Ласточка

В лагере пионеры и вожатые провели уже неделю.

   После случая на ужине в первый день, когда любимый наш Юра снова украл булку у кого-то из пионеров, а точнее, у Влада, у которого он крал булку две смены назад, Никита думал что все повторится. Что Влад снова прольет на Юру чай, и второй опять подожжет столовую. Но, на удивление, ничего из этого не случилось. Наверное, в лагере этому обрадовались все, в том числе и Святов.

   Никита даже заметил, что на следующий день за ужином у Влада оказалась не одна булка, а две, а у Юры в свою очередь не было не одной. Он что, поделился? Впервые у него такое поведение. «Удивляет», — усмехнулся про себя Никита, ковыряя вилкой салат в тарелке.

   Хотя, возможно, Юру заставила это сделать вожатая первого отряда. Потому что на ужине у нее была такая улыбка, будто она отомстила кому-то, кому хотела это еще с эры динозавров, а вот Юра сидел недовольным и даже немного грустным. Ну конечно, он же эти булки обожает больше лагеря и наверное родителей. Прям как Сева обожает свой музыкальный клуб. Каждый любит свое, как говорится.

   За неделю ничего не произошло, пионеры только и делали, что занимались своими делами. Но не только делами по должности, но и другими, например как: «расставьте тарелки с едой на стол, подметите там, тут и тому подобное». В общем, ничего серьезного, обычные дела, которые пионеры делают каждую свою смену.

   Сева, Юра, Ангелина и еще одна девочка из музыкального клуба подготавливали песню для предстоящего мероприятия. Никита и Лиза подготавливали сценарий этого мероприятия, которое будет на следующей неделе в пятницу.
Так сказать, встреча смены, ее открытие. В остальных отрядах тоже готовили сценарий, только для своих пионеров, как свое индивидуальное выступление. Лиза предложила Никите попросить кого-то спеть, но тот лишь отмахнулся. Все таки одна из девочек в музыкантом клубе певец, вот она и споет.

   На удивление, не смотря на то, что первый отряд тот еще бездельник и у них есть главные хулиганы всего лагеря, к мероприятиям они всегда готовились усердно, тщательно и серьезно. Хотя бы в этой отрасли не опозориться, как не знаю кто. Наверное, таковы были мысли каждого пионера из первого отряда.

   Для старших отрядов, начиная с 15 лет, то есть для второго и первого, после мероприятия будет дискотека до 10 вечера. Она в лагере случается не так часто, как хотелось бы, поэтому все очень обрадовались такому исходу событий. Даже те, кто обычно на дискотеках просто стоит и либо смотрит на танцующих, либо переговаривается с кем-то. Может хоть раз или два выйти и потанцевать, когда играет иностранная песня. Или песни группы «Мираж».

   Сейчас по времени был полдень и всех пионеров отправили на тихий час, кроме тех, кто будет готовиться к мероприятию, поэтому Севы сейчас не было в домике. После той драки в первый день Святов и Сувецкий так ни разу и не заговорили.

Как и предполагалось, Сева не соврал Никите по поводу того, что он будет в домике только для сна. Он действительно приходил сюда только чтобы поспать. Святов его видит всегда только перед отбоем и в столовой на время приема пищи. И в этих промежутках Сева никак не пытался заговорить с Никитой. Да и Святов сам не хотел этого делать.

   Никита лежал и смотрел в коричневый деревянный потолок домика. Вглядывался в различные щели, то и дело наклоняя голову в разные стороны.

   Всю неделю Никита пытался вспомнить, где он мог видеть их вожатую Викторию Владимировну, потому что лицо слишком знакомое для него, да и Юра странно на нее реагирует и поглядывает. «Значит», — сделал вывод Никита, — «мы оба ее знаем так как даже в не лагеря везде ходили вместе, потому что живем в одном городе и одном дворе». А ведь есть и тот факт, что они то и вместе поехали в этот лагерь. Когда Никита узнал, что его друга отправляют сюда, напросился сам. Ну, спустя пару лет правда. У родителей Никиты были некоторые достижения, чтобы отправить сюда своего сына, и после его запроса они сразу согласились на такое.

   Спустя 15 минут дальнейших размышлений Никита резко сел. Он вспомнил, где видел ее, Викторию Владимировну.

   Это случилось 6 лет назад. Достаточно давно, не так ли?

                              *Прошлое*
   Это был декабрь 1983 года. На улице еще с середины ноября лежало много снега, так столица СМСР, город Санкт-Клютербург (прототип Санкт-Петербурга), был одним из северных городов страны, и зимы с большим количеством снега начинались с ноября и длились до самого конца марта, а то и середины апреля. Многим жителям это не нравилось, но Никиту это даже привлекало. Святов любил зимнюю погоду, особенно вьюги и снегопады, выпадающие на 31 декабря, от чего Новый год ощущался острее.

