Глава 5
Я плёлся за Семюэлем по узкой грязной тропинке в густом лесу. В старых дырявых сапогах хлюпала вода и северный ветер дул в лицо. Близилась весна, но ночи ещё оставались холодными. Его Высочество шёл медленно, с его то раной, удивительно, что он вообще переставлял ноги. Мне не хотелось его перегонять, и давать ему возможность полюбоваться на мою окровавленную руку, которая начинала неметь.
Мы шли молча, мне было не за чем с ним говорить. Я и так знал зачем Альфе севера понадобились мы. Все проблемы в моей жизни появлялись именно из-за отца. Или брата? Марк! Во что он влип в Бардо? Я мотнул головой, отгоняя непонятные мысли. Пока я не встречусь с Альфой, глупо гадать. И как же он заморочился, чтобы нас найти. От мыслей меня отвлекло тяжёлое дыхание Семюэля. Он остановился, придерживаясь за дерево.
— Ты как? – меньше всего мне хотелось его волочить до таверны. Интересно было бы увидеть лицо его отца. И как быстро потом я окажусь на виселице.
— Расслабься. Он тебе ничего не сделает. Не для того он искал вас столько времени, чтобы убить из-за одной драки. – отдышавшись, Сэм стоял более менее увереннее. Осмотрев меня с ног до головы, его взгляд задержался на моей руке.
— Это был честный бой. Не моя вина, что ты слабее. – он будто прочитал мои мысли. Хотя мои опасения вполне оправданы. Того, что мастер платит мне за работу в кузне, едва хватает на еду. Но отец пропивает всё быстрее, чем я успеваю заработать. Не думал, что когда-то буду прятать деньги от отца, но приходится. Как и приходится подворовывать.
— С чего ты взял, что я слабее? – А вдруг он действительно поддался? Его власти и давления было бы достаточно, чтобы подстроить бой.
— Думаю, ты не из тех, кто будет поддаваться, а потом страдать. Ты слишком сильно себя любишь. Признаю, один бой не показатель. Просто у меня было больше желания победить. Мотивация хорошая – сомнение в справедливости боя уже закралось мне в голову, и этими словами, я пытался убедить, скорее, себя, чем его.
— Возможно. Будем считать, что я должен тебе реванш. – тряхнув головой и оттолкнувшись от дерева, Сем пошёл дальше. Я пошёл за ним.
Выйдя из леса, мы оказались на окраине Визергера. Дальше тропа раздваивалась: одна вела в город, другая к таверне. Свернув на нужную тропу, мы продолжили идти молча. Я догнал Сэмюэль и шёл с ним рядом. В лунном свете он выглядел ещё болезненнее, рубашка впитала в себя кровь и стала красной, жилетка, накинутая сверху не спасала ситуацию, из коричневого, она становилась красной. Кутаясь в плащ, Сэмюэль пытался не замедлять шаг, но я видел, что идти ему всё тяжелее. Меня немного начала мучить совесть, но я отбросил эти мысли, как только мы оказались у двери в таверну.
Мы вошли внутрь, и в нос сразу ударил запах выпивки, от которого скрутило живот. Сколько раз мы забирали отсюда отца. Иногда силой выталкивая его на улицу. И столько же раз нас выгоняли, пока мы не сдались, и просто забыли о том, что у нас есть отец. Единственным напоминанием о нём были его долги, которые росли с каждым днём.
Пробираясь сквозь толпу пьяниц и окружающих их девушек, мы обогнули все столы и поднялись по скрипящей деревянной лестнице на второй этаж где находились гостевые комнаты. Пройдя по узкому гнилому, покрытому плесенью коридору, до самой дальней комнаты. Сэмюэль остановился у двери, постучал и медленно открыл её, пропуская меня внутрь. Войдя, я оказался в самой обычной комнате: скрипящий пол, старая кровать и стул погрызаный крысами, стол у окна. Мы часто жили в таких после переезда.
У небольшого пыльного окна стоял мужчина. То, что это именно Альфа было не сложно догадаться. Он был высок, светлые волосы были коротко подстрижены. Тёмно красный кафтан, расшитый серебряными узорами выделялся на фоне старой комнаты, ничего не могло скрыть его величия. Оно было в его позе, взгляде, во всей его сущности. Мой взгляд привлёк красный плащ, аккуратно сложенный на спинке стула. У отца был такой же, много лет он пылится в сундуке.
