Том. 1 Глава 5.2 - Снова любовь

"Эй проснись."

От этого толчка тело Аэлока затряслось. Аэлок едва приподнял тяжелые веки,словно был огромной статуей, и увидел размытый силуэт. Это Он.

«Не преувеличивай».

Холодные слова понизили температуру его тела еще на один градус. Хотя Аэлок изо всех сил старался не заснуть, его глаза закрывались и снова погружались во тьму, и в его ушах послышался холодный вздох. Этот мужчина щелкнул языком и выпустил горячее дыхание через слегка приоткрытые губы.

«Ты специально стираешь все одеяла, когда температура упала, или ты просто тупой? Ты теперь высокомерен, потому что забеременел? Камин – не украшение».

Аэлок хотел сказать, что он пытался зажечь его, но не мог произнести слова должным образом. Когда он услышал ропот проклятий, он почувствовал, как что-то тяжелое накрыло его тело. Это было мужское пальто прохладной гладкой текстуры, но оно было немного тяжелым. И также был очень большим. Высококачественная одежда, обернутая вокруг всего тела Аэлока, словно одеяло, пахла горько.

Аэлок инстинктивно свернулся калачиком и вдохнул ткань, полную запаха тела этого мужчины. Запах, наполнивший его легкие, сразу успокоил лихорадочный желудок. Было ли это потому, что он был отцом ребенка в его животе? Может быть, это было просто потому, что он был альфой, с которой у Аелока была вражда. В любом случае, запах тела Альфы давал теплую защиту эмоциональной беременной Омеге с высокой температурой.

Клофф не сразу ушел, скинув пальто. Он прикасался тут и там из-за стола. Вероятно, он смотрел на камин. Послышался глухой звук падения чего-то на пол, и Аэлок услышал яростное осуждение.

«Без прислуги не может даже развести огонь. Какой бесполезный тип.

Находясь в полусне, Аэлок еще немного свернулся калачиком, обхватив себя руками. Он знал, как разжечь огонь в камине, поэтому думал, что скоро сможет разжечь огонь в камине. Он заставлял двигаться свое замёрзшее тело, принес снаружи три-четыре тяжелых куска дров и несколько раз пытался зажечь камин. Однако, сколько бы он ни чиркал спичками и кремнями, твердое полено не загоралось, и даже когда оно едва зажигалось, поднимался лишь небольшой дым, и оно вскоре гасло. Он вышел, потому что почувствовал, что задыхается от дыма.

Он услышал глухие шаги и звук открывающейся и закрывающейся двери. А шаги звучали всё дальше и дальше. Кажется, этот человек ушел.

Аэлок натянул пальто, чтобы прикрыть большую часть своего тела, и уткнулся носом в воротник, так что запах исходил глубоко. Он слегка потерся о него щеками, как ребенок. Не было такого понятия, как гордость. Он почувствовал облегчение от запаха собственного альфа-тела. Для него было облегчением, что мужчина отдал ему свое пальто.

Даже если Клофф и произносил резкие слова, он не мог притворяться, что не видел Аэлока ради плода. Клофф был именно таким человеком.

Клофф хотел ребенка. Что бы ни случилось с Аэлоком, о ребенке всегда будут заботиться. И на этот раз было ясно, что как только Аэлок родит, Клофф заберет ребенка еще до того, как грязные руки Аэлока успеют дотянуться до ребенка. Когда Аэлок думал о том дне, который наступит, он чувствовал, будто ветер просверлил дыру в его сердце. Аэлоку хотелось, чтобы Клофф хотя бы показал ему лицо ребенка.

Ах. Когда поднялась температура, она заставила его думать о невозможных вещах. Вне зависимости от ситуации, лучше будет малышу вырасти прекрасным аристократом в теплом и чистом особняке, чем вырасти ребенком преступника в этом холодном коттедже.

Хотя это было всего лишь пальто, Аэлок почувствовал тепло и уснул. Позже он немного вспотел, потому что было слишком тепло, поэтому он ворочался и слегка приспустил пальто. Он был уверен, что чувствовал, что холодный ночной воздух был теплым.

Этого не могло быть. В этом ветреном коттедже всегда было холодно. Что происходит?

Раздавался приятный звук горящего сухого дуба и горьковатый запах. Аэлок заставил себя открыть глаза. Пыльный камин горел красным.

Кто сделал это?

Дверь открылась, и вошел знакомый мужчина. Он прошел, широко раскинув руки, взял влажное одеяло, которое Аэлок повесил снаружи, и повесил его перед камином. Мужчина пошел на кухню по соседству, даже не заметив, что Аэлок проснулся. Вскоре Аэлок услышал звук движущихся вещей. Это был такой маленький и тихий коттедж, что Аэлок мог даже услышать тихое ругательство, пробормотанное этим человеком. Аэлок не мог расслышать это как следует, но ему показалось, что он услышал, как мужчина сказал, что собачий корм будет лучше, чем это.