   Никита, Юра и их общий друг Ульянов Дима не спеша шли к месту проведения так называемых сборов.

   Ульянов был в группировке «Квартал», или же, «пацаном», и часто брал Юру и Никиту с собой на некоторые сборы, которые устраивал их старший.*

   Святов с Пчелкиным не были участниками не одной из группировок, поэтому ходили с Димой только на «светские беседы», как он их называл.

   Они разговаривали на разные интересные для них тему, как вдруг Дима заговорил:

— А я вам рассказывал, что сегодня за повод?

— Нет. Расскажешь? — подал голос Юра, который практически всю прогулку молчал.

— Мороза же знаете? Ну, этого, Витю Морозова,— шепотом произнёс Дима. Мороз считался авторитетом на их улице.

— Ну, знаем, что дальше? — спросил Никита почему-то тоже шепотом, хотя на улице они были одни. А он даже оглянулся по сторонам для убедительности.

— Так вот. Он сегодня с сеструхой своей знакомить пацанов будет. Говорит, младше его на 4 года, — улыбнулся Дима.

— Это получается она нас старше? — спросил Юра, засовывая руки в карманы своей куртки.

— Да, на 2 года, — кивнул Дима, повернувшись головой в его сторону.

   Ребята на время замолчали. Первый раз, когда они будем знакомиться с кем-то из родни знакомых, так тем более из родни самого Мороза.

— А ты о ней что-то знаешь хоть? — подал Никита голос, поворачиваясь к дороге. Юра дернулся, так как они долго молчали.

— Ниче не знаю. Ну, только что ее Вика зовут, — пожал плечами Дима.

— Интересно, — только и сказал Никита с Юрой одновременно. После этого они переглянулись и засмеялись.

   Они снова замолчали, но спустя несколько минут снова стали разговаривать на другие темы. Только уже не обсуждая Мороза и его сестру.

   Спустя 20 минут они пришли на место проведения сборов. Пообщались с пацанами и стали ждать приезда Вити и его сеструхи. Долго ждать его не пришлось.

   Он приехал на машине и сначала Никита с Юрой могли подумать, что это машина его отца, но Дима будто прочитал их мысли и сказал, что это его личная машина. Сдал на права недавно. Ну, хоть без прав не ездит. Еще больше авторитета, так как много людей из группировок ездят на машинах без прав. А кому-то из них даже 16 лет нет**.

   Он вышел с водительского места и сначала поприветствовал всех, пожав им руки. И на удивление Никиты, это и его не прошло стороной, потому что он как-то оказался спереди. Вытолкнул кто-то? Святов не стал поворачиваться назад и спрашивать, кто это сделал.

   И только после всего этого Морозов открыл дверь заднего пассажирского сиденья и оттуда вышла девушка лет пятнадцати. По росту она была чуть ниже Юры с Никитой, хотя им, как бы, было только по 12 лет. Да, среди всех пацанов они были самыми младшими. А Диме недавно исполнилось 16. Вот так разница в возрасте, не так ли? Но они на этом решили не зацикливаться.

   У Вики были темные волосы до плеч и серо-голубые глаза, почти того же цвета, как у Святова, но у него они были намного голубее. На ней было бежевое пальто и черные сапоги. Чувствовала она себя некомфортно, и Никита с Юрой её понимали . Оказаться среди стольких персон противоположного пола может показаться не очень***.

   Мороз взял её за руку и представил Никите с Димой и Юрой и пацанам.

— Знакомьтесь, это моя младшая сестра, Морозова Вика. Будет участвовать на таких легких сборах. Можете называть её «Морозко»! — воскликнул Мороз и они все хором поприветствовали эту запуганную девушку.

   Юра хмыкнул и Никита понял почему. Морозко, прекрасное прозвище. Хотя, возможно, Пчелкин хмыкнул по другой причине, но никто этого не понял.

   У Никиты с Юрой и Димой они тоже были, прозвища. У первого, как и у половины пацанов, прозвище было от фамилии — «Пчела». У Димы было прозвище «Пульт», так как он часто устраивал просмотр фильмов для пацанов. У Никиты было прозвище «Рубашка». Святов даже не знал, от чего оно пошло, но ему об этом знать было не обязательно. Он никуда не хотел встраиваться и ходил на такие встречи только из-за своего лучшего друга.