— Отец! – голос Сэмюэля был ровный, но начинал хрипеть. Альфа отвлёкся от окна и посмотрел на нас. На меня. Я почувствовал себя бараном, загнанным в тупик. Интересно, с меня просто шкуру сдерут или ещё и на стол подадут. Передо мной стоял Великий король Севера, Альфа Аквила – Эмир Бора, и он лично прибыл сюда ради встречи с моей семьей. Никогда б не думал, что почувствую, как от нервов скрутит кишки. Но продолжал смотреть прямо ему в глаза. Один из немногих советов, который дал мне отец: «Всегда смотри в глаза. Тогда ты не позволишь другим смотреть на тебя свысока».
— Иди к себе и приведи себя в порядок. – голос Альфы обволакивал всю комнату. Он говорил так, что даже не мелькала мысль поступить иначе. Сэмюэль кивнул и вышел из комнаты, захлопнув за собой дверь.
— Проходи. – обратился Эмир Бора ко мне. Я помедлил, но сделал шаг вперёд.
— Это ты так его? – в голосе Альфы не было угрозы или упрёка, он просто спрашивал. Я кивнул. Бора улыбнулся – Молодец. У тебя хорошие навыки.
Я улыбнулся, но быстро вернул лицу невозмутимый вид. Напряжение пропадало, но мне не стоит забывать, с кем я говорю.
— Ваше...— только я хотел сказать, что это был равный честный бой, как Альфа остановил меня. Неужели, я хотел оправдать его сына?
— Давай без этого. Для тебя я Мистер Бора. Не нужно объяснений, я знаю, как проходят подпольные бои. Ты здесь не из-за этого – а он многое знает. Хотя, это не удивительно, он Альфа. У него точно связи в каждом городе на всём континенте.
—И из-за чего же? У меня несколько вариантов. – Мистер Бора вздохнул и помассировал рукой висок. Он выглядел уставшим, причём это была многолетняя усталость. Я видел такое, раньше, мама выглядела так же. Внешне, человек ничем не выделяется, но глаза выдают всё. Они бесчувственные.
— Честно признаться, я не думал, что ты придёшь. – в нём не было того высокомерия, которое было в богачах, с которыми я сталкивался раньше. Он сложил руки на груди и смотрел на меня с интересом, будто пытался что—то разглядеть.
— Вы лично прибыли сюда с Севера, нужно же проявить уважение – уверено посмотрев ему в глаза, выдал я.
— Дерзишь. Весь в отца. – рассмеялся Альфа. В нём было столько уверенности. Он не был похож на моего отца. Хоть он и Альфа, у него в подчинении целое государство, но мне он казался живым. Посерьёзнев, мистер Бора спросил. —Ты знаешь, где Артур?
— Здесь ему больше не наливают, значит, в другом кабаке или таверне. Я за ним не слежу. – иногда я рад, что ответ на этот вопрос я не знаю.
— И тебя это не беспокоит? – ему явно не понравился мой ответ. Его взгляд стал грубее, а голос строже. Он, что, упрекает меня? почему все думают, что я нянька моего отца, что я должен следить за ним.
— А должно? Его же не волнует, где я. – ком подступал к горло, я начинал злиться. Нужно успокоиться. Передо мной не тот человек, с которым стоит спорить.— Вы здесь, потому что отец и Вам должен?
— Должен? Можно сказать и так. – мужчина подавил смешок. Он развернулся к окну. Его усталое лицо осветил лунный свет, он разгладил морщины и несколько небольших следов от шрамов, и я увидел, как его карие глаза налились светом.
— Сколько? – обречённо вздохнув, я вновь почувствовал себя маленьким мальчиком, на которого взвалили бремя ответственности за ошибки своей семьи. Эти два года, что я батрачу у Хакана, отбили все силы на то, чтобы хоть чему-то удивляться в этой жизни. Поначалу, я был готов разорвать отца и брата на части. Один спивается, другой сбежал к лучшей жизни. Но после того, как меня пару раз избили до полусмерти, и дали за это приличный мешок золота, я смирился.
— Ох, парень, на боях ты столько не заработаешь. Я уже и не помню, сколько мешков куртов было потрачено на восстановление Гарда после пожара. – он снова улыбнулся, но уже от отчаяния. Альфа говорил о Кровавой ночи, причиной которой стал мой отец. Помолчав, он спросил — Что ты знаешь обо мне и о том, что случилось в Гарде?
