Плата

Адвокат был именно таким: молодым, преуспевающим, полным сил и надежд на светлое будущее, единственный любимый сын и внук, который стремился доказать, что может всего добиться своими силами, а пока на учебу и работу тратился весь его энтузиазм, то для любовных трагедий не было времени, а сердце пылало только от страсти к своему делу.

- Господин Помпти, здравствуйте, - поприветствовал юриста Джи Ан и приветливо улыбнулся.

- Я бы хотел обсудить некоторые моменты до того, как вторая сторона будет задействована в переговорах, - начал говорить юрист, но Джи Ан поднял руку вверх, останавливая его.

- Сегодня не будет никаких переговоров, я пригласил вас, чтобы передать ему проект договора, нюансы мы обсудим позже, - как только Джи Ан закончил говорить, в дверь громко постучали.

- Войдите, - уверенно сказал Джи Ан.

Питер Джонс открыл дверь и с нескрываемым презрением уставился на молодого юриста, который подскочил со стула как ошпаренный и посмотрел на высокого человека с интересом.

Джи Ан почувствовал, что атмосфера в комнате стала напряженной, это было предсказуемо, ведь он попросил вторую сторону прибыть сегодня на встречу без сопровождения, так как хотел сначала обсудить личные моменты наедине, а уже потом подключать к процессу правовые инструменты.

- Господин Джонс, рад встрече, - проговорил Джи Ан, дружелюбно улыбаясь и протягивая руку своему будущему супругу для рукопожатия.

Питер не сразу это увидел, его взгляд изучал молодого юриста, который частично загораживал Джи Ана своим телом и глупо улыбался. В своих мыслях Джонс выругался, это было похоже на детский сад: вся эта неуместная больничная обстановка, детсадовский адвокат с явно плохими манерами и будущий муж, который начал знакомство с обмана.

Помпти понял, что мешает, и сделал шаг в сторону, пропуская посетителя к стулу.

- Прошу вас, - все так же лучезарно улыбаясь, проговорил он.

Джонс нахмурил брови и перевел взгляд на Джи Ана. Если бы тот мог, то сразу бы увидел немой вопрос, почему в палате присутствуют посторонние, в сердитом взгляде собеседника. Питеру пришлось проглотить свое недовольство. Он сделал шаг и протянул свою руку в ответ.

- Да, приятно познакомиться, кажется, я не вовремя, - проговорил Джонс.

От его учтивости веяло холодом.

Джи Ан немного вздрогнул, когда его теплая рука была зажата хваткой прохладных пальцев. Джонс на уровне примитивных инстинктов выражал свое недовольство и показывал силу через крепкое и уверенное пожатие. Джи Ан уловил его настрой и примирительным тоном принес свои извинения:

- Я прошу прощения, что так вольно позволил пренебречь некоторыми договоренностями, я слеп и многие вещи для меня не выполнимы без посторонней помощи, надеюсь на понимание со стороны господина Джонса, - смущенно произнес Джи Ан и склонил голову, словно покоряясь воле более сильного соперника.

Питер внимательно смотрел на молодое лицо будущего супруга, пытаясь уловить скрытый смысл его слов.

- Я понимаю, - ответил Джонс и только после этого отпустил руку Джи Ана.

- Господин Помпти сейчас является моими глазами, я пригласил его только для того, чтобы передать вам лично в руки проект брачного договора, когда вы внимательно его прочитаете, мы встретимся за столом переговоров в более приватном месте, - речь Джи Ана была учтивой и плавной, так словно он заранее выучил свой монолог и сейчас просто играл нужную партию.

Это не очень понравилось Джонсу, он представлял себе эту встречу немного иначе, как минимум инициатива должна была исходить от него как более взрослого и опытного в этих делах. Но отступать было некуда.

Кандидатура Джи Ана уже согласована с отцом, и найти более подходящий вариант в сжатые сроки было затруднительно. Питер понимал, что Джи Ан хочет воспользоваться этим преимуществом и лоббировать договор на своих условиях. Он не боялся пойти на некоторые уступки своему будущему партнёру, но не готов был ущемлять себя в свободе, ведь он не знал, что может захотеть от него этот человек: денег ему явно хватает, семья Фрост в списке самый богатых уже много лет, о личной жизни Джи Ана не было никакой интригующей информации, значит он ведет консервативный уклад жизни. От Питера он вполне мог требовать соблюдение социального целомудрия, чтобы их фамилии не всплывали в желтой прессе. Возможно, Джи Ан хотел активов в качестве гарантий, но вряд ли аппетиты инвалида могли быть большими, в конце концов его жизнь была ограничена во многих аспектах.

Питер заранее узнал, что Джи Ан не участвует в семейном подряде, значит особых амбиций у него нет, но при этом владеет двумя процентами акций головной компании Фрост, что, конечно, не дает ему право голоса в принятии бизнес-решений, но зато обеспечивает стабильный пассивный доход в качестве дивидендов. Он в свою очередь был готов сразу предоставить Джи Ану недвижимость в качестве гаранта и долю акций своей компании при разводе по собственное инициативе, но если требования второй стороны будут исключительно в эмоциональном аспекте, то Питер не готов был идти ни на какие уступки. Этот брак – только инструмент для преодоления кризиса, и никак не должен мешать ему жить полноценной жизнью.

