13
Иногда, чтобы забыть о травмирующем опыте, нужно просто смириться с ним. Принять его как должное. Само собой, "опыт". Как часть твоей жизни. Как то, что заставило тебя двигаться вперед. То, что смотивировало тебя изменить ситуацию, решить ее. Прошлое забыть невозможно, навсегда забудьте об этом. Но с ним можно смириться. Его можно поставить в пример. Как цель двигаться дальше. Добиться лучшего. Измениться. Изменить окружение, изменить самого себя.
______________
Иэн переглянулся с Элис.
- Лу, ты уверена? - спросил он меня.
- Уверена. Отвезешь или нет?
Он вздохнул, проведя рукой по своим волосам.
- Да. Конечно. Мне сказать об этом...
- Ничего не говори моему папе, - перебила я его. - Не сейчас.
- Но ты ведь...
- Я правда этого хочу, - повторила я, чувствуя, как к горлу подступает ком, позволяющий говорить, но уже с трудом. - Правда. Просто отведи меня туда.
- Я поеду с вами, - встряла вдруг Элис, взяв меня под руку. - Можно?
- Девочки, у меня только одно пассажирское сиденье, - заметил Иэн.
- Значит, закажем такси. И поедем втроем.
- Хорошо, - одобрила я эту идею.
- Закажем такси, - со вздохом повторил Иэн. - Хорошо. Будет трудно найти такси в этой глуши, но я постараюсь.
_________
Иэну все же удалось найти такси, но получилось это не с первого раза. Это оказался какой-то его знакомый, который согласился подвезти нас за денюжку до назначенного места и привезти обратно.
Мы сказали всем, что поедем где-нибудь погулять (правда, тут даже каких-нибудь парков нет), но на нашу отмазку все поверили. Я оделась в черное длинное платье, волосы собрала, а до макияжа у меня не дошли руки. Как только я встала перед зеркалом и взяла в руку кисть, провести ею по лицу мне удалось с огромным трудом. Рука дрожала от страха, а ком в горле все не отступал, сколько бы я не пыталась успокоиться.
Иэн сел впереди, а мы с Элис - сзади. Я смотрела в окно, чувствуя, как с каждым вздохом мне становится все труднее дышать, а руки на коленях сжаты были так сильно, что побелели костяшки пальцев. Элис, заметив это, аккуратно коснулась моей руки. Я посмотрела на нее. Она попыталась мне улыбнуться, чтобы хоть как-то успокоить, но ей, было видно, удалось это с огромным трудом.
- Все хорошо, Изи, - прошептала она мне. - Мы с тобой. Мы будем рядом. Ты большая молодец.
Я сжала ее руку в ответ и глубоко вздохнула. Когда мы доехали, я где-то секунд тридцать сидела неподвижно, уставившись на этот вид из окна. На кладбище, полное могил.
Взяв всю свою волю в руки, я открыла дверцу машины и вышла наружу. Вокруг стояла такая тишина, что отчетливо было слышно мое громкое дыхание.
Я направилась вперед, ощущая себя словно в мираже. Показалось, Иэн хотел меня окликнуть, но Элис мягко коснулась его руки, попросив его помолчать. Я шла впереди и слышала, как они медленно, не говоря ни слова, следуют за мной.
Кладбище было маленькое. Всего два десятка могил или, может даже, чуть меньше. Я думала, мне придется узнать у Иэна и Элис где находится нужная мне, но они не понадобились... Я наткнулась на одну, стоявшую в самом углу чуть подальше от входа в кладбище. Она единственная была так хорошо заметна издалека. Аккуратно обчищенная, ухоженная, вся в свежих цветах. Ромашки и лилии... Ее любимые...
- Твой папа каждый месяц зовет сюда человека для того, чтобы навести тут все в порядок. Каждый месяц он покупает кучу цветов и просит проследить и, в случае чего, устранить даже самую малейшую царапинку на камне.
От слов Иэна сердце разрывалось на части. Я держалась прямо, словно пригвозденная к земле, словно завороженная, смотрела на камень, на котором была изображена фотография моей матери. Ее имя, фамилия, дата рождения и дата смерти.
