Новая жизнь

Тайлер и Люк закрыли счет, и люди разъехались по домам. Сверхи же предпочли идти пешком. Алкогольное опьянение делает вечер веселым и плохо запоминающимся, но это совсем не то состояние, в котором хочется ложиться спать. Поэтому, чтобы избавиться от нежелательных последствий, мы шли пешком, позволяя свежему прохладному воздуху забрать хотя бы часть дурмана.

Сонно плетясь к дому, я не сразу заметила двоих парней, сидящих на моем крыльце. Оказывается, оборотням гораздо сложнее напиться, но мы все отлично постарались. Наверное, Эван был самым трезвым из нас, или просто этот зверь сохранял больше бдительности, чем остальные, несмотря ни на что. Он замер, выставив руки в сторону, останавливая нас в пяти метрах от чужаков. Оба были в одинаковой форме, но логотип на вышивке прочесть было невозможно.

Завидев нас, двое парней вскочили на ноги, стянули маски с лиц и быстрым шагом ринулись в нашу сторону. Покачнувшись, я машинально потянулась за клинком, который, как и обещала, оставила сегодня дома, в сумке с вещами. Осознав это, я уже приготовилась биться голыми руками, но Эван предостерегающе положил руку мне на плечо, пока Тайлер, сделав шаг вперед, закрывал меня своей спиной.

Лишь через секунду я рассмотрела лица незваных гостей, признавая в них друзей. Тин и Зейн практически подбежали к нам с приветственными объятиями. Я даже испугаться толком не успела, или уже просто разучилась бояться всех, кто передвигался на двух ногах. Обняв своего Рала, я с трудом уже могла от него оторваться. В Локе подобных вещей не случалось, так что это, наверное, был первый раз, когда моя близость с Тином слегка вылилась за рамки формальности.

- Как я рад, что ты цела! – прошептал мне на ухо Тин, слишком горячо для его привычной манеры.

Я была преисполнена гордости, словно мне вернули доброе имя, а земля буквально уходила из-под ног. На самом же деле Тин значил для меня куда больше, чем какая-то репутация. А самая приятная мысль: у меня снова есть Рал, мой покровитель. Но Зейну я обрадовалась не меньше. Для него же стало неслабым шоком, когда я крепко его обняла и сказала, что очень соскучилась. Он даже на секунду забыл про существование своего Рала и изумленно таращился на меня, пока Эван не заехал ему по животу. В глазах Эвана блеснул детский живой задор. Я была приятно удивлена такому открытию. Прежде мне не доводилось видеть Эвана таким... юным.

Ребята отказались входить в дом, тревожно переглянувшись. Мы, в чем были, спокойно расположились прямо на земле. Прежде чем моя задница опустилась на холодный асфальт, Нил кинул под меня свой пиджак, за что я в благодарность кивнула, коснулась его руки и слегка сжала пальцы на несколько секунд. От жарких объятий, прикосновений и воссоединения с друзьями, внутри разливалось тепло, словно по венам пустили жидкое счастье.

Тин с Зейном вкратце рассказали о том, что произошло с ними после того, как все решили, что они мертвы. Так обычно действует противоядие, разработанное Мирными, против сыворотки Чистильщиков. Какое-то время нужно провести в состоянии покоя, чтобы «лекарство» могло выявить очаг заражения и устранить. В это время кажется, что пациент уже не дышит, хотя происходит это из-за замедленного сердцебиения.

В общем и целом, в тот день мы всего лишь напоролись на отряд Мирных, не представляющих угрозу для иных и сверхов в целом. Приняв нас за Зотов, Мирные открыли огонь, а увидев тела, не искаженные черными венами и прочими атрибутами, поняли, что подстрелили здоровых.

После Тину и остальным было предложено временное убежище. По возможности ребята помогали в работе Мирных, пока Зейн искал информацию обо мне. Они были уверены, что в конце концов я захочу навестить родителей и вернусь домой, хотя бы убедиться в их сохранности, а ребята, конечно, не оставят меня одну. Дом отца нашли раньше, проверили, и поняли, что должно быть другое место, куда мне необходимо будет отправиться. Последняя догадка принадлежала Зейну.

- Вот так мы отрыли дом твоей мамы, приехали вот, на разведку. Она уже спит, мы решили подождать. В гостиной подозрительно много подушек на полу валялось, - довольно ухмыльнулся Зейн.

- Ноэль так обрадуется, узнав, что вы в порядке. Особенно ты, Гин.