Джи Ан производил впечатление рационального и уравновешенного человека, поэтому Питер отмел негативные мысли и решил не усугублять и без того тяжелую атмосферу.

- Вам следует больше заботиться о своем здоровье, а все остальное я возьму на себя, - как можно более деликатно произнес Питер.

- Господин Помпти, вы не оставите нас ненадолго, - ответил на это Джи Ан и его улыбка сменилась на дежурное нейтральное выражение лица, - прошу вас побыть снаружи, чтобы мы могли обсудить с господином Джонсом личные темы без посторонних ушей. Если придёт мед персонал попросите их подождать немного. Спасибо.

Джи Ан договорил и опустил голову вниз в ожидании звуков шагов и закрытия двери. Юрист ничего не ответил, только вежливо поклонился и бесшумно вышел.

- Мы в комнате одни? – уточнит Джи Ан.

- Да, - ответил Питер, усаживаясь на достаточно большом расстоянии от Джи Ана.

- Сядьте ближе, пожалуйста, я склонен говорить тихо, - попросил его Джи Ан и, пока Питер размышлял, стоит ли ему слушаться своего будущего супруга, продолжил, - слепота сделал мой слух крайне чувствительным, в обычной жизни я говорю не очень громко, мало кому удается услышать меня с первого раза, сейчас я напрягаю голос, это утомляет.

Джи Ан не поднимал голову, пока говорил, его глаза безжизненно смотрели куда-то на край койки. Был бы это обычный человек, то могло показаться, что он обижен.

Питер пододвинул стул ближе, и Джи Ан протянул руку, чтобы коснуться его тела.

- Этого вполне хватит, - сказал он, проводя по руке Питера кончиками пальцев.

Еле ощутимое движение, но Питеру было крайне некомфортно из-за него.

Словно Джи Ан проверял, где предел прочности и к удивлению Питера, думавшего о себе, как о очень стойком, такое детское прикосновение вызвало волну недовольства и желание откинуть руку Джи Ана от себя.

- Не волнуйтесь, я все понимаю, - сказал Джи Ан, почувствовав недовольство, - сейчас вам некомфортно от одного моего присутствия, но в будущем контактов между нами будет больше, вам придется привыкнуть к этому.

Джи Ан замолчал и посмотрел незрячими белесыми глазами прямо на Питера, по телу которого тут же пробежал холод. Даже зная, что Джи Ан не видит абсолютно ничего, от его взгляда хотелось скрыться, как будто тот видел насквозь душу или мог читать мысли.

- С этим не будет проблем, - ответил Питер как можно более спокойным голосом и сложил руки на груди, пытаясь хоть немного отгородиться от Джи Ана.

- Что вы чувствуете, когда смотрите на меня?

Джи Ан опустил взгляд и повернул голову в другую сторону, ожидая ответа.

- Это не важно, - ответил Питер, - мои и ваши чувства останутся при нас, нет никакой необходимости в близком общении. Мы будем взаимодействовать в рамках договоренностей. В конце концов этот брак - сделка. Каждый из нас вполне способен получить свои выгоды и не мешать обычной жизни друг друга.

Джи Ан не шелохнулся, пока Питер говорил, именно это он и хотелось от него услышать. Видимо, судьба сегодня благосклонна и подарила вполне адекватного партнёра в супруги.

- Есть несколько моментов, которые я бы хотел с вами обсудить до того, как вы получите мой вариант брачного договора, - Джи Ан снова повернул голову к Питеру, но глаза держал опущенными, контролируя этот момент особенно внимательно, как и выражение своего лица.

- Я слушаю, - ответил Питер холодно.

- Я слеп уже давно и есть вещи, которые для меня являются важными.

Питер прислушался к его тихим словам, и нагнулся ближе, чтобы ничего не упустить.

- Во-первых, я не могу поменять место жительства, мой нынешний дом оборудован под мои запросы, к тому же я веду прием своих клиентов там же. Как вы уже знаете, я окончил университет по специальности психотерапия и являюсь практикующим консультантом.

Питер молчал, он не ожидал, что самым важным этот человек считает вопрос о жилье. Он по умолчанию предположил, что его частный дом загородом будет подходить им обоим: много места, свежий воздух, штат помощников, чтобы удовлетворить все особые потребности слепого. Неожиданным оказалось заявление, что это ему придется войти в дом супруга, что действительно выбило из равновесия. Питер глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться. Недовольство смешанное с явным нежеланием уступать вышло из его груди с вздохом.

- Хммм, мне нужно подумать об этом, - сказал он сквозь зубы и облокотился на спинку стула, зажимая переносицу между пальцев. Явный признак, что скоро начнется мигрень.

Джи Ан чувствовал все перемены в настроении собеседника, даже обычный человек уловил бы гнетущую ауру от него сейчас.