— Вы, мой отец и..., если я правильно помню, Ричард Вуд считаетесь легендарными охотниками Аквила, и награждены орденом Мираха за заслуги перед северными землями. И что-то там ещё, я редко слушал болтовню брата. Суть в том, что вы были друзьями. Пока мой отец из мести чуть не сжёг дотла Гард. Вы сослали его в Бату, чтобы никто не узнал правду. Уже одиннадцать лет прошло. – я прекрасно знал, в чём был обвинён мой отец. Знал, что случилось, почему он мстил и что сделал. Знал, что Эмир Бора был для него близким другом, почти что братом. И что, отец сам разорвал с ним все связи, надеясь, что таким образом избавиться от прошлого. Но как показывает опыт, сколько не беги, не прячься, от себя и своего прошлого не убежишь, особенно, если это то, чего ты боишься больше всего.
Я не планировал кому-то рассказывать о тёмном прошлом своей семьи, и уж, тем более, не думал, что буду говорить об этом с человеком, знающем о случившемся, больше, чем я сам. Каждый раз, когда в моей голове мелькала мысль об отце и его прошлом, я не мог остановить свою злость. Я накапливал её и выплёскивал на боях. Но не думал, что если проговорить свои мысли вслух, то гнев будет подступать к горлу ещё быстрее.
— Что вам нужно? Вы нашли нас, чтобы добить? Передумали прикрывать его? - мне было понятно, что мистер Бора прибыл, чтобы просто убедиться, что убийца не сбежал из тюрьмы, которую сам создал для себя и силой посадил в неё своих сыновей
— Полегче на поворотах, парень! Помни, с кем говоришь! – его голос прогремел на всю комнату, что я замер и врос в пол. Похоже, что я его разозлил, раз он напомнил о своём титуле. Эмир зло на меня смотрел, надеясь проглядеть дыру у меня на лбу. Теперь понимаю, почему его сторонится собственный сын, а остальные Альфы не хотят конфликтов.
— А что? Вы думаете, мне есть что терять? Братом угрожать будете? – гнев внутри меня просачивался наружу. То ли полнолуние так на меня действовало, то ли человек напротив. Мой голос становился громче, а руки сжались в кулаки. Повреждённое плечо заныло и эта боль немного отрезвила меня, приводя в чувство. Рука пульсировала. Ноющая боль поползла по спине. Я сделал глубокий вдох и немного подождав, выдохнул. Легче не стало. Потом поноешь! Стой смирно! Альфа молча наблюдал за моей дилеммой, оценивая холодным взглядом. Мы оба были на взводе. Я отвёл взгляд в сторону и моргнул несколько раз, пытаясь расслабить глаза. Слишком долго я злобно смотрел в одну точку. Меня вновь поставили на место, напоминая кто я. Тишину прервал скрип гнилых досок, Мистер Бора подошёл ко мне, и его рука легла на больное плечо. Жгучая боль разлилась по телу, я старался не подавать виду, и стоял, смотря куда-то в сторону, в надежде, что мне позволят тихо уйти, желательно с двумя работающими руками. Когда мужчина стоял рядом, он казался ещё мощнее. Но Альфа понял, в чём дело, и быстро убрал руку.
— Совсем из ума выжил? – вопрос был неожиданный. Я удивлённо посмотрел на мистера Бора - Никогда не отводи взгляд, если считаешь себя правым. И не важно, кто перед тобой, простой рабочий или Альфа. Ещё раз так сделаешь, шею сверну! – его глаза смотрели прямо в мои, и в них не было ненависти и презрения, которые я ожидал. Вместо этого я увидел... гордость? Он говорил спокойно и уверенно. – под ноги смотри, когда будешь навозные кучи обходить, а когда отстаиваешь себя, особенно перед тем, кто выше тебя по статусу, смотри в глаза, опустишь – бой проигран. Ты действительно считаешь меня таким человеком? Я конечно злопамятный, но разве я бы стал оттягивать месть на десяток лет. Я здесь, потому что хочу, чтобы вы вернулись в Аквил.
— Зачем? – я всё ещё не отошёл от его предыдущих слов, а мужчина говорит о возвращении отца на родину. Что происходит? – Я не совсем понимаю, зачем вам это? И зачем это нам? Ему?
