Плата

Джи Ан вылез из ванной и тщательно вытер свое тело, проскрабировал специальным средством ноги, ягодицы и живот, нанес на лицо маску, а под глазами крем от морщин, смазал руки жирным кремом и надел согревающие печатки. Утром от проснется посвежевшим и помолодевшим, в конце концов на свадебной фотографии ему хотелось выглядеть хорошо, пусть он этого и не увидит, но зато услышит хвалебные речи от родственников и матери. Тем более, что его супруг по слухам был красив и ему не хотелось выглядеть на его фоне невзрачным кальмаром.

Утром Джи Ан успел сделать много дел до назначенной встречи. Он заехал в парикмахерскую и обновил стрижку, посетил визажиста и обсудил образ, который хотел бы сделать для мероприятия, договорился с портным, чтобы подогнать костюм, а также позвонил дизайнеру интерьеров и попросил зайти к нему, чтобы сделать фото помещения и обсудить проект по обустройству комнат.

Джи Ан все это затеял с полной уверенностью, что сегодняшняя встреча закончится успешным подписанием договора. У него не было больших ожиданий от брака, достаточно того, что его партнер был с четким пониманием, что хочет получить и что готов дать. Идеальное начало супружеской жизни без накала страстей и эмоциональной суеты.

В назначенное время Джи Ан с Джери подъехали на такси к офису в центре города. Их тут же заметил мистер Помпти и проводил на десятый этаж.

В просторной комнате собралось четыре человека и собака, перед каждым стояла вода. Следующие три часа были полны шелеста страниц и учтивых слов, сухих терминов и числовых значений неустоек и компенсаций. Все проходило гладко и спокойно. Джи Ан взял с собой Джерри на случай, если переговоры затянуться и нужен будет повод ускорить их.

Джи Ан молчал всю встречу, лишь изредка вставлял свое слово для уточнения некоторых аспектов.

Проект договора, подготовленный мистером Помпти, был одобрен и не вызывал никаких вопросов у второго адвоката, лишь было дополнен пункт о разделе имущества в случае развода.

Несмотря на то, что Джи Ан указал, что не претендует ни на что совместно нажитое, Питер не мог оставить его без денежного возмещения и включил в договор пенсию до дожития. Для этого предлагалось открыть на имя Джи Ана накопительный счет, куда будет перечисляться фиксированная сумму как брачные дивиденды. Этого вполне бы хватило безбедно жить много лет, поэтому Помпти уговорил Джи Ана согласиться.

В конце встречи адвокат Питера замешкался и прошептал своему клиенту на ухо вопрос. Питер кивнул в знак согласия и юрист вежливым тоном обратился к Джи Ану.

- Мистер Фрост, последнее, что нужно обсудить, это пункт детях.

- Каких детей? – удивленно спросил Джи Ан.

- Вы еще молоды и, возможно, не сейчас, но позже, захотите наследника своей крови, - осторожно сказал юрист, подбирая слова.

- Нет. Это исключено, - уверенно ответил Джи Ан и повернул голову в сторону Питера.

В повседневной жизни Джи Ан выбирал свободную одежду, ему приходилось считаться со своей особенностью и надевать вещи, которые не сковывали движения и были легкими в носке, но сегодня он выбрал деловой костюм и в тон ему дизайнерские очки из синего стекла. Это придавало аристократическую холодность и изящество, подчеркивая необычную внешность и заостряя черты лица. Когда он пристально посмотрел на Питера, тот невольно восхитился величественностью и на мгновение замер, рассматривая серьезное лицо своего будущего супруга.

- Что насчет вас господин Джонс? – строго спросил Джи Ан. Он упустил этот момент из виду, думая, что одного сына Питеру будет достаточно.

- Я не исключаю тот факт, что у одного из нас может родиться ребенок, - уклончиво ответил Питер. Его удивило, что Джи Ан разозлился, это было совсем не похоже на его обычное спокойное ко всему отношение.

- Мы оба не в том возрасте, чтобы доверять возможностям в таком вопросе, поэтому говорите прямо.

Суровый тон заставил двух адвокатов напрячься, каждый уже готовился приводить доводы в пользу своего клиента.

- Никто не может предугадать свои желания через год или два, - начал свою речь юрист Питера, - лучше решить сейчас вопрос об опеке.

- Итак, что конкретно нужно? Совместное воспитание или не вмешиваться в личные дела господина Джонса?

- Мы предлагаем совместную опеку, если вы решите завести своего ребенка в будущем, в том числе уже готов дополнительный договор, в котором прописаны условия суррогатного материнства.

