Ваниль и корица

Я сказала "нет"? Мне это не показалось? – слова звучали в моей голове, оставляя странное, совершенно новое послевкусие. Дувана уже не было. На столе осталась лишь записка — будто подпись под сценарием моего вчерашнего унижения.

«Спасибо за ночлег и тёплый приём, красавица. Мой номер у тебя есть».

Мои пальцы сжались вокруг бумажки, как будто могли раздавить вместе с ней всю мерзость прошлого вечера. Смятая записка полетела в мусорное ведро, но отвращение осталось — вязкое, липкое, как яд, который растекается по венам, отравляя каждую клетку. Захотелось даже сходить в душ и тщательно вымыть руки.

Когда Дэн появился на пороге, я даже не успела обдумать, что сказать. Слова сорвались сами, как будто кто-то вытащил затвор:

— Как ты посмел оставить меня одну с ним?!

Он посмотрел на меня с абсолютным равнодушием, словно я была не человеком, а чем-то незначительным для него.

— Ты сама его пригласила, — равнодушно ответил он, направляясь к кофемашине. Его движения были спокойны, вчерашний вечер ничего не изменил в его мире. — Это был твой выбор. Научись, наконец, отвечать за свои поступки.

Его слова обрушились на меня, как холодный душ. Гнев сменился обидой. А потом — осознанием, которое впилось в меня, как острая игла — он был прав.

Я вспомнила, как легко сдалась на уговоры матери, как не смогла сказать «нет». Я позволила всему этому случиться. И вот теперь я ожидала поддержки от человека, которому уже давно не было до меня дела.

— Ты ему сказала «да», — его голос звучал так, будто мы обсуждали какую-то ерунду, пустяк. — Ты взрослая женщина, Эмили. Пора научиться справляться, а не ждать, что кто-то будет вечно спасать тебя.

Он прошёл мимо, оставляя за собой запах кофе и ощущение пустоты, от чего начало знобить. Я уставилась в окно, вцепившись пальцами в подоконник так, что костяшки побелели от столь смертоносной хватки. Хорошо, что это был лишь подоконник, а не чья-то шея. Например, Дэна...

Справляться? Самостоятельно?

Эти слова гремели в моей голове так, что пульсировало в висках, пока внутри не начала расти странная решимость. Я подошла к мусорному ведру, вытащила смятую записку и бросила её на тарелку. Дуван. Дэн. Все мои страхи. Всё это должно было остаться в прошлом. Я зажгла спичку и пафосно бросила её на тарелку, представляя себя на съёмках собственного клипа. Пламя охватило бумагу и распространялось так же быстро, как мой гнев. Я смотрела, как огонь пожирает каждую букву, пропитанную ядом, оставленную этим человеком.

— Всё. Хватит, — сказала я вслух и встряхнула волосы назад. И в этот момент датчик уловил дым и сигнализация заорала так громко, что я подпрыгнула.

«Чёрт! Не подумала».

Я схватила стакан воды и быстро вылила на пламя.

Дэн ворвался на кухню. Его явно вытащили в самый неподходящий момент: штаны были слегка припущены. Выглядело даже забавно.

— Ты с ума сошла?! — заорал он. — Решила спалить дом? Боже, Эмили, что у тебя в голове?!

Я не сдержалась. Хохот вырвался из груди, истеричный, как будто кто-то сорвал последний предохранитель.

— Так вот что должно произойти, чтобы ты, наконец, вылез из своей комнаты и проявил ко мне хотя бы каплю внимания, — игриво сказала я.

— Ты чокнутая, — бросил он, смотря на меня с ужасом, будто видел впервые.

Он развернулся и ушёл, а я осталась стоять посреди кухни с запахом гари и мокрой тарелкой. Но впервые за долгое время я почувствовала не пустоту, а странное облегчение. Это было начало конца моей старой жизни. Я уставилась на тарелку, на которой лежала чёрная, обугленная кромка записки. Огонь успел уничтожить все написанные слова, и я почувствовала, что действительно начинается новая жизнь.

Я взяла телефон и написала сообщение Зои: «Сегодня мне надо выпить».

Через пару минут пришёл ответ: «В 19:00 в том новом месте на Ривер-стрит. И без твоих толстовок, Эм».

Во мне снова запылал бунтарский дух, и я достала воздушное платье, которое купила просто так, чтобы висело и радовало глаза. Цвет глубокого вина, из лёгкого полупрозрачного материала, создававшего ощущение невесомости. Многослойная юбка длиной до икры шуршала, словно осенняя листва при каждом движении. Одна бретель пересекала плечо, добавляя изящества и романтичности моему образу.

— Ну что, Эмили Пекинс, сегодня ты другая, — тихо произнесла я, поправляя платье и любуясь в зеркало.

Когда я вышла в гостиную, Дэн поднял глаза от экрана. Его взгляд замер на мне. Впервые за долгое время я увидела в его глазах нечто большее, чем равнодушие. Это был интерес. Или лёгкий шок. Возможно. Он даже убрал наушники, как будто хотел удостовериться, что перед ним действительно я и он не спит.

— Ты куда-то собираешься? — наконец спросил он.

— В клуб, — коротко ответила я, беря сумочку с полки.

Его брови приподнялись, и в воздухе повисла пауза. Казалось, он собирался что-то сказать, но передумал. Вместо этого он вернул взгляд на монитор, делая вид, что ничего не почувствовал.

— Не задерживаю, — бросил он, снова погружаясь в свою игру.

Я улыбнулась, довольная его реакцией.