- Ноэль жив! – хором выпалили мы с Гином.

- Мирные обращались с ним довольно хорошо. Когда мы увидели его в столовой, он разговаривал со взрослыми на равных, а увидев нас, бросился бежать с распростертыми объятиями.

Меня переполняли эмоции. Казалось, что вот-вот я просто взлечу или взорвусь. Не сдержав эмоций, я вскочила и принялась прыгать на месте, размахивая руками. Гин поддержал меня, - вскочил и начал скакать со мной по улице, держа меня за руки, - хоть мы и выглядели при этом крайне глупо. Как же хорошо! Уже и не знаю, чего еще можно желать от жизни.

- К слову, Дэвид с Ребеккой тоже живы, если кому интересно, - прохладно вставил Зейн между нашими с Гином счастливыми визгами. - Вот только рыжая переметнулась на темную сторону.

Эта информация волновала нас с Гином не так сильно, поэтому мы продолжили кружиться, держать за руки, как два идиота.

- Как это? – спросил Скилер.

- Она решила, что нас отвезут обратно в Лок, когда мы очнулись, и предложила сотрудничество, - с непонятным мне удовлетворением рассказывал Зейн. - Сказала, что может пригодиться. В лаборатории. Мирные недолго думая, высадили ее, показали, в какой стороне лаборатория, и дали деру. Вместе с нами, разумеется. Вы бы видели ее лицо!

- Если она и добралась до лаборатории, то вряд ли...

- Да, - мягко перебил меня Тин. Его манера речи совершенно не изменилась, и теперь я упивалась любой мелочью, начиная с магического значения слова «Рал», и заканчивая его тихим, но уверенным голосом. – Мы видели новости. Спалив лабораторию, ты дала Мирным очень удобный случай вызволить из Лока всех оставшихся там. Но вы же знаете, что это не конец? Не все находились при лаборатории безвылазно. Амелия и ее приближенные вполне свободно покидали лабораторию. Неизвестно только, была ли среди них Бекка.

- Она живучая, - добавил Скил. Мне показалось, что в его голосе мелькнули нотки разочарования, словно он говорил о предателе, бросившем его на погибель. – Такие живут дальше даже после того, как ты собственными глазами увидишь их смерть во всех деталях.

- Кейт, есть и плохая новость, - сочувственно произнес Тин, явно применяя на мне свои способности.

- Выкладывай, - невозмутимо качнула головой я. Почувствовав подозрительное спокойствие внутри меня, Тин еще сильнее напрягся. – Мы думаем, что за вами могут прийти, и здесь вас очень легко найти.

- Надо нам валить отсюда, - согласилась я, решительно хлопнув в ладоши. Лишь на долю секунды, но я уловила, как настроение Тайлера подскочило до небес. – Я поговорю с мамой, она должна понять. Уйдем все вместе.

- Вы пойдете с нами? – неуверенно просил Тайлер.

- Спрашиваешь! – фыркнул Зейн. Его хрипловатый голос впервые показался мне веселым, а вечно сонное выражение лица Зейна вдруг стало... привлекательным. Не просто красивым, он и раньше казался мне симпатичным. Но если раньше его образ «плохого мальчика» казался вполне типичным, то сейчас он будто магическим образом затягивал тебя в омут ярко-карих глаз. Наверняка, немного спокойствия и здоровый сон сотворили с ним это магическое преображение. – Эти «Мирные» ни фига не мирные. Кругом одни психи, ну их к филину! Лучше уж отшельниками жить в глуши какой-нибудь.

- Согласна, - кивнула я и вытянула руку. Зейн хлопнул по моей ладошке и улыбнулся. Кажется, между нами растаяла какая-то ледяная стена. Хотя, по-моему, Зейн только сейчас по-настоящему обратил внимание на мое существование. Это ничего. Я была так рада возвращению Правого Обходчиков, что в эту секунду твердо вознамерилась подружиться с Зейном.

- Мы можем вернуться за Ноэлем и Дэвидом, а уже на рассвете вернемся. Максимум к обеду.

- Идет, - согласился Тайлер, уже окончательно отрезвев.

На этой ноте, как бы мне ни хотелось подольше побыть со своим Ралом, нам пришлось разойтись.