Когда я увидела ее фото, мурашки и дрожь прошлись по всему моему телу. По глазам потекли слезы. Длинные темные кудрявые волосы, карие глаза и очаровательная улыбка. Такая красивая, что дух захватывало. Такая искренняя, что всегда хотелось видеть ее снова и снова.
И вот, уже как восемь лет, я видела ее эту улыбку только лишь по памяти, либо во снах. А последние два года - я уже в принципе начала забывать как выглядела не только ее улыбка, но и как она выглядела в принципе. От этого - мне стало еще хуже.
Я подошла и присела на край камня, осторожно погладив его. Капли слез упали на цветы. На эти миллионы цветов, аккуратно расставленные здесь.
- Ты заслуживала не цветы, а целый мир, - прошептала я, опустив голову.
Услышав шепот и отдаляющиеся шаги, я поняла, что Иэн с Элис отошли подальше, чтобы оставить меня наедине. Я прислонила голову к камню и закрыла глаза, чувствуя, как новые слезинки медленно стекают по моим щекам.
- Прости меня, прости меня, прости меня, - повторяла я шепотом, словно молитву. Громче говорить у меня не получалось - голос охрип. Я сидела, касаясь этих цветов и надеясь всей душой, что мама знает про мое присутствие здесь. Что где-нибудь неподалеку ее душа наблюдает за мной. И слышит меня. - Прости, что никогда не навещала тебя. Прости, что пыталась тебя забыть. Прости, что так сильно разочаровала тебя... Я сильно тебя люблю, мам. И буду любить всегда. С папой и Джастином все хорошо, а я... Я постараюсь измениться в лучшую сторону. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты была довольна мною. Прости меня... за то, что так долго избегала реальности...
Я не знаю сколько я здесь просидела. Казалось, время остановилось на целую вечность. Я сидела с закрытыми глазами и тихо плакала, пока не успокоилась. До этого времени ни Иэн, ни Элис ко мне не подходили. Но когда я решила, наконец, встать на ноги, у меня закружилась голова. Крепкие руки легли мне на плечи, подхватив и не дав мне упасть. Иэн обеспокоенно посмотрел в мое лицо. Хотел что-то сказать, но я ему не позволила:
- Я в порядке. Не переживайте.
- Поедем домой? - спросила Элис. - Или куда ты хочешь?
- Давайте поедем домой.
Иэн аккуратно обнял меня за плечи и повел обратно к машине.
Элис держала меня за руку всю дорогу и не отпускала ее. То вытирала мои слезы, то убирала мешающие волосы назад. Уложила мою голову себе на плечо и гладила по плечу, чтобы успокоить. И мне это помогало. Осознание того, что рядом были люди, которые готовы были бросить все свои дела, помочь мне и поддержать в любую минуту.
Я думала об этом всю дорогу. Смотрела на них, понимая, что они готовы сделать ради меня все, что угодно. И пыталась понять почему. Почему я была с ними так строга, почему не ставила их буквально ни во что, а они так переживали. Почему?
Потому что они твои друзья - подсказал мне внутренний голос. Потому что ты дорога им. Потому что они любят тебя.
Но ведь...
Я не могла даже поспорить насчет этой темы. Когда до меня дошло осознание, что у меня нет ни одного аргумента в ответ на слова моего внутреннего голоса, я все поняла.
Они мои друзья.
И были ими всегда...
Мы жили в двух шагах друг от друга, целыми днями проводили время вместе, даже не задумываясь о том, что станет с нами спустя несколько лет. Детство. Оно прошло так быстро и незаметно, как и мои воспоминания - улетели так далеко, что я даже не знала где их теперь искать.
Именно так я думала до той самой секунды, пока вдруг не почувствовала странный и незнакомый мне укол в сердце. Словно туда вонзили острый нож, а в голове запустили непонятный механизм, заставивший меня вылететь из настоящего времени.
Я стала зрителем своего же прошлого. Я стояла на улице, смотрела как маленькая Луиза бегает по полю вместе с любимыми друзьями. Как маленький Иэн не отводит от нее взгляда, смотрит на нее и улыбается в ответ на ее заразительный смех.
