5. Роды.
Крик застыл в ушах у Рыжинки, эхом повторяющийся у неё в голове. У рыжей кошки упало сердце. Только сейчас она поняла, что совершенно ничего не знает о родах. Да, она сама рожала котят, но никогда не принимала роды. А если что-то пойдёт не так? Она поняла, как лапы ее начинают дрожать, а хвост судорожно стал метаться по подстилке из мха, смотря на Глафиру. Кажется, она переживала не меньше, чем роженица. Вдруг её кто-то больно пихнул в бок. Это была Хлоя.
- Что стоишь, как столб? Принеси палку, - ворчливо сказала Хлоя, а сама села около Глафиры, шепча что-то успокаивающее ей.
Сначала Рыжинка не поняла, о чём попросила её Хлоя, мысли путались в голове, но потом опомнившись, быстро вылетела из под куста и столкнулась с Космосом. - Что происходит? Мы слышали что кто-то кричал.
- У Глафиры начинаются роды, - быстро бросила она и побежала на поиски палки, как раз одна валялась неподалеку. Быстро схватив палку зубами, Рыжинка бросилась обратно под куст.
Между тем, Глафира продолжала истошно вопить. А Хлоя кружилась вокруг неё, она то и дело подсовывала под Глафиру больше мха и собирала подле головы вымоченный в воде мох.
- Скажи, что мне делать! - зашипела Рыжинка на ухо Хлое. - Я вижу котёнка! Выходит!
Глафира закричала ещё сильнее, сжимая зубы, содрагаясь от очередного приступа боли.
- Дождись, когда он высвободится, а потом разорви мешочек вокруг его тела и хорошенько вылизывай, - ответветила Хлоя, не отрываясь от своего дела.
Глафира приподняла голову, глядя как маленький, весь покрытый слизью чёрно-бурый комок выскользнул на мох. Рыжинка аккуратно разорвала прозрачную пленку, покрывавшую его голову. Маленький черно-бурый комочек издал тоненький вопль, пронзив воздух.
- Сыночек! - сдавленно прохрипела Глафира, пытающаяся разглядеть котенка.
Рыжинка принялась энергично вылизывать насухо шкурку новорождённого. В тот же миг Глафира взвыла от очередного спазма, пронёсшегося по её телу.
- Вижу ещё одного котёнка! - крикнула Рыжинка. - Но он не шевелится! Тужься ещё сильнее!
- Не могу! Сил не хватает, - просипела Глафира и обессиленно опустила голову на подстилку.
На какой то миг Рыжинка испугалась, что котёнок застрял, но тут Хлоя поднесла к губам рожающей мох с водой, чтобы Глафира могла отпить с него, затем подняла палку, которую принесла Рыжинка и сунула её в зубы Глафиры. - А ты не стой столбом! Хорошенько разотри котёнка, чтобы согреть его, - обратилась Хлоя к Рыжинке. - А ты сожми палку зубами, будет больно, - сказала она Глафире и с силой надавила на живот рожающей, что та снова взвыла. На свет появилась, пронзительно пища, серебристо-серая кошечка.
Глафира приподнялась, чтобы рассмотреть дочь. А Рыжинка придвинула котят к животу Глафиры и продолжала вылизывать их.
- Давай, Глафира, ещё один котёнок! Ты сможешь! - спокойно сказала Хлоя, всё также с силой надавливая на живот.
- У меня сил нет, - заныла та, снова обессиленно уронив голову.
- Ты должна их найти, - настойчиво промяукала Рыжинка, стараясь подбодрить подругу.
Рыжая кошка придерживала голову подруги, пока ее тело содрагалось в очередном спазме. И вот, на свет появилась ещё одна малышка черепахового цвета. Ловким движением Хлоя сорвала с неё послед и положила плачущий комочек к животу Глафиры.
- Две дочери и сын! Поздравляю, Глафира! - торжественно провозгласила Хлоя. В её глазах была теплота и искренняя радость за Глафиру, которая только что стала матерью.
Глафира, поблагодарив кошек, свернулась вокруг своих детей, и принялась вылизывать их липкие шкурки. Нежное и мягкое мурлыканье лиловой кошки привело котят в спокойствие. Они жадно сосали молоко матери, иногда только тоненько попискивая.
Рыжинка наконец-то выдохнула с облегчением. Радость за Глафиру затопило её сердце. "Эх, где-то мои котятки", - погрустнела Рыжинка, но тут же собственное любопытство взяло вверх. От куда Хлоя знала, что нужно делать при родах? Она так ловко и умело руководила всем. Но свои вопросы рыжая кошка спросить пока не решалась. Между тем Хлоя помогала вылизывать котят.
- Мне нужно дать им имена, - проурчала Глафира, все так же неотрывно смотря на своих детишек. Рыжинка внимательно поглядела на котят, какие же они все разные!
- Вот этот, черно-бурый котик, его хвостик напоминает лисий, потому что он такой же длинный, и я думаю, что когда он немного подрастет, он будет очень пушистый. Мордочка слегка вытянута и приплюснута, как у лисы. А вот цвет глаз пока не удасться разглядеть, только через несколько дней котята смогут раскрыть глаза. Думаю, назову его Лисенком.
Кошки одобрительно заурчали, переглянувшись между собой.
- Я очень благодарна вам за то, что помогли мне родить на свет таких замечательных котят, и поэтому я хочу, чтобы вы назвали двух остальных кошечек, - продолжала Глафира, посмотрев на Рыжинку и Хлою.
Рыжинка слегка удивилась, что Глафира разрешила ей и Хлое назвать котят, но потом обратила внимание на маленькую и хрупкую кошечку серебристо мраморного окраса с серым оттенком. Кошечка была невероятно красива: черный контрастный рисунок на спинке, на шее будто "белое ожерелье", на самом деле там присутствовало множество белых пятнышек, так же есть светлое пятнышко на каждом ухе с внешней стороны, подводка глаз и носика в тон основного цвета шерсти.
- Может, Бусинка? - спросила Рыжинка, кивая на серую кошечку-красавицу.
- Отлично! - замурлыкала Глафира. Мне нравится!
- А вот эта маленькая и хрупкая кошечка, шерстка ее черепахового окраса, состоящая из трех цветов: черного, рыжего и белого, хоть белого цвета очень трудно различить, он все-таки присутствует, - говорила Хлоя, внимательно разглядывая котенка. Можно было бы ее назвать Одуванчик, но мне кажется, что ей не идет. А вот имя Черепашка ей как раз пойдет, - предложила Хлоя. Что думаете?
- Отличное имя! - ещё громче замурлыкала Глафира, придвигая хвостом к себе поближе котят.
Снаружи послышался шум и раздался взволнованный голос Космоса и Маркиза.
- Можно нам посмотреть на котят?
- Конечно! - раздалось им в ответ из под куста.
- Какие они все хорошие и красивые! - хором сказали коты, а Хлоя, недовольно сузив глаза, сказала.
- Ну все, на сегодня посящение закончилось. Дайте Глафире отдохнуть, а котятам поспать. Но прежде нашей кошке, уже ставшей матерью, нужно перекусить. Принесите кто-нибудь свежую дичь, пожалуйста.
Космос и Маркиз быстро кивнули и удалились из детской, а вскоре в палатке уже лежали три упитанные мышки.