— Как бы то ни было, Артур Грейберг, опытный охотник, под его командованием были десятки людей, которые его уважали и восхищались. Я бы хотел, чтобы он наконец-то вернулся к прежней жизни. – от его слов мне стало только больнее. За свою жизнь я наслушался историй о некогда великом оборотне, бравом охотнике, но всё это забылось, а взамен появились пустые бутылки, разбросанные по дому. Чтобы вновь не сорваться на крик, я повернул голову в сторону окна, там на чёрном небе светила белоснежная луна. Почему её свет такой спокойный?
— Вы помните его другим человеком. Он уже давно не тот, каким был в Аквиле. Вы ошибаетесь, мой отец убийца, предатель и бесхарактерный человек, который боится взять ответственность за свои ошибки, и предпочитает тонуть в выпивке, чтобы хоть не на долго забыть о прошлом. И все его проблемы приходится разгребать мне и брату. Марк нашёл способ спастись, он сбежал в Бардо, а я так не могу. – Пока я говорил, не сводил глаз с луны за окном, своим холодным светом она хоть немного притупляла пожар внутри меня. Это лишь малая часть того, что копится в моей голове. Эмир Бора не тот, кому я должен всё это высказать.
— Мы с тобой говорим об одном человеке, у которого была непростая жизнь. Но если ничего не сделать, он утонет в бутылке. Я ни за что не поверю, что ты не хочешь ему помочь, что не хочешь вернуть отца. – Я улыбнулся, всё так же не отрывая взгляда от белого шара. Да, я помню того мужчину, который учил нас с братом драться, водил на охоту, того, чей приезд мы так сильно ждали. Но, как можно помочь тому, кто этого не хочет. То, что ему стало плевать на нас, я усвоил давно, но ему плевать на себя.
— То, что Вам нужен легендарный охотник, это единственная причина, по которой вы хотите, чтобы мы вернулись? – мне казалось, что только возвращение отца в Аквил, не совсем весомая причина, личного приезда Альфы. Тут должно быть сто—то ещё. Мистер Бора ухмыльнулся и почесал подбородок, заросший густой светлой щетиной.
— Если брать в расчёт официальную причину, то это государственная тайна, и я не могу её разглашать, так как ты официально не являешься, членом высшего общества Севера. Слажу лишь, что время сейчас непростое, и возвращение твоего отца, желательно в его прежнем виде, просто необходимо. Но, помимо, официальной, есть и моя личная причина. – Альфа был серьёзен. Что-то происходит, там, наверху.
— И что же за личная причина? - Да, от высшего общества я далёк, но «чем меньше знаешь, лучше спишь», здесь не работает. Меня снова во что-то втягивают.
— В Кровавую ночь в Гарде погибли и пострадали сотни. Среди них есть девочка, она чудом выжила, но сильно пострадала, как снаружи, так и внутри. Она очень дорога мне и твоему отцу. Артур сейчас такой именно из-за того, что эта девочка чуть не погибла. Я хочу, чтобы они встретились. Твоему отцу пора принять прошлое, а ей пора узнать правду – я отвёл взгляд к окну, обдумывая услышанное. Когда Бора говорил, о девочке, его голос стал мягче. Кто она? Дочка? Почему из сотен пострадавших, отец так переживает за неё? И зачем им нужно встретиться, неужели это поможет? Куча вопросов в моей голове смешались в непонятную кашу. Только я хотел задать какой-нибудь из них, Альфа перебил меня. — Скоро рассвет, тебе пора домой. Я постараюсь сам встретиться с твоим отцом. Как ты и сказал, не просто так, я приехал сюда лично.
Я понял, что мистер Бора не хочет отвечать на возникшие у меня вопросы. По крайней мере, не сейчас. Слегка улыбнувшись его словам, я пошёл к двери. Когда я уже взялся за ручку, он окликнул меня.
— Ты сказал, что твой брат спасся. А что насчёт тебя? Ты хочешь в Бардо? – его предложение звучало заманчиво. Крепость Бардольф считается самой стойкой на Севере, и выпускает лучших охотников. Отец учился там, и брат с детства мечтал попасть. Мне на роду написано быть там. Но Хакан и его люди. Он не оставит меня, пока не отдам долг. Вспомнив об этом, ком злости снова подступил к горлу. Который год я соглашаюсь на всё, что он говорит, валяюсь в своей и чужой крови, грязи и дерьме, ради того, чтобы его люди не дежурили у нас под окнами, чтобы не караулили и не избивали отца и не достали брата. Наблюдая за Хаканом, я понял, что его угрозы не шутка. Его власть не безгранична, но велика. Отвлёкшись от мыслей, я заметил, что мистер Бора всё ещё ждёт моего ответа. Но ком подступал всё выше, а вновь выплёскивать эту желчь я не хотел.
