерь, ни разу не бросил ни одного обвинения. Нет, она слишком любила его, чтобы причинить такую боль.

Она тряхнула головой и бесшумно поднялась на ноги. Ее взгляд упал на деревянный круглый столик, за которым она много раз сидела за эти дни и который отлично знала на ощупь. На нем лежали планшет и несколько газет. Огромные заголовки тут же привлекли ее внимание. Пролистывая страницы, Анна нахмурилась.

- Их принесли вчера, - раздался немного сиплый ото сна голос Бенджамина позади нее. Анна обернулась чтобы увидеть как он поднимается на ноги и направляется к ней. Взгляд ярких глаз Бена был серьезен.

- Они хотят настроить людей против нас, - уверенно подытожила Анна, бросая взгляд на статью. В глаза бросались слова «доктор Броуди», «исследовательский центр», «исцеление», «чудо», «будущее». – Отличный ход. На этом фоне меркнут даже сообщения об убийствах невинных.

Бен не ответил Анне – он отодвинул в сторону штору и в комнату хлынул солнечный свет. Затем он приблизился к ней – она почти чувствовала его дыхание на своем лице – и внимательно всмотрелся ей в глаза.

- Как ты себя чувствуешь?

- Все хорошо. Я вновь могу видеть, - спокойно ответила она, понимая, что в этот момент важнее всего для него были ответы на вопросы, а не восторги и благодарности.

- Ты можешь видеть цвета? Никаких черных точек или иных аномалий? – он продолжал испытующе вглядываться в нее.

Анна позволила себе улыбнуться.

- Все так же, как и раньше, доктор Ларсен. Отчетливо и ясно. И все благодаря тебе.

Он тяжело выдохнул и, не глядя на нее, потер себе лоб.

- Я рисковал, Анна. Я не настолько опытен как Розенкампф на этом поприще и все время боялся, что что-то может пойти не так. Но вчера когда я увидел тебя плачущей и такой разбитой и несчастной... Тот самый пресловутый инстинкт, о котором все время говорит Тобиас, воззвал ко мне и я поддался ему. Я хотел тебе помочь. Потом я понял насколько это было рискованно и...

Анна остановила его, приложив палец к губам.

- Бен, ты что и в самом деле обвиняешь себя? Ты исцелил меня! Ты совершил для меня чудо. Ты даже представить себе не можешь, насколько я тебе благодарна. – Анна мягко убрала волосы с его лба. – Я бы никогда не осмелилась просить тебя об этом, зная, как ты относишься к ирбисам и своему наследию. Ты перешагнул через свои страхи и неуверенность, чтобы помочь мне. Спасибо тебе.

Глаза ирбиса вспыхнули, но она не смогла прочесть какое чувство его переполняло.

- Я безмерно рад, что все получилось. – В его голосе отчетливо прозвучало облегчение. Бенджамин прижал ее к себе и поцеловал в лоб. Руки Анны обвились вокруг его талии.

- Я люблю тебя, Бен.

Он пробормотал свой ответ ей в волосы и Анна вновь счастливо улыбнулась. Они справятся. Пока они есть друг у друга, они справятся.

***

Перед Тобиасом на кровати лежала сумка и, глядя на ее содержимое, он пытался вспомнить не забыл ли он еще что-то. На нем были брюки цвета хаки, схожего оттенка футболка и соответствующая обувь – он был полностью экипирован к прогулке по лесу. Когда он услышал звон ключей в прихожей он поморщился, но, казалось, не удивился.

В комнате появилась Николь. Ее бровь вздернулась, когда она увидела своего мужа и хаос в комнате, но больше никакие эмоции не отразились на ее лице.

- Здравствуй, дорогая, - как ни в чем не бывало поприветствовал ее Тоби и поцеловал Николь в щеку. Не увидев ответной реакции с ее стороны, он хотел было продолжить свои сборы, но рука Никки удержала его.

- Что происходит, Тобиас? Ты куда-то собрался?

- В лагерь. Мне нужно побеседовать с нашими товарищами с глазу на глаз. – Тобиас не видел причин скрывать это от нее.

- В лагерь, - холодно повторила Николь. – И что же мешает тебе поговорить с ними по телефону?

- Их твердое нежелание. – Тоби криво улыбнулся. – Однако когда я окажусь с Эйденом и остальными лицом к лицу, им от меня не уйти. Я могу быть очень настойчивым.

