Тайны Грин Холлоу

Генри сидел в кресле, посасывая кровь из пакета, который он все же вытащил из холодильника, который был в машине. От того, что случилось с автомобилем, сумка с холодильником перевернулась, и пакеты рассыпались по полу вместе с кусочками льда. Хорошо, хоть ночь была прохладной, и ничего не испортилось. Рядом на диване сидел уже одетый Макс, а Бекки, стоя на коленях на том же диване рядом с ним, аккуратно обрабатывала его разодранное лицо.
Грей перевел взгляд с него на сидящую через кофейный столик во втором кресле Вик. Она выглядела необычайно отстранённой и потерянной. Он не мог решиться к ней подойти или даже заговорить. Она словно неожиданно стала чужой и холодной.
— С-с-с, ай!— Заскулил как щенок Макс, когда Бекки коснулась его лица ватным тампоном смоченным антисептиком.
— Терпи, не маленький,— проворчала ведьма, невозмутимо продолжая свои манипуляции.
Макс никогда не думал, что будет так рад очутиться в доме Бекки. Здесь так тепло и уютно, особенно в сравнении с холодным ночным лесом. Запрокинув голову на спинку дивана, оборотень покосился на сидящего неподалёку в кресле Генри. Утолив жажду, тот стал выглядеть вполне сносно.
— Ну как прогнозы?— спросил Макс, переведя взгляд на сосредоточенное лицо Бекки.
— Шрамы останутся. В этом можешь даже не сомневаться.— "обрадовала" его она.
Ведьма последний раз коснулась тампоном его лба и обернулась, глядя на собравшегося куда-то Генри.
— Ты куда? — спросила она.
— Покурить, — бросил он в ответ.
Макс, позволив себе немного опустить голову, посмотрел ему вслед. Грей выглядел ужасно подавленным, что вызвало у Макса беспокойство. Конечно, было бы странно, если бы он выглядел спокойным и жизнерадостным, учитывая обстоятельства, но...
Бекки поднялась с дивана и направилась на кухню. В это же время Виктория, которую Макс не видел из-за того, что ее загораживала собой Бекки, встала с кресла и тоже ушла на террасу. Через пару минут Бек вернулась с плоской ёмкостью, похожей на баночку из-под крема, но наполненной какой-то самодельной мазью.
— Что произошло? — спросил Макс, снова запрокинув голову. — Ну, как вы остановили Викторию?
— Я попробовала на ней ритуал развоплощения, — ответила Бекки, сосредоточенно хмуря брови. — Я не была уверена, что он сработает с ней. Но... — Она закрыла баночку. — Пойдем, навестим Лили.

Для Лили Бекки расчистила часть комнаты, которую раньше использовала как кладовку. Весь дом ведьмы напоминал кладовку — столько в нём было разного хлама. Казалось, к ней могли бы приезжать студенты Хогвартса и закупаться принадлежностями к учебному году. У неё, наверное, нашлось бы всё.
— Макс!— Воскликнула Лили, увидев брата, и дернувшись в его сторону, тут же поморщилась от боли.
— Эй, тише, — подлетев к ней и опустившись на колени, сказал он. — Не дёргайся так.
Он поцеловал сестру в лоб.
— Я тоже рад тебя видеть.
Бекки уселась рядом с Лили на постель и протянула кружку с пряно пахнущим отваром.
— Сильно болит? — встревоженно спросил Макс, окинув взглядом повязку на груди сестры.
— Сейчас снова да, — сдавленно ответила Лили, взяв кружку одной рукой.
— Выпей это, должно полегчать до конца дня, — заботливо сказала Бекки.
— Как так вообще вышло? — посмотрел Макс по очереди на Лили и Бекки, ожидая ответа.
Лили рассказала, как отлетела в дерево благодаря тяжёлой руке — или лапе — Виктории. Его воображение ярко нарисовало эту картину, и он болезненно прикрыл глаза на секунду, нахмурившись. Повезло ещё, что позвоночник не сломала. При мысли об этом по телу побежали мурашки.
— А с тобой что случилось? Где ты был? — спросила Лили, сделав глоток из кружки и слегка поморщившись.
— Я... отрубился. Наверное, головой ударился, не знаю, — ответил Макс.
Он посмотрел на печальную Лили, но кожей почувствовал на себе пристальный взгляд Бекки. Покосившись в сторону, заметил искру сомнения в её глазах.
«Она не верит мне», — решил он и прикинулся дураком, сделав вид, что не заметил этого.
— Так, получается, мы здесь надолго застряли, — скорее констатировал факт, чем задал вопрос Макс.
— Мне нужно приготовить один отвар. У Лили преимущество — она оборотень. Её регенерация проходит быстрее, чем у обычных людей. Но с такой травмой она может пролежать здесь неделю, а то и две. Отвар поможет сократить время до нескольких дней, — вздохнула Бекки и забрала кружку у Лили. — В любом случае, я не смогу продолжить расследование, пока не поставлю девочку на ноги.
Макс согласно кивнул и осторожно сжал левую руку Лили, лежащую на одеяле.
— А потом? — спросил он. — У тебя есть план?
Бекки вздохнула и посмотрела в окно, прищурив глаза.
— Мне нужно будет уехать. Моих знаний здесь не хватает. Нужно обратиться к одной мудрой и могущественной колдунье. Она живёт довольно далеко отсюда, поэтому меня не будет неделю или чуть дольше. Если кто-то и знает, с чем мы имеем дело, то только она, — сказала Бекки.
Она посмотрела на Макса, и он вновь заметил в её глазах подозрение, которое почти сразу исчезло.
— Я отрезала у Виктории прядь волос, пока она была без сознания. Так будет легче увидеть, — добавила Бекки.
Макс кивнул и поднялся на ноги.
— Пойдём покурим? — предложил он Бекки. Она пожала плечами, встала следом и, велев Лили отдыхать, ушла.
— Я скоро вернусь, — полушёпотом сказал Макс и, подмигнув сестре, ушёл следом за Бекки.