Меня снова окутал азарт от предвкушения, и я боялась, что не смогу уснуть и в дороге буду не в форме. Однако алкоголь и увеселительная программа Скилера сделали свое дело. Едва моя голова коснулась подушки, я тут же провалилась в сон, согреваемая мыслью о предстоящей встрече еще с двумя друзьями, которых до этого дня считала погибшими.

***

Нил разбудил меня пока еще было темно. Мама крепко спала и нарушать ее покой никто пока не собирался. С помощью Тина гораздо легче будет уговорить ее покинуть дом. Может, она и продала меня... но она все еще остается моей семьей. Тайлер – живое доказательство того, что любые конфликты можно решить, даже если у тебя самый скверный характер; доказательство того, что люди могут бесить друг друга, могут орать друг на друга, но, оставаясь семьей, идти даже на самые страшные вещи ради родных.

Я все еще надеялась, что мама сможет пережить этот кошмар. От меня не отвернулись друзья, даже видя мои преступления как своими глазами. Значит, не отвернется и мать.

Тихонько собрав необходимые вещи, мы с Нилом вынесли их к выходу. Тайлер был удивлен, когда я толкнула его, крича шепотом прямо ему в ухо: «Просыпайся, огрызок, поднимай свою задницу!»

- Всегда хотел это сказать, - рассмеялся Скил. – Но мне бы как минимум прилетело по башке.

Мы даже успели позавтракать. Мама проснулась около десяти, спокойно попила кофе. Я не могла подобрать нужных слов, и решила, что большую часть объяснений придется предоставить Дереку и Тину. Подруг я тоже обзвонила и пригласила на обед, чтобы не пугать их раньше времени. Особенно Эрику.

Зейн правильно рассчитал время, так что они прибыли как раз к обеду. Едва я открыла входную дверь, Ноэль тут же оказался рядом, сжимая меня своими худенькими ручонками. Мальчик изо всех сил сдерживал слезы, стараясь выглядеть взросло. Не знаю, как за несколько секунд я успела расцеловать все его маленькое личико. Когда же за моей спиной он увидел Гина, слезы все же хлынули из его глаз. Сгрудившись в кучу, мы долго обнимали маленького красноглазого Рала и друг друга. Он немного подрос, но все еще был чуть ниже меня. По крайней мере, мне хотелось так думать.

Дэвид смущенно пожал мне руку, чувствуя неловкость, но я заверила его, что мы все очень рады ему, что было правдой. Всеобщий восторг невозможно было описать словами, но только я одна и выражала эмоции широченной улыбкой и счастливыми вздохами. Парни же вели себя гораздо более сдержанно.

Эдди я не звонила, но он тоже пришел, когда все уже собрались и сели за стол. Послав меня за тарелкой и приборами, Эдди слегка ткнул меня в голову пальцами. Тайлер многозначительно рыкнул, а Эдди, резко отвернувшись, сделал вид, что ничего не заметил.

Когда я вернулась в гостиную, мама тихонько поднялась из-за стола и вышла в коридор, стараясь не привлекать внимания. Каждый ее жест говорил о том, что она чем-то недовольна. Девочки обсуждали прошлую ночь и смеялись, вспоминая нелепые моменты. Я нервно ерзала на стуле, ожидая возвращения мамы. Меня трясло от волнения и счастья, но больше от счастья, ведь все мои друзья сейчас сидели за одним столом и все они были живы.

Ноэль. Я все не могла налюбоваться его улыбкой.

- О чем ты хотела поговорить? – вспомнила Эрика, подозрительно оглядываясь на Дерека.

- Кейт, - появившись под аркой, Скил застыл с каменным выражением лица. Я даже не заметила, когда он вышел из гостиной, но по лицу его было ясно, что новости мне не понравятся. – Твоя мама...

- Что? – подскочила я. Мама осторожной походкой вошла в комнату и села за стол. Я недоуменно переводила взгляд с нее на Скилера и обратно, начиная выстраивать в голове пару предположений. Оба не были приятными, но одно было логичнее второго, хотя мне хотелось, чтобы Скилер опроверг глупую мысль. – Что не так?

- Она говорила с Майклом, - начал Скилер.

- Нет, - разочарованно протянул Тайлер, хлопнув рукой по столу.

- С чего ты взял? – удивилась Джордин. – Что за Майкл?

- Я слышал, как она говорила по телефону, - обреченно выдавил Скилер, не обращая в этот момент внимания ни на кого, кроме меня. Очевидно, Скилер намеренно подслушал телефонный разговор. Но это также говорил мне о том, что ошибки быть не могло. Скил должен был услышать голос Майкла, чтобы выдвинуть такое обвинение.

