Снегурочка, шампанское и первый поцелуй
Декабрь пролетел в предпраздничной суматохе. Учеба отошла на второй план, уступив место главному событию — подготовке к новогоднему утреннику. Барбара и Лёля, движимые авантюризмом и желанием успеть абсолютно всё, на голом энтузиазме пришли на пробы в школьную творческую группу.
Их внешние данные и врожденная артистичность сделали свое дело — их взяли практически без раздумий. Барбаре досталась роль Снегурочки — добрая, немного наивная, в сверкающем кокошнике и белой шубке. Лёлю утвердили на роль Снежной Королевы — холодной, величественной и невероятно эффектной. Их дуэт сулил стать главным украшением праздника.
Они с головой погрузились в репетиции. Пропадали в актовом зале до позднего вечера, заучивали тексты, оттачивали движения, примеряли костюмы. Школа пустела, но их квартет — Барбара, Лёля, Рина и Юлианна — был неразлучен. Рина и Юлианна стали их верными группами поддержки: то приносили им чай и бутерброды, то помогали запоминать реплики, то просто сидели в зале, громче всех аплодируя. В итоге, за активность и преданность, их тоже привлекли к организации — доверили отвечать за спецэффекты: управление снег-машиной и светом.
Их выступление получилось блестящим. Яркое, слаженное, эмоциональное. Когда в финале Снежная Королева растаяла от теплоты детских сердец, а Снегурочка осыпала зал искрящимся искусственным снегом, раздались оглушительные аплодисменты. Они стояли на сцене, держась за руки, залитые светом софитов, и чувствовали себя абсолютно счастливыми. Так закончилось их первое учебное полугодие в десятом классе — шумно, ярко и очень символично.
Кульминацией всего стала новогодняя ночь. Образовавшаяся компания «ыеы» — Терентий, Леша, Пабло, Лиан, Барбара, Рина и Юлианна — собрались вместе, чтобы отпраздновать.
Для Барбары это было первое в жизни подобное мероприятие.
Мальчики подготовились на совесть. Стол ломился от угощений, а в углу красовалась внушительная батарея бутылок с самым разным алкоголем — от сладкого шампанского до чего-то покрепче. Музыка, смех, атмосфера вседозволенности — все это кружило голову.
Девочки, поддавшись всеобщему веселью, впервые в жизни напились. Сначала это было просто приятное головокружение от шампанского, потом все поплыло в каком-то розовом, счастливом тумане. Барбара смеялась громче всех, танцевала с Юлианной и Риной.
И вот, под обратный отсчет до полуночи, когда на экране телевизора заиграли куранты, она оказалась рядом с Терентием. Он смотрел на нее, а не на экран. Его взгляд был серьезным, без привычной насмешливости. — Можно я тебя поцелую, — сказал он, и его голос прозвучал как-то по-особенному. — Как хочешь, — прошептала она.
И он поцеловал ее. Это был не нежный поцелуй, а уверенный, полный какого-то немого вопроса и обещания. Для Барбары мир сузился до этого мгновения, до вкуса сладкого вина на его губах и до бешеного стука сердца в ушах.
С этого момента для нее пошел отсчет их отношений. Она ловила его взгляд на следующее утро, искала в нем подтверждение тому, что случилось. Он был ласков с ней, дразнил, но ничего не говорил напрямую.
И тут ее радужные фантазии наткнулись на первую, колючую занозу. Терентий слишком много времени проводил с Ашкьюди, их общая одноклассница. Они смеялись над какими-то своими шутками, их головы были близко наклонены друг к другу. И хотя Терентий тут же представлял её Барбаре — «Знакомьтесь, это Ашкьюди, старый друг», — в его глазах читалась какая-то особая непринужденность, которой не было, когда он общался с Барбарой. Острая, едкая ревность сковала ей горло, отравляя сладость недавнего поцелуя.
Первая ночь нового года ознаменовалась не только началом чего-то желанного, но и первой тенью сомнений.