Плата

Питер бережно вымыл Джи Ана, осторожно массируя губкой его тело, промывая от шампуня волосы, затем насухо вытер и высушил феном. В конце всех процедур живот Джи Ана сообщил, что голоден, и они отправились на кухню, чтобы приготовить завтрак.

- Я блинчиков хочу, – сказал Джи Ан, - но я сам хочу сделать.

- Уверен?

- Хочу угостить тебя чем-то сложнее жареных яиц. Так что достань мне ингредиенты, я сделаю.

- На сковородке опасно.

- Вафельница есть?

- Да.

- Тогда сделаю полублины, полувафли.

- Ладно, но я буду помогать.

- Ты рецепт знаешь?

- Нет.

- Помощник из тебя такой же, как и из меня, - рассмеявшись, сказал Джи Ан.

- Там точно есть мука и молоко, - сказал Питер, почесывая голову. Он вспомнил, как его жена пекла блины и примерно представлял список продуктов, что им потребуется.

- И яйца.

- И сахар.

- Неси, я пока чайник поставлю.

- Зачем?

- Не знаю, - ответил Джи Ан, задумавшись, - вода не нужна?

- Эм, я в интернете посмотрю.

- Да, посмотри.

Но в виртуальном пространстве было слишком много рецептов, и все отличались от друга слишком сильно, поэтому выбрать один было непросто. Полчаса они выбирали, потом спорили, а затем просто начали смешивать все что смогли найти на кухне, чтобы уже начать готовить.

- Ты так будешь долго перемешивать, давай миксером сделаем, - посоветовал Питер и вытащил из шкафа навороченный аппарат, только вот миска была недостаточно глубокая и тесто вылилось на большой скорости.

- Ну вот, там хоть что-то осталось? – спросил расстроенный Джи Ан, когда ощупал поверхность и понял, что его блины размазались по столу.

- Да, на несколько штук хватит.

- Включи вафельницу, я пока размешаю ложкой остатки.

Джи Ан похлопал его по плечу, оставляя на майке белый след ладони, а затем вытер свой лоб, убирая с него волосы и размазал тесто лицу.

Он попробовал тесто, и оно было не сладкое, поэтому сыпанул сахара и стал усердно мешать, чтобы сделать консистенцию однородной.

- Можно заливать, - сказал Питер, - давая лучше я.

- Хорошо. Сколько ждать?

- Минут пять?

- Не сгорят?

- Не думаю.

- Сгоревшие твои, - рассмеялся Джи Ан, потому что Питер так сосредоточенно наблюдал за приготовлением, словно выполнял сложнейший трюк.

- Что вы тут делаете? – спросил Калеб, который пришел на кухню с Линь на руках.

Оба мужчины, перепачканные в тесте и муке обернулись на его голос.

- Доброе утро, а мы блинов решили напечь, - довольным голосом ответил Джи Ан.

- Не рановато, еще даже солнце не взошло, - ответил Калеб.

- Я люблю блины, – сказала Линь.

- Горит, - всполошился Джи Ан, почувствовав запах гари.

- Нет. Успели, - успокоил его Питер.

- Так, кто первый пробует?

- Я, я, я – закричала Линь и уселась за стол в ожидании. А вот Калеб с недоверием смотрел странный комок жареного теста.

- Давай пополам, - сказал он сестре и откусил первый кусочек, который тут же выплюнул.

- Ну как? – спросил Джи Ан.

- Вы соль с сахаром перепутали, - сказал Калеб, забирая тарелку с блином у сестры.

- Ты же сахар ставил на стол, откуда там соль? – возмущался Джи Ан.

- Сахар там был. А соль стояла на другом конце столешницы, как ты до нее дотянулся?

- Ты, наверное, пододвинул, когда стол вытирал, - напирал Джи Ан.

- Я сделаю новое тесто, не ворчи.

- Нет уж, - вмешался Калеб, - никаких блинов, а то мы не выживем.

- Я сварю яйца, - сказал Джи Ан обреченно, - и чай заварю.

