Плата

А вот Джи Ан, наоборот, не мог уснуть. Богатое на эмоции событие прокручивалось у него в голове до самого утра. Он встретил очень много интересных людей по энергетике и анализировал полученную информацию.

К счастью, кроме его матери, никто больше не привел с собой ничего страшного, а значит с этими людьми и Питеру, и ему будет комфортно работать дальше. Джи Ан выстроил некую иерархию. В первую группу попали люди, нейтрально настроенные, их было большинство, от таких Джи Ан не чувствовал ничего враждебного, только кратковременные отблески зависти и недовольства. Во вторую, меньшую группу, он отнес тех, кто излучал обиду и агрессивно, это были устойчивые чувства, взращённые временем, с такими нужно быть аккуратным, чтобы не превратить в ненависть. В третьей, самой маленькой были те, кто испытывал призрение.

Джи Ан всегда считал эту эмоцию самой коварной, если с ненавистью можно работать, то призрение тянется из глубин человеческой гордыни, взращенной годами, словно оголенный комплекс неполноценности, спроецированный на другого человека, это очень лицемерное чувство и работать с ним сложно, а значит в рамках делового общения сводит к нулю все попытки договориться.

В будущем Джи Ан будет избегать этих людей, чтобы не создавать проблем для бизнеса Джонсов и не провоцировать лишнюю напряженность.

Самым сложным для Джи Ана было общение с матерью. Давление от ее проклятья было велико. Так как Джи Ан имел дело с ее темным монстром с детства, то со временем привык и не воспринимал его как что-то зловещее. Но это не меняло того факта, что при каждой встрече на него смотрела темная сущность с белыми глазами без зрачков. Она никогда не нападала на Джи Ана, но поглощала его удачу и счастье.

Когда мать Джи Ана была молодой, то влюбилась в его отца с первого взгляда. Они создали семью и искренне любили друг друга. Единственным огорчением было то, что не было детей. И тогда старушка-соседка подсказал обряд для привлечения в дом младенца, и женщина, страстно желавшая родить сына от любимого мужчины, в полнолуние призвала на помощь силу, истоков которой не понимала.

Зло всегда облачается в красивую форму, чтобы приманить свою жертву, а в отчаянии любой готов на все, чтобы получить желаемое.

Джи Ан не знал подробностей сделки, иначе нашел бы способ расторгнуть ее и освободить мать. Но, когда он родился на свет, то удача и процветание его семьи полностью зависело от него. Чем он был несчастнее, тем богаче становились его мать и отец и наоборот, его счастье забирало успех и радость близких.

Своего раннего детства Джи Ан не помнил, он был слабым и болезненным ребенком, капризным и боязливым. Но, когда отец отвел его в садик, у Джи Ана появились первые друзья, его жизнь стала гораздо лучше.

И чем лучше было ему, тем хуже было его родителям. Хорошие оценки и похвала воспитателей шла рука об руку с травмами отца на работе, заливистый смех сопровождался горьким слезами матери, когда бизнес отца терпел убытки. Демон, призванный матерью, даровал ей желанное, но предупредил, что у всего есть цена, а подробностей она не спрашивала.

Когда Джи Ану исполнилось шесть с половиной лет, его отец не выдержал судебных исков, банкротства и долговых обязательств, повесился в кабинете своей фирмы, осиротив не только сына, но и супругу.

Она любила его больше всего на свете, жила ради него и, когда его не стало, замкнулась, ушла глубоко в себя и запретила говорить о нем даже сыну. С тех пор их семья переезжала каждый месяц в жилье поменьше и похуже.

В какой-то момент денег не осталось даже на еду. Мать продала землю, оставленную ей в наследство родителями, все украшения, подаренные за годы брака мужем, и с этим приданным уехала в другую страну, чтобы начать все сначала.

Для Джи Ана это было тяжелое время, у него не было друзей, он говорил с сильным акцентом и за это его унижали не только в школе, но и во дворе. Он постоянно болел из-за смены климата и пропускал занятия, отчего мать ворчала на него.

Зато ее жизнь быстро наладилась. Она запретила своему сердцу любить другого человека, оставив это священное чувство для бывшего супруга, и нацелилась только на материальное благополучие.