Аэлоку вдруг стало стыдно. Возможно, это не сильно отличалось от того, что чувствовал Рапиэль раньше. В отличие от этого невинного и нежного человека, никто не стал целовать покрытые волдырями пальцы Аэлока. Его шея внезапно сжалась. В такие моменты ему следовало бы быть более уверенным в себе, но сейчас ему просто хотелось спрятаться в уютном пальто.

После того, как грохот на кухне продолжался некоторое время, Клофф вышел с очищенной грязной кастрюлей. Вместо стула возле кровати Клофф выдвинул другой стул рядом со столом, который никогда не использовался в этом месте, и сел возле камина. Он вынул из горшка, который поставил на пол, небольшой комок и начал резать его ножом, который держал в руке. Это была картошка.

В отличие от Аэлока, который ранил себе пальцы каждый раз, когда разрезал картофелину, Клофф умело резал ее своими большими руками. Красивый блестящий картофель выглядел очень аппетитно в красном свете камина. Он быстро очистил один и взял другой. Движение его длинных пальцев, касающееся светло-оранжевого картофеля, было похоже на работу мастера с тыквами. Это было чрезвычайно нежно и элегантно.Чтобы его сильные и свирепые руки могли так двигаться.

Аэлок завораживающе взглянул на мужчину через щель в воротнике его пальто.

Вскоре Клофф закончил чистить картофель и отнес кастрюлю обратно на кухню. Это было грустно, поскольку Аэлок хотел увидеть больше его пальцев. Через некоторое время Клофф повесил над камином кастрюлю, наполненную картошкой и другими вещами. Аэлок не знал, что готовил Клофф, но вскоре суп закипел с восхитительным запахом, от которого у него потекли слюнки. Умело перемешав ложкой, Клофф поставил приготовленный суп на стол.

На удивление запаха горелого не было вообще. Если бы это сделал Аэлок, часть еды была бы наполовину сгоревшей, а другая часть — сырой. Всякий раз, когда он пытался приготовить суп, по какой-то причине все овощи, чаще всего, переваривались.

Клофф вышел, принес еще дров и положил их возле камина. Он взял одеяло и подошел к кровати. Аэлок быстро закрыл глаза и притворился спящим. Вскоре теплое пальто было поднято. Аэлок вздрогнул от внезапного холода и его накрыли одеялом. Он постирал его, но одеяло было настолько грязным, что на пятнах все еще чувствовался слабый запах мыла. Одеяло было больше и толще, чем пальто, и закрывало его холодные пальцы ног, но почему-то он чувствовал, что пальто было теплее.

Закончив все свои дела, Клофф покинул коттедж. Аэлок подумал, что он, возможно, вернется, но дверь так и не открылась даже спустя долгое время. Чувствуя разочарование от того, что Клофф не вернётся и он больше не увидит его сегодня, Алок поднял одеяло и встал на ноги.

Подумать только, что он чувствовал разочарование. Аэлок не знал, почему он сегодня так суетлив. Возможно, это произошло потому, что он был голоден. Держась за голодный желудок, он поднялся и подошел к столу. Когда Клофф открыл крышку кастрюли, пошел пар и пахло очень аппетитно. Аэлок немного успокоился, пока был накрыт пальто, но у него все еще был небольшой жар и холодная спина, поэтому Аэлок, накрытый одеялом, пошел на кухню за ложкой. Поразмыслив на мгновение, использовать ли ему свой обычный стул, Аэлок осторожно забрался на стул, на котором ранее сидел Клофф. И он поднес горячую кастрюлю поближе и начал есть еще горячий суп.

"Это вкусно."

Это было так вкусно, что Аэлок выпалил комплимент, даже не заметив этого. Он внимательно посмотрел на суп, но никаких особых ингредиентов в нем не было. Как он стал таким другим? Аэлок начал есть суп залпами. Он всегда ел небольшую порцию, но, возможно, из-за того, что он пропустил еду из-за болезни, Аэлок ел суп, сунув нос в кастрюлю, и поглощал каждую каплю, пока не обнажалось дно.

Насколько Аэлок помнил, он не слышал, чтобы Клофф хорошо готовил. Раньше он учился в школе-интернате, и даже после окончания учебы у него были тяжелые времена, у него все еще было жилье. Возможно, он научился этому, когда скитался после потери жены и ребенка.

Только то, что с ним произошло. Однако у нынешнего Аэлока не было возможности узнать об этом. Даже если он и вспомнил свои старые воспоминания о еде многих редких и ценных блюд, он был настолько озабочен поеданием очень вкусного супа, что определенно поднял бы большой палец вверх. Вскоре он быстро забыл обо всех остальных мыслях.