- Я пожарю тосты с сыром, - поддержал его Калеб.

- А я буду вам песенку петь, чтобы вам было весело, - предложила Линь.

- Я все вымою, - подытожил Питер.

Так и прошло утро у семейства, затем они также дружно готовили обед, а к вечеру выбрались на прогулку.

День за днем жизнь обрастала совместными историями, курьезами, трогательными признаниями, ласковыми приветствиями и милыми подбадривающими словами. Каждое утро Питер просыпался в объятиях теплого Джи Ана, который обвивал его ногами и не отцеплялся до тех пор, пока того не зацеловывали и он сам не отталкивал назойливого ухажера. Иногда Джонсу приходилось отстаивать свое место в кровати у дочери, которая любила слушать сказки, поэтому не торопилась уходить спать к себе в комнату.

Утром Питер с радостью шел на работу, окрыленный любовью, а вечер спешил домой, где его с нетерпением ждали.

Джи Ан возвращался раньше и встречал его у дверей, забирал из рук портфель и целовал уставшие веки, потому что любопытные детские глазки были самым строгим цензором морали в этом доме.

В тяжелые рабочие будни, когда Питер сильно уставал, Джи Ан чувствуя это, приезжал к нему в офис и привозил что-нибудь вкусное или просто забирал его с работы, утаскивая за собой почти силой, что очень нервировало Кливленда, ведь все задачи переносить приходилось ему.

Джи Ан сразу стал вести себя как полноправный хозяин не только в доме, но в офисе Питера. Он познакомился с приближенными людьми и с каждым разом круг его знакомств расширялся.

Сотрудники сначала с недоверием и опаской относились к супругу начальника, но он был открытым для общения и с таким легким нравом, что вскоре к нему стали подсаживаться поближе в комнате отдыха, пока он ждал Питера и разговаривать, а спустя время слух о том, что он дает очень грамотные советы разлетелся по всему офису и его уже ждали с нетерпением, чтобы посоветоваться.

Джонс часто задерживался, со многими деловыми партнерами была разница во времени, если встреча проходила по видео конференции, то приходилось смещать рабочие часы на вечер, чтобы не вызывать на работу всех рано утром.

Джи Ан любил ездить с ним домой, потому что в этот момент это было их личное время наедине друг с другом, без детей и домашних хлопот. Они могли посекретничать, пожаловаться друг другу или просто выпустить пар на заднем сидении машины, и уже удовлетворённые возвращались домой.

Поэтому Джи Ан периодически приезжал к Питеру и ждал его в комнате отдыха. Он сделал чайную зону, заказал много разных сортов и с удовольствием приглашал на дегустацию уставших сотрудников, ненавязчиво снимая стресс, удрученность и вселяя оптимизм.

В среду Джи Ан заканчивал лекции рано и забирал Линь из садика, обычно они ехали с ней домой, но сегодня решили навестить Питера на работе, потому что голос того показался Джи Ану слишком удрученным.

Линь уже была у папы на работе и знала некоторых сотрудников, поэтому ее не пугала обстановка и она достаточно свободно перемещалась по просторному холлу, рассматривая чертежи на стенах, считала рыбок в аквариуме или рисовала свои шедевры на бумаге.

Но сегодня атмосфера в офисе была напряженная и она это ощущала, поэтому вжалась в ногу Джи Ана и не отходила от него.

- Добрый вечер мистер Фрост, - поприветствовала секретарь, – у мистера Джонса переговоры затянулись, мне передать, что вы пришли?

- Нет, не отвлекайте его, мы подождем в зоне отдыха.

- Вас проводить?

- Нет, я сегодня с компанией.

Секретарь посмотрела вниз и заметила маленькую девочку, выглядывающую с опаской из-за Джи Ана.

- Здравствуй Магдалина, - поприветствовала ее секретарь.

- Добрый вечер, мисс Дженерр, как у вас дела? – пропел тоненький голосок.