Вскоре она удачно вышла замуж, устроила Джи Ана в престижную школу, нашла лучших частных репетиторов, заняла его время правильными уроками. Старалась возместить ему душевную заботу денежным эквивалентом. А потом у нее родились еще дети и она немного смягчилась, казалось ее прежняя женская любящая натура потихонечку оттаивает, только Джи Ану, внешне похожему на отца, этой ласки не доставалось.

Конечно, он знал, что мать любит его, ее забота была приятна в любом проявлении, пусть это простой завтрак, приготовленный для всех, он всегда ел его с особым удовольствием. И когда она пела колыбельную маленьким детям, он слушал ее успокаивающий голос и представлял, что она поет и для него тоже.

Наверное, именно поэтому в старших классах он влюбился в Джию, она была похожа на его мать в юности, такая же решительная, но всепрощающая и нежная с близкими. Тогда он еще не знал, какую цену ему придется заплатить за счастье быть с ней.

Автомобильная авария случалась в тот момент, когда сердечко их нерожденного ребенка сделало свой первый удар. В этот момент мир Джи Ана содрогнулся и руль, управляемого Джией автомобиля заблокировался, унося железного коня в отбойник.

До приезда скорой помощи Джи Ан крепко держал руку любимой. Подушка безопасности сильно ударила его в лицо, лоб был расшиблен, кровь застилала глаза, но он старался не терять сознание, звал любимую по имени и молился, чтобы кто-то помог ей. И кто-то отозвался.

Сущность, которая всегда присутствовала в жизни Джи Ана и следовала тенью за его матерью, пришла к нему в миг отчаяния и предложила сохранить жизнь. Джи Ан был готов пожертвовать собой, но речь не шла о нем.

- Помоги, забери меня, спаси ее.

- Жизнь тебе не принадлежит, - сказала тень, - ты не можешь ей распоряжаться.

- Тогда, зачем ты здесь?

- Наказать тебя. Разве ты не слышишь?

- Что?

- Биение маленького сердца внутри этой женщины.

- Почему ты так со мной поступаешь?

- Ты не должен был создавать ее. Но раз уж так вышло, то можешь выбрать кого из них оставить в живых.

- Ты можешь спасти обоих? Я отдам тебе все, что ты хочешь.

- Ты и так принадлежишь мне. Но я дам тебе шесть лет, шесть месяцев и шесть дней прожить вместе, а когда младенец вырастет, я взыщу с него втрое больше, твое проклятье перейдет к нему.

- Остановись, не надо.

- Не хочешь? Тогда она умрет вместе с ним и все станет так, как должно быть.

- Только не она.

- Одна жизнь в обмен на другую.

- Сохрани жизнь ей. Я выбрал.

- Как скажешь.

- Можно сделать так, чтобы она никогда не узнала о ребенке?

- Да, это будет мой подарок для тебя. Живи долго, мальчик.

Джи Ан не помнил этого разговора, когда он проснулся после аварии, то был уже в больнице неделю. Джиа держала его за руку и плакала, не переставая шептала только одно слово: «очнись».

Он сжал ее хрупкую ладонь и почувствовал давление на своей груди. Она прильнула к нему всем телом, но это было невесомо, со слезами из ее тела ушла вся сила. Она почти не спала и не ела то время, пока Джи Ан был в коме. Единственное, что давало ей надежду, его равномерное дыхание через трубку и стук сердца в виде колебания на мониторах.

- Мой хороший, я здесь, - шептали ее уста, - все в порядке, ты поправишься.

Тогда еще Джи Ан не знал, что темнота перед его глазами это была не ночь и не повязка. Он ослеп, и врачи разводили руками, не находя нужных диагнозов, чтобы объяснить это.

- Мозг сложная структура, возможно, зрение вернется со временем. Будем наблюдать.

Прошел месяц, Джи Ана выписали из больницы. Пришлось вернуться в дом семьи Фрост, где каждую ночь ему снились пугающие сны. Что-то темное проникало в его сознание и разговаривало с ним, но на утро Джи Ан уже не помнил ничего, оставалось только чувство, что забыл что-то важное.

Тогда он стал включать диктофон и записывал ночные диалоги с самим собой. Понадобилось время, но Джи Ан выстроил полную картину, правда оказалась ужасной, еще страшнее было понимать, что это он причина всего.

