Плата

К своему дню рождения Джи Ан решил, что не поедет на родину, как планировал. Он сильно потратился и сейчас экономил на таких вещах как путешествия. К лету, когда будут каникулы, он успеет накопить нужную сумму и съездит навестить отца, но пока почтит его память отсюда, преподнесёт дары и поблагодарит за свое рождение.

Мать еще не вернулась и восстанавливала здоровье в санатории, поэтому Джи Ан планировал навестить ее там в этот день. Беда миновала и сильно не навредила ее организму, но все равно стрессовые ситуации были под запретом и ее спокойствие охранял отчим.

Джи Ан навещал теперь ее не часто и спрашивал именно у отчима, как проходит реабилитация. Тот отвечал жизнеутверждающим голосом, что она чувствует себя бодрой и жизнерадостной, стала еще красивее и счастливее, особенно, когда к ней проявляли столько заботы ее любимые мужчины. Это радовало Джи Ана, хотя себя он к любимым не причислял, противопоставляя в голове семью Фрост и себя, как отдельную семью.

Джи Ан закончил читать лекции и поехал домой собирать вещи, утром у него был вылет, а значит в два часа ночи уже нужно было ехать в аэропорт. Но душа противилась этой поездке. Весь день у него было плохое предчувствие, словно должно произойти что-то.

Он позвонил матери и по ее голосу понял, что с ней все хорошо. Тогда уточнил, какие планы на выходные у Макса и тот сказал, что ничего не планирует особенного, будет дома.

До выезда оставалось много времени, но Джи Ан понимал, что тревога растет. В какой-то момент его тело начало потряхивать, словно от озноба. Он измерил градусником температуру, но жара не было.

Такое чувство было раньше связано со смертельной опасностью, и Джи Ан позвонил супругу, чтобы узнать все ли у того в порядке.

Питер ответил сразу и сказал, что он еще на работе, у него поздняя встреча, если дело не срочное, то лучше отложить разговор на завтра.

Джи Ан по его интонации не услышал никакого беспокойства и сказал, что не надо перезванивать, у него не срочный вопрос. О том, что у супруга завтра день рождения Питер не помнил, а секретарь не считал нужным напоминать, потому что относился к Джи Ану также, как и было велено в первый день, не сближаться, ничего не рассказывать, держать дистанцию.

Кливленд был уверен, что Кайла постигла такая участь именно по причине того, что тот не следовал указаниям директора, нарушил правила и поплатился за это своей работой, а у секретаря были планы служить на семью Джонсов до тех пор, пока его сын не подрастет и не сменит отца на должности.

Джи Ан позвонил Калебу и спросил, как у него дела, в ответ услышал длинную речь, про то, что учеба отнимает все силы, а сестра не дает спать никому, потому что у нее режутся зубы, что очередная няня уволилась, а его отец уже не знает, где искать замену, потому что репутация ребенка опережает ее рост.

- Ты сейчас дома? – спросил Джи Ан.

- Да, папа вернется поздно, я присматриваю за этой хулиганкой. Няня копит силы, чтобы уложить ее спать.

- У вас все в порядке?

- Да.

- А ты сейчас рядом с ней? Можно я скажу ей что-нибудь.

- Да, конечно, вывожу громкую связь.

- Привет, принцесса, - сказал Джи Ан с улыбкой, - будь умницей и слушайся брата.

- Эй, как ты можешь так легко располагать ее к себе, она улыбается, - сказал Калеб, пораженный этим явлением.

- Она помнит мой голос?

- Наверняка, тянет руки к телефону, что это за магия такая?

- Надо было идти работать в детский сад, - пошутил Джи Ан. Он немного успокоился, когда услышал, что со всеми все в порядке.

- Нет, вы только посмотрите на этот счастливый зубастый рот, почему ты не радуешься так мне? – ворчал Калеб.

- Она тебе доверяет. Раз проявляет истинные эмоции, значит уверена, что ты ее примешь любой. Это самый почетный титул близкого человека.

- Вот, я теперь понял, что вы говорили про то, что родным достаётся все самое лучшее. Я тогда не подумал, что это истерики, капризы и синяки от ее щипков, - пошутил Калеб, - вы должны к нам приехать. Хотя бы на чуть-чуть, пожалуйста.

- Я не смогу, я уезжаю к матери, хочу отпраздновать с ней свой день рождение. У меня вылет в шесть утра, поэтому я не успею.

- День рождения? Завтра? – вскрикнул Калеб.

Джи Ан прикусил себе язык, он так легко об этом сказал, хотя не собирался. Магия младенца сделала его счастливым и поэтому беспечным.

- Я уже не в том возрасте, чтобы праздновать.

- Во сколько вы родились? Я поздравлю вас в это время.

- Не стоит, это очень поздно. Я родился ночью, ровно одна минута после полуночи.

- Ну, все равно же не будете спать, у вас же вылет, да?

- Да, я заказал такси на два часа ночи, нет смысла ложиться.

- Вот и отлично. Ждите моего звонка. Я обязательно вас удивлю.

- Хорошо, но, если уснешь, ничего страшного, я принимаю поздравления в любое время.

Джи Ана повеселил этот беззаботный разговор, и тревога немного улеглась, но все равно незримо маячила на краю сознания, не давая покоя.