- Все хорошо, я распечатала новые раскраски для тебя, и поточила карандаши, буду ждать твоих рисунков.

Линь действительно хорошо рисовала и очень кропотливо выводила маленькие детали. Все считали, что это у нее от Питера, ведь архитектурное дело подразумевает проработку каждой мелочи и терпеливость, но Джи Ан видел в ней несколько другой уклон, поэтому чаще давал ей обычный лист белой бумаги вместо раскрасок, позволяя творить в свое удовольствие. Даже если оно выходило за рамки листа и перемещалось на пол или стены.

- Спасибо за вашу заботу, сообщите мистеру Джонсу, где мы, когда он освободится.

- Хорошо, обязательно.

Джи Ан медленно шел в сторону зоны для посетителей, простукивая тростью дорогу. Он уже запомнил количество шагов и повороты, но все равно подстраховывал себя, ведь его память периодически его подводила.

Повернув за угол, он ощутил поток детской энергетики где-то поблизости. Но она была ему не знакома, поэтому он спросил у Линь.

- Милая, здесь есть еще дети?

- Нет, - сказала удивленная Линь, осматриваясь.

- Я слышу чей-то голосок оттуда. Может кто-то играет в прятки? Посмотри, - сказал он девочке, и та пошла в ту сторону, куда он указал рукой.

За тумбочкой рабочего стола сидела девочка такого же примерно возраста, что и Линь, но меньше ростом и худенькая как тростинка.

На маленьком белом личике сияли два больших карих глаза, которые с испугом смотрели на ниоткуда взявшуюся Магду и высокого мужчину в темных очках.

- Ты кто такая? – властно спросила Линь.

Она понимала, что папа начальник в этом месте и в ней иногда просыпались властные нотки в общении с некоторыми сотрудниками, которые ей не нравились. Но сейчас она была удивлена и говорила строго скорее от испуга.

- Меня зовут Эми.

- Привет Эми, я Джи Ан, а это моя дочка Магдалина. Твоя мама здесь работает?

- Да, она сказала ждать ее здесь.

- Ты, наверное, устала, может хочешь пить или в туалет? - Джи Ан считывал беспокойство и тревогу ребенка и предположил, что та сидит здесь уже долго, поэтому нервничает, а может ее беспокоят физиологические потребности.

- У меня все в порядке, - вежливо сказала малышка, стеснительно алея.

- Ты знаешь, мы тоже ждем папу, хочешь подождать вместе? Линь покажет тебе, где здесь можно порисовать.

- Я люблю рисовать, а еще танцы, - оживился ребенок и засиял от радости.

- Правда? Я тоже люблю танцевать.

- А я не умею, все время падаю, - недовольно пробухтела Линь и надула щеки.

Ей не нравилось, что Джи Ан такой ласковый с незнакомкой, а на нее внимание не обращает. Ревностные всполохи были такими милыми, что Джи Ан стиснул ее в объятиях и защекотал.

- А кто говорил, что будет со мной танцевать каждое утро, а сама не просыпается, пока ее пятки не защекочешь, - веселил Джи Ан свою проказницу.

- Во сне, я танцую во сне, - смеялась девочка, и от ее ревности тут же не осталось следа, зато появился интерес, - хочешь вместе нарисуем остров сокровищ и карту с метками, а потом спрячем клад и будем по очереди его искать?

- Да, хочу, - воодушевилась Эми и вышла из-за стола навстречу новой подруге.

- Какое правило? – напомнил Джи Ан.

- Отзываться сразу, как ты позовешь, - отрапортовала Линь и потащила Эми к столику с листочками и карандашами.

Они долго продумывали тропы и ориентиры, затем сочиняли, что положить в сундук, и где его спрятать, чтобы коварные пираты не смогли найти. Их детский диалог был таким наивным, но трогательным, что Джи Ан улыбался, подслушивая их секретики.

В итоге обе так утомились, что уже клевали носом. Линь забралась на коленки Джи Ану и попросила рассказать сказку, а Эми стала собирать разбросанные карандаши в стаканчик и аккуратно листочки в стопочку.