Генри с наслаждением затянулся, чувствуя, как горький дым обжигает его лёгкие. Кажется, он постепенно начал переходить в стадию принятия того, что происходило вокруг. Вдруг услышал, как тихо открылась дверь за его спиной. Он продолжал стоять на месте, не оборачиваясь. Ему это не нужно было, чтобы понять, что это была Виктория.
— Генри, — обратилась она к нему, и он оглянулся, держа в пальцах тлеющую сигарету. — Нам нужно поговорить.
Вздохнув, Генри стряхнул пепел и ещё раз затянулся.
— Да, пожалуй, стоит.
Девушка подошла к нему совсем близко, и он наконец обратил к ней всё своё внимание. Сердце само по себе начало стучать быстрее.
— Я хочу тебе сказать кое-что, не перебивай меня, пожалуйста, — попросила Вик, трогая пальцами ворот его пальто. От её тона Генри невольно напрягся всем телом.
— Хорошо, — тихо произнёс он и сглотнул.
— Я не знаю, на что ещё я способна... и признаться честно, совсем не хочу это знать. Но я чётко знаю лишь одно: я не готова причинять боль...
Грей внимательно посмотрел на неё, чуть сведя брови, и мучительно пытался догадаться, к чему она вела.
— Я понимаю, — начал он, но Виктория продолжала говорить.
— Тебе в первую очередь.
Он смотрел в её глаза и ощущал, как изнутри его заполняло нечто тёмное, тяжёлое и мучительно болезненное.
— Просто дай мне время разобраться в себе самой, — сказала она и, не дав ему даже возможности обдумать и осознать её слова, порывисто поцеловала. Сигарета, успевшая истлеть до фильтра, выпала из его пальцев, оставив небольшой ожог. Мысли, едва успевшие возникнуть в его голове, тут же рассыпались как песочный замок. Генри жадно поцеловал её в ответ, но отчего-то ощутил на губах призрачный привкус горечи. Постепенно мысли вновь начали собираться воедино, но он упорно не желал принимать возникшее в его голове осознание.
— Не надо. Пожалуйста, я тебя умоляю, не надо, — произнёс он.
Виктория прервала поцелуй и коснулась пальцами его губ.
— Прости меня за всё, — сказала она, а он лишь молча смотрел на неё во все глаза и чувствовал, как дёргался левый уголок его губ, изогнувшихся в нервной улыбке.
Она ушла, оставив его стоять на террасе, глядя в одну точку.
Внутри в считанные секунды словно образовалась дыра. Сердце остановилось, а голова начала кружиться. К горлу подкатила тошнота.
«Она только что бросила меня? Она?» — подумал Генри.

Словно на автопилоте он пошёл обратно в дом. В дверях столкнулся с Максом. Тот что-то спросил у него, но он ничего не услышал, поэтому просто рассеянно кивнул. Максу этого оказалось достаточно, и он ушёл на террасу.

Застыв словно статуя посреди гостиной, он крепко сжал руки в кулаки и отсутствующим взглядом смотрел в пол. Сердце начало вновь биться, а глаза быстро наполнились слезами. Генри моргнул, заставляя две большие слезы скатиться по щекам. Судорожно стёр их рукавом пальто и сделал глубокий вдох.
— Спокойно, Генри, — сказал он себе.
Несколько минут Грей стоял, оглядываясь и вытирая мокрую от слёз руку о полу пальто.