А затем Луизе исполняется двенадцать лет. Вечер проходит прекрасно: много цветных шариков, большой вкусный торт, подарки, друзья, родные, много гостей, летняя прохлада, красивое розовое нарядное платье и тот синий бантик на волосах, который в тот день подарила мама.
На следующее утро Луиза просыпается и собирается в очередной раз побежать к соседям, чтобы позвать Элис и Иэна гулять, но останавливается на полпути, потому что ее окликает мама. Кажется, хочет что-то сказать, но не успевает. Падает прямо на крыльце. Папа, бабушка с младшим братом на руках... Мама Элис и Иэна звонит скорой, их папа успокаивает папу маленькой Луизы, который ничего не понимает. Бабушка отдает Джастина в руки Элис и просит всех разойтись. Садится на колени и проверяет пульс мамы. Она не дышит.
В больнице все узнают, что у нее неизлечимая болезнь, о которой никому не говорила. Что ей осталось жить два месяца.
Еще одна пронзающая боль в сердце. Время остановилось на этот моменте. И больше никогда не шло дальше.
На моменте, когда папа бросил деревню и забрал семью, уехав в большой город, в цивилизацию. Где хорошие опытные врачи, самые лучшие больницы.
Но для неизлечимых болезней нет выхода. И ни один прекрасный врач этого не изменит.
Маму похоронили на этом кладбище. На переходе между деревней и городом. И больше никогда об этом дне я не вспоминала. Даже если очень сильно этого хотела...
- Лу, ты в порядке?
Голос Элис вернул меня в реальность. В ту реальность, где я ничего не помнила из своего детства. Где мне было плевать на всех своих друзей, которыми так сильно раньше дорожила. Где я считалась высокомерной эгоисткой и никому не показывала свои настоящие чувства и эмоции.
- Да, - сказала я. - Спасибо вам. Что вы со мной. Я не знаю что бы я без вас делала. Спасибо вам, ребят.
- Нечего нас благодарить, - ответил мне Иэн, смотря в окно. - Нам не сложно. Мы же тебе не чужие.
Элис мягко мне улыбнулась. Я опустила голову.
- Да, не чужие, - прошептала я.
Теперь я знала об этом.
__________
Когда мы приехали, к нам тут же подбежал Джастин с расспросами.
- Куда вы ехали? Что вы делали? Лу, чего ты такая расстроенная?
- Мы гуляли, Джастин, - попыталась отмазаться Элис. Но мой брат не отставал. Осматривал меня, тут же заметив неладное.
- Со мной все нормально. И не называй меня как Иэн! Я Изи, черт возьми!
Джастин фыркнул, недовольно на меня взглянув.
- А мне так больше нравится.
- Я тебя поздравляю. Где папа?
- На крыльце сидит, по поводу работы там с кем-то спорит. А что?
- Не твое дело, Джастин! - взбесилась уже я. - Что за расспросы?!
- Ой, да ну вас! - махнул тот рукой и побежал допрашивать уже Иэна. Тот, расплатившись с парнем, который нас подвозил, как раз зашел в участок.
- Я хотела сегодня вечером посмотреть фильм и попкорн себе сделать. Иэн в город поедет, и родители тоже уедут по делам. Хочешь составить мне компанию?
- Хочу, - улыбнулась я Элис. Она улыбнулась мне в ответ. После чего, пошла к Иэну с Джастином, продолжать слушать расспросы моего брата.
А я пошла к папе.
Он и правда сидел на крыльце. Уже, правда, закончил свою дискуссию с собеседником по телефону. Сидел и с особой грустью смотрел на пустую пачку от сигарет так пронзительно, словно она сейчас внезапно заново наполнится сигаретами. Я улыбнулась. Подошла и молча села рядом с ним, опустив руки на колени.
- Тебе купить новую?
- Не надо, я лучше у Иэна возьму одну, - отстраненно ответил мне папа. Я сначала не поняла что он имеет ввиду, пока тот не продолжил: - Как это делаешь ты.
Джастин. Крыса сопливая!
Я неловко прокашлялась.
- Это...