Все немного пообщались и договорились пойти в какое-нибудь обычное кафе с дешевыми ценами, так как денег у них у всех было мало. Даже не смотря на то, что у Мороза есть своя машина. Он копил с 10 лет.

   Никита разговаривал с Димой, а позже заметил, как Юра и Вика о чем-то переговаривались, но Святов не слышал их разговора.

— А ты не слишком мелкий для такого? — спрашивала у Пчелкина Вика, когда все прошли вперед и они были последними.

— А ты? За братом увязалась? — не оставался в долгу Юра, складывая руки в груди. Как назло, Юра был самым низким, даже ниже Никиты, поэтому Вика так на него среагировала.

Она ничего не ответила, только ухмыльнулась и, задев нарочно плечом Юру, поспешила вперед за своим братом.

                          *Наше время*
   Теперь то Никита точно вспомнил, откуда он знает Викторию Владимировну. Сестра убитого Мороза! «Ну и ну. Как так получилось, что она пошла работать вожатой именно в наш прекрасный лагерь под названием «Ласточка»?» — пронеслось у Никиты в голове, когда он приподнялся с кровати от неожиданного ударившего в голову осознания.

   Никита всем сердцем надеялся, что Вика узнала только ненаглядного Юру, а не его еще. Святов и Морозова не так часто пересекались в прошлом и Никита надеется, что она его не запомнила. Прошло шесть лет с последней их встречи, Никита пипец как изменился, в отличие от Пчелкина, как там вспомнить? Да и Святов сам не хотел лишний раз напоминать.

   Ему надоело сидеть в домике и он решил пойти прогуляться. Уснуть все равно не получилось, но никто не заставлял его это делать. Ему просто разрешили остаться.

   Никита бы мог сейчас вместе с Лизой готовиться к мероприятию, но она сказала, что сама сделает сегодняшнее задание от вожатых, а также ей нужно сделать что-то одной, без Никиты, поэтому легко и быстро отпустила его, как только он подошел к сцене.

   Святовпроходил вдоль дорожек мимо домиков, в которых спали пионеры и даже не заметил, как свернул на дорожку, ведущую к музыкальному клубу. Это случилось само собой. Либо, он хотел встречи с кое-кем.

   В музыкальном клубе первого отряда было четыре человека. Сева был пианистом, Юра гитаристом, Ангелина барабанщицей (в лагере до сих пор этому удивляются), а пионерка по имени Лена иногда отвечала за вокал, но в основном играла на скрипке.

   Подходя к музыкальному клубу, Никита удивился.

   Сева, Лена и Ангелина стояли на улице, а в окне можно было разглядеть стоящую к двери Викторию Владимировну и сидящего на стуле Юру с гитарой. И оба, судя по всему, были напряжены до предела.

   Никита подошел к троице и спросил:

— А вы чего тут втроем стоите?

— Да вот... , — начала неуверенно Лена, но Ангелина сказала все вместо нее.

— Мы играли и на середине тихого часа и нашей игры к нам зашла Виктория Владимировна и попросила выйти на пару минут, — она заправила за ухо выбившиеся пряди. У Ангелины были темные волосы длиной по каре, и часто челка лезла в глаза и её приходилось все время убирать за уши.

— Сказала, что ей нужно поговорить с Юрой. Он снова что-то натворил по её словам. Да и не сложно самому догадаться, — закончил Сева, странно посмотрев на Никиту, а потом отвернулся в сторону домиков.

   Святов то думал, что он сегодня утром таким довольным выглядел. Понятно. Уже что-то опять натворил. Но не по отношению к пионерам, кто-то из них бы закричал про это на весь лагерь и об этом сразу же узнали все, может даже администрация.

   Он сделал что-то по отношению к вожатым? И, судя по всему, к Виктории Владимировне. Интересно. Спустя неделю.

   Никита тяжело вздохнул и принялся ждать, пока уйдет вожатая, чтобы вместе с Севой, Леной и Ангелиной зайти в музыкальный клуб и спросить, что же сделал Юра и о чем с ним переговаривалась Виктория Владимировна.

***
С первого дня прошла неделя и Юра все это время ничего не натворил ни вожатым, ни администрации, ни пионерам. «Ну так дело не пойдет! Кому еще хранить роль главного хулигана всего лагеря Ласточка?» — думал про себя Юра, мысленно восхваляя.

Из троих выборов между вожатыми, администрации и пионерами Пчелкин решил выбрать ячейку «вожатые», а точнее их вожатую Викторию Владимировну. «Фамилия Морозова, а кличка в 1983 была Морозко? Значит будет принимать холодные ванны».