Лицо Джи Ана исказилось гримасой отвращения. Для всех это казалось именно так, поэтому они растерянно смотрели на него, в ожидании, что он ответит на это предложение. Вопрос о сексуальной принадлежности Джи Ана ни разу не поднимался до этого момента. Это было вполне понятно, ведь условием брака было его согласие выйти замуж только за мужчину, а это автоматически причисляло его к секс-меньшинству.

Джи Ан не уточнял у Питера его ориентацию, поэтому также клишировано предположил, что тот не является геем на основании факта, что у него за плечами был брак с женщиной и у них родился ребенок. Сыну Питера было уже двенадцать лет, он учился в зарубежной школе и приезжал к отцу только на каникулу. Мать, к сожалению, скончалась несколько лет назад после продолжительной болезни и с тех пор Питер был самым завидным женихом, но отвергал все предложения до этого момента.

Джи Ан сделал глубокий вдох и медленный выдох, успокаиваясь. Рождение новой жизни было запретной для него темой, и он не хотел, чтобы кто-то видел его внутреннюю боль, поэтом скрыл свои настоящие эмоции за маской раздражения и злости. Он решил, что лучше прекратить все темы про его будущих детей одним махом и шокировал присутствующих следующими словами:

- Несколько лет назад я перенес полную стерилизацию, поэтому могу гарантировать, что детей у меня не будет, - ответил Джи Ан, заставив трех мужчин сконфуженно переглянуться между собой.

Интимный вопрос не был отражен в карте, так как проводился в частной клинике в другой стране, в тот момент Джи Ану нужно было сохранить анонимность, чтобы мать не узнала об этом и не воспрепятствовала. Он боялся, что она найдет способ сделать его отцом против воли, подсунет под него какую-нибудь девушку, для зачатия новой жизни и продолжения рода. К тому же при неожиданной беременности вопрос брака тут же был бы решен и доводы, что он неспособен быть полноценным мужем и отцом, не принимались в расчет.

Слепота сделала его беспомощным против хитростей этой женщины и в какой-то момент времени Джи Ан был настолько истощен ее постоянными провокациями, что видел злой умысел во всех интимных контактах. Это почти довело его до импотенции, он стал фригидным при близости с противоположным полом, и даже последующая операция не помогла снизить тревожность. Он решил использовать эту проблему в своих интересах и совершил мнимый камин аут, чтобы остудить пыл матери в вопросе сватовства со всеми незамужними девушками их круга.

Для нее брак и дети старшего сына стали навязчивой идеей, она боялась, что в старости о ее сыне некому будет заботиться. Поначалу новость о том, что Джи Ан гей, воспринималась в семье как временное помешательство от скуки, но, когда слухи о том, что он удовлетворяет свои физиологические потребности в обществе мужчин, распространились за пределы ближнего круга, мать закатила истерику, заблокировала банковские карточки, ссылаясь, что не будет оплачивать постыдный блуд, потом исключила его из завещания, обосновывая тем, что он все равно умрет в одиночестве, полностью запретила общение с младшими братьями, намекая на то, что он негативно влияет на их воспитание.

Кто же мог подумать, что спустя всего несколько лет мир измениться настолько сильно, что браки между мужчинами станут обыденностью.

Джи Ан выплеснул свое недовольство в достаточно грубой форме и понял это только по затянувшейся паузе. Он жестом приманил к себе собаку и потрепал его за ухом, успокаиваясь.

- Джерри нужно немного размяться, – произнес он, смягчившись.

- Я знаю парк недалеко от сюда, где можно погулять, - воскликнул Помпти и подскочил со своего места, - я возьму Джерри на себя.

- Что ж, давайте сделаем перерыв, потом вернемся к обсуждению, - подхватил идею Питер.

Не успел Джи Ан возразить, как его адвокат выскочил вместе с собакой за дверь и ретировался. Напряжение в воздухе было такое сильное, что Помпти, истощенный бессонницей и долгими переговорами, уже не выдерживал. Его более опытный коллега снисходительно улыбнулся и вопросительно посмотрел на Джонса, ожидания от него указаний.

- Вы тоже отдохните, мы с мистером Фростом поужинаем вместе, - сказал Питер.

Джи Ан откинулся на спинку стула и сморщил лоб, его лицо и поза показывали недовольство, но при этом он выглядел как капризный ребенок, и это вызвало улыбку у Питера, который еще не видел такую сторону своего партнера.

- Не торопитесь, - вежливо ответил юрист и ушел, оставив этих двоих в тишине.

Джи Ан молчал и Питер тоже не знал, с чего начать разговор. Ему хотелось о многом спросить, но он не мог пересекать черту. Они не настолько близки, чтобы расспрашивать друг друга о прошлом, тем более договорились не вмешиваться в личное. Но все же реакция Джи Ана была слишком необычной и вызывала интерес.