Я невольно скривилась, понимая, что к глазам подступают слезы. Мне казалось, что ничто больше не сможет причинить мне боль, все возможное уже давно пережито. Плакать я не хотела и даже расстраиваться, но это не поддавалось контролю. Я не смотрела на Джордин, опустив голову, разглядывала скатерть, ожидая каких-то доказательств обратного. Тин мгновенно успокоил меня, взяв под контроль бушующий внутри ураган эмоций.

- Вы знали? – я повернулась к подругам. По их глазам и так все было видно, хоть они и пытались выглядеть удивленным и запутанными. – Мам?

В ответ тишина.

Пожалуйста, пусть кто-нибудь скажет, что я ошибаюсь в своих выводах! Но несколько долгих минут тишину разрезало только тяжелое дыхание Тайлера, который пытался совладать с гневом.

Первой сдалась Эрика, видимо, под сканирующим взглядом Дерека.

- Они сказали, что помогут тебе, Кейт.

- Хотя бы правду сказала, - печально улыбнулась я, наблюдая, как в груди образуется дыра.

- Нас попросили только помочь... - Зоуи запнулась под моим тяжелым взглядом и умолкла.

- Я попросила их помочь мне задержать тебя в городе на пару дней, - призналась Джордин. – За вами приедут и заберут, но больше никаких съемок. Только психологическая помощь. Они признают, что сильно подпортили вам нервы во время шоу, и хотят исправить это. Совершенно бесплатно, - зачем-то добавила она.

- Тебя и до шоу надо было сводить к психологу, - подметил Эдди. – Лично я пришел посмотреть, как тебя скрутят и завернут в белое. После вчерашней потасовки, думаю, ты заслу...

- Умолкни! – сквозь зубы процедил Тайлер, сжав в кулаки руки, покоящиеся на столе. – Мы не психи. И сестренка моя тоже! И к вам она больше...

- Тай, не надо, - одернула я.

- Нет, Кейт! – повысив голос, Тайлер встал из-за стола. – Если ты думаешь, что я смогу оставить тебя с людьми, которые готовы сдать тебя этим ублюдкам с куском дерьма во главе...

- Тайлер, - шепотом протянула я.

- Что?!

- Мы уйдем, - я обернулась, сдавленно улыбнулась и обвела взглядом подруг, брата и мать. – Больна я или нет, вас больше не касается. Я никогда не вернусь, просто забудьте обо мне.

- Кейт, тебе будет лучше...

- Не будет! – перебила я Джордин, и от резкости моего тона она вздрогнула. Внутри все сжалось, и от боли стало тяжело говорить. – В больнице, где меня бьют током и стирают память мне лучше не будет. Мы и так собирались уйти сегодня. Мы-то подумали, что вы теперь все под угрозой, хотели забрать с собой... А, оказалось, вы и есть угроза. Я ухожу. Вместе со своей семьей. Забудьте обо мне и дайте мне забыть.

- Кейт, прости, - бросили вдогонку подруги, когда я вышла из гостиной и взвалила на плечо рюкзак.

Уж не знаю, что сделали ребята за моей спиной, но из гостиной никто за нами на вышел. Открыв дверь пинком, я прошагала на улицу и огляделась - не явились ли за нами какие-нибудь вооруженные сволочи. Страх и злость стали настолько сильными, что Тину уже трудно было с ними справиться.

- Побереги силы, - посоветовала я. – Мне не впервой, справлюсь.

Под лавиной гнева, я рассмеялась, в последний раз взглянув на родной дом. Можно ли считать это предательством? Ведь после поверхностных рассказов о том, что нам пришлось пережить в Локе и за его пределами, нетрудно понять, что возвращаться туда никто из нас не собирается. С другой же стороны, они все свято верили в то, что я и парни нуждаемся в психологической помощи. Могу ли я винить их, если они хотели помочь?

Сомнения терзали меня до конца дня. Злость прошла или просто утихла. Мы остановились в отеле на ночь, а я все боялась, что за нами придут, найдут даже в чертовом отеле. И в моменты, когда я представляла, как меня снова разлучают с Тайлером и остальными, я снова чувствовала прилив злости и уверенность в правильности своего поступка.

Один номер для такой толпы. Администратор был, мягко говоря, потрясен, но Тайлер настоял на своем.

- Что это? – спросила я, когда Дерек незаметно сунул мне в руку свернутый листок.