Он чувствовал, что не может защитить её, чувствовал, что у него не получится выполнить свои обещания. Но пока это не имело никакого стороннего подтверждения, у него была надежда, что не всё так плохо, что он сможет быть ей нужен и полезен. А теперь она дала ему понять, что он не может даже себя защитить, что уж говорить о ней.
Достав из пальто телефон, Генри, шмыгая носом, набрал сообщение для Вик:

«Зачем ты это делаешь?»

Он посмотрел на текст и, передумав, стёр его. Услышал, как открылась дверь, но не обратил на это внимания. Напечатал новое сообщение:

«Вик, ты же знаешь, что мы нужны друг другу. Или так думаю только я? Что мне сделать, чтобы ты передумала? Я люблю тебя. Неужели я настолько не на что не годен, что от меня можно избавиться?»

Дерганым движением большого пальца Генри отправил сообщение и вдруг услышал:
— Может, объяснишь, что случилось?
Голос Макса прозвучал неожиданно, и Генри слишком резко поднял на него глаза. Плотно сжав губы в узкую полоску, нервно сглотнул. Пальцы крепко сжимали смартфон.
— Я тут... — начал говорить он, но мысли почему-то путались, — меня... Кажется, Вик меня бросила.
Когда он произнёс эту мысль вслух, ему стало совсем плохо. Ему показалось, что ноги стали ватными, и весь он словно начал превращаться в тряпичную куклу. Ещё немного, и он рухнул бы на пол от бессилия.
— Чего? В каком смысле? — недоверчиво поинтересовался приятель, чем неожиданно вызвал в Генри приступ раздражения.
— Она сказала, что не хочет причинять мне боль, — на этих словах он едва истерично не засмеялся.
— Мне кажется, ты снова делаешь из мухи слона, — сказал Макс.
Генри посмотрел на него, стиснув челюсти.
—Ты что, меня не слышишь?
Макс положил руки ему на плечи, и они показались Грею такими тяжёлыми, что он тут же сгорбился под ними.
— Слушай, успокойся, я сейчас схожу к Лили, а потом вернусь, и ты мне всё расскажешь. Идёт?
Генри смотрел на Макса и не знал, что ему сказать.
У него не было желания говорить об этом. Макс все равно его не поймет.
Макс ушёл, а Генри ещё некоторое время стоял на месте. Проверил телефон, но ответа на сообщение не было. Голова жутко кружилась, и он понял, что ему нужно проветриться.
Выйдя из дома, увидел, что машины Вик уже нет. Она уехала. Вот так просто. Шмыгнув носом, застегнул пальто и пошёл в сторону дороги, ведущей в город. Он решил пойти пешком. Надеялся, что свежий воздух поможет успокоиться и привести мысли в порядок.

***

Утро следующего дня для Виктории началось ближе к обеду. После всех нахлынувших событий она проспала до полудня. Лениво потягиваясь в кровати, она включила музыку на смартфоне. Новых сообщений не было, а значит, нужно было начинать жить без него.
Встав с кровати, она спустилась на первый этаж и открыла холодильник, в котором осталась лишь пачка апельсинового сока, пачка творожного сыра, уже немного переспелое авокадо и яйца. Она приготовила себе глазунью, заправила половинку авокадо сыром, налила сок и села за стол.

Уныло ковыряясь в тарелке, Виктория поняла, что сегодня ей совершенно не хотелось ничего делать. Такое ощущение, что больше некуда спешить.
Закончив с завтраком, она перемыла весь дом, смывая все остатки прошлого. Спустя несколько часов дом Эмили стал выглядеть куда свежее. К вечеру Виктория выбралась в сад и полила растения, которые так бережно высаживала её тётя за последние годы.