Весь вечер он не находил себе места и слонялся туда-сюда по квартире, пока его за ногу не поймал кот и не заставил гладить себя. Теплое мурлыкание было хорошим успокоительным, и Джи Ан провел много времени, сидя на диване перед телевизором и поглаживая мягкую шерстку Криса.

В двенадцать часов ночи в дверь постучали. Это был очень неожиданный визитер с лучезарной улыбкой и озорной аурой.

Калеб не мог сдержать подростковый энтузиазм и приехал на такси, улизнув из дома, как только экономка ушла спать. Он так сильно хотел лично поздравить Джи Ана и вручить ему уже дано подготовленный новогодний подарок, что не подумал ни о позднем времени, ни о безопасности. Даже отца не поставил в известность, думая, что сможет быстренько все провернуть и никто не заметит его отсутствие.

Последнее время отец приставил к нему личного водителя, который выполнял задачу телохранителя и незримо следовал за парнем повсюду, докладывал отцу, что он делает, с кем общается.

Это была мера предосторожности, вызванная тем, что Питер влез в крупный государственный проект и получил перед Новым годом несколько тревожных писем на почту с угрозами. У него требовали отказаться от проекта или он пострадает.

Пришлось усилить пропускную систему в офис, нанять охранную фирму для защиты дома и телохранителя для себя и Калеба. Ребенок, естественно, воспринял такой контроль в штыки и всячески противился такому вмешательству в личное пространство.

Это стало одной из причин, почему он перестал навещать Джи Ана в университете и посещать его факультатив, казалось, что за каждым шагом следят, доложат отцу, и тот отругает его.

- Что ты тут делаешь? – взволнованно спросил Джи Ан.

- Подождите, десять, девять, восемь, семь, шесть, четыре, три, два, один. С Днем Рождения! – прокричал Калеб.

- Ну ты даешь, спасибо! Проходи, а то замерзнешь.

Джи Ан был ошарашен таким неожиданным поздравлением, но это было приятное чувство, восторг парня передавался ему, сердце затрепетало от волнения и радости.

- Вы должны открыть мой подарок, вот, - протянул в руки Джи Ана упакованный в оберточную бумагу тяжелый длинный предмет.

Джи Ан прошел к дивану, сел и положил на колени непонятный деревянный ящик. Он ощупал его со всех сторон и попытался открыть. Калеб не помогал, с интересом наблюдая за движениями пальцев слепого. Руки Джи Ана были чувствительные и скоро он понял, что на передней стенке есть крючок, который легко поддался, и крышка ящика открылась. Внутри лежали шахматные фигуры, все были очень тонкой резьбы из дерева, на боковинах подписаны шрифтом Брайля. Джи Ан провел кончиками пальцев по всей доске, которая была ограничена высокими бортами и имела четкие контуры у всех ячеек, по бокам все было также подписано точками.

- Потрясающе, это очень ценный подарок, где ты его добыл?

- Его сделали на заказ. Я очень долго изучал как правильно все сделать, папа мне помог оформить и оплатил, конечно, он.

- Невероятно, я и не мечтал о таком.

- Теперь вы можете играть с кем-нибудь. Лучше, если со мной.

- Хорошо, спасибо тебе большое.

- Вообще-то я его приготовил как подарок к Новому году, но вы были так заняты, да и отец мне не разрешает никуда выходить последнее время, так что я никак не мог его подарить.

- Я бы с удовольствием сыграл с тобой партию, но тебе лучше вернуться домой, время не детское.

- Да, я вызову такси.

Джи Ан был немного растерян от всей этой ситуации и не подумал, что подростку одному в такое позднее время не безопасно ездить, но он сам постоянно пользовался услугами такси и у него не возникло тревожного чувства, что он отправляет Калеба на нем домой. Но все же вышел на улицу вместе с ним, чтобы удостовериться, что тот сел в машину и пристегнулся.

- Я подожду с тобой машину, - сказал Джи Ан, когда Калеб начал настаивать, что справиться с этим сам.

- Вы так легко оделись, идите домой, - настаивал подросток, который искренне переживал за здоровье Джи Ана.

- Ничего со мной за пару минут не случится, - успокоил его Джи Ан. Он оставил телефон дома, поэтому запоздалая мысль, что стоит предупредить Питера, не смогла найти воплощение.

К дому подъехала тонированная чёрная машина и из нее вышло двое людей в строгих деловых костюмах.

- Калеб Джонс, мы по поручению вашего отца, садитесь в машину, - сказал один из мужчин.

Тон голоса был грубый и пугающий, поэтому Джи Ан машинально встал перед Калебом и загородил его собой.

- Ты их знаешь? – спросил он у подростка.

- Нет, но папа нанял охранную фирму, которая следит за мной. Наверное, он узнал, что я уехал, и отправил их сюда.

Джи Ан слушал, что говорит подросток, но аура мужчин не соответствовала этим словам. Агрессия и угроза была ощутимой и очень яркой.

- Иди в дом, - сказал Джи Ан и начал пятиться назад, подталкивая Калеба к квартире.

- Что такое? – непонимающе спросил Калеб, он совершенно не чувствовал угрозы.

- Позвони отцу и спроси, его ли это люди, - тихо сказал Джи Ан.

