Amelias

– Николь, подъем!

Именно с этой фразы начался первый рабочий день ученицы Хранителя Ясу Николь. Сладкий сон был прерван громкими словами Ясу, что напрочь отбивали желание ослушаться и уснуть снова. Пришлось быстро приводить себя в порядок и садиться за стол Хранителя.

Когда Ясу только приехала в кафе, она сразу же собрала всех на кухне для серьёзного разговора. А именно чтобы сообщить то, что сказал ей Комитет. Реакция была неоднозначной. Это было похоже на смесь смятения, страха и непонимания, особенно у Хосе. Мысль о том, что Ясу через пару дней покинет место, где проработала четыреста с лишним лет, не давала ему покоя до сих пор.

Николь же относительно спокойно приняла тот факт, что она станет новым Хранителем и займёт место Ясу. Однако тоже была растеряна и не знала, что ей делать. Ясу ее успокоила и сообщила, что взяла на себя ответственность обучить ее тому, что будет необходимо в первую очередь, а далее она все поймёт сама с опытом.

И вот сейчас перед девушкой лежал рецепт воспоминаний души, которая должна прибыть в Амелиас через три часа. Она сонно протирала глаза пальцами и зевала, пока Ясу снова не вытянула ее из грёз.

– Перед тобой рецепт воспоминаний. Он состоит из рецепта, сведений о душе – имя, возраст, дата и причина смерти – и пояснительной записки. Рецепт воспоминаний состоит из набора ингредиентов, которыми являются чувства и эмоции душ. Мы смешиваем эти ингредиенты в единое целое и отдаём прибывшей душе, чтобы она могла вспомнить свою жизнь и объективно оценить себя. В пояснительной записке рассказывается о том, кем была душа раньше, как она жила, какие у нее предпочтения, страхи, вкусы и прочее, что присуще людям. Когда Хранитель получает рецепт воспоминаний, он должен в первую очередь прочитать пояснительную записку и сообщить Собирателю о предпочтениях души.

– А зачем? – сонно спросила Николь.

– Собиратель будет готовить любимые блюда души, чтобы та ничего не заподозрила и спокойно съедала порошок воспоминаний. А теперь читай пояснительную записку и ищи упоминание блюд.

На минуту Николь погрузилась в текст записки, внимательно читая каждое предложение в поисках нужного пункта. Сказав победное «Нашла», она указала пальцем на строку и прочитала вслух.

– При жизни любил ростбиф и клубничное мороженое на десерт.

– Молодец, – удовлетворённо ответила Ясу. – Теперь тебе нужно записать это и отнести информацию Собирателю, чтобы тот начинал готовить блюда к приезду гостя. Листочки лежат на внутренней полочке, над ящиками стола.

Николь достала листок белой бумаги, взяла ручку и переписала блюда, которые Хосе предстоит приготовить. Поднявшись из-за стола, она покинула кабинет и отнесла записку блондину, который уже стоял на кухне и подготавливал всё необходимое для готовки.

– Хосе? – робко окликнула его девушка.

– Тебе следует говорить: «Собирателю Хосе поступили указания», – не отрываясь от дел прервал он. – А уже дальше диктовать всё, что предназначено для меня.

– Хорошо, как скажешь, – девушка глубоко вдохнула и уверенно вздернула подбородок. – Собирателю Хосе поступили указания относительно души, которая должна прибыть сегодня. Гостю следует подать ростбиф с клубничным мороженым на десерт. На этом всё.

– Будет выполнено, – ответил парень и подмигнул с улыбкой, – молодец, справляешься.

Николь смущенно кинула и вернулась в кабинет, где заняла своё место за столом и приготовилась слушать дальнейшие указания Ясу. Хранитель встала перед столом и указала на перечень ингредиентов.

– Твоя задача: взять все необходимые ингредиенты и смешать. Не ориентируйся по цветам, читай этикетки.

Столбик с ингредиентами и их пропорциями состоял из десяти наименований. Большая часть – положительные эмоции и чувства. Николь посмотрела на весь стеллаж с ингредиентами и начала искать взглядом нужные баночки.

Цвета могли практически не отличаться друг от друга, быть не такими блестящими или рассыпчатыми. Без чтения этикеток было действительно трудно отличить одни чувства и эмоции от других. Девушка водила в воздухе пальцем, ища нужные подписи, и осторожно доставала баночки с полок.