Утром второго дня Виктория поняла, что в холодильнике почти ничего не осталось. Решив, что нужно съездить в ближайший гипермаркет и закупиться продуктами на оставшиеся деньги, она натянула на себя первые попавшиеся джинсы и толстовку, заколола волосы в хвост и вышла из дома. Сев в машину, она направилась в магазин.
Настроение было паршивым, поэтому девушка то и дело переключала музыку на радио. Ничего не нравилось, но и без музыки ехать не хотелось. Наконец остановившись на песне «Lonely Angel», она свернула к гипермаркету.
Походив между рядом, Виктория кинула в продуктовую тележку кучу мяса, овощей, фруктов и безумное количество сладостей. Не зная, почему, но сейчас ей больше всего хотелось укутаться в плед и съесть ведёрко мороженого в одиночку. Пробив чек на довольно приличную сумму, она вернулась в свое авто и начала выезжать с парковки.
Тронувшись с места, Виктория посмотрела в зеркало заднего вида. Осторожно нажав на педаль газа, она начала выезжать задним ходом, попутно настраивая магнитолу. Услышав хлопок, девушка обернулась и увидела, что врезалась в чью-то машину.
— Черт, только этого не хватало, — сквозь зубы прошипела она.
Выйдя из машины, Виктория заметила небольшую вмятину на заднем крыле авто, в то время как у другой машины, похоже, «Хаммера», была разбита передняя фара. Владелец джипа вышел не сразу, но как только он оказался перед ней, Виктория тут же столкнулась с взглядом его кофейных глаз.
Ховард улыбнулся Виктории и внимательно осмотрел свою машину.
— Черт, простите, я совершенно не заметила вас, — виновато бросила девушка, глядя на свою побитую «мазду».
— Думаю, мы сможем урегулировать это недоразумение в более приятной обстановке. Я Ховард, — он улыбнулся немного хищно и протянул ей руку. — Составите мне компанию за обедом?
Виктория ухмыльнулась в ответ и решила, что дома ей делать сегодня нечего. Особенно учитывая, что встречаться с полицией ей вовсе не хотелось.
— Виктория,— она слегка пожала его руку. Ладонь парня оказалась крепкой, но довольно нежной, было ясно, что он вряд ли занимается физическим трудом.
— Виктория, — отчетливо протянул он ее имя, заставив девушку немного смутиться.
— А что с машинами?— Спохватилась девушка.
— Не переживайте, я знаю отличную автомастерскую недалеко, а рядом с ней есть приличный ресторан, — Ховард чуть улыбнулся, явно рассчитывая на положительный ответ.
Немного подумав, Виктория согласилась. Вся эта неприятность с машиной была ей в тягость, и она готова была принять помощь от кого угодно.
Сев за руль своей машины, она поехала вслед за Ховардом. Прибыв на место, они оставили машины в ремонте и решили прогуляться до кафе пешком. По словам Ховарда, это должно было занять не более пятнадцати минут.

На улице сегодня было неожиданно тепло для осени. Светило солнце, и дул слегка прохладный ветерок. Атмосфера была настолько приятной и спокойной, что все ужасы прошлых дней, казались жутким сном.
— Виктория, а вы давно в этом городе? Я вас раньше никогда не видел, хотя и живу здесь всю свою жизнь.
— Я родилась здесь, потом долгое время жила в Северной Каролине, училась, а сюда вернулась...— девушка задумалась на секунду, и решила не посвящать первого встречного в свои проблемы. — на каникулы.
Парень галантно открыл перед ней дверь ресторана. Виктория выбрала столик около окна. Ховард заказал два стейка с овощами и два бокала красного вина.
Вспомнив дорогую машину Ховарда, Виктория решила поддержать диалог и спросила о его работе:
— Чем вы занимаетесь, Ховард?
Вертя в руках свой бокал, он ответил на ее вопрос:
— Я юрист. Бракоразводные процессы, оформление наследства, судебные тяжбы и тому подобное.— Его губы слегка изогнулись в еле заметной улыбке,— Но это сейчас не столь интересно. Я предлагаю выпить за знакомство, — они чокнулись, и Виктория сделала глоток сухого вина.
Они разговаривали на отвлеченные темы, болтая ни о чем и обо всем, лишь не затрагивая некоторые личные аспекты. Виктория пыталась определить возраст парня, на вид ему можно было дать как 18, так и 30. Он был довольно симпатичным, но его внешность почему-то не слишком радовала. Парень казался Виктории странным. Но она все же нашла в себе силы отбросить напряжение, сославшись на то, что уже становится параноиком.

После обеда они вернулись в автомастерскую узнать, как обстоят дела с их машинами. Хаммер Ховарда уже был готов, в то время как ее мазде требовался более длительный ремонт.
— Ваша машина будет готова послезавтра, мисс, — сказал автомеханик, взглянув на нее из-под козырька кепки. Лицо его было испачкано чем-то черным.
— Что ж, придется подождать, — вздохнула Виктория,— спасибо.
Ховард любезно предложил подвезти ее до дома. Вытащив из «мазды» свои пакеты с продуктами, она пересела к нему в машину.
До дома они доехали в полной тишине, и только около порога дома Эмили Виктория сказала:
— Спасибо за помощь.
— Всё в порядке. Если понадобится моя помощь, номер у тебя есть. — Ховард мягко улыбнулся в ответ и буквально через минуту скрылся за поворотом.

Приготовив себе стейк с кровью, Виктория разожгла камин и, укрывшись пледом, залезла с ногами на диван в гостиной. Съев двойную порцию мяса, она медленно потягивала вино и смотрела на играющие язычки пламени в камине. Взяв из морозильника ведёрко с фисташковым мороженым, она успела съесть пару ложек и не заметила, как уснула прямо на диване с ложкой в руке.

