Чёрная леди

1802 год.

Это страшное событие, навсегда изменившие мою жизнь, произошло два года назад. В ту роковую ночь, я из счастливой жены, в одночасье стала несчастной вдовой.

— Подписывай, кому говорят! — грузный мужчина, и толпа наёмников, окружавших его, трясли перед лицом моего мужа злосчастной бумагой, требуя подписать её.

В тот вечер, когда мы с Кастиэлем возвращались в поместье ЛиндсХилл, на нашу карету внезапно напали люди одного из главнейших мафиози Лондона, что охотился за имуществом богатых людей, и, в частности, "точил зуб" на семью моего мужа.

Убив всю сопровождавшую карету прислугу, нас похитили, и несколько часов удерживали в подвале незнакомого мне особняка, издеваясь и предпринимая различные пытки, лишь бы заставить Кастиэля подписать бумагу, и согласиться отдать им все своё наследие.

Но и он, и я, прекрасно понимали, что Кастиэль не мог так поступить. На кону стояла честь рода ЛиндсХилл, что его предки оберегали годами, и отдать все каким-то преступникам, казалось просто безумием!

Но это не было безумием. Ведь помимо чести рода, на кону стояли и наши жизни.

— Потерпи ещё немного, Айла, — прохрипел Кастиэль, кашляя кровью, — Скоро все закончится, я обещаю.

Ему досталось гораздо больше меня. На его теле практически не живого места, свободного от побоев, а лицо было обезображено синяками и ссадинами до такой степени, что теперь в нем трудно было узнать молодого наследника знаменитого рода. Прекрасные золотые волосы спутались от грязи и крови, а янтарные глаза, почти всегда сияющие тёплым блеском, будто потухли.

Он держался из последних сил, чтобы не потерять сознание, и все равно, даже сам находясь на грани смерти, он в первую очередь беспокоился обо мне.

По моим щекам невольно побежали холодные слёзы. Видеть его таким причиняло мне гораздо большую боль, чем тот факт, что и мне самой неплохо досталось от бандитов.

В тот момент, когда мужчины ненадолго вышли на улицу и оставили нас, Кастиэль, насколько это было возможно, придвинулся ко мне.

Мы оба были привязаны к столбам и даже не могли дотронуться друг до друга, поэтому, единственное что оставалось Кастиэлю, это попытаться успокоить меня словами.

— Айла, — Кастиэль едва мог шевелить губами, но все же, из последних сил, выдавил из себя улыбку, — Пожалуйста, не плачь.

— Я-я не плачу-у, — всхлипывала я, сдерживаясь, чтобы не разреветься ещё больше. Я видела, как больно ему смотреть на мои слёзы, и поэтому, как могла, старалась успокоиться.

— Скоро все это закончится, — парень попытался ободрить меня и улыбнулся, но улыбка эта, вышла невообразимо печальной, — Ты вернёшься домой. Я обещаю.

— Я? А как же ты? — шмыгнула носом я.

Юноша помедлил, прежде чем ответить, но все же произнёс:

— Я вернусь вместе с тобой.

Тогда, эти слова вселили в мою душу маленькую надежду. Я всем сердцем верила, что все это окажется правдой, и совсем скоро все это кончится, и мы снова будем жить как раньше.

Лишь потом, спустя много времени, я поняла, что тогда ты солгал мне.

Ты не вернулся.

— Я вернусь туда только вместе с тобой, — промолвила я, — Ведь ты единственный, кто меня там любит...

Кастиэль посмотрел на меня.

— С чего ты это взяла?

Мне было больно, но я все же смогла выдавить из себя горькую улыбку.

— Ты и сам это знаешь...

Причина, по которой меня ненавидела семья Кастиэля, и все его окружение в целом, была слишком очевидно.

Они считали, что место, которое я заняла, должно было принадлежать вовсе не мне.

Родные Кастиэля хотели видеть в качестве его невесты девушку из знатной семьи, с которой он был знаком с детства.

Это могла бы быть идеальная партия, которой бы восхищались все окружающие, и которая смогла бы принести ещё большее состояние для рода ЛиндсХилл.

Но все их планы порушила я. Двенадцелетняя девочка из самых низов Лондона, которой Кастиэль когда-то пообещал, что женится на ней.

Эти чувства никогда не должны были стать реальными и вылиться в нечто большее, но все же, два месяца назад, случилось то, о чем я так давно мечтала.

Я была невестой на пышном празднестве, и вышла замуж за парня, о котором мечтала с четырёх лет.

Жизнь казалась мне сказкой, но вот только закончилась она слишком быстро.

