Плата

Первым совпадением, которое черной нитью тянулось из пасти злобного существа к семье Джонс, стало то, что в университете Калеба решили организовать конкурс на лучший архитектурный проект под названием: «дом будущего», а спонсором его стал Теодор Фейрди.

Победителю был обещан денежный приз и возможность получить гранд на дальнейшую реализацию замысла под эгидой фонда.

Калеб был воодушевлен и не спал несколько ночей, рисуя эскизы на заданную тему. Профессор обещал зачесть победный проект как дипломную работу, что еще сильнее подогревало ажиотаж у студентов.

Первый отбор отсеял половину работ, но Калеба пропустили во второй тур, потом в третий, доведя до финала.

Он не говорил об этом Джи Ану, хотел похвастаться результатом, если выиграет или не говорить вовсе, если проиграет.

Финальная битва состоялась в большом зале университета и собрала студентов всех курсов и их родителей. Калеб выступал первый с презентацией и уверенно излагал суть своей концепции.

Следом за ним шли трое его конкурентов, у них была слабее реализована практическая часть проекта, они больше ориентировались на космические технологии или фантастические сюжеты, нежели на реальное будущее, как это сделал Калеб.

Парень был уверен, что выиграет за счет того, что подошел к работе с рациональной точки зрения и использовал имеющиеся сейчас материалы, а не вымышленные.

Но когда был объявлен победитель, и это оказался не он, то почувствовал вкус горького разочарования и пожалел, что рядом не было кого-то, кто подбодрил бы его добрым словом.

В этот момент поникшего головой студента и подловил Теодор, который очень умело объяснил, что проект на самом деле лучший, а конкурс нужен только для отвода глаз, чтобы проверить потенциал будущих архитекторов.

Чтобы не афишировать истинного победителя, чью работу планировали взять в массовое производство, организаторы специально продумали такой обманный маневр.

Калеб был в восторге, его старания оценил столь уважаемый и авторитетный человек, к тому же хотел сотрудничать дальше, а значит и компания отца выиграет от этого в итоге.

Подросток парил в эйфории и не вспомнил о тех предостережениях, что давал ему Джи Ан.

Теодор умел очаровывать. Особенно тех, кто страстно желал проявиться, но не мог, потому что его сдерживали. Он обещал полную свободу творчества, неограниченный бюджет и контракт на многолетнюю перспективу. Все было сказочно щедро и стоило только одного звонка дедушке, чтобы заключить контракт на спонсорскую поддержку.

Мистер Фрост пригласил Теодора в компанию и выслушал его предложение с таким же энтузиазмом, что и внук. Громкий проект был очень кстати для рекламы и притока новых контрактов, а солидное вливание было как нельзя кстати.

В тот момент, когда две стороны уже вызвали юристов, которые стали вычитывать соглашение о спонсорстве, руку Калеба обожгло от четок, что он носил по просьбе Джи Ана всегда, снимая только дома.

В голове вдруг зазвенел тревожный звоночек, и вся радость Калеба вдруг вмиг куда-то испарилась, он словно протрезвел, а его сердце заколотилось в бешенном ритме, потому что он испугался, только сам не понял, чего именно.

- Дедушка, - позвал его Калеб.

- Что?

- Мы можем поговорить?

- Да. Что такое?

- Возьми паузу, не подписывай договор сейчас.

- Почему? Условия прозрачные, все четко, нам очень нужна сейчас такая поддержка.

- Что-то не то, я не могу объяснить.

- Оставь взрослые дела нам, иди погуляй пока.

Калеб посмотрел на довольное лицо дедушки и увидел в нем себя, затем перевёл взгляд на лицо Теодора и понял, что тот улыбается иначе, его улыбка была неискренней, а взгляд отдавал холодом, что не соответствовало дружелюбному голосу, который очень красочно описывал перспективы.

Калеб не знал, что ему делать с тем противоречием, что внезапно ворвалось в него. Что было реально, а что его фантазия и домыслы.

Он сделал глубокий вдох и сосредоточился на дыхании, как учил Джи Ан, прислушиваясь к ощущениям. Очень медленно он пропускал воздух через свое тело, насыщая кислородом каждый палец руки и ноги, голени, игры, бедра, таз, живот, сердце, легкие, горло, глаза, уши, нос и мозг.

Каждая клеточка тела задышала, и в какой-то момент Калеб ощутил кандалы на своих ногах, словно кто-то тянул его вниз, а по коже прошла волна мурашек, словно что-то неприятное касалось его.