***

Особняк. Хозяин кабинета сидел в мягком кожаном кресле, перебирая какие-то бумаги на своём столе. Перед ним лежала старинная книга с ветхим переплетом и желтоватыми страницами. Вдруг послышался стук в дверь кабинета.
— Войди, — коротко бросил владелец дома.
В комнату зашёл его подчинённый.
— Ну как прогулялся с моей дочерью, Ховард? — с вызовом произнёс хозяин.
— Господин, — подчеркнув статус, проговорил парень, — всё прошло прекрасно. Она ещё полностью мне не доверяла, но я уже явно её заинтересовал.
— Отлично, продолжай в том же духе, — вертя в руке перьевую ручку, он продолжил. — Если всё пойдёт по плану, то ты станешь моей правой рукой, и тебе достанется самое ценное, что у меня будет, — моя дочь.
— Я приложу все усилия, кровь и кости, чтобы выполнить ваш приказ и получить награду, — ухмыльнулся шатен с кофейными глазами.
— Наведи её на мысль, что ей нужна юридическая помощь с наследством, — брезгливо отчеканил босс. — Её тётка была умной женщиной. Она оставила в какой-то из ячеек банка одну из частей амулета. Чтобы её забрать, необходимо, чтобы Виктория посетила банк. Доставь девчонку с камнем ко мне, либо под предлогом его переоценки забери драгоценность на время. Когда волчонок добудет её кровь, мы завершим дело, — хозяин блеснул взглядом своих огненных глаз.
— Выполняй.
— Да, хозяин, — Ховард исчез за дверями кабинета.

***

За то время, пока Лили восстанавливалась у Бекки, Макс успел починить ее машину. Конечно же, он сделал это не сам. Ему помог Нис. По словам Ниса, за эти три дня рядом с домом Макса крутились какие-то подозрительные люди, но что именно могло быть им нужно, понять так и не удалось. Никаких следов или тайных посланий он не обнаружил.

Наконец они с сестрой вернулись в их дом.
На следующий день Максу позвонил Бобби. До Бобби долетел слух о его аресте, а вот об освобождении почему-то нет. Макс попросил Бобби поработать за него несколько дней. Для убедительности отправил ему свою фотографию. Реакция была бесценна. Отметив, что Макс будто подрался с Росомахой, Бобби согласился.
За все это время Хейл несколько раз пытался дозвониться до Генри и даже приезжал к нему домой, рискуя столкнуться с его матерью. К счастью, дома ее не оказалось, и ему открыла горничная, которая сообщила, что Генри дома не было уже несколько дней. Эта информация сильно встревожила Макса, и тогда он отправился к ресторану Грея, но, к своему удивлению, обнаружил, что там хозяйничает тот самый тип, Джефферсон. Беседовать с ним Макс не стал и просто отправился домой.
Куда он мог подеваться?
Невольно в голову оборотня закрались страшные мысли о том, что это могли быть проделки того урода, который называл себя отцом Виктории. Этот Бад ведь сам говорил, что Генри ему мешает. Вдруг он что-то с ним сделал? В таком случае Макс его просто прикончит собственными руками.

Макс смотрел на своё отражение в зеркале, изучая розоватые полосы на левой щеке. Раны, оставленные тварью, в которую превратилась Виктория, уже затянулись, но шрамы, как и предупреждала его Бекки, остались. Возможно, со временем они ещё немного затянутся, но пока он имел то, что имел.
Сегодня он договорился о встрече с Вик у неё дома. Они не виделись уже четыре дня, и сейчас от одной только мысли, что он вот-вот с ней увидится, у него дрожали руки.
Приняв душ, Макс почувствовал желание побриться, но в последний момент передумал, решив, что шрамы будут сильнее бросаться в глаза.