- Ты ведь помнишь, что именно произошло в лагере, не так ли, дорогой? – нарочито мягко сказала Николь. Тобиас не заметил угрозы в ее тоне.

- Лагерь чист, - твердо ответил он, отстраняясь от жены и направляясь к одежному шкафу. – Я буду предельно осторожен. Остальные имеют право знать, что происходит у нас в общине. Мне нужны подробности об этой болезни, об охотниках, обо всем, что они могут рассказать. Я не буду отсиживаться в тепле и уюте, Николь. Похоже, наши друзья волки решили временно «забыть» о лагере в связи с другими проблемами, что кажется мне странным.

- Ты обезумел, любимый? – обманчиво вкрадчивым тоном поинтересовалась Николь. Тоби остановился и посмотрел на нее. В разноцветных глазах Николь была сталь.

- Мы должны взять дела нашей общины в собственные руки, Никки. Мы не можем рассчитывать на волков, ты же понимаешь.

С минуту она оценивала серьезность его слов. Тобиас не шутил – он и в самом деле готов был подвернуть себя опасности во имя общины, которая презирала его. Это не укладывалось у нее в голове.

- Подойди ко мне. Нам нужно это обсудить.

- Никки, я...

- Ты хочешь рассказать мне о своем плане или нет? Возможно, я могу помочь.

Хмурое выражение тут же исчезло с лица Тоби. В нем вспыхнула надежда.

- И в самом деле? – осторожно спросил он. – Я не рассчитывал...

Николь приложила руку к его щеке и улыбнулась.

- Ты же знаешь, что я все сделаю для тебя, Тоби. Для тебя и нашего сына.

- Я никогда не стал бы... - неожиданно его голова закружилась словно под действием алкоголя. Тобиас тряхнул ей, стараясь прогнать неприятное ощущение. – Я хочу чтобы ты и Дарен оставались здесь, под защитой волков.

- Ты не можешь все делать сам, милый. – Теперь ее вторая рука легла ему на щеку.

Тоби покачнулся, его глаза расширились, затем он попытался оттолкнуть от себя жену. Слабость лишь усилилась. Колени Тобиаса подогнулись и он упал на пол. Благодаря Николь падение не было болезненным, но едва он коснулся пола как сознание окончательно покинуло его. Николь мурлыкала про себя детскую колыбельную, одновременно поглаживая серебристые волосы ирбиса.

- Все хорошо, дорогой. Я позабочусь о твоем благополучии, хочешь ты того или нет.

Розенкампф ей не ответил – он пребывал в глубоком искусственном сне.

***

Стук в дверь не был таким уж неожиданным. Бен был почти готов к работе – он уверенными движениями завязывал галстук. Анна вопросительно глянула на него и он кивнул. За дверью стояла Джули в привычном черно-белом облачении.

- Анна, я ищу...

- Бенджамина и это срочно, - фыркнув, закончила за нее Анна. Глаза подруги встретились с ее собственными и удивленно округлились. – Боже мой, Анна! Неужели ты...?

- В чем дело, Джулия? – на пороге появился Бенджамин. Весь его вид говорил о том, что пустую болтовню он не потерпит.

- Альфа Роббертин созывает членов Совета в главный зал, сэр. Пришел ответ охотников.

- Что в нем? Можешь спокойно говорить при Анне.

- Они готовы встретиться на нашей территории в сопровождении собственной охраны. Кроме того, они знают о присутствии Ричарда Леклера и настаивают на ограничении способностей обладателей потенциала во время пребывания в Доме Совета.

Анна нахмурилась.

- Можно подумать, мы спим и видим как промыть им мозги.

- Они не могут знать точно и их сомнения кажутся весьма обоснованными, - заметил Бенджамин. На нем была черная рубашка, которая очень ему шла и брюки в тон. – Я не удивлюсь, если кто-то из совета захочет поговорить с тобой и Леклером сегодня, Анна. Прошу тебя не покидать Дом Совета не предупредив меня.

- Хорошо, - кивнула Анна. При своих служащих и посторонних Бенджамин всегда вел себя очень сдержанно, поэтому она не рассчитывала на прощальный поцелуй. Вместо этого Анна неуверенно улыбнулась ему. – В таком случае, поторопись.