- Эрика записала тебе свой номер телефона. Она просила меня извиниться за нее. Она действительно верила, что поступает правильно.

- Может, хочешь вернуться? – злобно выпалила я.

- Кейт, - выдохнул Дерек, укоризненно покачав головой.

- Извини, если это звучит грубо, - продолжала я. – Но даже мне понятно, что между вами произошло. Захочешь вернуться – флаг тебе в... сам знаешь куда. Но если попадешься Чистильщикам, я тебя придушу! Спалю к чертовой матери.

- Ты же напугана, - улыбнулся Дерек. – Ладно, вернемся к этой теме, когда успокоишься.

- Знаешь, что это бесит еще больше, чувак?! – с усмешкой бросил ему Тайлер, усаживаясь рядом со мной. Уж он-то понимал, как раздражают незаконченные разговоры. – Хочешь поговорить об этом?

Нил тоже опустился рядом и приобнял меня за талию, поглаживая второй рукой мое плечо.

- Может, он прав, что защищает ее, - спустя несколько минут раздумий, выдохнула я, уронив голову на колени. – Я не понимаю, Тай... Мне кажется, что это предательство.

- Так и есть, - мрачно кивнул он и хлопнул меня по плечу с такой силой, что я чуть не упала.

- Но мы с тобой смотрим только со своей стороны!

Конечно, мне было обидно, что мама и подруги пытались хитростью отправить меня в самое адское место на земле. Но в то же время я понимала, что они хотели как лучше. Они ведь не знали, что с нами вытворяли в Локе и в лаборатории. Или знали? Может, они тоже ненавидели иных, как и Амелия? Ведь мама ушла от папы как раз из-за того, что он оказался иным. Хотя и этого я не могла знать наверняка. Люди иногда расходятся, это происходит по разным причинам. Не знаю, пыталась ли я оправдать маму.

Я ужасно запуталась!

- А с какой еще стороны мы должны смотреть? – снова разозлился Тайлер, переходя на крик. – Хотели подлечить нас? От чего?

- Я убила кучку ученых и родного отца!

- Ты спасла жизнь своей маме! – Тайлер вскочил на ноги и принялся нервно расхаживать из стороны в сторону, активно жестикулируя. - А она в ответ сдала тебя Чистильщикам. Кейт, это ни с какой стороны нельзя считать правильным! Лечиться, может, нам и нужно, но не у них и не под электричеством. С самого первого дня, как только тебя настигло твое прошлое, ты перестала быть собой. Они загоняют тебя в клетку, говорят, что ты монстр, и ты сама начинаешь в это верить. Я понятия не имею, что там в голове у твоей матери, но Эдди, этот кусок... Да он же ведет себя так, будто смысл его существования – унижать тебя! Признай уже, тебе было хреново рядом с ними. И дело даже не в том, что ты изменилась, нет. Ты все та же, что была год назад, уж я-то знаю! Я помню, какой ты была, когда мы познакомились. Знаешь кто ты для меня? Смелая, сильная, храбрая, немного с придурью, но я тебя люблю и никогда бы не сдал мозгоправам! Да, ты убивала, но в те моменты в силу вступал закон «убей или умри». Я никогда не назову тебя убийцей и не скажу, что ты ужасна. И если хочешь простить их, я это приму. Не пойму, но приму. Но я не допущу, чтобы с тобой что-то случилось, потому что ты – моя семья. А они, эти люди... - Тайлер почти задыхался от злости. То же происходило со мной, но не от злости. Каждое слово Тайлера обжигало и умиляло одновременно. - Не забывай, тебя забрали, а им заплатили, чтоб тебя не искали. Вся эта чушь про съемки – бред. Если бы кто-то забрал тебя у меня, плевал бы я на любые доводы, даже самые логичные.

Обхватив себя руками, я глубоко вдыхала, пытаясь унять дрожь. В тусклом свете лампы, лица друзей казались еще мрачнее.

- Кейт, - протискиваясь под мои руки, позвал Ноэль. Нил приобнял его одной рукой, а второй продолжал поглаживать мою спину. – Я не хочу, чтобы ты уходила туда. Тебе там плохо будет без меня.

Я улыбнулась, стерла слезы и прижала к себе Ноэля. Почему же такой юный, он всегда оказывался прав? В его словах больше правды и искренности, чем в душах кого бы то ни было.

- Но это все же родная кровь, - покачал головой Дэвид.