Ясу внимательно наблюдала за ней, погрузившись в свои мысли. В голове всплывали воспоминания, когда сама Ясу, будучи такой же юной, училась быть Хранителем. Хоть у нее и был учитель, но приходилось в большинстве случаев самой думать, как правильно всё сделать.

– Ясу? – окликнула ее Николь, которая уже достала все баночки и приготовилась слушать дальше.

– А? Д-да… Итак, теперь поставь перед собой ступку и мерный стакан, он тебе сейчас пригодится, ты пока не умеешь на глаз определять нужные пропорции.

Она дождалась, пока девушка достанет всё необходимое, и продолжила.

– Теперь смотри, в каком порядке идут ингредиенты, и смешивай в точно таком же, перед этим отмеряя всё с помощью стакана.

***

Кто-то тронул ее за плечо.

– Ты снова задумалась, – сказала Николь и села рядом на скамейку.

Поезд, который привёз Ясу, уже час как уехал, оставив после себя только воспоминания о поездке. Хранитель посмотрела на девушку и вопросительно хмыкнула.

– Ты сама не своя. Что-то случилось на заседании?

Та немного подумала, вспоминая разговор с Распределителем Лань, но помотала головой.

– Нет, ничего такого.

– По тебе не скажешь.

Они немного помолчали, пока Николь снова не прервала только появившуюся приятную тишину тёплого вечера. Ветерок дул с моря, принося влажный и немного солёный воздух.

– Я прочитала твою сказку, – робко сказала девушка и потупилась.

Ясу перевела на нее взгляд и недовольно нахмурила брови. Пальцы сжались в кулаки, так что костяшки побелели.

– Я говорила ничего не трогать на моём столе.

– Прости меня, мне просто было очень интересно.

Она помолчала.

– А кто эта… Дева Слёз? У нее такая тяжелая история. Любила человека и его же и убила.

– Это я.

Николь недоумевая открыла рот, будто хотела что-то сказать, но закрыла обратно. Ясу продолжила.

– Это моя история. Я убила человека своей любовью. Точнее, это была душа. После этого я обещала себе никогда не любить душу, потому что это опасно. Души не должны задерживаться в чистилище дольше, чем нужно. Но я пошла против правил и оставила его рядом с собой. Пока он не рассыпался в прах.

– То есть, как – рассыпался?

Хранитель наклонилась на спинку скамейки и закрыла глаза. Уголки губ едва дергались в печальной и отчаявшейся улыбке.

– Он был красив и так молод, что мне стало его жаль. Я была сама еще молодым Хранителем и до сих пор верила чувствам и эмоциям, думала, что всё будет хорошо. Я влюбилась в него и решила, что ему будет лучше со мной. Он жил здесь неделю, месяц, почти год. Мы гуляли по пляжу, сидели в хранилище по ночам и думали о том, что происходит в мире и почему время так скоротечно. О, Хару…

Её голос дрогнул, почти срывался, но она продолжала.

– Душа без очищения не может существовать вечно. Я наблюдала, как он день за днем увядает, словно то дерево на берегу. Его чувства были такими чистыми, как и моя боль в сердце. И вот, когда мы снова сидели на пляже и смотрели на небо, он прошептал, что умирает. Ему было так плохо, что на глаза наворачивались слезы. И там же он исчез. Навсегда…

– Ясу, – тихо окликнула Николь, протягивая руку к ее плечу. – Это не…

– Это моя вина, – отрезала Хранитель. – Я не должна была удерживать его. И тогда я обещала, что никогда не открою сердце кому-либо.

Николь не ответила. Девушка резко подалась телом к Ясу и заключила старшую в объятия. Сердце Хранителя приятно кольнуло, она обняла ученицу в ответ, не говоря ничего лишнего.

***

В кабинет вошел Хосе, прикрыв дверь за собой.

– Мой порошок готов?

Николь посмотрела на него, не переставая смешивать ингредиенты в единую массу, а Ясу уже ушла в хранилище, где составляла все свои сказки на стеллаж.

– Д-да, минутку.

Она достала из ящика пустую баночку и пересыпала весь порошок в нее, плотно закрыв пробкой горлышко. Парень подошел к столу и взял протянутой порошок воспоминаний.

– Ты молодец, – тихо сказал он и ушёл на кухню.