- Что бы вы хотели съесть? – нарушил молчание Питер.

- Фаршированные яйца с соусом из хрена, - язвительно ответил Джи Ан и Питер не смог сдержать смешок, вырвавшийся из его груди.

- Недалеко есть хороший ресторан, где подают что-то похожее, - ответил Питер и лицо Джи Ана смягчилось от его шутливого тона, он кивнул в знак согласия.

Они вышли из кабинета вдвоем. Питер поддерживал Джи Ана под руку и направлял его движения в нужную сторону.

Джи Ан ловко орудовал белой тростью и уверенно шел к лифту. Он примерно представлял дорогу и вполне мог самостоятельно дойти, но решил дать Питеру возможность поучаствовать в этом процессе, чтобы тот понемногу привыкал видеть вместо него. В будущем их ждет много моментов, когда без его помощи обойтись не получится и будет хорошо, если Питер будет понимать такие вещи без подсказок.

До ресторана они дошли пешком, он был через дорогу. Внутри свободных столиков не было, поэтому пришлось сесть на веранде. Джи Ану было некомфортно: слишком много шума доносилось с улицы, постоянное движение по бокам отвлекало, столики стояли близко, поэтому он слышал, о чем говорят другие люди. Все это настораживало первое время, он не мог сосредоточиться на словах Питера и улавливал только по обрывкам фраз смысл сказанного.

Питер же чувствовал себя на свежем воздухе прекрасно, солнце уже не было жарким и приятный ветерок сдувал напряжение. Он взял в руки меню и стал рассказывать Джи Ану, что тот может заказать. По сосредоточенному выражению лица он понял, что тот внимательно его слушает, поэтому предложил выбрать что-то из новинок и назвал несколько замысловатых вариантов, думая, что Джи Ану наверняка нравиться китайская кухня и он знает, что это за блюда. Джи Ан кивнул головой, соглашаясь.

На самом деле он не услышал ничего, кроме: «Закажем?» и согласился машинально, не задумываясь.

Официанта приняла заказ и спустя минуту уже принесла закуски: тофу пиньинь, тухлые яйца и жареные скорпионы.

Питер с недоверием уставился на деликатесы, которые занимали весь стол и не очень приятно пахли. Он перевел взгляд на Джи Ана и увидел его озадаченное лицо.

- Что-то не так? – спросил он.

- Я не думаю, что смогу это есть, - ответил Джи Ан, - запах слишком сильный.

Оба молча сидели и ждали следующего блюда.

- Это суп из мозгов барашка, - ответила официантка, которая вскоре принесла горячее и поставила перед гостями. Она помогла Джи Ану с ложкой и удалилась.

Питер смотрел в свою тарелку и понимал, что он уйдет отсюда сегодня явно голодным. Вид розово-белых бугристых мозгов не вызывал у него аппетит.

В отличие от него Джи Ан уверенно подносил ложку с бульоном ко рту и с удовольствием ел.

- Что? – спросил шутливо Джи Ан, он не слышал звука удара приборов о тарелку с противоположной стороны и понял, что Питер не ест, - на вид я так понимаю это не очень, зато аромат отменный.

Питер с интересом посмотрел в соседнюю тарелку, в которой почти ничего не осталось и на свою, размышляя стоит ли пробовать. В отличие от Питера, Джи Ану был неважен вид еды, главное для него был запах, а значит в этой ситуации он был в более выигрышном положении из-за слепоты.

- На вкус нежные и сладкие, - сказал Джи Ан, - закройте глаза и ешьте, это восхитительно.

Питер подцепил ложкой кусочек мозга и, прикрыв глаза, отправил его в рот. Было действительно необычно, но вкусно.

- Я впервые ем подобное, - сказал Питер, когда закончил есть и отодвинул пустую тарелку.

Он размышлял над тем, чтобы попробовать ферментированные закуски, поэтому взял в руки палочки и ткнул их в желеобразный серый тофу.

- Я тоже, - с улыбкой ответил Джи Ан, - но пробовать это точно не буду, вы уж извините.

Питер посмотрел на него с интересом и тоже отложил палочки.

- Не любите китайскую кухню? – спросил он, пока они ждали следующее блюдо.

- Не знаю. Я не очень с ней знаком, - ответил Джи Ан спокойно и спустя мгновение продолжил. Ему хотелось разрядить напряженную атмосферу, которая возникла по его вине ранее, - мы переехали сюда, когда мне было восемь лет, я толком ничего не помню о своей жизни там. А здесь мама сразу приучила меня к европейскому столу с завтраком из яиц и бекона. После потери зрения мне долгое время было нельзя есть ничего кроме диетического питания. Сейчас я по привычке избегаю острого и необычного, предпочитаю блюда с нейтральным запахом, без специй.