Выйдя из душа, он направился на поиски приличной одежды. Лили сидела за его ноутбуком, увлечённо что-то читая, поэтому совершенно не обращала внимания на его разгуливающего в одном полотенце.
Открыв шкаф в спальне, Макс погрузился в его глубины. Джинсы он выбрал сразу. Чёрные, с коричневым кожаным ремнём и простой прямоугольной металлической пряжкой. А вот с верхней частью одежды возникли проблемы. В тот момент, когда он с выражением глубочайшей задумчивости на лице примерял третью рубашку, в дверях комнаты возникла Лили.
— Ты на свидание собираешься, что ли? — сестра стояла в любимой позе Генри — оперевшись плечом о косяк и скрестив на груди руки. В её голосе слышались ехидные нотки.
Макс сделал вид, что не обратил внимания на её подколку.
— Я поеду к Виктории. Разузнаю, как дела. Поедешь со мной? — на самом деле, задав этот вопрос, Макс надеялся, что Лили откажется. Он поправил воротник серой рубашки поло, которую только что надел.
— Не, — отмахнулась Лили, — у меня бок побаливает. А ещё я нашла интересную статью, хочу почитать.
Макс облегчённо вздохнул и поправил небрежно растрёпанные волосы. Лили оттолкнулась плечом от стены и развернулась было, чтобы уйти назад в гостиную, как вдруг вновь посмотрела на него.
— От Генри ничего не слышно? Он совсем пропал? — тяжело вздохнув, Макс посмотрел на хмурую сестру и параллельно собрал разбросанную по кровати одежду.
— Я сделал всё, что мог. Это Генри. Если он не хочет выходить на связь, значит так тому и быть. Он большой мальчик, — складывая шмотки обратно в шкаф, Макс закрыл дверцу, — но я спрошу у Вик. Может, она что-то знает.
— Должна, они же встречаются... — сказала Лили и ушла наконец за ноутбук.
Дверца шкафа со скрипом открылась снова, и Макс хлопнул по ней ладонью, закрывая. Он до сих пор не понимал, что произошло между этими двумя. Но какое-то внутреннее предчувствие подсказывало ему, что всё это не к добру.

Отправиться к Вик Макс решил на опеле. Несмотря на потрёпанный внешний вид машины — да и, будем честны, внутри тоже требовалась замена некоторых деталей — она была вполне на ходу. А теперь ещё и не издавала таких жутких звуков.
Лили осталась дома, чтобы зависать в сети. Макс дал ей ценные указания: не открывать дверь незнакомцам и звонить ему в экстренном случае. Безусловно, она не была довольна тем, что брат якобы относится к ней как к ребёнку. Он бы тоже не был доволен.
К дому покойной тётки Виктории парень подъехал около шести часов вечера. Бросив взгляд в зеркало на своё располосованное лицо, он вышел из машины.
У входной двери он запустил пятерню в волосы, приводя их в порядок, и зачем-то поправил куртку. Жать на звонок долго не пришлось. Через минуту дверь открылась, и он наконец увидел её.
— Привет, — пряча руки в карманах куртки, он добродушно улыбнулся ей.
— Привет,— Виктория смущенно улыбнулась ему в ответ, заправляя выбившуюся прядь волос за ухо.
Она пропустила его в дом, и уже там он позволил себе её обнять. В эту минуту он понял, что безумно по ней соскучился, даже несмотря на всё то, что произошло в их последнюю встречу. Макс не был склонен быстро привязываться к людям. Со стороны, при первом взгляде, он, возможно, и производил впечатление доброжелательного и вполне общительного человека, но это была всего лишь маска, позволяющая ему более-менее успешно взаимодействовать с другими людьми. На самом же деле он был весьма закрытым и подозрительным. И для этого у него было масса причин. Поэтому то, что он так легко подружился с Генри, было чем-то из ряда вон выходящим. А его чувства к Вик, возникшие буквально из ниоткуда, были настоящим чудом.
Девушка обняла его в ответ, поняв, что тоже очень рада его видеть. Шрамы на его лице заставили ее ощутить вину и поджать губы. Что если они останутся навсегда?
— Как ты? — отстранившись от неё, Макс заботливо коснулся большим пальцем её щеки. — Я тут тебе кое-что принёс. — Он достал из внутреннего кармана куртки плетёный браслет и протянул девушке.

• Макс обернулся на зов Бекки, когда помогал Лили сесть в такси. Он убрал волосы, которыми ветер пытался закрыть ему в глаза, и посмотрел на ведьму, спускавшуюся по ступенькам.
Бекки подошла к нему и протянула странный браслет, собранный из разноцветных камешков. Макс покрутил украшение в пальцах и заметил, что через каждые три камешка была вставлена стеклянная сфера, внутри которой пересыпалась белая субстанция, напоминающая соль.
— Передай это Виктории, когда удивитесь, — сказала Бекки, поправляя рыжие локоны за уши. — Если ритуал развоплощения сработал, то эта вещь поможет ей сдержать зверя и защитит от злонамеренных влияний.
Макс сжал браслет в кулаке и кивнул.
— Спасибо, Бек, — произнес он.
Бекки внезапно сморщила нос.
— Не называй меня так, — фыркнула она. — Я чувствую себя угрюмым хмырем в черных очках и с сигаретой в зубах, сидящим в прокуренном пабе.
Макс удивленно вздернул брови и не смог сдержать смешок.
— Мне нравится твоя богатая фантазия, — смеясь, сказал он и, убрав браслет во внутренний карман куртки, сел в машину.•

— Это от Бекки.
Макс перебрал пальцами камешки и положил браслет в раскрытую ладонь Виктории.
— Она сказала, он поможет тебе...сдерживать это.
По взгляду Виктории было ясно, что она понимает, о чем он.
Она жестом пригласила Макса пройти с ней в столовую.
— Спасибо, выпьешь со мной вина?
— Нет, я за рулём, — с улыбкой отказался он от щедрого предложения, снимая куртку. — А вот перекусить не отказался бы.
Виктория надела на руку браслет и пошла в столовую. Макс быстро заглянул в зеркало, убедившись, что выглядит неплохо, и последовал за девушкой.