- Увидимся позже, - ровно ответил он, но выходя из комнаты коснулся ее руки. По ее телу разлилось тепло. Он милостиво разрешил Джули задержаться.

- Он это сделал, он все-таки это сделал! – воскликнула Джули, едва закрылась дверь. Она порывисто обняла подругу. – И я, и Йен предполагали, что он использует любую свободную минуту для тренировок, но до последнего не были знали насколько он продвинулся. Подумать только, наш суровый босс умеет исцелять!

- Тише, Джули, тише, ты же не хочешь чтобы тебя услышали все в особняке, - с улыбкой сказала ей Анна. В отличие от Джули, вынужденной придерживаться строгих правил касательно одежды, она отдала предпочтение ярким краскам и свободным текстурам – на Анне было светлое платье с зелеными узорами. Оно скрывало и одновременно подчеркивало ее формы - у платья были длинные рукава и оно доходило до щиколоток, но плотно облегало в районе талии и обладало небольшим вырезом спереди. Его принесла сюда Мелани, сама Анна сомневалась, что когда-либо приобрела бы себе что-то подобное. Впрочем она была рада, когда нашла его в своем гардеробе. Стоя утром перед зеркалом, она признала, что оно несомненно ей шло. Каким-то образом на ее пальце вновь было кольцо с изумрудом, камень словно гипнотизировал ее, она не хотела его снимать.

- Ты не поверишь, но Розенкампф стал частым гостем в нашем офисе. Если бы я не знала об отношении Бенджамина к ирбисам, то сказала бы, что они стали приятелями. – Джули опустилась на стул рядом с округлым столиком. Ее взгляд упал на газеты и она решительно отодвинула их от себя.

- Бен многое сделал для меня. Не знаю, смогу ли я когда-либо...

- Ты и сама сделала почти тоже самое, дорогая. Правда немного поражает, что во всех ваших делах оказывается замешан Тобиас, - фыркнула Джули.

- Нужно будет поблагодарить его. – Анна внимательно рассматривала Джули, не совсем уверенная стоит ли доверять своим ощущениям. Та казалось такой же как обычно – блестящие рыжие волосы, сияющие голубые глаза, румянец на щеках... Вот только что-то изменилось.

- В чем дело? – Джули заметила ее внимательный взгляд.

- Просто... возникло ощущение, что ты немного другая. Глупо, наверное, но Джули... ты в порядке? Что-то случилось с тех пор как мы не виделись?

Джули поджала губы. Что-то определенно было не в порядке.

- Я не хотела говорить пока ты была... в том состоянии. – Глаза Джули засияли еще ярче. – И я прекрасно понимаю, что сейчас не лучшее время, но так уж получилось. – Она пожала плечами, затем ослепительно улыбнулась. – У меня и Дэйвена будет ребенок.

Ошеломленная этой новостью, Анна все же потянулась к подруге чтобы обнять ее и пробормотала поздравления. У нее на языке вертелось множество вопросов. Но они могли подождать - главным было то, что Джули была здорова и бесконечно счастлива.

- Тебе нельзя работать телохранителем. – Анна строго посмотрела на подругу. – Бенджамин знает?

- Он в курсе, - кивнула Джули. – Я уже работаю по так называемой «облегченной программе» и в основном сижу за столом и присутствую на совещаниях, тяжелые физические тренировки и бои исключены из моего графика. – Джули приложила руку к животу. – Я знаю, его пока почти не видно, но мне кажется, что я его чувствую. Он первое, о чем я думаю утром, и последнее, о чем я думаю перед сном. – Она тепло улыбнулась. – Я рада ему.

- Ты так уверена, что это будет он? - Анна тоже не смогла сдержать улыбку.

- Конечно же я не могу знать точно, но... - Джули вновь пожала плечами.

- Как отреагировал Дэйвен? Он рад?

- О, его бы воля и мы бы расписались сегодня же, а затем он обложил бы весь дом подушками и все время носил меня на руках. – Она тряхнула головой и несколько упрямых локонов упали ей на лоб. – Но он прекрасно знает, что я не из стекла и сдерживает себя.

- Значит вы собираетесь пожениться? – осторожно спросила Анна.

- Возможно, когда все станет немного... поспокойнее. Пока же мне нужно чтобы он рядом и поддерживал меня.