- И что? – рыкнул Тайлер, стрельнув в него глазами, от чего блондин подскочил на месте. – Моя «родная кровь» мне каждую кость переломала. Мне его найти, назвать папочкой и крепко обнять?

- Но тут другое, - высказался Дерек.

- Кейт, - позвал Эван. Он подошел ближе, держа в руке стул, поставил его вперед спинкой и сел лицом ко мне. – Что бы ни случилось, она - твоя мать. У нее своя правда. Подруги у тебя слишком молодые и еще глупые. Они сами не знали, правильно ли поступают. Ты же видела, они просто запутались. Они не понимают, через что мы прошли, и слава Богу! Со временем ты всех их простишь. Они, наверняка, тебя тоже любят и все простят.

- Что они ей простят? – раздраженно фыркнул Тайлер.

Эван лишь одарил друга холодным взглядом в ответ, и снова повернулся ко мне.

- Со временем вы забудете все обиды, потому что вы не чужие друг другу, а в обществе принято прощать. Но с нами тебе будет лучше и безопасней. Ты можешь до безумия любить своих родных и подруг, но только мы понимаем тебя правильно в любой ситуации. Ну, может, не все, но Тайлер и Нил точно. Такой, какой видели тебя мы, никто из них тебя не поймет. То, за что тебя любим мы, для них всегда будет дикостью. Потому что у всех у нас есть общие травмы, кое в чем мы все похожи, и это сплачивает нас настолько, насколько невозможно сблизиться при нормальной жизни или нормальной психике. Но ты их любишь и будешь скучать. Ты поняла, к чему я это говорю?

Переварив все услышанное, я уставилась на Эвана с отвисшей челюстью:

- Это самый длинный монолог, который я только слышала от тебя за целый год.

- Значит, поняла, - довольно кивнул Эван себе самому, поднимаясь со стула.

- Да ты сейчас сказал больше слов, чем за весь год! – рассмеялась я.

Эван лишь молча улыбнулся мне.

Он был чертовски прав, на все нужно время. И сейчас было неподходящее время, чтобы думать о правильности тех или иных поступков. Приоритетным пунктом снова становилось спасение. Но Эван был прав еще и в том, что моей самой большой зависимостью и самой главной привычкой стали эти ребята. Без них уже трудно было представить свою жизнь, а я и не хотела этого делать.

Мне нравился новый распорядок дня, нравились вечерние посиделки и глупая болтовня. Нравились вечные издевки и обзывания гномом. Мне нравилось просыпаться и засыпать с мыслями о них, нравилась их сплоченность. Молчаливость Эвана, задиристость Тайлера, нудные рассуждения Дерека, способного понять любого человека и его точку зрения; я любила смех Ноэля и улыбку Гина, веселье и безумное воображение Скилера, суровость Зейна и умиротворенность Тина, вечную готовность Дэвида помочь и теплый взгляд Нила. Со всем этим я расстаться уже не смогу.

Может, совсем скоро я захочу увидеть маму, и всех тех, от кого сбежала. Но пока, доверившись друзьям, я покидала город, в поисках нового дома. Каждое утро зарядка, а после еды долгая, долгая дорога. Целыми днями на ногах - это уже стало привычкой.

У нас не было конечной цели, но мы продолжали бежать. Нам было нужно проводить каждый день в движении, чтобы сбежать от призраков Лока, от его жуткой тени. Мы не хотели связываться с Мирными, сторонились людей Амелии. Долгое время мы даже не пытались отыскать постоянное убежище. Нам просто нужно было бежать.

Первые несколько недель темп был бешеным, так что к концу дня мы просто валились с ног. Это немного прочищало мозги. Поэтому уже через несколько недель мы позволили себе немного замедлиться и просто «попутешествовать».

В соседних землях мы встретили Стива и повидали его сестренку Амели. Встретили и Шамиля, который уже прекрасно адаптировался к старой-новой жизни. Он записал мне свой номер телефона и попросил обязательно позвонить ему, когда мы осядем где-нибудь. Я была счастлива встретить бывших локовцев, даже если мы прежде не ладили. Мне и не нужно было начинать любить их, я просто была рада узнать, что они живы и приспосабливаются к нормальной жизни.

