Глава 9. Чужие постели. Родной бизнес
«Для Айви Валтер постель была только территорией. А бизнес — настоящей близостью.»
Комната была залита мягким светом рассвета. Огромное зеркало отражало Айви — в халате цвета шампанского, босая, с идеальной осанкой. Она красила губы, как будто готовилась не к новому дню, а к казни. Возможно, своей. Возможно — чужой.
Позади, в постели, лежал мужчина. Красивый. Загорелый. С лёгким акцентом, вкусным, как бокал амароне. Его волосы были растрёпаны, тело — ленивое, довольное. Но в глазах уже таилась тревога: как будто он чувствовал, что был не первым… и точно не последним.
— У тебя глаза убийцы, — сказал он, наблюдая за ней.
Айви даже не моргнула.
— У тебя — тело жертвы.
Она не обернулась. Просто продолжила красить губы. Его смех прозвучал неуверенно, с хрипотцой, в которой прятался страх.
Он потянулся за сигаретой, закурил, делая вид, что расслаблен.
А она взяла телефон и набрала номер.
— Да, это я. Соедини с Марселем…
Пауза. Потом — уверенный, хищный голос:
— Передай Вито, что контейнеры с ложными декларациями пойдут под моим именем. Если кто-то сунется — пусть объясняет, почему Айви Валтер лично одобрила транзит.
Она говорила, как генеральный директор, как глава мафии.
А выглядела — как богиня в утреннем свете.
Мужчина лежал и молчал.
Он только что занимался с ней страстным, жадным, грязным сексом.
И теперь слышал, как она управляет миллионами, как без страха и колебаний распоряжается жизнями и товаром.
Он начал понимать: он был мгновением. А она — системой.
Айви повесила трубку, подошла к кровати. Села на край.
Посмотрела на него — не грубо, не жёстко. Просто честно.
— Спасибо за ночь. Но теперь ты мешаешь моей дисциплине.
Он, обиженный, встал. Не сказал ни слова. Он не знал, как реагировать.
Его эго шептало оскорбления, но его инстинкт — уважал. И боялся.
Когда он вышел, Айви осталась.
Наливала себе кофе.
Читала отчёты с южной границы.
В голове — логистика, контроль, транзит, оружие, покровители, подставные имена.
Она снова была собой. Сильной.
Одна — но никогда одинокой.
Потому что её настоящая близость — была не в чужих телах.
А в родном бизнесе.