- Иди сюда, - позвал ее Джи Ан, хлопая по второй коленке и Эми тут же взобралась к нему и стала тоже слушать волшебную историю про мальчика, который потерял свой нос.

Совещание было настолько тяжелым, а партнеры несговорчивыми, что Питер вышел из кабинета весь взмокший.

- Мистер Джонс, вас ожидает мистер Фрост и дочка в комнате посетителей.

- Да? – удивленно спросил Питер. Обычно Джи Ан писал, что заедет, но сейчас список звонков и сообщений был пуст.

- Мистер Джонс, я пойду? – спросила у него помощница, что помогала в нелегких переговорах.

- Да. Да, конечно. Простите, что задержал.

Клаудия быстрым шагом отправилась в сторону своего рабочего места, а Питер поспешил к Джи Ану. Так получилось, что они шли в одну сторону, но помощница притормозила, чтобы пропустить его. Она не хотела, чтобы Джонс узнал, что она привела дочку на работу, поэтому надеялась, что он ничего не заметит.

Но когда она поняла, что ее нет, то всполошилась и побежала сначала в туалет, а потом в комнату отдыха, подумав, что та захотела пить и пошла туда.

Питер загораживал вход в помещение, поэтому она попыталась протиснуться мимо него, но замерла, увидев, что ее дочь спит на груди мужчины, держа за руку другую девочку.

Клаудия была новенькой и не видела еще Джи Ана. Она отработала всего три дня и не успела ничего узнать о своем новом начальнике, даже то, что тот женат на мужчине. Она занервничала и собиралась как можно скорее забрать своего ребенка, но, услышав сердитой голос начальника, остановилась в проходе.

- Что за детский сад, - недовольно сказал Питер, а сам так и сиял от умиления, глядя на супруга, - где ты их находишь?

- Ничего не знаю, они сами на меня липнут, - пошутил Джи Ан и повернул голову в сторону двери, но тут же напрягся, потому что уловил нервозность, которая была уже на грани паники.

- Питер пропусти даму, - сказал он Джонсу.

Тот посмотрел за спину и увидел свою новую помощницу, которая с ужасом в глазах смотрела то на него, то на дочь.

- Это ваша дочка? – спросил у нее Питер.

- Да, мистер Джонс, простите, я еще не успела найти няню. Этого больше не повториться.

- Хорошо, но все-таки здесь не лучшее место для ребенка, - нравоучительно сказал Питер.

- Да, я понимаю. Только не увольняйте меня, я с таким трудом сюда устроилась, мне очень нужна эта работа. Я больше не буду ее приводить, это было первый и последний раз.

- Успокойтесь, никто не будет вас увольнять за это. Это же дети, я все понимаю, - начал успокаивать ее Питер.

Он тоже плохо знал ее, но уже оценил, какой она хороший и ценный специалист, благодаря которому сегодняшняя сделка в итоге свершилась.

- Мама? – прозвучал тоненький голос Эми, и Клаудия ринулась к дочери, чтобы забрать ее.

- Простите, что доставили хлопот, - вежливо, но с испугом говорила женщина.

- Нет никаких проблем, они хорошо поладили, - сказал Джи Ан, - для вас даже подарочек есть. Да, Эми?

- Да, мама, Линь-Линь научила меня делать лягушку, она умеет прыгать, как живая, я тебе сейчас ее покажу.

- Дома покажешь, скажи до свидания, - властно сказала мать и одернула радость малышки суровым взглядом. Аура ребенка тут же стала серой и поникшей.

- Сделай для своей лягушки друзей, чтобы ей было не скучно в болоте, - тут же предложил Джи Ан, - в следующий раз Линь научит тебя делать длиношеебраза.

- Длиношеебраза? Кто это?

- Я сам не знаю, но она говорит, что он забавный.

- Можно мне прийти еще раз? – с мольбой в глазах спросила Эми у матери.

- Нет, - строго сказала Клаудия.