Это была почти ночь, а точнее, как всегда 5 утра. Юра опять поспал всего лишь до 4 ночи, ничего нового. Думал, на прошлой смене будет последний раз его «бессонница», но она настигла его и тут. А почему? А потому, что объявилась уважаемая Виктория Владимировна.

   Часто из-за прошлого, связанного с Морозом, Юру мучают кошмары и он часто просыпается посреди ночи и не может долгое время заснуть. Иногда он гуляет, или просто лежит и смотрит в потолок в таких случаях.

Юра опять скривился при упоминании ее почти полного имени, даже если без фамилии. Тяжело будет еще три месяца ее терпеть, как вожатую. Ну ничего, сейчас зато весело будет.

Пчелкин знает путь как добраться до крыши вожатых, спасибо тем двум мальчикам в первый день, поэтому он с легкостью залез на дерево.

Юра забрался на толстую и ближайшую к домику ветку и осмотрелся по сторонам. Солнце уже поднималось, но до подъема пионеров было еще рано. Можно было бы поспать еще два часа и проснуться как обычно в семь утра, но Юра захотел устроить вожатой подъем в пять утра. Ну так, для профилактики.

В крыше вожатых находилось маленькое окошко, которое открывалось с двух сторон. Юра даже не помнит, как оно там оказалось...****

Пчелкин взглянул на него и улыбнулся во все зубы. Окошко находилось как раз над кроватью Виктории Владимировны. «Отлично! Даже просто прекрасно!»

Убедившись, что все нормально и вожатая спит крепким сном, Юра слез с дерева и схватил ведро с холодной водой. В 4 часа утра он знал, что будет делать, поэтому взял ведро из кладовой, которая почему-то всегда была открыта, сходил к озеру у главной беседки лагеря и набрал воды. Там она всегда ледяная по утрам. Хотя нет, ледяная она там всегда.

В очередной раз поднявшись на крышу вместе с ведром, что было значительно тяжелее, он осторожно поставил его рядом на толстую ветку, чтобы не слетело, и тихо открыл окно, которое никогда не закрывали на замок, которого просто не было.

  Юра взглянул на Викторию Владимировну. Спящей она даже выглядело немного привлекательно. Темные волосы ниже плеч, почти по грудь, расплелись по подушке, глаза закрыты, рот чуть приоткрыт. Но, к всеобщему сожалению, Юре такие не нравились. Его больше привлекали светлые и короткие волосы.

Юра вздохнул и взял ведро с водой в руки. Немного погодя, он поднес его к окну и через него вылил воду на Викторию Владимировну, при этом зажмурив глаза и прислушиваясь.

Брызги полетели во все стороны домика, и вожатая, быстро распахнув глаза, села на кровати. Она приоткрыла рот и было видно, что она очень сильно возмущена. Виктория Владимировна стала озираться по сторонам, а позже Пчелкин услышал тихий голос Александра Алексеевича, который не сильно был удивлен водой, но на все таки попало. Юра заметил, как он подошел к кровати и посмотрел в окно прямо на него, приподняв уголки своих губ. Смотрел он долгие несколько секунд, пока Виктория Владимировна смотрела на свою мокрую пижаму. А после вожатый указал в пальцем, чтобы вожатая посмотрела туда же, куда и он, при это сразу приняв серьезный и спокойный вид. А Юра понимал, что в какой-то степени Александру Алексеевичу смешно с Юриной проделки.

Увидев Пчелкина, взгляд Виктории Владимировны еще больше наполнился ненавистью. Все таки спящей она выглядела лучше, чем сейчас, особенно когда она была вся мокрая от ледяной воды. Юра улыбнулся ей, а когда заметил, что она встала с кровати, быстро спрыгнул с крыши на ветку, а затем на землю, и побежал вдоль дорожек в противоположную сторону от своего домика и домика вожатых.

Пчелкин даже один раз развернулся и заметил, что Виктория Владимировна хотела броситься бежать за ним, но Александр Алексеевич остановил её, дотронувшись до плеча. Вожатой только оставалось как вздохнуть, и направится обратно в свой домик переодеваться.

Юра уже разворачивался обратно в сторону дорожек, и перед тем как вожатый зашел обратно, Юра все равно успел заметить, как Александр Алексеевич слабо улыбнулся ему вслед.

Конечно, на утро, а точнее в тихий час, Юра не обошелся и без разговора с Викторией Владимировной. Удивительно, что она не завязала разговора после завтрака или до него.

Музыкальный клуб репетировал новую и сложную для игры песню, как вожатая ворвалась в их клуб и попросила всех выйти оттуда, кроме Юры, сказав, что ей нужно с ним серьезно поговорить. Юра только хмыкнул.