Закаты, которые мы провожали в человеческом обличие, а после обращались, продолжая путь значительно быстрее, превратились в прекрасный обряд. Страх оставался позади, а будущее виделось гораздо радужнее. Иные стали «всадниками» оборотней, что позволяло нам не замедляться и не разделяться. Моим всадником был Ноэль, поэтому Гин частенько устраивал мне лекции на тему «осторожного вождения», а сам Ноэль, молитвенно складывая ручки, постоянно извинялся за каждый выдранный клок шерсти.

Каждый новый день был наполнен уверенностью, весельем и надеждой. Теперь я верила, что впереди может быть только хорошее, ведь все плохое мы отстрадали уже на две жизни вперед. Плечом к плечу с друзьями, переполненная воодушевлением, уверенностью и чувством защищенности я улыбалась каждому новому дню.

Восхитительные пейзажи не давали мне вернуться к мыслям о родном доме. Но я пришла к выводу, что тот дом никогда больше не будет мне родным. Сейчас, не имея крыши над головой, перебиваясь в дешевых мотелях, я чувствовала, что нахожусь в правильном месте. До наступления осени мы жили как звери, скитались по разным землям. На самом деле, мы обошли лишь малую часть планеты, но я поняла, насколько велика сила природы.

Зеленые поля оказались великолепной кроватью. Изобилие трав и цветов приводило нас с Тином в восторг! Мы наслаждались природой со всеми ее недочетами (если я могу так говорить).

Оставаясь под открытым небом, я обволакивала себя огнем до тех пор, пока не засну, чтобы не беспокоиться о насекомых, которые так нагло заползали куда им вздумается! А когда дождь заставал нас врасплох, мы спешно добирались до жилых районов в ином обличие, одевались и бежали к первому попавшемуся отелю.

Порой, щемило в груди, когда я вспоминала отца или свое детство. Мне всегда казалось, что я довольно-таки счастливый человек. До тех пор, пока я не прошла через ад. Но мы больше не были пленниками Лока, мы обернули нашу тюрьму во что-то выгодное. Мне нравились наши порядки, которых не понимали окружающие, наши привычки и восприятие мира. Наш новый мир не требовал от нас возведения стен, он уже существовал в каждом из нас. Мы лишь искали подходящее место в тени.

Самое большое счастье - иметь людей, которые смотрят на мир так же, как и ты. Только тогда ты чувствуешь, что не одинок. Я больше не одинока.

Вернувшись в место нашего заточения через несколько месяцев, мы сидели вокруг костра в полном молчании. Мы смотрели друг на друга, не нарушая тишины. Под звездным небом, среди пустоты. От Лока не осталось и следа. Земля была выжжена, от нее осталась лишь пустыня. Словно в этом месте никогда не прорастало ни травинки.

Я до конца не понимала, зачем мы вернулись, ведь раны еще не затянулись. Просто теперь не страшно. Когда Эван выдвинул это предложение, я не задумываясь поддержала его. Наверное, наше возвращение было своеобразным обрядом - попытка побороть один из страхов.

Мы долго сидели в полном молчании, и тишину нарушало лишь потрескивание деревяшек в костре. Все чувствовали себя немного подавлено, но в остальном мы были счастливы. Словно какой-то ночной кошмар развеялся пеплом в воздухе. Нам нужно было увидеть, как Лок стерли с лица земли, не оставив ни одного напоминания о нем. Проект Амелии потерпел крах. Хоть, на этой земле все еще царил терпкий запах прошлого, танцующий в паре с душным ночным ветром, но над нами он больше не имел власти.

Порывы ветра играли с моими волосами, опуская их на лицо. Нил убирал пряди мне за уши и снова оборачивался к друзьям. Мы вглядывались в лица друг друга; такие потерянные, с глазами, отягощенными печалью - лица победителей в смертельной игре. Несмотря на грусть, на отголоски боли из прошлого, мы были счастливы, потому что были вместе, живы. По телу растекался трепет.

Обрывки прошлого оживали перед глазами. Когда я впервые столкнулась с Тайлером в Локе, он выглядел агрессивно. Но он был еще более уязвим, чем я. Из его памяти был стерт самый главный этап в его жизни – когда он перешагнул через историю со своим отцом, с избиениями. Как он учился жить заново, как отпускал свои страхи, как боролся с ними.

Без него, его страхов, его боли, не было бы сейчас меня. Я бы умерла уже давно, возможно, в самой лаборатории. А может, еще раньше. Встреча с ним разделила меня на две части; раскол души. Что-то более безобидное, чем раздвоение личности, но не менее значимое. И две эти части меня Тайлер скреплял нитью своей жизни. Темно-синей нитью.