Послышались шаги и скрип половиц: мужчины спускались обратно в подвал. Они выглядели крайне озлобленно, и ничего хорошего, это, явно, не предвещало.

— Босс сказал заканчивать, — мрачно проговорил один из наёмников, — Он приедет через полчаса, и если не получит бумагу, ты знаешь, что с нами будет.

Они говорили вполголоса, и нам с Кастиэлем пришлось прислушиваться, чтобы понять, о чем они говорят.

— И что нам делать? — встревоженно спросил другой, — Уже прошло два часа, а этот щенок по-прежнему ни в какую! Может, просто убить его?

— Ещё чего! — отрывисто ответил мужчина, — Лучше подождать босса, и разобраться с мальчишкой на месте. В крайнем случае, он скажет, что с ним потом делать.

— Как скажешь.

— Вырубите его и подержите в подвале до приезда босса. Только не сильно, а то ненароком убьёте.

— Хорошо, — кивнули остальные, — А что делать с девчонкой?

— Девчонкой?

Мужчина окинул меня небрежным взглядом, и через пару секунд раздумий, выдал:

— Она нам больше не нужна. Побейте её хорошенько, и выкиньте где-нибудь в лесу. Дикие зверы заметут все следы за нас.

Наёмники отвязали меня от столба, и, бросив на холодную землю, принялись избивать ногами.

Мне было настолько больно, что я была не в состоянии даже кричать. После пройденного кошмара, все, на что мне оставалось сил, это тихонько поскуливать, в надежде, что скоро это закончится.

— Прости, малышка, но так нужно, — мужчины неприятно улыбнулись, со всей силы врезав мне сапогом в живот, — Нам не нужны лишние свидетели, сама понимаешь.

Кастиэль, наблюдая за этой картиной, не выдержал.

— ПРЕКРАТИТЕ! — закричал он с застывшими слезами на глазах, — Я подпишу! Подпишу, только отпустите её!

Грузный мужчина их атаман, и все остальные, посмотрели на него с удивлением.

— Правда? — мужчина одной рукой подхватил моё обессиленное тело, после чего повторил вопрос, — Ты правда сделаешь это?

— Да! Да! — всхлипывал Кастиэль, — Только прошу, не делайте ей больно!

Атаман ехидно ухмыльнулся.

— Кто же знал, чтобы выбить из тебя эту подпись, нам всего лишь нужно было поколотить эту мелкую девчонку. Надо было додуматься до этого с самого начала.

Еле живая, и только усилием воли не теряя сознание, я дотянулась своими ослабевшими руками до его огромной ручищи, и попыталась ударить.

— Не делай этого, Кастиэль! — вопила я, — Это будет измена роду ЛиндсХилл! Семья никогда тебе этого не простит!

Кастиэль смотрел на меня с несчастным выражением лица, но, очевидно, он уже принял своё решение.

— Твоя жизнь для меня важнее рода, — промолвил парень, — И если это спасёт тебя, я сделаю что угодно.

— НЕТ!

Я кричала, но все было бестолку.

Атаман уже поднес Кастиэлю договор о передаче прав собственности, и для того, чтобы тот подписал его, ему временно развязали руки.

Я смотрела на эту сцену со слезами на глазах, не веря, что Кастиэль действительно собирается сделать это.

Парень уже взял перо и поднес его к бумаге, как вдруг...

— АЙЛА, БЕГИ!

Кастиэль резко обернулся и вывернул одному из наёмников руку, отчего тот завопил от боли.

— Ты чего творишь?! — остальные мужчины бросились вперёд, чтобы скрутить его, бросив меня на землю.

Я осталась совершенно одна, в ужасе глядя на происходящую пртасовку.

Несмотря на многочисленные раны и ушибы, Кастиэлю удавалось оставаться на ногах, и давать отпор четырём рослым мужчинам, окруживших его со всех сторон. Он был словно пёс, сорвавшийся с цепи, чтобы защитить то, что ему было дорого.

В моей голове царил настоящий хаос, и я едва ли нашла бы в себе силы, остановить эту драку. Но это нужно было сделать немедленно, а иначе!...

— Кастиэль! — что есть сил завопила я, — Остановись! Они же тебя убьют!

— Беги, Айла! — кричал мне в ответ юноша, — Я задержу их!

— НЕТ!

По моим щекам покатились дорожки слёз, а голос начал срываться на вопль.

Впервые в жизни, мне хотелось проклясть себя за свою беспомощность. В этой ситуации, я не могла абсолютно никак помочь ему. Даже если бы я была абсолютно цела и невредима, то что может сделать хрупкая двенадцатилетняя девочка против четырёх рослых амбалов?