- Я против, - выпалил парень вслух, - дедушка не подписывай.

- Что такое? О чем ты?

- Не будет договора. Я не отдам вам свой проект.

Теодор развалился на кресле и закинул ногу на ногу, демонстрируя своим видом, что он хозяин положения.

- Калеб, что за подростковый бунт, ты чего?

- Это мой проект, дедушка, я решаю, что с ним будет.

- Поздно, я уже подписал.

Калеб увидел, что на столе были разложены бумаги и на одной странице действительно стояли все подписи. Действовать нужно было быстро, поэтому он подскочил к столу, выхватил лист и разорвал его.

- Ты что творишь? – закричал мистер Джонс и ошарашенно посмотрел на внука, - с ума сошел?

- Простите мистер Фейрди, но вынужден отказаться, - ответил Калеб, когда убрал обрывки за спину, словно пряча.

- Ох, как отчаянно и смело, мне нравиться твой юношеский запал. Но ты забыл, что все договора подписываются в двух экземплярах, хочешь порвать второй? – злорадно спросил Теодор и махнул в сторону листа в руках его адвоката.

Взгляд хищника гипнотизировал и пугал, оторваться от него было невозможно, все тело Калеба закаменело от страха.

- На будущее молодой человек, - продолжен злобно говорить Фейрди, - юристы присутствуют на встрече не для красоты, они свидетели того, как мистер Джонс дал согласие добровольно и все подписал, сделку можно считать совершенной. Ваш поступок оказался безрассудным и лишённым смысла.

- Я просто хотел, - начал паниковать подросток, судорожно вспоминая, что им читали на курсе по авторскому праву, но в голову не приходило ни единой статьи, что могла ему помочь сейчас, - мы можем расторгнуть договор.

- Ох, конечно, можете. Все лишь нужно выплатить неустойку в размере, дайте почитаю пункт четырнадцать соглашения, - Теодор протянул руку и в ней тут же оказался договор, - ох, сто миллионов за организацию и сопровождение. Думаю, для вашей компании это посильная сумма, если продать активы.

- Подождите, о чем речь? – вмешался мистер Джонс, - никто ничего не расторгает, дайте мне поговорить с внуком, мы все решим.

- Я занятой человек мистер Джонс, мое время – деньги, - тон голоса изменился тут же, как только этот человек получил желаемое, и атмосфера в кабинете стала тяжелой.

Джи Ан был в больнице, когда на его телефоне раздался рингтон, сообщающий, что звонит Калеб.

- Слушаю, - ответил Джи Ан тихо, потому что Питер спал.

- Я облажался, - трясущимся от волнения голосом сказал подросток.

- Где ты?

- Я в компании отца, здесь мистер Фейрди, он подписал с нами спонсорский контракт, что-то происходит, я не понимаю почему, но он меня пугает.

- Подожди меня там, я сейчас приеду, - коротко ответил Джи Ан и сбросил звонок. Он укрыл ноги Питера одеялом, потому что до этого делал массаж, взял свою сумку и вышел в коридор, набирая номер телефона помощника, чтобы тот подхватил его на первом этаже.

Как только Джи Ан подъехал к офису Джонса, то сразу ощутил, что черная жижа расползлась по всем этажам и зацепилась за каждого сотрудника. Это было мерзкое ощущение проходить через толщу этой слизи. Кливленд встретил Джи Ана на первом этаже и хотел сразу вызвать лифт.

- Введи меня в курс дела, - притормозил его Джи Ан.

- Эм, нам предложили спонсорство. Договор уже подписан, но Калеб неожиданно стал протестовать. Он отказывается слушать кого-либо и требует расторгнуть соглашение. Неустойку нам не потянуть сейчас.

- Сколько он просит?

- Сто миллионов.

- Наши юристы читали договор?

- Да, стандартные условия, я не смог ему объяснить, может вы попробуете.

- Фейрди еще здесь?

- Да, он дал нам полчаса, осталось десять минут.

- Понял. Идем.

Кливленд был уверен, что Джи Ан приехал успокоить Калеба. Тот вел себя как неразумный ребенок, настаивая на своем, но не приводя ни единого довода и аргумента, почему он против сделки.

В тот момент, когда Джи Ан зашел в кабинет, полчаса уже почти истекли и Теодор встал, чтобы покинуть офис.

- Добрый вечер, господа, - поприветствовал всех Джи Ан.

- Тебя здесь еще не хватало, - раздраженно сказал Джонс.