Если Джиа останется в его мире, он погубит ее. Поэтому он собрал все свое мужество и разорвал с ней контакты. Причин для этого нашлось более, чем достаточно, но Джиа была упряма и любила его слишком сильно, она не сдавалась.

Джи Ан позвал ее к себе домой и при свидетельстве семьи объявил, что не хочет продолжать с ней общение. Его задача восстановить здоровье, а ее жалость ему не нужна.

- Мы поехали в злосчастную поездку, потому что ты настояла, это ты погубила меня, я бы не стал инвалидом, не появись ты в моей жизни, - закончил он свою речь, - я не могу даже слышать твое имя, мне оно ненавистно. Все что мне требуется – это забота близких людей, но ты не часть моей семьи, и никогда ей не станешь.

Ни один мускул не дрогнул на лице Джи Ана, он репетировал речь в своей голове сотни раз, и сейчас просто отыгрывал роль. Джиа молчала, она была доброй с ним всегда, но сейчас он давил на ее гордость и чувство вины, поэтому она сдалась.

Мать и отчим не ожидали, что станут свидетелями такой сцены и наблюдали, как лицо молоденькой девушки становиться белым, а взгляд тускнеет.

- Мама, проводи Джиа на выход и попроси слуг не впускать больше посторонних в дом, - Джи Ан развернулся и ушел в свою комнату.

С тех пор они больше не пересекались.

Прошло уже столько лет, но рана от расставания все еще напоминала о себе болью.

Джи Ан не мог жить в доме с темной сущностью матери, каждый раз это напоминало ему о загубленной жизни маленького создания. Поэтому, как только он адаптировался к темноте, то сразу же переехал в собственную квартиру, приобретенную на деньги, которые мать выделила ему на реабилитацию. Он знал, что зрение никогда не вернется, а значит нужно как можно быстрее смириться и научиться жить в полной темноте.

Джи Ан смог закончить учебу, получил диплом психотерапевта, погрузился с головой в работу и постоянно тренировал свое видение, а также искал похожие случаи по всему миру; каждая минута его времени была заполнена, чтобы не впускать в жизнь пустоту отчаяния.

И постепенно все действительно нормализовалось. На каждом медосмотре врач отмечал, что серая пелена на глазах становится плотнее, но само глазное яблоко было без изменений. Джи Ан связывал это с усилением своих способностей. Если вначале он видел только очень сильные проявления, то со временем научился различать даже малейшие всплески, к тому же эмоции слоились на оттенки, что позволяло заглянуть глубже и уловить в причину их появления. Это очень помогало в работе. Хоть поток клиентов у него был небольшой, а записаться было возможно только после предварительного собеседования, он был известен в определенных кругах как мастер точного слова и совета.

Джи Ан брал в работу интересные случаи, ему хотелось помогать тем, кто был в безвыходном состоянии, поэтому его офис периодически страдал от всплесков очень агрессивного клиента или заливался слезами. Его секретарь была всемогущей и умело разруливала весь этот хаос, давая возможность начальнику сосредоточиться на важном.

Свадебный отпуск Джи Ана подходил к концу и вскоре он планировал возобновить прием пациентов. Он уже обдумал распорядок и сообщил Мэри дни приема, предоставив возможность тем, кто долго ждал, занять окошки первыми.

Также Джи Ан подумал, что готов взять стажера или даже двух на обучение, в будущем ему потребуется время, чтобы посещать мероприятия в качестве супруга Питера, а значит пора подготовит почву для ухода на профессиональную пенсию и сосредоточиться на написании докторской.

Джи Ан часто отправлял Мэри голосовые просьбы вечером или ночью, он предупредил, что она не обязана слушать его в нерабочее время и рекомендовал ставить на его контакт беззвучный режим, и Мэри, которая сначала никак не могла к этому привыкнуть и при вибрации тут же читала сообщения босса и бежала их исполнять, со временем смирилась и ровно в одиннадцать часов утра прослушивала все задачи, а в восемь часов вечера ставила телефон на беззвучный режим, оставив только телефонный звонок как экстренную связь.

Сейчас Джи Ану не спалось, и он надиктовал ей план работы, но потом понял, что завтра только воскресенье и она будет отдыхать, а значит незачем грузить ее мессенджер информацией.