- Да не надо уже оправдываться, я и так знаю, - прервал он меня. - Сейчас это последнее, что меня волнует касательно тебя. Тебе лучше уж курить, чем разбрасываться незаслуженными обвинениями.
После его слов мы долго молчали. Наверное, минут десять. Просто молчали, даже не смотрели друг на друга. Пока я не решилась заговорить:
- Я поехала к маме.
Папа, наконец, посмотрел на меня. На его глазах застыли слезы. Он удивленно смотрел на меня и не знал даже что сказать в ответ. Поэтому я решила: сейчас мой черед говорить. Отвечать за свои слова, за свое поведение. Извиняться, объясняться. Изливать душу. Впервые за долгое время поговорить с папой по душам. Впервые за долгое время обсудить маму.
Я не могла смотреть на него. Мне было невыносимо видеть эту боль в его глазах. Я опустила голову и стала рассматривать свои руки, будто на них был написан текст, который я обязана была выговорить.
И я говорила. А он слушал. Слушал и молчал...
- Мы никогда с тобой не обсуждали маму. Никогда не упоминали ее ни в одном из наших разговоров. Элис и Иэн сказали мне, что вы каждое лето навещаете маму. Что Джастин смирился с ее смертью уже давно. А я...
- Луиза...
- Я попросила Иэна и Элис отвезти меня на кладбище. Я впервые сегодня навестила маму. Да, мне было очень тяжело. Но у меня получилось, пап. Я вспомнила все. Все, о чем можно и нельзя было забывать. И мне... Мне очень тяжело было это осознать и принять, но я смирилась. Сегодня я смирилась с ее смертью. Знаю, я не самая хорошая и послушная дочь, но я хотела бы, чтобы ты гордился мною. Не всем тем, что я до этого делала и делаю до сих пор. Мое поведение, мой характер, мое наплевательское отношение ко всему и всем... Но я хочу, чтобы ты гордился мною за сегодняшний день и буду делать все для того, чтобы ты гордился мною в будущем. Да, во многих ситуациях я не права и веду себя как последняя тварь, я признаю это. Но я хочу, чтобы, несмотря на все это, вы с Джастином знали, что я очень люблю и дорожу вами. И всегда любила. Как и маму. Я больше не буду избегать реальности. Прости меня за то, что я вчера сказала, пап. И за многое другое. Я правда очень сожалею.
Я во второй раз в своей жизни видела, как мой папа плачет. В первый раз - когда умерла мама. И сейчас. После моих слов.
Он обнял меня и тогда - я заметила, как сильно он дрожал от наполнивших его чувств.
- Моя дочь... Я всегда гордился и горжусь тобой. Ты большая молодец. Я тоже люблю тебя, моя милая.
Мы сидели так, пока я не увидела бабушку, наблюдающую за нами из окна. Увидев мой взгляд, направленный на нее, она "незаметно" вытерла слезы и заулыбалась.
- Ну что вы драму тут развели?! - воскликнула она. - Зовите всех, я пирог испекла!
Мы с папой переглянулись и засмеялись. Бабушка скрылась за кухонной занавеской. Видимо, пошла ставить чайник.
- Я попрошу Энтони подогнать завтра твою машину. Поедешь с ним в город. И карту твою разблокирую. Возвращайся к своей привычной жизни.
- Нет, я не хочу, - покачала я головой, улыбаясь. - Я хочу остаться с вами. И вернусь в город тоже вместе с вами.
- Даже на свой день рождения не вернешься? - удивился он.
Я пожала плечами.
- Мне и так не с кем праздновать. Поссорилась со всеми... друзьями, - на последнем слове у меня вышел особый акцент. Папа не знал о том, что друзей у меня в городе никогда и не было. Возможно, он даже думал, что я до сих пор встречаюсь с Мэттью.
Папа похлопал меня по плечу.
- Тогда устроим тебе тут тусовку получше. Позовем всех ребят, даже алкоголь разрешу купить. И сигареты с Иэном на крыльце курить...
Я усмехнулась.
- Не нужны мне никакие тусовки. Главное, чтобы вы были всегда рядом. Этого мне достаточно.
Папа улыбнулся, погладив меня по щеке.