Калеб молчал, но по его виноватой ауре было все и так ясно.

- Я приехал забрать Калеба, не побеспокою вас ни минутой дольше, - вежливо ответил Джи Ан на этот явно оскорбительный выплеск в свой адрес.

- Все не так благополучно в дружном семействе? – прозвучал самодовольный голос Теодора.

- Конфликт поколений дело такое. В нашей семье мы можем позволить себе открыто выражать эмоции, чтобы не копить недосказанность.

- Вот и славно, дальше продолжайте обсуждение внутри семьи Джонс без меня. Откланиваюсь.

- Вы кое-что забыли, мистер Фейрди.

- Что же, позвольте узнать?

- Здесь еще присутствует семья Фрост. Могу вас уверить, когда задевают интересы одной стороны, то вторая бездействовать не будет и примет меры.

- Такое громкое выказывание имеет ко всему этому отношение?

- Безусловно. Ставка разыграна, посмотрим, кто выиграет.

- Вы очень самоуверен для того, кто является бумажным тигром в доме.

- Вы правы, но это мое преимущество.

- Ох, как самоуверенно. И в чем же оно?

- Мне нечего терять, мистер Фейрди, такие как я идут до конца любыми способами. Хоть я и кажусь вам робким и деликатным, я все же воспитан семьей Фрост, у меня их фамилия и поддержка, - Джи Ан лукавил, но сейчас этот блеф был очень нужен.

- Вы готовы обменять спокойствие на вражду, не ожидал от вас такого. Что же посмотрим, на сколько хватит вашего мужества.

- Оглянитесь вокруг, ничего не замечаете?

- О чем вы?

- Вы здесь один, а не я.

Джи Ан вытолкнул из себя барьер такой мощи, на что был способен, и тот моментально выжег все черноту не только в комнате, но и во всем здании, парковке и даже стер следы, что оставил Фейрди, пока ехал сюда. Это потребовало от него неимоверных усилий, но ни один мускул не дрогнул на его лице, показывая всем своим видом, что он не шутит и пойдет до самого конца, в недра ада, чтобы защитить то, что ему дорого.

Лицо Теодора исказилось недовольством, он чувствовал, как слабеет, а его влияние угасает, он как рыба стал задыхаться без подпитки от сущности и прожигал ненавистью Джи Ана.

- Подумайте, как следует, стоит ли игра свеч, в ваших интересах сохранить партнерские отношения с семьей Фрост, разве нет? – продолжил напирать на него Джи Ан, давя своим даром сильнее, показывая тем самым, что предел его сил не достигнут и он способен на большее.

- Пожалуй, вы правы. Мы явно поторопились с договором. Как я вижу, не очень-то помощь вам нужна. Я отступлю, в память о той помощи, что оказал ваш отчим мне в свое время. Мы расторгаем договор по обоюдном согласию в период охлаждения, зафиксируй в протоколе, - обратился Теодор к своему человеку.

- Да, сэр, - отозвался юрист, который впервые сталкивался с таким исходом встречи.

- Мистер Джонс, нам не требуется содействие сторонних лиц, пока Питер не решит это сделать самолично, - сказал Джи Ан в сторону растерянной ауры тестя, который совершенно не понимал, что происходит.

- Я не... – хотел запротестовать он.

- Обсудим все позже, не стоит задерживать столь важного гостя дольше требуемого, - отсек его сомнения Джи Ан и впервые применил к нему свой дар, проникая нитями в его сознание и убеждая сделать так, как он говорит.

- Да, конечно, - покорно ответил Джонс и подписал, протянутые ему бумаги.

- Что же, я искренне хотел помочь, - напоследок сказал Теодор и зыркнул таким плотоядным взглядом на Калеба, что тот моментально похолодел от ужаса, - такой интересный проект превратится в груду макулатуры, жаль, очень жаль.

- Всего доброго, мистер Фейрди, - прекратил его издевательство Джи Ан и надавил сильнее, последние крупицы его с силы уже дрожали от напряжения, но он не ослабил барьер ни на секунду.

Кливленд ошарашенно наблюдал за тем, как многомиллионный проект фривольной походкой уходит из-под носа. В его груди клокотало недовольство, поэтому он вышел следом за Теодором из кабинета, сопровождая его до лифта.

Как только дверь закрылась, Джи Ан понял, что перестарался и уже не чувствует своего тела, но продолжал выталкивать из себя барьер до тех пор, пока Фейрди не вышел за пределы компании.