С последнего раза, когда он был в этой столовой, всё несколько изменилось. На столе появилась новая милая скатерть, и даже окно заменили. Ничто уже не напоминало о том, что здесь произошло.
Около минуты Виктория задумчиво смотрела в холодильник, пытаясь придумать, чем бы накормить гостя. Кроме овощей, фруктов и всякого фастфуда ничего не было. Достав из холодильника замороженную пиццу, она сунула ее в микроволновку и поставила перед Максом чашку мятного чая.
— Как у тебя дела? Не находила ничего нового? — Встав напротив стола, Макс оперся руками о спинку стула, наблюдая за Викторией.
Пока она рассказывала ему о том, как проводила последние дни, они успели рассесться за столом. Девушка выглядела усталой и немного хмурой. Эти несколько дней она провела наедине с собой. Ничего сверхъестественного с ней не произошло, но она была уверена, что все еще впереди.
В конце концов Макс решил спросить у неё о том, что его тревожило сильнее всего.
— Ты случайно не в курсе, куда пропал наш юный Дракула?
Девушка мгновенно изменилась в лице:
— Я думала спросить у тебя,— почувствовав как в животе сворачивается неприятный узел, сказала она,— я не видела его с тех пор как уехала от Бекки.
Максу стало не по себе.
— Я ездил к нему домой и в ресторан, но его нигде нет, — хмурясь, он смотрел на напряженную Викторию. — Горничная сказала мне, что он уже несколько дней не появлялся. Я просто не знаю, где ещё его искать. Что вообще произошло? — Всматриваясь в лицо Виктории, Макс заметил, что её взгляд нервно метался по поверхности стола. — Он сказал, что ты его бросила.
Бросила...Это слово показалось Виктории мерзким. Будто все, что было между ней и Греем можно так просто взять и выбросить.
Она всё же подняла на Макса глаза. Его сердце отчего-то начало бешено колотиться в груди.
— Я всего лишь попросила дать мне время,— проговорила девушка, старательно подавляя подступающие слезы.
— Генри любит преувеличивать, — сказал Макс и осторожно взял тёплую руку Виктории в свою. Рассматривая её тонкие пальцы, он ласково перебирал их. Ловил себя на желании наклониться и поцеловать её руку, но, конечно же, не мог себе этого позволить.
Девушка наблюдала за его действиями и понимала, что почему-то не хочет, чтобы он отпускал ее руку. Должно быть ей давно не хватало дружеской поддержки, ведь у нее никогда не было друзей, кроме Аманды и Генри. А потом, когда она поняла, что Генри значит для нее гораздо больше, осталась только Аманда...И ее больше нет.
Вспомнив их последнюю встречу с подругой, Виктория чуть сильнее сжала руку Макса.
Подняв на неё глаза, он продолжал держать её руку в своей.
— Надеюсь, с ним всё в порядке. Но, честно говоря, я волнуюсь, — вновь опустив глаза, макс нахмурился. — Он раньше не пропадал так надолго. И хотя бы отвечал на звонки.
— Надеюсь, он просто не хочет разговаривать. Знаешь, мне вчера снился странный сон. В нем был Генри и...— она нахмурилась, стягивая резинку с волос,— Элиза.
По одному лицу Виктории он увидел, что она беспокоится, и куда сильнее, чем он. Генри, словно маленький ребенок, любил устраивать истерики и разыгрывать драму на ровном месте, эгоистично не думая о чужих чувствах. Эта его черта вызывала у Макса настоящую ярость и желание надрать этому засранцу зад. Иногда он чувствовал себя его папочкой.
Услышав про сон, Макс немного напрягся.
— У тебя нет идей, где ещё он может быть?
Но Виктория продолжала:
— Так вот, в этом сне он утонул,— Виктория судорожно вздохнула и взяв со стола бокал розового вина, одним движением опрокинула его в себя. Вытерев губы рукавом кардигана, она отставила бокал и посмотрела на Макса.
— Если ты говоришь, что дома и в ресторане его нет, то я даже не знаю где его искать...— и тут она вспомнила,— разве что дом его деда, где мы провели ночь пока ты прохлаждался в отделении полиции.