- Мистер Джонс, не заставляйте нас ждать, - сурово ответил второй мужчина и двое начали окружать Калеба и Джи Ана.

- Не подходите ближе, - сказал Джи Ан грубо, - кто вы такие?

- Мы охраняем своего клиента, это вы кто такой? - с нотками истерики сказал один из мужчин и потянулся рукой в сторону Калеба, чтобы вытащить его изо спины Джи Ана.

Джи Ан хотел закричать, но не успел. Рука одного из мужчин сжалась на его горле, перекрывая кислород. От неожиданности он не успел сделать вдох, поэтому захрипел и вцепился не в нападавшего, а в руку Калеба, понимая, что если отпустит, то того увезут непонятно куда одного.

- Тащи обоих, - сказал один из похитителей, который зажимал рот Калеба, чтобы тот не закричал.

Тело Джи Ана рывком дернулось, и он оказался внутри тесного помещения, судя по запаху старой кожи, это была не новая, высокая машина, внедорожник или джип.

Джи Ан тут же закашлял и стал вдыхать воздух в легкие, пытаясь отдышаться. На его глазах выступили слезы, и он стирал их тыльной стороной рукава.

- Вы как, мистер Фрост? - спросил Калеб напуганным голосом.

- Нормально, ты как?

- Что им от нас надо? – Калеб паниковал и не мог сообразить, что происходит.

- Постарайся вести себя спокойно и делай все, что велят, хорошо? – давал ему напутствие Джи Ан, пытаясь успокоить своим даром, попутно исследуя намерения похитителей.

Жажды крови у них не было, но присутствовала раздражительность и паника, видимо, они придумали план скоротечно и не успели согласовать все моменты, в том числе не учли, что к похищению прибавится еще один заложник.

Разговаривать и спрашивать у них что-либо было бессмысленно, это были марионетки, подчиняющиеся приказам, а судя по тому, как грубо они действовали, не очень-то и способные.

Машина тронулась с места.

- Пристегнись, - сказал Джи Ан Калебу, и сам тоже стал ощупывать сидение в поиске ремня.

Машина набрала обороты очень быстро и вскоре стало понятно, что похитители паникуют и торопятся, потому что скорость явно превышала допустимо разрешенную в городе. Они не боялись ни камер, ни полиции, потому что задача стояла быстрее довезти заложников куда-то.

Звонок телефона раздался на фоне рева мотора и стал сигналом к тому, что заказчик вышел на связь и сейчас даст четкие указания, поэтому Джи Ан прислушался к словам.

- Двое, один слепой.

- Зачем ты балласт взял?

- Он в него вцепился, что мне надо было делать, времени не было.

- Вырубил бы его и бросил, мне тебя учить надо что ли.

Судя по тону и выбору слов, это был посредник, который курировал дело на расстоянии.

- Вези его на точку, я уже здесь.

- А второго?

- Избавься.

По спине Джи Ан пробежал холодок, потому что слова посредника явно означали выкинуть его по дороге, но аура похитителя вспыхнула убийственным огнем.

- Калеб, закрой глаза, - сказал Джи Ан, когда понял, что темная тень злого намерения надвигается на него.

Водитель выжал педаль газа до максимума, и машина выскочила на длинный мост, который был у выезда из города. Зима еще была на самом пике, но лед на реке не стоял, потому что его раскалывали специальные ледоколы, чтобы речное судоходство не прекращалось даже в холодный период.

Джи Ан понял, что они хотят убить его и скинуть тело в реку. Хоть течение было не очень быстрое, но на морозе труп не всплыл бы сразу, а протащился бы по дну несколько километров вниз.

Джи Ан не сильно боялся за себя, он больше переживал за Калеба. Мысли в стрессе работают не рационально, но не у человека, который был на грани жизни и смерти много раз. Джи Ан уже пожил достаточно и умереть от пули быстро в свой тридцать третий день рождения было не самой плохой концовкой для его жизни.

Калеб увидел, выставленный пистолет и понял, что это значит. Он был еще ребенком и наивно полагал, что его сил хватить что-то изменить в этой ситуации.

Он схватил дуло пистолета и толкнул его наверх, попытался выбить из руки похитителя или хотя бы сдвинуть прицел в другую сторону. Ремень безопасности застопорился и не ему дал завершить маневр, возвращая на место.

Джи Ан не понимал, что происходит, он слышал звуки возни и ругательства, а потом раздался оглушительный хлопок выстрела и все замерли.

- Ах ты паршивец. Крег, очнись.

Машина вильнула вправо и на большой скорости врезалась в ограждение.

Она была высокой и бронированной, поэтому легко протаранила ограждение моста и в следующую секунду ощутился эффект невесомости от падения тяжелой техники вниз с моста. Удар об воду был такой силы, что ремень врезался в тело Джи Ана, и он отключился от болевого шока.

Сколько прошло времени было сложно сказать, но очнулся он от пронизывающего холода в ногах, которые уже до икр были в ледяной воде.

- Калеб? – прохрипел Джи Ан. Ремень вдавился в грудную клетку, и дышать было тяжело.

- Калеб, - громче сказал Джи Ан, отстегиваясь и ища руками подростка.