Только тогда он выдохнул и убрал защиту, в тот же миг из его носа потекла струйка крови прямо на его светлый пиджак.

- Ох, - сказал он, схватившись за нос, - Калеб, дай, пожалуйста, салфетку.

- Сейчас, минуту, - взволнованно ответил парень и побежал в туалет за бумагой.

- Что с тобой? – недовольно проворчал Джонс, - если болен, иди лечись.

- Я в порядке, спасибо за беспокойство, сегодня особенно жарко, а у меня слабые сосуды.

- Вот, держите, - сказал Калеб и всунул в руку Джи Ана туалетную бумагу.

- Спасибо, где я могу присесть?

- Вперед два шага, слева диван, - сказал подросток и взял Джи Ана под локоть, направляя к месту.

- Здесь тебе не больница, а он не твоя медсестра, - высказал недовольство Джонс старший. Он уже отошел от внушения, которое рассеялось вместе с барьером и постепенно начал осознавать произошедшее, поэтому злился все сильнее.

- Я не задержусь здесь, у меня еще есть дела, - ответил Джи Ан. Сил спорить не было, как и желания вступать в противоборство, - что не так с проектом?

- О чем ты? С ним все нормально, это вы тут оба устроили не пойми что, - раздражение Джонса росло, и он уже не контролировал себя даже в отношении внука.

Джи Ан понимал, что нужно уйти, но сил не было, поэтому пришлось получать удары презрения и злобы.

- Вы читали его внимательно? - Джи Ан спросил у юриста, что до сих пор молчаливо сидел напротив него и не понимал, что происходит.

- Да, - отозвался он, - это типичный договор о спонсорстве, мы сами такие заключаем.

- Что тогда не так?

- Да все так, вы только что отказались от шанса спасти компанию, такие предложения не делаются дважды, - закричал Джонс и покраснел от переполнявшего его гнева, - да после этого с нами все перестанут работать. Вы хоть понимаете, кто такой Фейрди, у него в руках столько связей. Одним его интересом к нам мы были бы обеспечены контрактами на десять лет вперед.

- Да, вы правы, такой человек как Фейрди – игрок не нашего уровня, он слишком влиятелен и могущественен, не стоит так легко принимать поддержку от таких людей, цена сделки может быть слишком высока.

- Это спонсорство, а не сделка. Он предложил оказать помощь в развитии проекта Калеба. Тот выиграл конкурс в университете и это была награда, - объяснил юрист, потому что Джонс уже настолько пылала ненавистью, что казалось может вот-вот взорваться.

- О, правда? – удивился Джи Ан и посмотрел на Калеба, - ты выиграл, поздравляю?

- Ты даже этого не знаешь, а уже лезешь в такие дела, зачем ты вмешался? Я бы объяснил внуку все сам, - заорал Джонс.

- Меня не интересуют дела компании, это ваша прерогатива, я беспокоюсь только за Калеба, если он сказал, что не хочет сделки, значит, так оно и будет. Это его творение – ему и решать, в чьих руках его реализовывать.

- Что ты понимаешь? Ты у себя в университете только и знаешь, как языком болтать, а тут делаются настоящие дела, тут тебе не детский сад, хочу-не хочу, а большой бизнес. И ты только что дал увести у нас проект, который бы спас нас всех.

- Прибыль вы еще заработаете, не стоит делать ставку только на помощь извне. Лучше подумайте над тем, почему проект вашего внука так его заинтересовал, что стоимость неустойки превратилась в бюджет маленького государства. Если договор типичный, значит условия стандартные, где это видано, чтобы штраф превышал спонсорское вливание. Я может и не разбираюсь в вашем бизнесе, но все же кое-что понимаю.

Молчание затянулось, и Джи Ан воспользовался моментом, чтобы забрать Калеба и уехать, находиться в токсичной среде было уже невыносимо.

- Я заберу вашего внука, чтобы он сопроводил меня, а вы пока дайте команду юристам вычитать договор досконально и найти, что в нем не так. Лучше сделать это сразу, чтобы не попасть снова в схожую ситуацию.

Джи Ан встал и протянул руку Калебу, и тот тут же схватился за нее.

- Пойдем, - сказал Джи Ан и пошел в сторону двери под молчаливое неодобрение Джонса старшего.

Джи Ан сел в машину и дал команду водителю ехать в больницу.

- Тебе плохо? – осторожно спросил Калеб.