Ничего. И от осознания этого, хотелось бить кулаками по земле.

— АЙЛА, БЕГИ! — снова прокричал Кастиэль, и в этот момент, один из бандитов смог повалить его на землю и начал бить по лицу.

Я вскричала, видя, как по его лицу стекают струйки свежей крови, и то, насколько ему было больно.

Остальные наёмники замерли, наблюдая за происходящим, и, будто ожидая, что он кинется на них вновь.

Кастиэль был уже не в силах сопротивляться, и молча принимал удары, стоически выдерживая, и не издавая ни единого звука.

Как только стало очевидно, что Кастиэль побеждён, мужчина слез с него, и довольно потер руки.

— Ну что, получил своё, наглец? Будешь знать, как бунтовать против нас!

В этот момент я бросилась к своему мужу, и бандиты не стали меня останавливать, очевидно, не предчувствуя с моей стороны никакой угрозы.

— Кастиэль!... — я плакала, пытаясь привести его в чувство, — Кастиэль...! Очнись, пожалуйста! Прошу, очнись! Не покидай меня!

Я положила голову Кастиэля к себе на колени, склонившись над ним, и не прекращая плакать.

Наёмники смотрели на нас с насмешкой и презрением одновременно, и, видимо, решив, что теперь мы не представляем для них опасности, отошли в сторону, оставив нас одних.

— Айла... — Кастиэль медленно повернул голову в мою сторону, испытывая неимоверную боль при каждом движении своего тела, — Айла, это ты...?

— Да, — всхлипнула я, — Я здесь, Кастиэль, с тобой...

— Почему ты здесь? Почему не сбежала?

— Я не брошу тебя, — срывающимся голосом ответила я, — Ты сам сказал, мы уйдем только вместе! Ты обещал...!

Кастиэль, с трудом оставляя глаза открытыми, печально на меня посмотрел.

— Я всегда буду с тобой, — хриплым голосом произнёс он, погладив меня по голове, как делал всегда, когда мне было грустно, — Даже если не рядом... Ты знаешь... В твоём сердце, я...

— Кастиэль, — в слезах я взяла его руку, и сжала в своих ладонях, — Я не позволю тебе умереть, слышишь?! Пусть лучше убьют меня, я...!

— Не говори так, — юношу передернуло, будто он только что услышал самое ужасное, что есть на свете, — Твоя жизнь, это сокровище этого мира. И ни один из этих ублюдков, не посмеет её забрать.

Мы замолчали, и, какое-то время, в подвале не было слышно ничего, кроме моих всхлипываний.

— У меня есть план, — прошептал Кастиэль.

— Какой? — вздрогнула я.

Юноша обернулся, чтобы проверить, не подслушивают ли нас наёмники, после чего произнёс:

— Я стащил у одного из них зажигалку. Когда нас сюда везли, я заметил, что это здание, скорее всего, деревянное. И подвал в том числе.

— Ты предлагаешь...? — я шокированно округлила глаза.

— Если его поджечь, можно устроить пожар, — кивнул Кастиэль, — Бандиты отвлекутся, и мы сможем сбежать. Ты согласна на это?

Затея моего мужа звучала крайне опасно и рискованно, но, поскольку других вариантов нашего спасения не было, я кивнула.

— Хорошо, — произнёс юноша, — Я знал, что ты согласишься. Но мне понадобится твоя помощь.

— Я сделаю все что угодно, — утерев слёзы рукавом, я успокоилась, и внимательно на него посмотрела.

— Когда я крикну "беги", ты должна бежать. Бежать, несмотря ни на что. И не оборачиваться.

— Бежать? — испугалась я, — Но почему я? Как же ты?!

— Я выберусь вслед за тобой, — успокоил меня Кастиэль, — Главное, чтобы ты слушалась меня и моих указаний. В противном случае, весь этот план полостью бесполезен.

Какое-то время я колебалась, но все же кивнула ему. Я верила Кастиэлю, и не видела причины сомневаться в его словах.

У нас не было и пяти минут, чтобы обсудить план дальнейших действий, поскольку наёмники внимательно следили за всеми нашими действиями, и излишние разговор вызвали бы подозрение.

Мы договорились, что когда придёт время действовать, Кастиэль подаст мне сигнал, после чего я должна сразу же убежать и спрятаться неподалёку в лесу, чтобы потом мы с ним ушли вместе, когда все это закончится.

По крайней мере, таков был наш изначальный план, но вот только обернулся он совершенно неожиданными последствиями...

Последствиями, которые навсегда изменили мою жизнь на "до" и "после".