Джи Ан еще раз сходил в душ, но уснуть так и не получалось, время уже было пять утра, и он решил, что не будет ложиться.

Он разбудил Джерри и отправился с ним на прогулку. После дождя мир пах пожухлой листвой и сыростью. В воздухе еще висела влажность и это неплохо бодрило. Джи Ан прошелся по парку, подождал на лавочке, пока Джерри сделает свои дела и неспеша двинулся в сторону пекарни. Она была в двух автобусных остановках от его дома и там готовили вкусные круасаны с клубникой. Джи Ан не был уверен, что они открываются так рано, поэтому шел медленно, вслушиваясь в звуки просыпающегося города.

Дорога была прямой и заблудиться было невозможно, но на всякий случай Джи Ан считал повороты, перекрестки и запоминал какие звуки слышит по пути. В одной из подворотни его слух уловил жалобный писк. Можно было бы перепутать этот звук с котенком, но Джи Ан увидел след сильных эмоций, а так как животных Джи Ан не мог считывать, то здесь явно был человек.

- Ищи, - дал команду собаке Джи Ан и пошел за ним в проулок.

Джерри начал лаять у мусорного контейнера и Джи Ан ощупал его со всех сторон. Холодный короб была плотно закрыт, Джи Ану не удалось его открыть, сколько бы сил он не прикладывал. Но, когда он постучал костяшками пальцев по металлу, то оттуда послышался слабый плач. Это явно был ребенок.

Джи Ан трясущимися руками вытащил свой телефон и набрал службу спасения.

- Что у вас случилось, - тут же ответил строгий голос оператора.

- Я слышу плач ребенка на уличной помойке, пожалуйста, пришлите сюда скорую.

- Где вы находитесь?

- Я точно не знаю. Я вышел из дома по адресу Баер стрит 12 и шел прямо до пекарни Монитур, успел пройти три перекрестка, когда услышал звук.

- Сообщите какой-нибудь ориентир.

- Со мной собака-поводырь, мы будем стоять у входа в переулок.

- Дождитесь карету скорой и подайте им знак рукой, когда услышите сирену.

Джи Ан так и сделал. Спустя десять минут к нему подъехала машина с врачом неонатологом, ребенка вытащили и укутали в термоодеяло.

- Вам следует поехать с нами и дать показания, - сказал фельдшер.

- Я должен отвести собаку домой, скажите мне адрес, я подъеду туда.

- Так не положено, - настаивал фельдшер, и Джи Ану пришлось ехать с ними.

- Как ее состояние? – с беспокойством спросил Джи Ан.

- Вы вовремя ее нашли, все будет в порядке.

- Видимо, судьба, - многозначительно сказал Джи Ан.

В отделении скорой помощи их уже ждал сержант, который быстро записал всю историю и попросил Джи Ана быть на связи, если будет нужна дополнительная информация. Это событие растянулось до девяти часов утра, но, когда Джи Ан вернулся домой, Питер еще спал, а его телефон громко звонил на всю квартиру, но на него никто не реагировал. Джи Ан постучался в комнату, но не услышал ответа, тогда открыл дверь и подошел к спящему супругу, наощупь отыскал его плечо и потормошил.

- Господин Джонс, просыпайтесь, - сказал Джи Ан громко.

Питер почувствовал тряску и открыл глаза, не понимая, где он находиться.

В комнату проникал яркий солнечный свет из окна в кабинете и тут же ослепил его, поэтому он сощурился и привстал, чтобы оглядеться.

Вчерашняя комната при свете дня преобразилась и стала выглядеть незнакомой.

- Господин Джонс, - еще раз позвал его Джи Ан, - ваш телефон надрывается уже долгое время, вдруг что-то срочное.

- Да, спасибо, - хриплым голосом ответил Питер и посмотрел на супруга.

Джи Ан еще не переоделся и был одет в спортивный костюм, который пах улицей.

- Вы не простудились? - участливо поинтересовался Джи Ан и приложил прохладную ладонь ко лбу супруга.

Такой заботливый жест последний раз Питер получал от супруги. Мелисса не была в этом отношении нежной, к тому же, если он плохо себя чувствовал или болел, то отменял свидание, боясь заразить ее.

