ГЛАВА 21: ОСТАВЛЯЮ ТЕБЯ АЛЬЯНСУ
«Господин,» - голос Чжаньлу проник в ментальную связь меха, зарябившую, как от брошенного в воду камушка.
Линь Цзинхэн вернул рассеянное в бездонной темноте сознание: «Уровень восстановления?»
«5%»
«Можешь связаться с Серебряной Девяткой?»
Чжаньлу помедлил с ответом: «Извините, господин, энергии недостаточно, чтобы определить их местонахождение. Желаете испробовать экстремальный режим?»
Экстремальный режим означает низкий уровень энергии, и большинство функций меха вынужденно отключены. В случае Чжаньлу, если бы у него был фюзеляж, он не был бы так легко обесточен, поскольку в случае потери энергии сверхпространственного тяжелого меха в космической войне, обычно, приводит к разрушению меха и гибели людей.
Линь Цзинхэн еще не работал в экстремальном режиме Чжаньлу, поэтому спросил: «Запусти. Что тут особенного в экстремальном режиме?»
Чжаньлу ответил: «Говорить с вами».
Линь Цзинхэн: «...»
Что за тупой режим! Н стоило использовать подержанный мех.
Бывший владелец Чжаньлу был мужчина романтичной натуры. Возможно, ему не было с кем поговорить перед смертью, поэтому он установил этому легендарному меху в экстремальном режиме функцию разговора.
«Если я сменю профессию на разработчика, обязательно произведу меха, ядро ИИ которого будет немым. - Линь Цзинхэн поинтересовался, - Настройки экстремального режима можно изменить?»
«Да, - ментальную сеть меха легонько вибрировала от голоса Чжаньлу. – Вам предоставлен полный доступ».
«Тогда, измени...» - Линь Цзинхэн внезапно замолк, не зная, что сказать.
Если бы он оказался перед лицом смерти, чего бы он хотел?
Простой вопрос. Не известно, чего хотели бы другие, но Линь Цзинхэн, дожив до своих лет, мог ответить без раздумья, что перед смертью он хотел бы убить как можно больше врагов. Может, его в экстремальном режиме – эта функция самоликвидации.
Но... Этот мех оставил ему тот человек.
Он помнил, что той ночью в академии Улань шел дождь, значит, был вторник.
Академия Улань, размером с небольшой город, занимала площадь в 6500 квадратных километров. Одна половина была отведена под учебное здание, вторая – под лес, запланированный при строительстве академии. Не прошло и двухсот лет, а лес уже достигал небес. Для поддержания влажности и циркуляции воды еженедельно по вторникам с полудня до полуночи, в отведенное академией время для самообучения, шел дождь.
В то время Лу Синь находился под домашним арестом на время следствия, а мех Чжаньлу был заблокирован в академия Улань.
В тот вечер, тридцать три года назад, Линь Цзинхэн получил сообщение о том, что совет Альянса единодушно одобрили арест Лу Синя.
Он украл ядро меха Чжаньлу, и, воспользовавшись пространственным полем лаборатории, прорвался через охрану у ворот, желая успеть к Лу Синю.
Гражданское пространственное поле используется только в чрезвычайных ситуациях, поскольку создает большую нагрузку на организм человека, не говоря уже о полупродукте, не имеющем мер защиты. Они совершили три последовательных прыжка, прежде чем установили правильное местонахождение. Когда он упал возле дома Лу, его позвоночник был серьезно поврежден, и нижняя часть тела была парализована. Он медленно полз под дождем академии Улань.
Тогда ему было столько же лет, как тому мальчишке, который тратил деньги, чтобы за него написали самокритику. Он был молодым и глупым, забитой пустяками и бредовыми идеями.
Лу Синя испугала эта свалившаяся с неба неожиданность, он, ругаясь, поспешно понес его в медкапсулу: «Вода для полива цветов академии Улань разжижила твой мозг?»
Линь Цзинхэн напрягая последние силы передал ему ядро Чжаньлу: «Времени нет. Это ядро Чжаньлу, возьми любой другой мех и уходи!»
Услышав это, Лу Синь пришел в ярость: «Иди к черту».
А потом запихал его в медкапсулу.