— Я не бегу от семьи или её прошлого, но лучше с ним не пересекаться. Так жить спокойнее. На Севере мне не место, я не Марк. Вы хотели встречи со мной, так как не знали, как на Ваш визит отреагирует отец. Но нужен Вам именно он. Таверна, где он ошивается, на другом конце города. Удачи с поисками! – это всё, что я смог выдать твёрдым голосом, глядя ему в глаза. Кивнув головой, я вышел из комнаты.
Как только дверь за спиной закрылась, я ухватился рукой за стену. Коридор перед глазами шатался как лодка во время шторма. Боль в руке стучала аж в висках. Что-то я сильно напряг руку в порыве злости. Подождав, пока коридор перестанет раскачиваться, я пошёл к выходу из таверны.
Зимой ночи длинные, так что было ещё темно. Если вчера, небо было затянуто тучами, а вьюга заметала всё, то сегодня на редкость тихая ночь. Таверна находилась десяти километрах от города, но с обратной стороны от дома. Путь предстоит длинный, не думаю, что дойду, усталость давала о себе знать, скорее, с рассветом меня откопают где-нибудь в снегу. Стоя, у единственного здания в заснеженном поле, я пытался придумать, что делать. До города, может, я ещё дойду, но обогнуть его улицы и пройти ещё столько же до деревни, нет, не смогу. Выход только один – мастер Эвре, кузня как раз с этой стороны города. Больше мне идти некуда.
—Ну как, живой? – я обернулся на голос. Сэмюэль сидел на горе дров возле таверны. Видок у него был потрёпанный, хоть и получше, чем когда мы шли сюда.
— А могло быть как-то иначе? Мог бы сразу предупредить, что ведёшь на верную смерть. Я то думал, это так, чтобы припугнуть. - сделав пару шагов в сторону Его Высочества, я отошёл от входной двери — Всё это было лишь для того, чтобы узнать у меня, где отец? Неоправданно длинный план.
— Согласен. Переборщили. Зато повеселились. – Бора хотел засмеяться, но рана на животе не дала. Смех перешёл в кашель.
— Да, я вижу как тебе весело. От смеха аж живот скрутило. – облокотившись о стену таверны, я слушал, что же ещё выдаст Сэмюэль. Со стороны это, наверное, выглядело, как уверенный жест, но меня просто не держат ноги.
— Ничего, я помню про реванш. – почему-то наш разговор вызывал у меня смех. Я ему противен, это я уже понял. Он мне тоже, и он это уже понял. И мы говорим о реванше, хотя оба еле передвигаемся.
— Для этого тебе придётся снова навестить Визергер.
— Собираешься ослушаться Альфу? – Бора оценивающе посмотрел на меня.
— Ему нужен только знаменитый охотник, но он найдёт лишь пьяницу. И я не думаю, что Вы, Ваше Высочество, спите и видите, как я пойду на службу в великую крепость Бардольф.
— Тут ты прав. Мне достаточно одного Грейберга. Он, кстати, фамилию не скрывает.– Сэмюэль явно был доволен, что задел за живое. - Признаться честно, я всё жду, когда ты будешь расспрашивать про брата.
Услышав о брате, я поднял взгляд на Бора, до этого я осматривал всё вокруг, пытаясь развеять пелену от боли и усталости.
— Живой? – все мои вопросы были адресованы Марку, но и на них не уверен, что получу ответы.
— Да. - Его Высочество, ожидал от меня другой реакции. Мне нравится, что я не оправдываю его ожиданий. Это мой талант.
— Ну и хорошо, значит, никто не отнимет у меня счастья прибить его. – умиротворённо вздохнув, я смотрел как растворяется облачко пара, появившееся от холода.
— Интересная у вас братская любовь...
—Твой отец сказал про какую-то девочку в Гарде, кто она? - выпад Семюэля остался без ответа. Меня интересовало другое.