Джи Ан нашел его на полу в воде. Только чудом его торс застрял между передним и задним сидением, поэтому голова была выше уровня воды, и он не захлебнулся.

- Калеб, - потряс его Джи Ан, вытягивая тело парня на себя.

Он отыскал его пульс и с облегчением понял, что слышит уверенные удары.

Джи Ан умел оказывать первую помощь. Он еще был зрячим, когда на первом курсе изучал медицину катастроф, а в последующие годы службы в полиции ежеквартально сдавал теорию и практику оказания первой помощи. Он усадил парня на сидение, запрокинул голову и нажал ногтем большого пальца на выемку под носом. Болевой сигнал прошел до мозга, Калеб с хриплым стоном вдохнул полную грудь воздуха и очнулся.

- Где мы? – первое, что спросил подросток. В машине было темно, и что произошло ранее немного смазалось в памяти.

- Я так полагаю, мы упали в реку. Что-нибудь видишь?

- Нет, ничего.

- Поищи что-нибудь, телефон, фонарик, аптечку.

Калеба трясло от холода, руки не слушались, а пальцы уже не сгибались от переохлаждения.

- Ничего нет.

Джи Ан в это время протиснулся вперед и нащупал тела водителя и второго похитителя, оба были мертвы.

- Мы выжили, уже хорошо, - сказал Джи Ан, - надо выбираться.

- Как? – мозг Калеба уже отошел от первого шока, поэтому он начал осознавать серьезность ситуации, в которой они оказались.

- Вода быстро заполняет машину, но мы быстрее отключимся от холода и нехватки кислорода, нужно открыть окно и затопить салон целиком, потом всплывать как можно быстрее. Ты умеешь плавать?

- Да, но я не смогу, - начал рыдать подросток.

- Тише, не трать воздух. Дыши спокойно.

Джи Ан отыскал его руку и нажал на точку, отвечающую за дыхание, чтобы погасить эмоциональный всплеск.

- Сними куртку, когда она намокнет, то станет тяжелой, - командовал Джи Ан, вода уже дошла до кромки сидения, времени было очень мало. В такой температуре тело способно продержаться не больше двадцати минут, а они неизвестно сколько были без сознания.

- Теперь слушай. Ты перелезешь вперед и нащупаешь кнопку блокировки дверей. Такие машины стандартные, ты же помнишь, как они располагаются в других?

- Да, примерно.

- Не переживай, нам нужна только щелка, чтобы вода быстрее заполнила салон целиком, когда вода дойдет до крыши, то открой окно целиком и вылезай. Что есть силы греби к поверхности.

- А вы как?

- Я следом за тобой, но не оборачивайся и не отвлекайся на меня. У нас разная масса тела, течение, наверняка, отнесет меня дальше, поэтому не думай обо мне. Я смогу справиться. Как выплавишь греби к правому берегу. Понял? Сразу зови на помощь и двигайся, чтобы согреться.

- Хорошо? Вы же умеете плавать, да?

- Конечно, я крепкий, занимаюсь спортом и выносливый. Твоя задача сконцентрироваться на дыхании. В холоде запаса воздуха в легких меньше, но не сдавайся даже если покажется, что поверхность далеко, считай секунды, чтобы успокоиться. Страх сейчас твой враг, поэтому соберись и победи его.

Джи Ан внушал своим даром Калебу уверенность и убирал нервозность. Он действительно умел плавать, но все остальное, конечно, приукрасил, чтобы у подростка не возникало мысли помогать ему.

Шансов им обоим выбраться было немного, но Джи Ан продумал, что если вытолкнет Калеба из машины первым, то у того будет фора в несколько секунд и он вытянет себя на поверхность. Шансов у Джи Ана было меньше, но он не боялся не иметь их вообще, поэтому был собран и говорил уверенно.

Джи Ан подтолкнул Калеба на переднее сидение и тот нашел кнопки на панели двери со стороны водителя. Чувствовать под собой мёртвого человека было страшно и брезгливо, но Джи Ан отгонял панические всплески из мыслей Калеба и посылал ему решительности словами.

- Все хорошо, скоро все закончится.

- Я нашел, - сказал Калеб и нажал на кнопку. Окно со стороны пассажира открылось, и вода хлынула мощным потоком.

- Отлично, открой еще немного.

Стекло затрещало и опустилось еще ниже, спустя мгновение салон был уже полностью в воде и Джи Ан поменялся с Калебом местами.

- На счет три задержи дыхание, - скомандовал Джи Ана, когда вода дошла до подбородка и головой они уперлись в потолок.

- Раз, два, три, - звук вдоха был последним, что слышал Джи Ан, прежде чем салон полностью оказался в воде. Он нажал на кнопку и окно полностью открылось. Он подтолкнул Калеба и тот успешно покинул салон затопленной машины.

Джи Ан ошибочно полагал, что воздуха хватит хотя бы на минуту, но уже спустя несколько секунд легкие начали гореть огнем, и захотелось глотнуть воздуха.

Джи Ан вылез следом за Калебом и видел, как его аура удаляется ввысь. Он махнул руками и последовал за ним.

Чем выше он поднимался, тем тяжелее ему становилось. Его тело стало жесткое и настолько тяжелое, что казалось и не двигается вовсе, а замерло в толще воды.