Питательный раствор, смешанный с анальгетическими средствами, проник в его тело, острая боль отступала. Вскоре Линь Цзинхэн перестал чувствовать свое тело. Сквозь прозрачную крышку медкапсулы он заметил, что для такой глубокой ночи Лу Синь полностью одет, к тому же в парадную военную форму.
Его одолело дурное предчувствие, но он не мог пошевелиться.
Из-за спины Лу Синя вышла высокая и худая тень – адъютант генерала Лу.
«Возьми его и отнеси машину, - инструктировал Лу Синь. – Когда начнется суматоха, верни незаметно этого мальчишку в академию Улань, найди в школьной больнице доктора Ланса. Он передо мной в долгу и знает, что делать».
Адъютант отдал честь, поклонившись, толкнул медкапсулу: «Я никогда не предам вас».
«Это большая честь для меня. - Лу Синь отдал честь, поклонившись в ответ, потом несколько раз похлопал по медкапсуле и сказал юноше, который вот-вот потеряет сознание, - У меня много незавершенных дел...Очень много. Я не смог навести порядок. Я оставляю Чжаньлу тебе, а тебя Альянсу. В будущем...»
Голос звучал как будто издалека, слова путались и искажались, словно иллюзия. Линь Цзинхэну казалось, что в тот день он слышал тихий вздох Лу Синя и неясную фразу...
«Когда ты успел вырасти?»
Когда Линь Цзинхэн очнулся в очередной раз, он уже был доставлен в академию Улань. Его заперли в медкапсуле, под предлогом ошибки в лабораторной работе, вследствие чего он, якобы, был инфицирован. Доктор Ланс сказал, что его необходимо госпитализировать и поместить в карантин. Как вампир, заживо похороненный в гробу, он яростно бил по крышке медкапсулы, скреб по неплотно прилегающей створке, его руки были в крови. После, под действием лекарственного раствора медкапсулы, он полностью восстановился. Он был заперт в ней три дня.
За эти три все изменилось.
Говорят, что Лу Синь бежал той ночью на незаконном мехе, отряды Альянса преследовали его за пределами Сердца Розы. Три ракеты большой мощности точно ударили по фюзеляжу одновременно, человек вместе с мехом был повергнут в прах в бескрайней вселенной.
Тот адъютант, который доставил его в академию Улань, остался верным ему и покончил с собой, оставив кровавый след в истории системы Эдем, как заявлялось, устраняла суицидальное поведение людей.
Альянс сделал все возможное, чтобы избавиться от внутреннего врага в лице Лу Синя, а этот «внутренний враг» оставил Чжаньлу Альянсу и, в конечном итоге, не смог воспользоваться функцией разговора в экстремальном режиме.
Наверное, он умер в одиночестве.
Чжаньлу долго ждал ответа. Не дождавшись, он проанализировал базу данных, стараясь угодить, спросил: «Господин, требуется ли мне изменить мою функцию на функцию самоликвидации в экстремальном режиме?»
«Нет, - ответил Линь Цзинхэн. - Просто помолчи».
Когда придет время, он, вероятно, тоже не захочет взрывать Чжаньлу.
«Я могу спеть».
«Пение запрещено, замолчи».
Чжаньлу послушно молчал минут пять, пока медицинская система меха не выдала новые данные.
Чжаньлу: «Господин, у директора Лу обнаружены перелом черепа с тяжелым сотрясением мозга, повреждение миокарда. Предположительно, в процессе использования незаконного чипа он подвергся воздействию другим чипом схожего типа».
«Он за один день наворотил столько дел, вот уж действительно, талант. - Линь Цзинхэн взглянул на Лу Бисина в медицинском отсеке через ментальную сеть меха, - Даже Ядовитое Гнездо не было столь самоотверженно».
Отчего-то Лу Бисин был менее восприимчив к боли нежели обычный человек. Он не выглядел больным, и даже немного улыбался.
Не будучи медработником, Линь Цзинхэн не мог понять: «Все настолько плохо?»
«Три травмы средней тяжести, - четко ответил Чжаньлу. - На восстановление потребуется около часа».
Несмотря на то, что это был легкий мех, здесь было довольно приличное оборудование и хорошие медицинские условия. В общем, если мозги не вытекли, травму нельзя считать серьезной.