- Все в порядке, - ответил Питер, озадаченный таким странным пробуждением.

- Я разогрею завтрак, а вы умывайтесь и приходите на кухню.

Питер кивнул головой, но Джи Ан этого не видел.

По молчаливому согласию Джи Ан понял, что Питер не против, и удалился из комнаты, чтобы не смущать супруга.

Питер провел по лицу рукой, огляделся еще раз и только потом протянул руку к телефону. Десять пропущенных звонков, и он не услышал ни одного, как же крепко он спал?

Джи Ан переоделся и занялся завтраком. Он вернулся домой на такси, поэтому зашел в ближайшее кафе и взял на вынос несколько блюд. На всякий случай он заварил черный чай с лемонграссом и имбирем, вытащил из холодильника апельсиновый сок, чтобы тот немного согрелся и постарался симметрично расставить на столе тарелки с кашей, яичницей и бутербродами.

Себе Джи Ан сделал чашку черного кофе, утреннее происшествие выжало из него последние силы, поэтому требовалось что-то, чтобы взбодриться.

Питер вышел на запах сваренного кофе и увидел, как Джи Ан задумчиво пьет напиток, облокотившись на столешницу. Он был так глубоко погружен в мысли, что не услышал шагов и, когда Питер его окликнул, вздрогнул и облился.

- Прости, не обжёгся? - спросил Питер. Он тут же подскочил к Джи Ану и начал вытирать жидкость с его рук.

Как-то незаметно это происшествие стало отправным моментом, когда Питер стал обращаться к Джи Ану неформально на ты и тот ответил ему в тон.

- Нет, кофе был не горячий, я пойду переоденусь, а ты завтракай.

Джи Ан был рассеянный, но Питеру казалось, что он чем-то расстроен, поэтому смягчил свой тон на более дружелюбный.

- Позавтракаем вместе, я подожду тебя.

Джи Ан не придавал особого значения сказанным словам, его мысли были заняты другими проблемами, поэтому отвечал на автомате, возвращая собеседнику слова в том же эмоциональном ключе.

- Конечно, я быстро.

Как только Джи Ан скрылся в своей комнате, в квартире прозвучал звонок.

- Мне открыть? – спросил Питер, думая, что это доставка или помощница по хозяйству.

- Да, - прокричал Джи Ан из комнаты.

У Джи Ана не было видеодомофона, поэтому, когда Питер открыл дверь, то был озадачен. На пороге стоял такой же удивленный полицейский. Оба оценивающим взглядом прошлись друг по другу сверху донизу и только потом полицейский вытащил удостоверение и представился.

- Капитан уголовного розыска Стаффорд, могу я увидеть мистера Фроста?

- По какому делу? - строго спросил Питер, загораживая вход в квартиру.

- Тайна следствия, - таким же тоном ответил капитан, - а вы кто?

Питер поднял брови вверх, показывая своим видом, что не намерен отвечать на вопросы этого человека.

- Капитан, это вы? – Джи Ан вовремя появился, чтобы разрядить обстановку.

- Да, я прошу прощу прощения, что беспокоил в выходной, мне требуется ваше участие, - вежливо и немного льстиво проговорил полицейский.

Питера это насторожило, как ловко этот проныра изменил на 180 градусов свой тон и открыто лебезил.

- Вы, как всегда, пришли не один, - констатировал факт Джи Ан и Питер удивленно посмотрел за спину капитана, но никого там не обнаружил, - а с кучей проблем и забот.

- Да, вы правы. Моя работа не дает мне заскучать ни на минуту.

- Выпьете кофе?

- Не откажусь, - ответил с улыбкой капитан, и Питер увидел в его глазах нездоровый блеск, этот самец явно пытался произвести хорошее впечатление, возможно, даже кадрился к Джи Ану.

- Познакомьтесь, - будто вспомнив, что он в квартире не один, сказал Джи Ан, - мой супруг Питер Джонс. Питер – это капитан полиции серверного округа Клифорд Стаффорд.

Мужчины долго смотрели друг на друга, прежде чем нехотя пожали руки.

- Я не успел рассказать, - продолжил Джи Ан, подавая кружку с кофе и как бы между делом объясняя неожиданный визит полиции, - утром на прогулке Джерри нашел в мусорном баке ребенка. К счастью, его спасли.