Джи Ан собрался и что есть мочи начал отталкиваться от этой тяжести, превозмогая боль и усталость. Он подгонял себя идеей, что должен выжить ради этого ребёнка, который бесстрашно ринулся спасать его и победил в неравной схватке. Если бы не этот малец, тело Джи Ана уже было бы мертво, а значит у его спасения есть цель.

Джи Ан был сильным, он занимался регулярно, в том числе набирал мышечную массу, поэтому смог побороть зажим и почти доплыл до поверхности, когда понял, что потерял из виду свечение от Калеба.

Джи Ан остановился и посмотрел вокруг, затем вниз и уловил еле заметный проблеск усталости и безысходности, которое оседало вниз. Он не медлил ни секунды, нырнул, подхватил парня за шиворот и потащил наверх.

В какой-то момент показалось, что кто-то удерживает подростка и тянет вниз.

Но Джи Ан не сдавался и тянул его на пределе своих возможностей.

- Он мой, - услышал он из темноты мерзкий шёпот.

- Нет, он моя семья, - сказал Джи Ан сущности и вытолкнул из себя белые щупальца, которые опутали парня целиком, вытесняя удерживающее зло.

Как только оковы были разрушены, тело Калеба стало легким, и они оба устремились вверх как поплавки.

Джи Ан вдохнул морозного воздуха, и горло сжало в спазме от мороза. Он начал кашлять, но не останавливаясь греб к берегу, зажав шею Калеба в изгибе локтя.

К тому моменту как он ощутил ногами дно и уже наступал на твёрдую поверхность, его колотило от холода, а мозг начал отключаться, поэтому надавливал на болевые точки, приводя себя в сознание.

Он вытащил Калеба на берег и уложил животом на свое колено, выталкивая из него воду.

- Помогите, - закричал Джи Ан, но голос был такой слабый, что вряд ли его кто-то услышал.

- Кто-нибудь меня слышит? Мне нужна помощь, - кричал Джи Ан.

Он подставил под рот Калеба руку, оценивая сколько воды из него вышло. Когда стало понятно, что больше ничего не течет, он перевернул подростка и уложил спиной на землю.

Джи Ан отсчитал правильное количестве ребер и сложив руки в замок, надавил на грудную клетку, считая вслух.

- Раз, два, три, четыре, пять...десять, вдох.

- Раз, два... десять, вдох. Помогите, кто-нибудь, помогите.

Джи Ан делал массаж сердца и искусственное дыхание уже около трех минут, но Калеб не реагировал. Вскоре вдалеке послышался лай собаки и Джи Ан закричал из последних сил.

- Помогите. Сюда. Мне нужна помощь.

Вдалеке было слышно, что кто-то разговаривает и голоса приближаются.

- Раз, два, три. Помогите. Сюда. Вызовите скорую, - кричал Джи Ан, и его услышали.

Молодая пара, выгуливала собаку и пришла на призыв. Они наблюдали, как Джи Ан делает мероприятия и не стали вмешиваться, зато вызвали помощь и дали точный адрес, что помогло сократить время приезда бригады.

- Они уже едут, чем помочь? – спросила девушка.

- Позвоните, пожалуйста, его отцу. Номер телефона 441-552-99-852, Питер Джонс. Его сына зовут Калеб.

- Да, да, поняла, звоню.

- Раз, два, три...десять, вдох.

- Не отвечает, - сказала девушка испуганным голосом.

- Ничего, если вдруг перезвонит, скажите, где мы, ладно? Раз, два, три...десять, вдох.

Джи Ан уже не чувствовал ни рук, ни ног, но не переставал давить на сердце, заставляя его механически толкать кровь по организму. Он подпитывал сознание Калеба своим даром, отдавая ему свою силу. Казалось, что ее уже не осталось внутри него, но он продолжал отдавать все, что было из самой глубины своей сущности.

Скорая помощь приехала через семь минут и погрузила подростка на носилки. Джи Ан ни на секунду не разрывал тактильный контакт, поддерживая жизнь в теле так, как умел только он.

- Уберите руки, - приказал врач.

- Нет, - ответил Джи Ан и посмотрел с таким безумием в глазах на фельдшера, что тот отшатнулся.

- Мы дадим разряд тока, уберите руки.

Джи Ан нехотя отстранился, и тело Калеба подбросило вверх.

- Есть ритм, - прокричал врач и Джи Ан схватил руку Калеба снова.

- Вы мешаете нам работать, - огрызнулся врач, пытаясь вразумить невменяемого пациента.

- Я не отпущу его, - лаконично ответил Джи Ан и сосредоточился на своем дыхании, пытаясь отыскать внутри себя еще хоть что-то, что он может отдать.

Ближайшая больница приняла двоих пострадавших в отделении неотложной помощи. Джи Ан уже не понимал, что вокруг него происходит.

Его сознание было на границе с потусторонним миром, в одном шаге между жизнью и смертью. Он отдал Калебу всего себя и понял, что не сохранил ни единого глотка энергии, чтобы поддерживать свое тело.

Как только санитар разжал сжатые руки двоих пациентов и укатил молодого парня в реанимацию, Джи Ан пошатнулся и очень явственно ощутил тот момент, когда его сердце сделало последний удар и остановилось.