- Нет. Устал немного, я отдохну и буду в порядке. Я забыл у твоего отца в палате четки, хочу забрать их.

- Понятно, - ответил смущенно подросток.

- Ты сам-то как?

- Я не знаю.

- Что тебя насторожило?

- Я почувствовал очень сильное давление, словно кто-то сковывает мое тело, испугался и позвонил тебе, потому что не знал, что делать.

- Я всегда буду заступаться за тебя.

- Спасибо.

- Но ты должен понимать, что я не вмешиваюсь в дела компании не просто так, я не очень разбираюсь в таких вещах. У меня есть базовые представления, но по большей части все договора и соглашения за меня оформляет юрист, а я ему слепо доверяю, в прямом смысле слова.

- Это понятно.

- Я это к тому говорю, что я не рискую и веду свою деятельность подальше от сложностей. Но там, где нет риска – нет больших денег. Я не тот, кто может помочь тебе разобраться в ситуации, поэтому лучше посоветуйся с кем-то грамотным в этой сфере или сам найди ответ.

- Мистер Фейрди не хороший человек?

- Я не могу ответить однозначно. Он очень сложный и многослойный, что там за следующим пластом предугадать невозможно. Поэтому с ним нужно быть осторожным. Но я тебе так скажу. Бизнес строят не хорошие люди, а те, кто видят и знают, как и где получить выгоду максимально эффективно. Твой отец и дедушка много лет в этом деле, они могут тебя этому научить, поэтому спрашивай, узнавай, читай соответствующую литературу, повышай свой уровень, создавай связи, это очень кропотливая работа над собой, но в тебе есть все задатки для этого. Ты Джонс, в тебе многое от них, трудолюбие и упорство, уж точно, но знания нужно в себя вливать постоянно.

- Это я уже понял, я даже рта открыть не успел, как меня поставили на место.

- Может он действительно увидел потенциал твоего проекта и захотел продвинуть его, а может за этим скрыто еще что-то. Я тебе на это точно не отвечу. Но могу сказать одно, его интерес к тебе слишком очевидный и это не совпадение, что именно ты выиграл. Расскажи подробнее о конкурсе.

- У нас каждый год такие проводят, я всегда участвую, потому что это дает дополнительный бал на экзамене. Обычно задания тривиальные, но в этот раз это было что-то действительно интересное. Дом будущего – это проверка не только на профильное умение, но и эрудицию, знание современных технологий строительства и предполагаемую потребность жилье в будущем, то есть и социология тоже должна быть применена.

- Звучит масштабно.

- Да, это очень перспективное задание. Я хотел рассказать обо всем, когда дойду до финала. Я не скрывал специально.

- Это нормально. Если идея в голове, ее следует реализовывать, а не тратить энергию на разговоры о ней. Миф о сглазе строиться именно на этом принципе. Ты вправе не рассказывать о своих идеях никому, если нет такой потребности.

- Дело не в этом. Я хотел сделать сюрприз. И если бы выиграл, то он бы получился еще более приятный.

- Ты вроде выиграл, да?

- На самом конкурсе нет, выбрали другой проект, как победный. Но потом ко мне подошел мистер Фейрди и сказал, что так они сделали специально, потому что у моего проекта большой потенциал и не стоит афишировать его до тех пор, пока он не будет реализован, так мы оказались у дедушки.

- Это необычный подход, я не знаю, делают ли так другие, но больше похоже на то, что они показывали тебе овцу, пряча за спиной шакала.

- Что?

- Такая идиома, означает приманить голодного охотника в логово, чтобы он сам стал добычей. В какой момент ты понял, что происходит странное?

- В самом конце переговоров. Его глаза стали холодные, а речь при этом чрезмерно уговаривающая.

- Что еще?

- Я начал дышать, чтобы успокоиться, и тогда на ногах словно выросли кандалы. Тяжесть была такой ощутимой, что я даже пошевелиться не мог.

- Это неспроста. Помнишь, я тебе говорил, зачем учиться держать баланс и правильно дышать?

- Да.

- Разум можно запутать, если дать ему неверную исходную информация, но с телом иначе, оно как регулятор, если есть несоответствие – подает сигнал. Это работает как интуиция.

- Она сработала поздно, к тому моменту договор был уже подписан. Я натворил дел.

- Ты знаешь, если проблему можно решить деньгами, то это не проблема. Все закончилось хорошо, поэтому отнесись к этому, как опыту, осталось только понять, на что так отреагировало твое чутье.

- Может, я все это придумал, сам себя накрутил?