- Вот как, тогда что доблестная полиция хочет от слепого.

- Что? – сердито переспросил капитан, подавившись глотком кофе. Его задело, что Джи Ана так прямолинейно оскорбили.

Джи Ан же не обратил на эти слова никакого внимания. Он обдумывал в голове, как объяснить особенности своей работы без лишних подробностей. Клифорд же посмотрел на Питера с такой ненавистью, что готов был убить одним взглядом.

- Иногда капитану нужна небольшая консультация, - начал деликатно объяснять Джи Ан.

- Это больше, чем... - возразил капитан, пытаясь защитить достоинство Джи Ана, но тот его перебил.

- Хорошо, что мой профессиональный опыт полезен для дела.

Клифорд посмотрел на Джи Ана и уловил подтекст его слов.

- Я не буду отвлекать вас от завтрака, поэтому подожду на улице, - сказал он и торопливо вышел, грубо сунув кружку с напитком в руку Питера.

- Прощу прощения, - Джи Ан виновато опустил голову, - он не часто приходит лично, видимо, дело действительно срочное. Я вынужден оставить вас одного.

Джи Ан ушел в комнату, чтобы взять необходимые вещи, а Питер стоял по середине комнаты, с чужим кофе в руках и не понимал, что вокруг него происходит.

- Я не думаю, что это займет много времени, скорее всего к обеду я вернусь, - начал говорить Джи Ан, но Питер грубо прервал его.

- Я поеду домой. Не отвлекайся от своих дел.

Джи Ан не двигался, прислушиваясь к его движениям. Питер шагнул в сторону своей комнаты, но вспомнил что-то и продолжил говорить, не поворачивая голову к собеседнику.

- Твоя мать просила приехать на ужин во вторник, там и встретимся.

- Хорошо, - ответил Джи Ан спокойно, – ключи от квартиры лежат у входа.

Только когда Питер ушел в комнату, Джи Ан вышел из квартиры.

«Что-то этот мужчина ведет себя непоследовательно», - подумал про себя Джи Ан и тяжело вздохнул.

Полицейский докуривал сигарету, когда увидел, что Джи Ан вышел из дома. Он сразу выкинул окурок и засунул в рот сладкую конфету.

- Вы быстро, - сказал он, хватая Джи Ана под руку, чтобы проводить до машины, - я не знал, что вы живете теперь не один.

- Все в порядке, я понимаю. Но лучше, если вы возьмете в привычку сначала звонить.

Клифорд открыл дверь машины, и Джи Ан немного неуклюже забрался на заднее сидение.

- Наверное, мне следует вас поздравить, - сказал капитан, потирая затылок, словно смущающийся юнец.

- Да, стоит, - ответил Джи Ан с улыбкой, - я даже приму от вас подарок.

- Ха, вы всегда припоминаете мне тот случай, но в этот раз я принесу вам что-то нужное.

Три года назад Стафорд был еще старшим лейтенантом и познакомился по долгу службы с Джи Аном при очередном расследовании. Их тандем оказался на удивление удачным, и спустя всего год Клифорда повысили до должности капитана и вручили билеты в театр теней. Он, не задумываясь, пригласил Джи Ана пойти вместе. Но понял, что облажался, когда Джи Ан со смехом отказался от заманчивого предложения.

По долгу службы полицейский имел дело чаще всего со всякими отморозками, поэтому с Джи Аном ему было просто приятно общаться, но он не думал, что смех этого человека вызовет в нем такие бурные эмоции. Но как бы он не старался, Джи Ан отвергал все его последующие подарки и знаки внимания, а потом объяснил за бокалом безалкогольного пива: у них не может быть ничего общего кроме расследований, и предложил Клифорду провести черту или прекратить сотрудничество, но тот пообещал, что справится со своими чувствами. Со временем неловкость ушла и общение свелось до рабочих моментов.