Он рухнул на пол, а весь его мир раскололся на сотню осколков, как стеклянный шар.

Сердце Джи Ана останавливалось трижды, и каждый раз, когда оно замирало, он чувствовал такую небывалую легкость и свободу, что не хотел возвращаться в тот мир, который сопровождался изогнутой линией биения сердца на мониторе.

В темноте было спокойно и умиротворенно, а там за пределами этой тишины было шумно, страшно и очень больно.

Врачи боролись за пациента до последнего и смогли нормализовать его состояние. Кроме переохлаждения и травм, полученных при ударе, не было никаких серьезных повреждений, но Джи Ан впал в кому и не реагировал на внешний мир. Деятельность мозга отображалась как очень глубокий сон, но врачи наблюдали и контролировали показатели непрерывно, чтобы не допустить очередной сбой в работе сердца, который мог стать последним для него, ведь физически тело Джи Ана не выдерживало тех препаратов, что вводили через капельницу, провоцируя судороги.

Питер принимал душ дома, когда на его телефон позвонил незнакомый номер. Он вышел из ванной и посмотрел на пропущенный звонок. В такое позднее время некому было его беспокоить. Он решал, стоит ли перезванивать, но все же набрал номер и услышал голос молодой девушки, поэтому еще больше удивился.

- Кто вы? – спросила незнакомка.

- Простите, это, наверное, какая-то ошибка. У меня от вас пропущенный звонок.

- Вы мистер Джонс? – испуганно спросила девушка.

- Да, это я, а вы кто?

- Я Мерил. Я звонила вам. Мы с моим парнем гуляли на набережной и услышали, как кто-то зовет на помощь. Это был высокий мужчина с длинными белыми волосами, - быстро говорила девушка, в голосе было много волнения, поэтому она проглатывала окончания слов и было немного сложно разобрать смысл сказанного.

- Какая набережная? - спросил Питер, не понимая, о чем говорит ему незнакомка.

- Та, что на севере города, где мост Трейбл над рекой, знаете?

- Да, знаю.

- Вот этот мужчина назвал ваш номер и сказал передать, что ваш сын Калеб с ним.

- Что?

- Я не знаю, что случилось, их увезли на скорой, но они были мокрые и ваш сын без сознания.

- В какую больницу? – спросил Питер, идя в комнату сына, не веря до конца, что все сказанное правда.

- Ближайшая, я не знаю точно, скорая их забрала.

- Я понял, спасибо.

Питер смотрел на пустую кровать сына и набирал его номер, аппарат был вне зоны действия сети, поэтому он позвонил Джи Ану, но трубку никто не поднимал.

Питер был в ужасе, но думал рационально. Он разбудил экономку и спросил, когда она видели Калеба последний раз, но та уверила, что ребенок пошел спать в десять вечера и больше из комнаты не выходил.

Питер позвонил водителю и тот подтвердил, что Калеб не просил никуда его отвезти, тогда он дал задание телохранителю по камерам отследить маршрут сына, а сам быстро оделся и поехал в больницу.

- Состояние стабильное, - сказал врач, который занимался Калебом, - самое сложное позади, теперь остается только ждать, когда очнется.

- Что с ним случилось? – Питер не понимал, как его сын мог оказаться в такой ситуации.

- Ушиб головы серьезный, наглотался воды и получил переохлаждение, треснуло два ребра и многочисленные ушибы.

- С ним все будет в порядке?

- Да, на удивление крепкий парень, он справится. Утром скорее всего очнется. А вот у второго пострадавшего все сложнее. Трижды у него останавливалось сердце, сейчас он в коме, прогноз неутешительный, если переживёт ночь, то смогу сказать вам что-то точнее.

- Бог ты мой, - вырвалось у Питера, и он пошатнулся.

- Они явно были в реке, так что нужно связаться с полицией, - сказал врач, понимая, что лучше всего паникующему родственнику заняться каким-то делом, нежели утопать в горе.

- Можно мне к сыну?

- Да, но не долго.

Когда твой ребенок лежит в реанимации, подключенный к аппарату, а из его рук торчат трубки, ты понимаешь, насколько ничтожен ты сам перед лицом смерти. Ты можешь думать о себе, как о взрослом, сильном, состоятельном человеке, что бережет свою семью и является опорой близким, но на самом деле, ты настолько слаб, что не можешь ничего сделать, чтобы облегчить боль родного существа.

Питер запретил себе плакать, он должен держаться и не позволять горю сломить себя.

Пять минут на посещение закончились очень быстро, Питер вышел из палаты следом за медсестрой.

- Ко второму пойдёте? – спросила его молодая девушка.

- Да, - на автомате ответил он.

Он плохо соображал и реагировал на все с опозданием, поэтому, когда понял, что она спрашивает про Джи Ана, то уже стоял возле его койки.

- Я вас оставлю, - сказала медсестра и вышла за дверь.

- Как вы оказались там? – спросил Питер, - Что произошло?

Джи Ан не слышал этих слов, его сознание было наполнено осколками разрушенного мира. Каждое прикосновение к ним приносило много боли, отчего не хотелось ни вспоминать ничего, не прикасаться к ним. Джи Ан парил в каком-то вакууме, огибая острые края своей былой жизни.