Официантка сменила тарелки и теперь перед взором Питера был уже привычный жареный рис с овощами и мясом.

- Я не очень понимаю, что в составе блюда, - сказал Джи Ан и ждал ответа Питера, который ковырял в тарелке вилкой, пытаясь разглядеть содержимое.

- Рис, в красном соусе, говядина, жареный перец, фасоль и лук, - медленно произнес Питер, - лучше уточнить у официанта полный состав, я не очень хорошо разбираюсь в кулинарии.

- Просто опишите вкус, у меня нет аллергии ни на какие продукты, -предложил Джи Ан и в ожидании опустил голову, прислушиваясь к звукам с другой сторон.

Питеру пришлось зачерпнуть порцию риса и отправить в рот, тщательно анализируя вкус.

- Рис хорошо пропаренный и немного кислый, приправ немного, но чувствуется острота как послевкусие. У мяса не выраженный вкус, но мягкое, хорошо прожевывается. Овощи хрустящие и сладкие, неплохо оттеняют остроту.

Питер не знал, что еще сказать и замолчал.

- Звучит аппетитно, - сказал Джи Ан и попробовал блюдо, - я бы описал это также.

Остаток ужина они обсуждали вкусы разных продуктов, даже поспорили, что отличить вареные грибы тутовника от курицы невозможно, если их подавать в холодном виде. Когда чай был выпит, атмосфера между ними была очень теплой, так словно они были друзьями много лет. Джи Ан не придавал значение этому, он всегда старался быть вежливым и радушным, это была его профессиональная особенность как психотерапевта, а вот для Питера было немного удивительным, что он так лояльно и по-доброму мог общаться с кем-то едва ему знакомым. Встреча в больнице оставила о Джи Ане неоднозначное ощущение, и он решил держать ухо в остро в общении с ним, но сейчас расслабленно шутил и был даже рад, когда угодил тому в выборе чая. Для Питера такое поведение было характерно только в общении с сыном, которого он любил большего всех на свете и часто созванивался, чтобы просто услышать родной голос.

Пока Питер оплачивал счет, Джи Ан с помощью официанта посетил уборную и тщательно вымыл руки. То, что для кого-то было приятным вечером с хорошей атмосферой, для него была утомительная работа. Хоть он умело маскировал свое состояние, его силы были на исходе. Весь вечер Джи Ан отгонял негативную энергетику от себя и Питера и внимательно следил за тем, чтобы ничего не прицепилось к ним как паразит.

За столиком по правую руку сидела пожилая пара, которая откровенно ненавидела шумную компанию через два столика от них. Видимо, супруги пришли провести приятный вечер и насладиться заходом солнца под звуки музыки, а тут в их планы вмешалась молодая девушка и ее подруги, которые громко праздновали повышение. Джи Ану пришлось делать вид, что он не замечает сгущающиеся тучи, которые увеличивались с ростом недовольства стариков.

Официантка, которая обслуживала их столик, была вся покрыта этим негативом и несколько раз споткнулась на пустом месте. Джи Ан сказал ей несколько хороших слов, поблагодарив за радушный прием и оценив ее профессиональные качества, это ее приободрило и дало сил доработать до конца смены без происшествий.

Еще Джи Ан уловил у барной стойки очень сильную темную энергетику, которая была насыщенного бордового цвета. Такое бывало только в том случае, если человек очень долго обдумывал что-то нехорошее: самоубийство, например. Он попросил сопровождающего его официанта передать за столик визитку вместе с фирменный десертом после ухода, и протянул карточку, чтобы заранее расплатиться.

В этот момент Питер вышел из туалета и с удивлением застал эту сцену, но ничего не спросил.

Когда они вернулись в офис, то обсуждение оставшихся вопросов прошло гладко. Джи Ан согласился с включение пункта о будущих детях Питера, но отказался нести юридическую и какую-либо ответственность за них. Две стороны поставили свои подписи в нужных местах и в девять часов вечера сделка, наконец, состоялась. Адвокаты поздравили друг друга рукопожатием, а Питер и Джи Ан выразили им свое почтение чеком на солидную сумму.

- Я позвоню вам завтра, чтобы обсудить дату свадьбы, - сказал Питер на прощание, когда Джи Ан, взяв в руки поводок, уже повернулся в сторону двери, чтобы уйти.

- Да, не будем затягивать. Но мне придется побеспокоить вас в организации. Оставляю это на ваши плечи, - ответил вежливо Джи Ан и слегка склонил голову в знак прощания, - мань-мань-дзоу, что по-китайски значит езжайте осторожно.