- Я так рада за вас. – Анна еще раз обняла подругу. – И ты знаешь, что всегда можешь на меня рассчитывать, что бы не случилось. Как и на Бенджамина. Он не всегда это показывает, но я знаю, что он будет готов помочь.

- Я верю тебе, дорогая. Не нужно за меня переживать, честное слово, со мной все в порядке. Вот только скоро мне придется подыскивать себе замену, что может стать не самой простой задачей с нравом нашего босса.

Анна задумчиво посмотрела на подругу. Теперь, после ее признания, она не могла игнорировать ни ее немного округлившуюся фигуру, ни сияние кожи и глаз. Ей очень шло это состояние и Анна искренне надеялась, что большая часть ее беременности пройдет легко.

- А ты, хм, сообщила Габриэлю или Александру?

Эмоции Джули выдали лишь немного поджатые губы и секунда, которая ей потребовалась чтобы ответить.

- Я не разговаривала с Дюпре-старшим, мне это кажется излишним. Со своим братом же мы говорили... Кажется, вся наша семья пошла вразнос. – Она криво улыбнулась. – Александру все же предстоит занять место главы семьи и наш отец начинает все чаще напоминать ему об этом. Возможно, как только мы преодолеем этот кризис, то сыграем сразу две свадьбы.

- Подожди, Александр тоже женится? – ни разу она не видела его с какой-либо девушкой его возраста или подходящей ему по статусу. В его случае, Анна не сомневалась, что продолжить род ему предстоит с девушкой настолько же чистой крови, какой была его собственная.

- Да, семьи Дюпре и Верт пришли к мнению, что Александр и Беатрис будут хорошей партией, - сухо подтвердила Джули.

Для Анны это не стало полностью неожиданным поворотом событий – и Беатрис, и Александр были из чистокровных семей, нуждались в паре и оба обладали немного неоднозначной репутацией: на Беатрис пала тень поступков Джеймса, тогда как Александр в целом вел себя не совсем так как ожидали чистокровные. Брак по договоренности также не являлся чем-то необычным в их кругу. Кроме того, так или иначе, оба станут представителями своих семей в совете, возможно расчет сыграл даже большую роль, чем она подумала в начале. Хотелось бы еще знать, в пользу кого.

Анна постаралась вытряхнуть эти мысли из головы, в конце концов, это были только ее домыслы.

- Возможно, это и к лучшему. Мы не знаем, как они друг к другу относятся.

Джули фыркнула, но возражать не стала. Анна разумно сменила тему.

- Может, мне стоит стать помощником Бенджамина вместо тебя, - полушутливо сказала она, отбрасывая с лица волосы. – Все давно ждут от меня, что я стану ближе к делам совета и альфы.

- Хм... - глаза Джули сузились. – Мне кажется, или ты и в самом деле хочешь этого, Анна?

- По шкале от одного до десяти, насколько это плохая идея? - Анна нерешительно посмотрела на подругу.

- На пятерку, - безжалостно ответила та. – Я вижу плюсы, но и множество минусов. Разумнее всего будет тебе поговорить с Ларсеном.

Анна кивнула, продолжая размышлять о возможном ходе событий. Она понимала, какая ответственность лежит на тех, кто принимает решения, которые повлияют на будущее всей общины; однако нельзя было не заметить, что слишком часто они видят задачи и проблемы немного односторонне, с вершины их чистокровных устоев и воспитания. Включение Бена в совет в свое время было экстраординарным решением – он являлся первым представителем совета, не происходящим из древних семей оборотней. Но это назначение было вызвано скорее острой необходимостью после войны, чем искренним желанием.

- Так и сделаю. А теперь позволь мне еще раз обнять тебя. Вы уже начали задумываться над именем?

Их разговор прервал Леклер, явившийся для очередного занятия и соизволивший любезно постучаться в дверь. Если подумать, она не слышала его в своей голове с той ночи, как он помог ей пообщаться со своим подсознанием.

- Я уже думал, что ты лежишь где-то без сознания, волчица, - вместо приветствия бросил он ей. – Ты закрылась такой плотной стеной, что у меня не было не малейшего шанса пробиться.

- Разве есть такие стены через которые ты не можешь пройти, Ричард? Помнится, ты пытался меня убедить в обратном.

Оборотень блекло улыбнулся.

- Кажется, ты на пике своих сил и здоровья, дорогая. Значит самое время научить тебя последнему трюку – использовать дар, не калеча себя без лишней необходимости.