- Вы еще не нашли садик? – перехватил инициативу Джи Ан.

- Мы только переехали, еще не обустроились.

- Линь ходит недалеко отсюда, это городской сад, но у них есть и частные группы. Могу дать вам контакты администратора.

- Спасибо, не нужно, - отказалась Клаудия, но Джи Ан словно не слышал ее и продолжал.

- Еще Эми сказала, что любит танцы, вы еще не смотрели секции? Если нет, то очень советую школу Агнес Портис. Она творит чудеса и влюбляет в танцы любого.

- Не нужно.

- Можно водить их двоих туда, занятия есть утренние и вечерние, если няню не найдете, то я могу поговорить с нашей, она забирает Линь из садика и отводит на занятия, потом сопровождает до дома. Мы с ней уже давно, ей можно доверять. Вы живете где-то недалеко?

- Да.

- Вам в любом случае нужен помощник, кто присмотрит за Эми, дети ведь иногда болеют и у них каникулы бывают, а у вас такая важная и ответственная работа, которую не всегда можно отложить. Нужен проверенный человек и веселое занятие, чтобы скрасить ожидание. Подумайте, я оставлю всю информацию у секретаря мистера Джонса.

- Не стоит.

- Вы знаете, ваше время с дочерью, каждая минутка, важна для нее. Она ждет вас с таким нетерпением. Но если вы постоянно за нее переживаете, то домой приносите совсем не радостную себя, а замученную и уставшую. Если так сложилось, что у вас всего полчаса вечером и утром, пусть они будут наполнены радостью, а хлопоты распределите по тем, кто может помочь.

- Вы не ...

- Я не буду вас больше задерживать, вы и так утомились. Хорошего вечера. Пока Эми, приятно было познакомиться.

- Аххаа, - засмеялась во сне Линь, которая так крепко спала, что ее не разбудили эти разговоры.

- До свидания, - вежливо сказала девочка.

Питер был в задумчивости и растерянности. Он уже привык, что такие ситуации происходя постоянно там, где есть Джи Ан, но сейчас все было несколько иначе. Никогда раньше его супруг не проявлял себя так настырно и не вмешивался в чужие жизни бесцеремонно.

По лицу Клаудии было ясно, что ей не понравилось то, что она услышала, но в присутствии Джонса она не могла в открытую сказать, что думает. А мысли у нее были очень раздраженные. В своей голове она ругала Джи Ана, который учил ее жизни, хотя его об этом не просили.

В жизни разведенной женщины было полно таких вот нравоучителей, только вся ответственность и решение проблем были на ее плечах, а все советчики умели ругать и говорить, как правильно и неправильно, а когда она попросила поддержать ее хотя бы тем, чтобы посидеть с ребенком несколько часов, все куда-то испарялись. Даже те, кто требовал от нее внука, в итоге приезжали раз месяц и наигравшись в хороших бабушек и дедушек уезжали восвояси.

А когда Клаудия попросила посидеть с Эми несколько дней, пока она не найдет няню, свекровь в первый же день сообщила, что ей нужно срочно уехать по своим делам и потребовала немедленно забрать ребенка. Клаудия смогла уговорить ее привезти Эми на такси в офис и незаметно провела дочку на свое рабочее место.

Клаудия была раздражена не на Джи Ана, а на то, что ей все время приходится подстраиваться и оправдываться. Она устала постоянно чувствовать себя виноватой и хотела только спокойствия и стабильности, но все было против нее.

Питер догнал ее уже у лифта.

- Мисс Агератес, уделите мне минутку, – начал он вежливо.

- Мы торопимся домой, мистер Джонс, можем поговорить завтра? – нервно ответила она, боясь, что ее начнут снова отчитывать или вообще скажут больше не выходить на работу.

Ведь именно так и получилось на ее прошлом месте. Эми заболела, и пришлось взять больничный, ведь пожилые свекры не могли сидеть с больным ребёнком, боясь заразиться. В итоге недели не хватило, пришлось продлевать больничный, ждать ее возвращения не стали, нашли молодого выпускника престижного вуза, не обременённого семьей и детьми, а ее перевели на должность младшего сотрудника, таким образом тонко намекая на увольнение.