- Может, кто знает. Но я доверяю интуиции больше, нежели голосу разума. Но я живу другими ценностями. Компания дело важное, но мой приоритет - это семья, а не деньги и процветание бизнеса. Поэтому здесь я тебе не советчик.

- Да, я понимаю. Я не думал о деньгах, мне было приятно, что меня оценили.

- Твой проект, не тебя, - сделал поправку Джи Ан.

- И меня тоже. Мистер Фейрди много говорил про то, что я одаренный и во мне большой потенциал, хвалил мое усердие и целеустремленность. Убеждал, что с его спонсорством я могу достигнуть небывалых высот.

- Хмм. Это немного странно.

- Что?

- Он меценат, но в первую очередь все же бизнесмен, а значит оценивает людей с позиции доходности, но его описание тебя слишком эмоционально.

- Да, я тоже подумал, что не мог он по одному ученическому проекту все обо мне понять. Я ведь придумал обычную концепцию, не какую-то суперидею.

- О чем твой дом будущего?

- Я сначала подумал, как и все, о космической эре и домах до небес, но потом понял, что этого будущего для меня никогда не наступит, она слишком далеко и решил сосредоточиться на том периоде, который застану я и мои дети. Я придумал нарастающую систему. Мой посыл в том, чтобы сохранить старые дома и дать возможность достраивать их с помощью отдельных модулей, которые бы в точности соответствовали стилю дома и органично внедрялись в инфраструктуру.

- Продолжай.

- Это ведь только кажется, что будущее нацелено на новшества, но многие не хотят уезжать из родных мест или наоборот, хотят вернуться. И тогда я подумал, что те строения, что уже построены, их не нужно сносить. Это ведь ресурс, который нужно сохранить и достроить, если семья, например разрастётся или потребуется новая площадь для гостевой или тренажерного зала, зимнего сада или открытой веранды. Приставить модуль будет просто, нежели перестраивать все здание. Или, например, в доме ремонт, не обязательно куда-то уезжать, можно переселиться в модуль и жить в нем. Я даже продумал систему транспортировки, чтобы можно было модуль перемещать в другое место, если семья решила переехать, они могли переехать вместе со своим домом.

- Это потрясающая идея. Понятно, почему он так ей заинтересовался. Даже мне ясно, что проект очень перспективный.

- С его деньгами его можно было реализовать, но теперь я в этом не уверен.

- Он не единственный, через кого ты можешь получить помощь. Если сделаешь его дипломным проектом, то сможешь выиграть гранд официально.

- Да, я бы хотел попробовать.

- Знаешь, мне тут в голову пришла мысль. Он устроил конкурс, выигранные проект получал от него финансирование, но что с теми, кто выбыл?

- Не знаю.

- Уточни это в университете. Что-то мне подсказывает, что у него были планы не просто на твой проект, а на всего тебя целиком. Думаю, он хотел заполучить твой талант в собственное пользование, скрепив договором все твои будущие идеи со своим фондом.

- Такое возможно?

- Не знаю. Но его настрой был слишком решительный, а методы очень агрессивные, значит он оценил тебя очень дорого и захотел заполучить единоличное право на все твои идеи, настоящие и будущие.

- Я возьму договор у дедушки и прочитаю его внимательно.

- Да, авторское право не очень просто сохранить, будет лучше запатентовать твоей проект.

- Я не уверен, что смогу довести его до конца. Не сейчас уж точно.

- Это решать только тебе, посоветуйся с преподавателями, юристами, с дедушкой, подумай над этим сам как следует и прими решение.

- Спасибо за помощь.

- В качестве благодарности с удовольствием поживу в твоем модульном доме. Мне немного не хватает комнаты, я бы хотел иметь свой выход на улицу и веранду. Я бы там занимался в плохую погоду, а летом открывал окна и наслаждался пением птиц. Если придумаешь, как это сделать, то я бы хотел быть твоим первым клиентом.

- Правда?

- Да.

- Я обязательно придумаю.

- Договорились.

Воодушевленный подросток переключился с тревожного дня на азарт будущих планов и решил поделиться хорошим настроением с другом. Калеб не пошел к отцу, а решил навестить Сэма, который почти не выходил из палаты последнее время.

- Привет, я привез тебе комикс, который обещал.

- Тот, что про дерево? – устало ответил Сэм.

- Да, завтра новая серия выходит, я постараюсь привезти.

- Можешь мне просто пересказать, я так устаю, что не успеваю дочитать, засыпаю.