- Я не предлагаю вам жить вместе, в конце концов мы оба взрослые и занятые люди, - Джи Ан постарался немного снизить накал напряжения и намекнул Питеру, что готов дать ему выбор, хотя прекрасно знал, что старшее поколение не позволит им жить порознь, - Я подготовлю для вас комнату и кабинет, вы сможете приезжать, когда захотите, поверьте смущать вас никто не будет. Я живу один, помощница по дому приходит на два часа в день для уборки, а секретарь работает только в моем офисе, она не заходит в жилой дом. Ах, еще у меня есть собака-поводырь, но он хорошо обучен и спокойный.

Головная боль Питера усилилась, когда он понял, что ему придется втискиваться в чужой и непонятный мир и к тому же уживаться с собакой.

- Я адаптируюсь, - ответил Питер, сдаваясь.

Еще большее недовольство у него вызывало чувство, что его уговаривают как ребенка. Смена места жительства не самая большая жертва, ради будущей выгоды, он стиснет зубы и переедет в жилище Джи Ана на первое время, а потом, когда контроль старших немного ослабнет, он вернется в свое привычное пространство.

- Есть еще кое-что, что вам стоит обдумать как следует, - продолжил Джи Ан, когда почувствовал, что Питер немного расслабился.

- Таких пунктов, как я понимаю много, не проще сразу внести все в договор? - нетерпеливо спросил Питер. Он сплел пальцы рук в замок и положил их перед собой на колени. Голова уже болела так сильно, что он весь сжался, пытаясь вытерпеть эту встречу.

- Нет, на самом деле первый пункт был основным, если бы отвергли мое пожелание сразу, то я бы не стал продолжать с вами переговоры. Есть вещи, в которых я гораздо упрямее, чем вы, - Джи Ан снова посмотрел на Питера своими слепыми глазами. Его тон изменился с мягкого и снисходительного на уверенный и жесткий.

Питеру было некомфортно сидеть так близко к Джи Ану. Этот человек вызывал в нем непонятное беспокойство. И, если вначале Питеру казалось, что это связано с тем, что он впервые общается со слепым, то теперь он уловил, что Джи Ан не так прост. Он не был слабым, беспомощным и им явно не так просто управлять.

- Считайте мое лояльное отношение - гарантом серьезности в намерениях брака, - тут же ответил Питер. Он ощетинился, встретив на своем пути сильного соперника.

- Хорошо, что вы это понимаете, - ответил на его выпад Джи Ан и опустил взгляд на руки Питера, - я слеп и беззащитен перед многими жизненными трудностями, особенно людскими подлостями, мне приходится прикладывать много усилий, чтобы сохранить свою жизнь в гармонии, стараюсь избегать излишнего стресса. Вы должны гарантировать, что станете моим партнером до тех пор, пока брачный договор существует. Под этим я подразумеваю защиту моих интересов и репутации. Хотя, я думаю, это обоюдное пожелание. Не так ли?

- Вы явно говорите о чем-то конкретном, - с ухмылкой ответил Питер, он уже догадался, что дальше речь пойдет об интимном аспекте их сожительства.

- Да. Вы правы. Я не буду влезать в ваши личные дела, того же требую и от вас. Но есть вещи, которые сложно утаить, тем более вы публичный человек, а я не тот, кого легко спрятать в шкафу.

- О нашей свадьбе не будет никакой официальной информации. У меня одна партнерша и мы оба понимаем значение слова конфиденциальность. После нашего брака я официально могу вас представить друг другу, вы этого хотите?

- Это не обязательно, скорее на ваше усмотрение. Мне достаточно знать имя и фамилию, чтобы в разговоре не попасть в двусмысленные положение.

- Я понял, насчет вашей личной жизни, что я должен знать?

- У мены нет возлюбленного, не люблю привязанностей и обязательств, поэтому моими спутниками обычно являются те, кому компенсируют молчание. Я не привожу никого в свой дом и тщательно подбираю пару, но в силу будущей публичности нашего брака, боюсь вас может это смутить.

- Что ж, это не будет проблемой, пока остается за закрытыми дверьми, до сих пор о вас не было никакой порочащей информации, пусть так это и будет.

Питеру стало смешно от этого разговора, образ Джи Ана, меняющего партнеров как перчатки был несуразным и вызывал лишь сочувствие.

- Пройти полное медицинское обследование перед заключением брака будет не лишним для нас обоих, - добавил Питер и с интересом посмотрел на выражение лица Джи Ана, пытаясь разглядеть в нем хоть каплю смущения.

- Я как раз по этой причине и задержался здесь, заключение будет готово через двое суток, - серьезным тоном ответил Джи Ан. Его лицо не изменило своего выражения.

- Так вы уже поправились? Травма оказалась несерьезной? - с издевкой в голосе спросил Питер.

Его головная боль вернулась с еще большей силой, как только он произнес свой вопрос, поэтому сжал виски рукой и закрыл глаза. Сейчас ему не было дела до ответа. Он хотел немного побыть в темноте, пока болезненный спазм не отпустит его. Джи Ан замолчал, он чувствовал, что собеседнику плохо.

Мигрень была очень сильной, Питер подавил приступ тошноты и запрокинул голову вверх, чтобы унять неприятное ощущение, но от этого глаза и лобная часть головы словно пронзило током.