- Простите, я не успел вас представить. Это был мой супруг Джулион Фрост и наша дочь Магдалина. Я извиняюсь, если его слова вас обидели. Он преподает психологию, его профессия наложила некоторый отпечаток на формат общения с другими людьми, но я вас уверяю, он не хотел ничего дурного.

- Да, конечно, я все понимаю, - дипломатично ответила Клаудия.

- Если вам нужен выходной для решения домашних дел, то можете взять в счет отпуска.

- Нет, - всполошилась Клаудия, - я справлюсь. Прямо сейчас у меня собеседование с няней, все будет в порядке.

- Я сам прошел через это и понимаю, как сложно найти надежного человека. Завтра все встречи во второй половине дня, вы можете прийти попозже. Я не настаиваю, но хочу вас уверить, что это никак не повлияет на мое отношение к вам как работнику. Вы проявили себя с хорошей стороны, я заинтересован работать с вами и дальше.

- Спасибо, я тоже хочу у вас работать.

- Давайте мне знать, если нужна будет какая-то помощь.

- Нет, не беспокойтесь обо мне, я правда в порядке.

- Да, хорошо. Не буду вас больше задерживать. Хорошего вечера.

- И вам тоже, мистер Джонс.

Питер понял, почему Джи Ан так активно выплескивал на нее информацию, потому что она была из тех, кто не подпускает к себе даже из благих побуждений, отсекая любую инициативу. В тот момент она растерялась, и Джи Ан тут же попытался с помощью сомнений пробить ее оборону, чтобы посадить крупицы вариантов помощи, но второго шанса она явно не даст.

К его возвращению, Джи Ан уже разбудил Линь, и она лениво натягивала на себя одежду.

- Ты освободился? Поедем вместе домой? – спросил Джи Ан, который пытался попасть рукой в рукав.

- Да, так устал сегодня, что больше не могу ни о чем думать, - придерживая для него пальто, ответил Питер.

- Помять тебе шею? – с беспокойством спросил Джи Ан.

- Да, чувствую, что голова вот-вот разболится, - пожаловался Питер.

- Сначала мне ножки, - пробурчала Линь, старательно натягивая перчатки на пальчики.

- Я буду мять тебе ножки, пока Джи мнет мне шею. Ладно? – предложил Питер, его дочь была копией его властного нрава, поэтому приходилось с ней договариваться.

- Папа делает это лучше, а ты щекотно, - пожаловалась Линь.

- Вот, значит буду учиться делать правильно, а ты мне подсказывай, - приводил доводы Питер.

- Хорошо, - сдалась Линь и поскакала в сторону лифта, чтобы успеть первой нажать на кнопку.

- Она скоро график заведет и будет пускать меня к тебе по расписанию, - недовольно сказал Питер и взял Джи Ана под руку, подталкивая его в нужную сторону.

Они вышли на подземном паркинге, чтобы сесть в машину. Последнее время Питер сам был за рулем, отдав личного водителя для нужд детей и Джи Ана.

- Холодно сегодня. Даже здесь чувствуется мороз, - сказал Питер, закутывая шею Джи Ана в свой шарф и надевая на его руки свои толстые перчатки.

- Я с тростью пойду, перчатки мне мешают.

- Надень хотя бы на одну руку, - настаивал Питер, и свою шапку тоже натянул на голову Джи Ана.

Джи Ан не носил головные уборы, он ориентировался на слух и не любил, когда уши закрыты, поэтому снял шапку и надел ее на Питера обратно.

- Я не успею замерзнуть, – сказал он категорично и вытащил трость, чтобы поскорее двинуться в сторону машины.

Питер взял Линь на руки, потому что она была вялая и еле волочила ноги, девочка тут же уткнулась в шею отца и умиротворенно закрыла глаза.

Как только ее пристегнули к детскому креста, она уснула.