Быть в коме – это не значит спать крепким сном, это болото, которое затягивает тебя куда-то глубоко в недра страха и отчаяния, туда, куда не попадает свет и нет жизни, зато есть безмолвие и отсутствие вопросов.

Крик страдания утопает и перестает быть важным, как и все мучения, ведь некому жалеть тебя. Ты не слышишь ничего, кроме тишины и она имеет такую силу и власть над твоим телом, что сдавливает со всех сторон, заполняет твои кости, внутренности, проникает в кожу и волосы.

Ты не принадлежишь себе, ты часть этой тишины и поэтому твоя боль не только твоя, она принадлежит всему этому безмолвию. Можно ничего не делать, просто дать поглотить себя целиком и тогда страх отступает, и ты позволяешь себе расслабленно дрейфовать в этом тяжелом, но зато спокойном пространстве.

Питер вышел из палаты, потому что ему позвонил телохранитель.

- Мистер Джонс, Калеб уехал из дома на такси в одиннадцать пятнадцать вечера. Я узнал у таксиста, он высадил его у дома мистера Фроста в двенадцать часов. Я проследил местоположение телефона, он пропал из сети в двенадцать тридцать. В тоже время было заказано такси обратно домой. Но таксист говорит, что пассажира не было на точке посадки, и он уехал.

- Понятно.

- Нужно сообщить в полицию, это выглядит странно.

Но сообщать никому не требовалось, потому что спустя всего полчаса два служителя порядка приехали в больницу сами.

- Мы расследуем дело о происшествии на мосту. Машина двигалась на огромной скорости и сорвалась в воду, разбив ограждение. По нашим данным, двое этих пострадавших были в ней в момент падения. Сейчас мы занимаемся тем, чтобы поднять ее с глубины. Что вы знаете обо этом? Почему ваш супруг и сын были в той машине?

- Я работал, вернулся домой поздно и думал, что Калеб спит уже давно. Мой супруг живет отдельно, я не знаю, зачем он к нему поехал.

- Они в хороших отношениях? Не мог ваш супруг желать ему зла.

- Нет, это исключено, они прекрасно ладят.

- А вам кто-то мог угрожать?

- Да, я получал несколько тревожных сообщений в свой адрес. Я выиграл крупный тендер. Это большой проект на многие годы вперед. Пару месяцев назад я стал получать звонки от конкурентов с предложениями сотрудничества, потом пошли анонимные угрозы, чтобы я отказался от дела, но никаких реальных действий не было.

- Кого-то подозреваете?

- Конкретно никого, вы думаете это связано с этим?

- Рассматриваем все версии, но машина, которая упала в реку числится в угоне. Мы отслеживаем ее маршрут и просматриваем камеры. Первые сорок восемь часов самые важные, если что-то вспомните, сразу звоните, - следователь сунул Питеру в руку свою визитку, - когда кто-то из них очнётся, я бы хотел поговорить, вы не против?

- Да, конечно. Я сообщу.

Питер сидел перед палатой в полной прострации и не мог собраться с мыслями. Если это дело рук конкурентов, то они выбрали настолько жестокие способы только из-за проекта? Готовы были убить ребенка из-за денег? Это не укладывалось в голове. Возможно, следователь заблуждался, и все это связано с Джи Аном, они не настолько близки и Питер не был уверен, какую ведет жизнь его супруг.

Вполне может быть, что кто-то желал зла именно ему. Но почему там был Калеб? Нет, сам Джи Ан не стал звать его к себе ночью, он никогда бы не навредил, значит Калеб сам к нему приехал?

- Мистер Фрост, - окликнула его медсестра, - ваш сын очнулся.

Питер подскочил и ринулся в палату. Калеб был измученный, весь в ссадинах, но живой, и смотрел на него своими ясными глазами.

- Папа, - заплакал подросток.

Питер наклонился и поцеловал сына в лоб, стараясь не давить на его раны.

- Я так испугался, - сказал Питер, - Как ты? Что-нибудь болит?

- Да, голова раскалывается, дышать трудно, - после каждого слова Калеб делал паузы, чтобы набрать воздуха. Говорить ему было болезненно.

- Молчи, я так рад, что ты цел.

- Как мистер Фрост?

- Он в другой палате, жив, - сказал Питер. Сейчас объяснять ребенку подробности состояния Джи Ана не было смысла.

- Хорошо, - сказал Калеб и снова уснул. Питер сидел рядом и не выпускал его руку из своей.

Медсестры меняли капельницы, врачи приходили и уходили, ночь сменилась утром, а затем солнце стало светить в окно палаты слишком ярко и Калеб проснулся.

- Привет, - сказал Питер, который с нетерпением ждал этого момента. Он боялся отходить от сына, вдруг за это мгновение с ним что-то снова произойдет, поэтому всю ночь просидел рядом.

- Как мистер Фрост? – первое, что спросил Калеб.

- Он еще не очнулся, такое бывает, вы сильно пострадали.

- Пап, - сказал Калеб, - я бы умер, если бы не он.

- Не плачь, все хорошо, теперь все хорошо. Ты поправишься, и он тоже.

- Эти люди хотели похитить меня, а он помешал, - сказал Калеб.