«Однако я заметил, что у директора Лу, похоже, есть специальное защитное устройство, имплантированное в его мозг, - доложил Чжаньлу. - Это защитное устройство хорошо скрыто. Если бы под воздействием другого чипа защитное устройство не вышло бы из строя, я бы до сих пор не обнаружил бы его наличие. Видите ли, медицинское оборудование меха воспринимает его как перелом черепа. Мне необходимо исправить эту ошибку».
Линь Цзинхэн прикрыл глаза. Специальное защитное устройство было похоже на меры противодействия Эдему. В этом не было ничего странного, поскольку у Одноглазого Ястреба была мания преследования и относился к Альянсу с неприязнью. Раз уж у его биологического сына есть ноги, настанет день, когда он направится в семь главных галактик. Желание подстраховаться, в это можно поверить.
Но... Он уже просил Чжаньлу просканировать Лу Бисина, трижды.
И все три раза Чжаньлу не смог обнаружить это устройство? Когда этот Старый персидский кот заполучил такую технологию?
Через ментальную сеть Линь Цзинхэн видел, что нога Лу Бисина неестественно вывернута, должен быть, восстанавливалась разбитая коленная чашечка.
Одноглазый Ястреб стоял около него с мрачным выражением лица. Лу Бисин, покрытй холодным потом, к удивлению, улыбался: «Научное исследование требует полной самоотдачи. Хоть от изобретения Нобеля и умерло много людей, однако оставил о себе вечную славу. Вото до сих пор вручает его премию. Когда-нибудь я тоже получу две медали, с которыми ты сможешь поиграть».
«Иди к черту, в мяч поиграй, - ругался Одноглазый Ястреб. – Давай, я включу автоматическую систему анестезии».
«Не надо, умеренная боль помогает думать, - ответил Лу Бисин как ни в чем не бывало. – Это не так больно по сравнению с тем, что было в детстве».
Грешно подслушивавший Линь Цзинхэн обомлел: «В детстве?»
Нелепое поведение Одноглазого Ястреба, скрытое защитное устройство в мозгу...
Линь Цзинхэн сцепил пальцы и едва слышно прошептал: «Чжаньлу, если средство защиты повреждено, можно обойти его и провести генетический анализ лишь его мозга?»
«Попробую».
Линь Цзинхэн вскочил, словно не мог усидеть на месте, и стал наворачивать круги.
В этот момент идущий на автоматической навигации мех издался сигнал тревоги. У Линь Цзинхэна, который и так был встревожен, подергивались уголки глаз. При наружном осмотре нейросеть выявила масштабный выброс энергетической волны, похожей на океанический цунами. За первоначальным всплеском обычно следуют более длинные волны.
«Отключить автоматическую навигацию, - тихо произнес Линь Цзинхэн. – Доложить о состоянии меха».
«Система защиты серьезно повреждена и не может быть включена. Оружейные системы в норме. Резервная энергетическая система не обнаружена. Остаточная мощность ядерного реактора - 50%...»
«Тревога, тревога, мы приближаемся к диапазону сканирования тяжеловооруженного меха!»
«Что ты опять такое творишь? - Одноглазый Ястреб, ведущий медицинскую практику, вышел из медотсека, и нахмурился, - Поблизости находятся тяжеловооруженный мех? Чей?»
Линь Цзинхэн: «Активировать режим маскировки».
С виду маленький мех, дрейфующий среди звезд, превратился в заурядный торговый корабль. Поскольку они избавились от половины фюзеляжа, когда покидали космическую станцию, была возможность, что маскировка сработает.
Однако Линь Цзинхэн, по-прежнему хмурясь, отдал приказ: «Приготовиться к прыжку».
Одноглазый Ястреб: «Не надо так волноваться. По правилам Восьмой Галактики запрещено нападать на торговый корабль массой до килотонны».
Линь Цзинхэн проигнорировал его, процесс перехода начал обратный отсчет времени.
Одноглазый Ястреб недовольно сказал: «Ты...»
И тут мех сильно тряхнуло. В больничном и мед- отсеках автоматически активировалась система защиты. Одноглазый Ястреб с трудом удержался на ногах. В непроглядной тьме космоса он отчетливо разглядел проблеск света. Вопреки ожиданиям, фюзеляж охватил огонь!
Кто бы мог подумать, что противная сторона без разговоров откроет огонь.
Одноглазый Ястреб приложился лицом, щека распухла. Прежде, чем он начать ругаться, мех под аккомпанемент сигнала тревоги принудительно проскочил в прыжковый туннель.