- Тогда я буду читать его вслух, а ты не засыпай и слушай. Я позвоню тебе завтра вечером.

- Ладно, интересно, они найдут тот кристалл, что оживляет неживое.

- Думаю, нет. Для этого надо вернуться в прошлое, найти в нем себя и соединить силы, шансов попасть в нужный момент слишком мало.

- Да, я тоже подумал об этом. Но если найти своего потомка или предка, то тоже ведь должно сработать.

- Может быть, помнишь, как зеленый червь искал свой потерянный сто лет назад хвост.

- Да, да, он застрял во временной петле и растиражировался на миллион копий.

- Вот, если найти червоточину и попасть в другой мир, где есть ты, то таких тебя может быть миллион вариантов, представь, какая это мощь выйдет.

- Да, это будет большая мега супер гигантская колайдерно-копировальная вечеринка.

- Да, будет весело.

- Интересно, в другом мире я тоже болен?

- Тебя вылечат.

- Не думаю. Папа уже не говорит мне о возвращении в школу, думаю, я отсюда не выйду.

- Я хочу, чтобы ты выздоровел и приехал ко мне в гости, мы могли бы вместе замутить вечернику по мотивам Онерверда, я буду в костюме пириуса, а ты бомпера.

- Не, я буду сайкером.

- Фу, как тебе может такое нравиться?

- Аххаах, зато я буду самый запоминающийся.

Калеб не знал, чем болен его друг, потому что тот не мог выговорить трудный диагноз и отвечал коротко, что его болезнь передалась ему по наследству от бабушки, которая от нее умерла много лет назад.

Сэм начал зевать и его глаза стали смыкаться, он не мог противостоять этому. Хоть еще и отвечал на вопросы и что-то говорил, но его разум уже погрузился в сон.

Калеб положил комикс на тумбочку, подтолкнул одеяло, что свисало с койки и пожелал пациенту хороших снов. Он покинул палату как раз в тот момент, когда из лифта вышел отец Сэма, вид которого был изнуренный, а лицо осунулось и постарело.

- Здравствуйте, мистер Свиф.

- Привет, ты у Сэма был?

- Да, он только то уснул.

- Понятно.

- Ему становиться хуже?

- Нет, это действие препаратов. Они клонят в сон, его состояние стабильное, по анализам по крайней мере.

- Он уверен, что ему становится хуже.

- Да, я понимаю. Я поговорю с ним, как он проснется.

На телефоне Калеба раздался рингтон Джи Ана.

- Простите, мне пора идти.

- Да, конечно, заходи к нему, он очень рад тебя видеть.

- Обязательно.

Калеб поднялся на этаж отца и нашел Джи Ана у стойки администратора.

- Как Сэм?

- Так же. Он уснул еще быстрее, чем в прошлый раз. Я бы хотел навестить его утром, пока он еще бодрый.

- Давай вместе, я давно у него не был.

Калеб попросил отвезти его обратно в компанию, чтобы он смог еще раз прочитать договор и обсудить с дедушкой и юристом патент на своей проект, поэтому Джи Ан отправился домой один.

Он дал все нужные поручения персоналу и няне, а сам отправился в молитвенную, чтобы восполнить духовные силы. Голова была тяжелая и мантры не проникали глубоко, отскакивали, как фоновый шум, но спустя время все же удалось поймать волну и постепенно энергия полилась по протокам, заполняя собой все уголки сознания.

Джи Ан медитировал больше двух часов, поэтому Сьюзан уже начала переживать за него и вышла из дома, посмотреть все ли в порядке.

- Он у мангала, - сказал ей садовник, - сидит и не двигается, но дышит. Грудная клетка поднимается.

- Что-то сегодня он долго.

- Случилось может чего, не мешай ему, пусть сидит.

- Надо все-таки зонт поставить, а то в прошлый раз дождь пошел, он даже не шелохнулся и весь вымок. Заболеет еще.

- Можно тент натянуть. У нас есть в подсобке.

- Сделай, а то на следующей недели дожди обещали.

- Тогда надо дорожку проложить, чтобы он по траве не ходил, может закажешь плитку, а я ее уложу.

- Не надо, вот еще, газон портить.

- Тебе травы жалко, что ли?

- Не твоя она, нечего распоряжаться чужим имуществом.

- Чего ты ворчишь все время?

- Кто бы говорил, сам то хитрый лис. Решил под шумок уволиться, чтобы тебе заплату прибавили. Думаешь, я не догадалась?