- Ты знаешь кто это был?

- Нет. Они выглядели как охранники, я подумал ты их отправил меня забрать.

- Я не знал, что ты поехал к нему. Зачем?

- Я хотел подарить подарок. У него было день рождение. Это я виноват, им был нужен только я, а он пытался защитить меня, - Калеба трясло от рыданий, его пульс подскочил и датчики запищали.

- Тише, тише, не плачь. Все позади, вы живы, все будет хорошо.

- Он же скоро очнется?

- Да, не волнуйся, скоро. Он сильный.

Калеб успокоился и снова уснул, а Питер не мог сдержать волнения внутри и вышел в туалет, чтобы умыть лицо. До самого вечера он сидел рядом и гладил сына по голове. Так он успокаивал себя, чувствовать тепло родного человека было сейчас единственно важным для него.

В коридоре началась какая-то суматоха, и Питер вышел посмотреть. Медсестра бежала в палату, в которой лежал Джи Ан.

- Что происходит?

- Он очнулся.

Питер обрадовался этому, но беспокойные лица медперсонала не соответствовали этому настроению, поэтому он закрыл дверь в палату Калеба и поспешил в конец коридора, где был бокс Джи Ана.

Джи Ан очнулся оттого, что ему хотелось пить. Жажда была такой силы, что казалось, в горло насыпали песка. Он попытался открыть глаза, но вокруг было темно, так словно он был в непроницаемой маске. Он дотронулся до глаз и понял, что никакой преграды нет, а значит он в очень темном месте.

Что это?

Где я?

Почему так темно?

Мысли были хаотичные и Джи Ан запаниковал, из-за учащенного сердечного ритма датчики запищали, и этот звук очень напугал его.

Он подскочил и катетер, вставленный в его вену, больно дернулся, вызвав судорогу.

- Ааа, - закричал Джи Ан, не понимая, что происходит вокруг.

Он попытался встать, но рука скользнула мимо края кровати, и все его тело рухнуло на пол. Он ударился подбородком и прикусил язык, во рту появился металлический привкус. Медсестра как раз в этот момент вошла в палату и увидела эту картину.

- Что вы делаете? – громко сказал она, чем напугала Джи Ана до смерти.

Его сердце застучало так быстро, что датчики стали моргать красным цветом, сообщая что скоро случиться сердечный приступ.

Джи Ан попытался уползти куда угодно, лишь бы спрятаться от всех этих страшных звуков.

- Не подходите, - хотел сказать он, но не смог, поэтому выставил руку вперед и стал отгонять того, кто шумно приближался.

- Вы так пораните себя, успокойтесь, вы в больнице, - уже мягче стала говорить медсестра и по внутренней связи вызвала помощь.

Она попыталась дотронуться до Джи Ана, чтобы вытащить его из-под кровати, но он закричал, напуганный неожиданным контактом к его телу.

- Аааа, не трогайте меня, - завопил он и стал сопротивляться, отчего катетеры вырвались, и кровь залила весь пол.

- Тише, тише, все в порядке – уговаривала его медсестра.

Джи Ан закрыл уши руками, пытаясь заблокировать все эти громкие звуки в голове и начал раскачиваться как маятник из стороны в сторону.

- Почему темно, - говорил он, - почему так темно, почему я ничего не вижу.

- Срочно, мне требуется успокоительное, - прокричала медсестра.

Питер стал свидетелем только той части сцены, где Джи Ана пытались вытащить из угла двое крепких медбратьев. Его супруг извивался и кричал нечеловеческим голосом, больше похожем на визг зверя. Это было страшное зрелище, вся его одежда была в крови, лицо перекосилось от страха, а пустые глаза наполнились слезами.

- Больно, мне больно, отпустите, - кричал Джи Ан, пока врач делал укол.

- Зафиксируйте руки и ноги, – дал команду доктор и Джи Ана крепко связали, обездвижив конечности, но его торс извивался, он пытался вырваться, на что тратил все силы.

- Отпустите, отпустите, - кричал он, пока не начал задыхаться.

Питер стоял столбом, зажав рукой рот, от ужаса этой сцены. Он не знал, что делать, чем помочь и доверился врачам, которые обсуждал дозировки седативных препаратов.

- Что с ним? – наконец, смог он выдавить из себя вопрос.

- Пока не ясно, но, судя по всему, у него психоз.

- Почему?

- Он дезориентирован, не понимает, где находится, пока ставить диагноз рано, дождемся, когда он проснётся.

Джи Ан спал целые сутки из-за введенных препаратов, за это время Питер успел принять следователя, и тот задал Калебу много вопросов, на которые тот не мог ответить. Он мало что запомнил в той суматохе, а образы и слова, что похитители говорили, вообще вытеснялись из сознания.

Потом Питер позвонил мистеру Фросту и рассказал официальную версию, что Джи Ан попал в аварию, машина рухнула в реку, он выжил и сейчас в больнице.

- Не знаю, как его мать отреагирует на это. Врачи рекомендовали ей полный покой и не волноваться. Я скажу, что он просто заболел, потом найду подходящее время все рассказать, пока позаботься о нем и держи меня в курсе.

- Да, хорошо, - ответил Питер, пораженный тем, что на его плечи возложили нежеланную ответственность.