— А это уже не твоё дело. Выбора у вас нет. Хотите того или нет, Артур вернётся в Аквил, а ты, к моему сожалению, пойдёшь на службу в Бардо. К третьей весенней луне Бардо заканчивает призыв и начинается служба. Времени у тебя не так много, так что, заканчивай дела и ждём вам... кхм, дома. И буду премного благодарен, если будешь держаться подальше от той девочки
— Я даже не знаю, кто она. – странно, что Его Высочество так яро отреагировал. Он больше не сдерживал свою неприязнь и прожигал меня взглядом. Что же это за девочка?
— Вот и она не должна узнать кто ты! – проговорил он сквозь зубы. Семюэль явно собирался сказать ещё что-то, но закрыв глаза постарался успокоить себя, а потом просто зашёл в таверну. Видимо я могу быть свободен.
Шаркая ногами мо снегу, оставляя после себя след, больше похожие на следы от колёс повозки, чем от ног, я шёл в сторону города. Закрыв глаза от боли и усталости, я прижал больную руку к телу, от холода я её почти не чувствовал. Так, шатаясь, с закрытыми глазами, я и дошёл до города, понял я это, когда под ногами, вместо снега оказалась грязь. Пройдя пару переулков, я подошёл к кузне. Будить старика не хотелось, поэтому я надеялся, что дверь с заднего входа не сильно скрипела. Аккуратно шагая, чтобы ничего не задеть, я шёл в угол комнаты, где лежали мешки с песком.
— Стоять! – я чуть не навернулся через собственные ноги, когда услышал строгий голос мастера у себя за спиной. Всё таки разбудил. Медленно обернувшись, я увидел, что мастер в одной ночной рубахе и держит в руке топор, отлитый несколько дней назад, я хорошо его запомнил, потому что, сам с ним чуть не накосячил.
— Мастер, это я! – я поднял руки вверх, но боль в плече заставила их опустить. И не скажешь, что старик безобиден, хоть он и слеп, но топор держит уверенно.
— Я знаю, Макс. – я истощён, и в темноте видел с трудом, но точно знал, что пустые белые глаза мастера смотрят прямо на меня. — Что ты здесь делаешь? Что за рвение к труду?
— Мастер, я всё объясню, только опустите топор – несмотря на то, что мастер меня узнал, нюх у него, что надо, топор он не опускал. Это настораживало.
— А что, тебя что—то смущает? Не доверяешь, старику? – хмыкнул мистер Эвре и подкинул топор в руке и снова поймал. За годы слепоты навыки он не потерял.
— Вам доверяю, а вот топору у Вас в руке – нет – на всякий случай я сделал шаг назад. Но старик, всё же, опустил топор и положил на стол рядом.
— Ну и, что ты здесь забыл в такую рань? Почему от тебя пахнет кровью, и не только твоей? Опять влез куда—то? — уперев руки в бока, он продолжал смотреть на меня. От этого взгляда мне стало страшнее, чем несколько часов назад на ринге.
— Хорошего Вы обо мне мнения, мастер – в мой план тихо пройти в кузню и наконец—то поспать, в надежде, что утром рука сама собой перестанет болеть или хотя бы не отвалиться, не входило, что придётся впутывать мастера в семейные разборки.
— А я разве не прав? Напомнить, как вы, два брата, попали ко мне? – мастер любил вспоминать прошлое, эму по возрасту положено. Одним из любимых моментов, он любил вспоминать то, как мы с Марком попали к нему в кузню.
— Пожалуй, не стоит — если для старика это было приятным воспоминанием, надеюсь, что приятным, то я не особо и радовался в тот день. И сейчас, глядя на старика, озадаченного моим ночным приходом, мне становилось ещё хуже от того, что я отказал ему утром. Неужели это было утром, такое чувство, что несколько дней назад. Мне было жаль старика, и я уважал его всей душой, но не мог пойти против себя.
— Я жду твоих объяснений, Макс – мастер Эвре пододвинул стул и сел напротив меня. Мне тоже хотелось присесть, но думаю, если я сяду, то сразу же усну.
— Вы что—то знаете о подпольных боях? – старик задумался над моим вопросом.
— Отец должен Хакану – старик нахмурился, услышав мои слова. То, что я влип, я понял ещё сидя с завязанными глазами в крепости, но насколько это всё серьёзно начал осознавать только сейчас. Если даже мастер с опаской говорит о боях, а он человек суровый, то я в полной заднице с этим долгом.
— Сколько? – на этот вопрос мне не хотелось отвечать, мастер Эвре стар, и беспокоить его мне точно не хотелось. Ему не нужно знать о моих проблемах. Не хочу втягивать и его в этот долг. — Что он такого сделал, что пришлось связаться с Хаканом?