Клифорд проверил, что Джи Ан правильно пристегнул ремень, и поспешил за руль. В этот момент Питер наблюдал из окна за этой сценой и сердился на себя за несдержанность. У них фиктивный брак, почему же он так остро реагирует, словно ревнует. Скорее всего сказывается усталость, поэтому он слишком чувствителен последнее время. Это показалось ему даже смешным, ведь он руководил огромными бизнес-проектами, умело управлял штатом в сотни сотрудников, а тут не мог удержать эмоции в узде от взаимодействия с обычным человеком. Он тут же написал сообщение Мелисе, приглашая ее на вечерний ужин с продолжением.

Пока капитан вез Джи Ана в участок, то аккуратно прощупывал почву и расспрашивал о Питере.

- Значит, это был ваш супруг. Как давно вы знакомы?

- Ваше любопытство - профессиональный вопрос или личный интерес?

- Чутье полицейского, если быть точнее, мне он показался подозрительным.

- Мы знаем друг друга не так давно, но его деловая репутация безупречна, а, как вы знаете, в моем случае, этого вполне достаточно.

- Я не сомневаюсь в вашей проницательности, но не слишком ли рано жить вместе, я бы мог проверить его для начала.

- У меня нет никаких ценностей, чтобы переживать за их сохранность.

Клифорд посмотрел мельком на Джи Ана в зеркало заднего вида. Самая большая ценность и есть сам Джи Ан, но он не стал озвучивать мысли вслух.

- К тому же, разве знание о нем чего-то нехорошего изменит того факта, что мы уже официально в браке.

- Да, вы правы, но все же было бы спокойнее.

- Мне или вам?

- Не важно, пообещайте мне, что в случае чего сразу обратитесь ко мне за помощью.

- Этот человек одобрен моей семьей, не стоит надумывать лишнего. А если он сделает что-то не так, я подам на него в суд и в рамках правового поля решу все вопросы. Я не беспомощный.

Джи Ан говорил это без раздражения, тоном, которым взрослые объясняют детям простейшие правила. Клифорд знал, что он ответит именно так, но не мог не предложить помощь.

- Но, если вам будет легче от этого, ваш контакт у меня под номер 3 в быстром наборе.

- Я понял, - с улыбкой ответил капитан, он знал, что ему никогда не быть номер один, но его радовало, что он вообще существует в жизни этого человека, пусть и под номером три, – этого достаточно.

- Какое у вас ко мне дело? – перевел тему разговора Джи Ан.

- Мы нашли предполагаемую мать ребенка, которого вы спасли утром. К сожалению, она мертва. Пока не знаем кто отец, но не исключаем того факта, что он и есть убийца. Мы вызвали на допрос несколько человек, но у всех есть алиби.

- Что подсказывает вам чутье?

- Кто-то из них точно причастен.

- Что требуется от меня?

- Я бы хотел получить оценку их эмоционального состояния. По свежим следам будет проще расколоть. Даже самый матерый убийца не может так быстро взять себя в руки.

- Могу я знать подробности дела?

- Как всегда информации мало. Я могу сказать только то, что она вела довольно необычный образ жизни, на ее карте много перечислений денег от разных людей, но официально нетрудоустроенная. Семьи нет, жила в общежитии, но там уже почти год не появлялась. Не училась, на учете не стояла.

- Время смерти уже установили?

- Да, ее нашла уборщица в номере отеля в семь часов утра. Умерла она примерно в пять тридцать утра.

- Ее отпечатки были найдены на мусорном баке?

- Да, ее следы самые отчетливые. Остальными еще занимаемся.

- Причина смерти?

- Удушение.

- По камерам что-то удалось выяснить? Свидетели?

- Нет, отель дешевый, камер нет, время раннее, никто ничего подозрительного не заметил.

- Она вышла ночью, спрятала ребенка, вернулась в отель и ее убили.

- Примерно так.

- Какие суммы и как часто ей перечисляли?

- Почти каждый день, от десяти до двадцати тысяч. После родов перечисления прекратились.

- Думаете, она продавала свое тело?

- Не исключено, ребенка она родила в больнице неделю назад, но сразу ушла под расписку, больше ни разу на прием не приходила. Хотя малышка родилась раньше срока, но по анализам обе вполне здоровы, поэтому никто не обратил особого внимание на их.

Когда автомобиль остановился у участка, то Клифорд взволнованно сказал:

- Действуем как обычно, вы наблюдает со стороны, я задаю нужные вопросы.

- Хорошо, - ответил Джи Ан.