Когда-то Нил отыскал избитого, душевно раненного подростка. И они сбежали. Синяки еще не успели сойти с тела Тайлера, а Нил уже пережил много боли и ужаса. Мальчик, увидевший смерть матери, бежавший в одиночестве через мрак и зло. Мальчик, столкнувшийся с жестокостью взрослых. Он спас себя, Тайлера, и мечтал спасти всех, кого встретит на своем пути. Сильный дух, освещающий путь всем, кто примкнет.

Но Нил не поборол моих демонов. Он связал меня с ними и даже породил новых. Золотая нить - единственная, позволяющая мне дышать. Луч солнца, пробивающийся через холодную тьму.

Заглянув в душу Эвана, мне казалось, что этот парень – живое воплощение ада. Столько боли и ужасов отражали его глаза. Его красные волосы напоминали огонь, сжигающий грешников. Он был настолько же юн, насколько силен и опасен. Дитя небес или ада, но он был больше, чем человек, больше, чем оборотень.

Связывая Эвана с Локом, нельзя не вспомнить его уроки по метанию клинков. Как перекатывались мышцы под обтягивающей водолазкой. Он выглядел как какой-нибудь солдат. Но в душе он всегда смеялся, когда вспоминал, как я пробежалась по нему, удирая от крота-чудища. В его день рождения в Локе его делала счастливым только одна вещь – никто не знал об этом дне. Еще одна ниточка, дополняющая все мое существо. Та, что учит давать отпор собственным противоречиям. Алая, как кровь, сверкающая огнем.

Кто-то мог подумать, что с Зейном меня не связывало ничего, кроме общих друзей. Но он последовал за мной, вслед за Эваном. Он слепо доверился сумасшедшей, оказавшейся под угрозой изгнания. Он не принимал ничью сторону, но он показал мне пример смелости. Этот человек не имел никакой симпатии ко мне, у него не было ни одного повода доверять мне, но он доверился. Он до последнего момента не верил, что я могла привязаться к нему, но стал неотъемлемой частью семьи. Он не просил ни доказательств, ни чего-либо взамен. Зейн никогда не был обязан мне чем-то, но никогда не предавал и не сомневался. Мне только предстояло заглянуть в его душу, но его серебряная нить уже надежно связалась с моей.

Ноэль ассоциировался с цветом древесной коры; в столь юном возрасте он выработал иммунитет к слухам и вранью. Он не сидел без дела, докапывался до правды и верил лишь тому, что видел своими глазами, а не тому, о чем говорили любители потрепаться.

Не мог не вызывать восхищения Дерек, способный по-разному смотреть на одну и ту же вещь. В нашей стае он играл роль самого благоразумного человека, поддерживающего баланс для наших импульсивных натур.

Особый трепет вызывал Тин: успокаивающий, расслабляющий каждую мышцу в теле, вызывающий гордость. Он принимал любые шутки судьбы, как нечто неизбежное. Не поддавался панике и буквально источал умиротворение.

Дэвид пережил большой личностный рост на моих глазах. Из недоверчивого задиры он превратился в заботливого друга и достойного Штопаря.

Сила духа Скилера заставляла верить в невозможное. Его вера была достаточно сильной, чтобы последовать за друзьями, даже будучи человеком. Его преданность провела его через множество страданий, но он никогда не сомневался в своих друзьях.

Гин привносит в жизнь разнообразие и напоминает о двойственности или многогранности.

Кажется, что из всего этого и должен состоять сотканный болью мир. Из этих цветов, из их голосов. Никто не верил мне, и не верит по сей день, но именно это мы и получили в награду – нашу дружбу. Не со страниц романов, не с экрана телевизора, не из мечт или желаний. Но только заплатив непомерно высокую цену, мы смотрели сейчас друг другу в глаза, связанные разноцветными нитями в один узел, в одну стаю.

Именно Лок создал для нас такую сильную связь. Больше, чем дружба, глубже, чем родственные узы. И для того, чтобы официально закрепить эти отношения, и попрощаться с кошмарами прошлого, мы расставались с Локом этой ночью. На этот раз окончательно.

Мы поужинали все в том же молчании, и решили не задерживаться тут понапрасну. Уходя, мы не оборачивались. Перешагнув границу, мы все заулыбались. И даже дышать стало легче. Это место однозначно не станет нашим домом, но мы должны были с ним попрощаться. Чтобы идти дальше.