Клуб «Ривер-Найт» встретил нас громкой музыкой и сверкающими огнями. Басы вибрировали где-то в груди, словно пытались вытеснить все неприятные воспоминания. А воздух был пропитан потом и алкоголем. У входа меня уже ждали Зои и Софи.

— Боже, Эм, ты выглядишь потрясающе! — вскрикнула Зои, обнимая меня. — Не верю своим глазам.

— Привет, красотка, — присоединилась к ней Софи, скользнув взглядом по моему платью. — Расскажешь, что случилось и откуда такие перемены?

— Расскажу, но только не сегодня, — загадочно ответила я с лёгкой улыбкой. — Сегодня я хочу пить и веселиться.

Мы вошли в шумный бар, где люди танцевали, смеялись, поднимали бокалы, будто здесь не существовало проблем и забот. Совершенно другой мир, где начинается жизнь. Найдя свободный столик, мы сразу заказали коктейли, которые тут же принёс симпатичный молодой официант.

К чёрту старую жизнь!

Я пила один коктейль за другим, хотела утопить в них своё прошлое, обнулиться с помощью горького вкуса спирта. Зои и Софи то и дело смеялись, вовлекая меня в разговоры и шутки, но вскоре я отвлеклась. Взгляд привлекли девушки, смело танцующие на барной стойке. Они были дерзкими, яркими, не боялись быть в центре внимания.

— Хочу попробовать, — внезапно произнесла я, удивляясь сама себе.

— Что? — переспросила Зои, не сразу понимая.

— Мы идём туда! — с вызовом заявила я, указывая на бар.

— Вот это я понимаю настрой! — рассмеялась Софи, хватая меня за руку. К счастью или нет, но уговаривать их не пришлось.

Мы быстро добрались до бара, и бармен, заметив наши намерения, только одобрительно кивнул, указывая, куда можно взобраться. Музыка, казалось, стала громче. Я забралась на стойку первой, чувствуя, как адреналин разливается по телу. Рядом оказались Софи и Зои, и мы начали танцевать, подчиняясь ритму.

— Как же здесь круто! — кричала Зои. — С возвращением, Эмили Пекинс! 

С каждой секундой я ощущала себя всё увереннее, вспоминая движения бёдрами, которым нас учили на мастер-классе. Музыка буквально поглощала меня, заставляя полностью забыться. Но коктейли, что я пила весь вечер, скоро дали о себе знать. Голова начала кружиться, а ноги предательски подкосились. Внезапно я почувствовала, как теряю равновесие. Всё вокруг стало расплываться, и я уже готовилась к жёсткому удару о пол, но этого не произошло. Вместо холодного кафеля я ощутила руки, которые вовремя подхватили меня.

Следующее, что я помню, — меня усаживают в такси. На руках я заметила знакомые часы, когда незнакомец помогал застегнуть ремень безопасности. «Интересно, та надпись случайно не Patek Philippe?» — вспомнила я, но всё плыло перед глазами, и я не смогла прочитать. И, кажется, даже провела пальцем по тёмным волоскам на руках, пока не отрубилась.

Утром я с трудом открыла глаза. Свет из окна слепил, заставив меня зажмуриться и повернуться на бок. Голова гудела, словно басы всё ещё играли внутри, и мне казалось, что я и правда всё еще слышу музыку.

«Вот это я обнулилась. Молодец, Эмили Пекинс».

Я подняла руку, пытаясь нащупать телефон на прикроватной тумбочке, но тут же скривилась от боли: плечо ныло, напоминая о вчерашнем падении — или, правильнее сказать, о «твёрдых мужских руках». Как-то совершенно не нежно меня подхватил на руки мой принц. Вот она, реальность — до сказок мне ещё совсем далеко.

Вздохнув, я медленно поднялась и осмотрела себя. О нет, платье порвано. Его тонкая ткань, которая когда-то так идеально сидела на мне, теперь висела неровными лохмотьями, обнажая плечо и подол. Недолго оно мне прослужило... Стало обидно. Картинка прошлой ночи всплывала в голове урывками. Зои и Софи. Танцы на барной стойке. Счастье, которое я испытывала в тот момент, и чувство, что мне подвластно всё. Но затем последовала расплата — тот момент, когда земля ушла из-под ног. Мужские руки. Голос. Знакомые часы. Я провела пальцами по ткани платья, разглядывая рваную кромку, и направилась в ванную, стараясь не обращать внимания на отражение в зеркале, но всё равно бросила на себя мимолётный взгляд. Я словно была не в клубе, а на войне. Интересно, сколько осталось выживших после этой ночи?

Мой телефон завибрировал. Это была Софи.

— Ну как ты, звезда барной стойки? — весело спросила она, даже не дождавшись моего «алло».

— Спасибо, я жива. Еле, — ответила я. — Видели, кто подхватил меня вчера?

— Ох, это был такой момент! — Софи явно наслаждалась рассказом. — Ты практически рухнула, но тут тебя подхватил он. Забыла его имя, на «Д» кажется. 

— Может на «М»? — вспомнила я инициалы на белоснежном платке.

Не помню.  А ты умеешь, оказывается, знакомиться, — засмеялась она. — Научишь?

— А как он выглядел? — перебила я.

— Словно с обложки журнала. Правда, было темно, чтобы хорошо его разглядеть и я была пьяна. Но эти сильные руки...Ох...

— Понятно, — я вздохнула.

Нужно в следующий раз контролировать количество выпитого. Мне так хотелось забыться, что я упустила свой шанс познакомиться с тем самым незнакомцем, который любит кофе с щепоткой корицы и ванили. Я почему-то была уверена, что это был именно он. Жизнь должна была нас вновь свести. Однако я снова не была к этому готова.

«Вы всё ещё остаётесь для меня загадкой, Мистер МК».