Макс пообещал проверить этот дом сразу же после того, как уедет от Виктории.
— Как Лили? — она решила сменить тему, потому что думать о Грее было невыносимо.
Макс отвлек ее от душераздирающих мыслей, рассказывая про сестру.
— Я рада, что она пошла на поправку. Представить себе не могу, что было бы, если... — она не договорила, как Макс положил руку поверх ее, то ли в знак поддержки, то ли словно прося не думать об этом.
Виктория съела пару ложек мороженого, попутно изучая шрамы на лице Хейла.
— Бекки не сказала... это может пройти? — она осторожно коснулась ладонью его щеки, и Макс вздрогнул от ее прикосновения.
— Прости, — встав со стула, она подошла к холодильнику.— Будешь еще что-нибудь? — спросила Виктория, понимая, что все еще хочет есть. Последние дни ее преследовал необъяснимый голод. Девушка начинала тревожно представлять себе, как скоро ей придется покупать одежду на пару размеров больше.

Макс наблюдал за ней с печалью и сочувствием. Он понимал, как ей было тяжело и страшно.
«Генри...Генри, Генри, и как можно быть таким идиотом? Не ты ли совсем недавно с важным видом утверждал, что твои чувства к Виктории настолько серьёзны, что ты готов жениться на ней как только этот кошмар закончится? И что я вижу теперь? Малейшая трудность — и ты уже разыгрываешь драму в лучших традициях пятнадцатилетних подростков с дефицитом внимания. Эгоизм в чистом виде.»

Виктория предложила выйти покурить.
Они вышли на террасу. Виктория уселась прямо на ступеньках и Макс присоединился к ней. Закурив сигарету, Макс сделал короткую затяжку. Проделав то же самое, Виктория внезапно начала кашлять, словно закурила впервые в жизни.
— Эй, ты чего, — с улыбкой он положил ладонь ей на спину. Виктория затянулась еще пару раз и, наконец, поднялась со ступенек. Выбросив окурок, Макс встал следом и тут же не успел сообразить, как поймал пошатнувшуюся девушку.
— Ты в порядке? — бережно придерживая ее за талию, спросил Макс. Виктория, держась за его плечо, несколько секунд стояла зажмурившись. Должно быть, вино, сладости и неудачно выкуренная сигарета так подействовали на нее. У него самого такое бывало не раз, когда после выпитого алкоголя он закуривал, и сигаретный дым будто шел не в легкие, а прямо в голову. Это выбивало из равновесия, знаете ли.
— Пойдем-ка, — тихо сказал парень и, продолжая придерживать девушку, вместе с ней вошел в дом.
У же в гостиной, усадив ее на мягкий диван, он спросил:
— Ну ты как? Порядок? — Присаживаясь рядом с ней на диван, Макс заглянул в ее побелевшее лицо.
— Все в порядке, это вино, — улыбнулась Виктория, успокаивая его, но взгляд ее остался печальным.
«Если бы я мог сделать что-то, чтобы вернуть тебе радость... Разве что найти Генри и надавать ему по шее», — подумал Макс.

Через некоторое время, когда за окном уже почти стемнело и он убедился, что Виктория в порядке, ему стало ясно, что пора бы и честь знать.
Стоя у приоткрытой дверцы машины, он обнял девушку на прощание. Старался делать это как можно легче и дружественнее, словно боялся, что объятия могут получиться крепкими. Невесомо коснулся губами ее теплой щеки.
— Позвони мне, если найдешь его, — попросила Виктория, отходя от него.
Выдавив улыбку, Макс спрятал одну руку в карман, а другой взялся за ручку двери. Внутренне одернул себя, напоминая, что его поезд ушел. А возможно, и вовсе не приходил. Макс должен смириться, что он здесь третий лишний, и если он хочет, чтобы она была счастлива, он должен вернуть ей Генри.
— Хорошо, доброй ночи, — сказал он.
— Пока, — махнула ему рукой Виктория. Макс сел в машину, завел мотор, но уезжать не спешил. Сквозь стекло наблюдал за удаляющейся фигурой подруги и непроизвольно нахмурился, чувствуя ноющую боль в груди. Когда она наконец исчезла из вида за дверью дома, он перевел взгляд вперед, на дорогу.
Итак, дом деда Генри. Почему Макс никогда там не был? Судя по объяснению Виктории, находится этот коттедж на юге города. Макс достал свой смартфон и проверил время. 22:18. Что ж, придется отправиться на поиски.
Перед тем как тронуться, он позвонил сестре, чтобы предупредить, что будет поздно. Отключившись, убрал смартфон в карман куртки и, наконец, отъехал от дома Виктории.