Я продолжал молчать. Что—что, а в чём виноват Артур Грей я знал хорошо, я за это поплатился детством, матерью и братом. Почему—то детям всегда приходится расплачиваться за ошибки родителей, будь—то это их прошлое или несбывшиеся надежды, дети должны исправить всё.
— Поэтому ты в крови? – мастер, наверняка, хотел задать ещё вопросов, но поняв, что я и дальше буду молчать, он медленно встал со стула, — Руки у тебя сильные, это я знаю, но ты уверен в своих силах? Справишься с этим?
— Разве у меня есть выбор – раньше, этот холод в мастере, его привычка резко обрывать разговор, не дождавшись ответа просто уходить, меня пугала, сейчас, я ему за это благодарен – Можно я у Вас сегодня останусь?
— Ты знаешь, где лежат бинты и мази, обработай раны и ложись – он махнул рукой в сторону, где в полной темноте, с другой стороны комнаты лежала корзина с парой баночек с мазями и несколько тряпок, которые он называл бинтами.
— Спасибо, мастер. И простите, за то, что было утром...
— Не извиняйся за то, в чём считаешь себя правым. В любом случае, ты всё ещё мой помощник, и я надеюсь, что к слепому кузницу не добавиться ещё и безрукий помощник, поэтому, будь аккуратнее. Доброй ночи. – шоркая ногами, старик пошёл в свою коморку и закрыл за собой двери, и я снова остался один, в полной темноте.
Спотыкаясь об мешки, вёдра и разный мусор, я наконец нашёл под столом корзину с нужными мне вещами, и также спотыкаясь и звякнув пустым ведром на всю кузню, я вернулся обратно к мешкам и завалился на них от усталости. Осматривая помещение, мой взгляд зацепился за ставню, которая тихо поскрипывала. Идиот. Я поднял руку и откинул крючок, которые соединял ставни, и кузня осветилась лунным светом. Почему я раньше не додумался.
Порывшись в корзине, я нашёл какой—то флакончик с мазью, купленной, на рынке по дешёвке. Мастер считал, то, что может зажить само, лечить не нужно. Но я думаю, что он просто не доверяет лекарям, которые не смогли восстановить ему зрение. в любом случае мазь в флаконе засохла и превратилась в камень, толку от неё не будет.
С трудом я снял плащ, жилетку, и скорчившись от боли кое—как стащил с себя рубашку, весь рукав был красного цвета, теперь это всё отстирывать. Из открытого окна дуло, и холодок прошёлся по разгорячённой болью руке. Выглядела она ужасно, от плеча до локтя тянулись пять полос от когтей, и что—то всё таки там было сломано. В обычное время, перелом бы заживал несколько дней, но сегодня полнолуние, может к утру хоть немного кость срастётся. Легенды, легендами, а лунный свет для оборотня лучше любой мази, особенно той, что у меня.
Достав из корзины длинный лоскут застиранной ткани, которая из некогда белой превратилась в жёлто–коричневую, от следов крови. По–хорошему, рану бы надо было сначала обработать, но ковылять по кузне в поисках воды как-то не сильно хочется. Протянув край повязки под рукой и зажав в зубах, чтобы не развязывалось, криво и явно неправильно, но хоть как-то я перевязал руку. Хотя бы, чтобы грязь не попала и кровью ничего не измазать.
Завалившись на мешки, я наконец-то мог выдохнуть. Лёжа на куче мешков, которые сейчас мне казались королевской периной, я наблюдал, как ветер расшатывал ставню, а луна горела белоснежным шаром на тёмном небе. Я жутко устал, и всё тело ныло от боли, но не мог отвести взгляд, почему-то именно сейчас мне было так спокойно. Сколько раз я уже спал в этом углу.
Не знаю, сколько я так пролежал, в голове была каша из мыслей, и в этом бреду вопросов и непониманий я пришёл к простому выводу, что выход у меня один – это отдать долг и покончить с этим. Я терпеть не могу пустые разговоры и мысли, которые только засоряют голову, но ни к чему не приводят, так что, глупо размышлять о том, что было или будет. Уже давно живу по принципу: смирись и живи дальше.
Уснул я с вопросами, которые никак не уходили из моей головы. Что дальше ожидать от Бора? Какой у них план?