- И что? Мне нужны деньги, мать болеет.

- Рассказывай больше, на выпивку тебе деньги нужны, за матерью твоей сестра смотрит, она пару раз приезжала, искала тебя.

- Все-то ты знаешь.

- Бессовестный, тебя Джонс не уволил, только потому что ты ни разу на глаза ему выпивший не попался.

- Я свою работу делаю как надо, чего ты придираешься?

- Вижу я как ты ее делаешь, газон весь пожелтел, кусты не стриг ни разу, раз хозяин в больнице, думаешь я ему не расскажу, когда он вернется.

- Да сделаю я все, не ругайся. Завтра займусь.

- Пользуешься слепотой Фроста, совсем разленился, тебя до обеда не видно, а потом пару часов походил туда-сюда и все, дела сделаны.

- Что мне сказали делать, то я и делаю. Он новый мой начальник, раз ничего не просит, значит, его все устраивает.

- Вот же лис, вот расскажу я все, будешь знать.

- Думаешь мне сказать нечего? Я тоже много чего знаю о тебе. Так что не зазнавайся.

- Иди уже, прохиндей, хоть траву подстриги.

- Как скажешь, - сдался садовник и ушел.

Джи Ан пробыл на улице до самого захода солнца и, проводив последние лучи, вернулся домой. Дети уже поужинали и разошлись по своим комнатам, Лита и Сьюзан ушли к себе, а няня, отчитавшись о сегодняшней дне, уехала домой.

Джи Ан поднялся в комнату Линь и застал ее за тем, что она увлеченно рисовала очередной шедевр.

- Что делаешь, принцесса?

- Я рисую, - ответила девочка, - в садике сказали принести семейный портрет.

- Никого не забыла?

- Нет.

- Кто у тебя посередине?

- Папа, - про Питера она говорила обычным голосом, но, когда называл Джи Ана папой, то повышала голос на октаву выше, и он сразу понимал, что она зовет именно его.

- Во что он одет?

- В костюм.

- Он пойдет на работу?

- Нет, он отдыхает.

- А кто рядом с ним?

- Тут братик, а тут ба и де, - ответила Линь по-детски просто, показывая на рисунке персонажей. Она не совсем еще понимала, что значит слепой, поэтому часто так делала перед Джи Аном.

- А в ногах спит Крис, - продолжила девочка, - а там сзади мама, только она прячется.

- Понятно. Так много людей тебя любят.

- Да, я тоже всех люблю.

- А я там есть? – с надеждой спросил Джи Ан.

- Да, ты тут, - ответила Линь и явно указала место. Джи Ану было интересно, где именно, поэтому пришлось уточнить.

- Где именно, скажи словами.

- Ты тут. У меня в сердце.

- Ох, как мило, я так близко к тебе.

- Бабушка сказала, два папы не бывает. Поэтому я тебя спрятала. Не хочу, чтобы тебя забрали.

- Я буду в твоем сердечко всегда.

- Да, потому что ты хороший.

Джи Ан смотрел на ауру девочки, которая говорила искренне и светилась от любви, для нее мир был другим и осознавать, что в нем есть для него место было приятно.

- Тебе не пора спать?

- Пора, расскажешь мне сказку?

- Конечно, ложись.

- А ножки погладишь.

- Поглажу.

- А Криса позовешь?

- Он спит у твоего брата, если захочет, сам придет.

- Он меня боится.

- Ты громко хохочет, когда он мурлычит, вот он и убегает.

- Потому что щекотно.

- Да, со мной он тоже не спит, я часто ворочаюсь во сне.

- Тебе грустно?

- Нет, просто дел много, вот они спать мне мешают, все в голове крутятся, да крутятся и я с ними.

- Дела надо оставлять на работе.

- Да? Откуда ты знаешь?

- Так папа говорил.

- Он такой умный, я постараюсь научиться.

- Да, папа самый лучший.

- Он очень тебя любит. Я тоже тебя люблю Линь- Линь.

- Я знаю, расскажи сказку.

- Жили были...

Обычно девочка засыпала до того, как сказка подходила к финалу, но Джи Ан все равно завершал ее счастливым концом и только после этого уходил к себе. Двери в обе комнаты всегда были открыты, и он слышал, как Линь ворочается или встает в туалет, прислушивался к звукам и, если все было спокойно, то не вставал к ней, но если она не засыпала дольше нужного, то приходил к ней и гладил по спине, убаюкивая.