Когда все вышли, Виктория Владимировна согнула руки на груди и встала у двери. Посмотрела на Пчелкина, сидящего на стуле с гитарой в руках, и спросила:

— Юр, ты зачем это сделал утром?

— Что сделал? — улыбнулся пионер и сделал вид, будто не понимает, о чем она говорит.

— Залез на крышу и облил меня водой, как она вообще была открыта, — сказала она возмущено, еще бы фыркнула, как бык, увидевший красное полотно, — так еще и убежал потом. И все это сделал в пять утра!

— Да я проснулся в четыре и мне было нечего делать, вот решил и прикольнуться, — лишь пожал Юра плечами.

— Весело ты конечно прикольнулся. Ледяной водой облил! — воскликнула вожатая, прислонившись спиной к двери, медленно поворачивая замок на ней.

— А как тебе еще надо будет оправдать свою фамилию, Морозко? — спросил Юра у нее, ухмыльнувшись. — Давай, ледяная вся, принимай такие же ванны с удовольствие.

Юра будет эгоистом, если скажет, что ему понравилось выражение лица вожатой, когда она услышала про свою кличку, данную ей её братом 6 лет назад. Да, Виктория Владимировну, он её запомнил.

— Все с тобой ясно, Пчела, — произнесла она, наблюдая за удивлением на Юрином лице.

У него был шок. Страх. Страх за то, что она узнала.

— Ты... — произнёс он, не в силах что либо сказать ещё.

— Да, Юра, я тоже помню твою кличку, данную тебе моим братом. Я помню о тебе все. От «А» до «Я». А еще помню «Рубашку», только вот он меня похоже не вспомнил, — сказала Виктория Владимировна и вышла из музыкального клуба с довольной улыбкой на лице.

Как только она его покинула, в клуб сразу забежали Сева, Лена и Ангелина. А сзади Юра даже заметил Никиту. «Чего он сюда приперся? Не должен же он подготавливаться к мероприятию с Агатовой?»

Они расспрашивали Пчелкина о разговоре с Викторией Владимировной, но Юра не слышал их. В ушах стоял шум. Он выглянул в окно и посмотрел вдаль уходящей вдоль тропинок вожатой.

На секунду ему стало страшно. От клички. Она наверное спустя неделю уже узнала о неком Пчелкине. Должен же был Александр Алексеевич рассказать. Или даже другие вожатые, например Денис Макарович, который все время крутился возле Виктории Владимировны, а она была этому только рада и отвечала на все его прикосновения и комплименты.

А если вожатая помнит его кличку, значит, должна помнить, что она от фамилии. И не сложно же догадаться, от какой фамилии может быть такая кличка! И скоро Виктория Владимировна поймёт, что это Юра весь этот ужас творил под этой фамилией, расскажет всем вожатым и администрации и его выпрут из лагеря. Конец сказочки и его последней смены.

Юра все также смотрел в окно. Спустя время ор захотел уйти. На сегодня хватит с него. Он не хочет больше в этом клубе находится. По крайне мере сейчас, куда же он навсегда уйдет из него?

Никому так и не ответив, Пчелкин положил гитару на стул и выбежал за дверь. Никита уже было выбежал за ним, но Сева остановил его, взяв за предплечье. Юра помчался к своему домику. На удивление, единственный, кому он мог сейчас обо всем рассказать, был Вентиш. Потому что он ничего не знает об этом. Он не был там, во время её приезда. Он ни черта не знает. Ни о чем. Поэтому Юра не думал, что Соколов будет спрашивать у него миллион вопросов по этому поводу.

———————————————————————————
*Так как СМСР прототип СССР, то и группировки тут тоже есть. Некоторые «пацаны» разрешали другим приводить друзей на безобидные сборы, такие как знакомство с кем-то из своих, поездка куда-нибудь без последствий и так далее. Дальше друзья «пацана» выбирали - вступать в группировку, или же продолжать ходить из раза в раз. На драки с другими группировками ходить было запрещено, только если ты не вступишь и все не узнаешь
**В СМСР ты мог сдать на права в 16 лет и в этом же возрасте их получить и ездить на машине
***В СМСР в 80-90-ых годах происходило много изнасилований в городах, особенно маленьких, мало населенных, поэтому женщины начинали бояться мужчин и старались обходить их стороной, особенно если он незнакомец и странно выглядит
****Три-четыре смены назад Юра уже залезал на крышу домика вожатых и сделал дырку в их крыше. Ее решили заделать в виде маленького окошка, которое будет открываться с двух сторон, а Юре запретили лазить на крышах всех зданий