Покинутая

 Сражение длилось бесконечно, ночь растянулась, будто стала самой сутью кошмара. Эти твари, порождения тьмы, возникали, словно из пустоты, их щупальца извивались, как змеи, стремясь схватить, задушить, подчинить. Но всё же они были не так сильны как та тварь которая окружила Тенебриссу. Их присутствие отравляло воздух, и каждый вдох был полон зловония гнили и разложения, но их можно было убить магическими клинками.

Тео и Ансель двигались, как единое целое, их движения были отточены до инстинкта, словно они всю жизнь сражались бок о бок. Его магические кинжалы вспыхивали в воздухе, словно раскалённые звёзды, и каждый бросок был точен до безупречности, разя врагов в их самых уязвимых местах. Твари корчились, их вопли сливались в одну мучительную симфонию.

Но настоящая мощь раскрывалась, когда их магии переплетались. Тео вскинул руки, и из-под земли вырвались огромные валуны, камни, расколотые и покрытые магическими рунами. Они взлетали в воздух, повинуясь его воле, словно были живыми. Ансель, рядом с ним, вытягивала руки, её пальцы вспыхивали ярко-красным светом, словно в её венах текла лава. Её магия охватывала эти камни, превращая их в огненные шары, ревущие, как живые существа.

Когда первый такой снаряд полетел в сторону врага, вся поляна озарилась огненным светом. Камень, облитый пламенем, врезался в самую плотную группу тварей, и в следующий миг разлетелся на тысячи осколков. Острые огненные лезвия разрывали существ на части, словно раскалённый дождь, способный сокрушить всё на своём пути.

Вокруг взметались искры, оставляя ожоги на земле, воздух раскалялся, становясь почти невыносимым. Ансель и Тео двигались синхронно: пока один поднимал новый валун, второй уже готовил его к атаке. Их сила была разрушительной, ошеломляющей - как удар стихии, которая не признаёт преград.

Тео, взмыленный, бросил взгляд на Ансель и заметил, как её глаза горят тем самым магическим светом, который пробуждал что-то внутри. Её магия - яркая, горячая, как сама жизнь. Его - тяжёлая, несгибаемая, как сама земля. И вместе они были неотвратимыми.

Каждый их совместный удар разносился по полю боя гулом, и тьма дрогнула. Твари пятились, но их было слишком много, снова и снова Ансель с Тео посылали в них огненные смерчи.

Ансель чувствовала, как магия покидает её, истощённая постоянным использованием. Когда она метнула последний огненный вихрь, сжигая нескольких существ до пепла, у неё перед глазами замелькали темные пятна. Остатки магии теплились в кончиках пальцев, но их было недостаточно даже для слабого светлячка. Всё, что оставалось, - это клинки пропитанные магией.

На мгновение Ансель взглянула на Тео, их глаза встретились. В этом взгляде было больше, чем просто союзничество в бою. Это была молчаливая клятва - сражаться до последнего вздоха, пока от них двоих ничего не останется.

Нора, использовала свои зелья, чтобы ослепить или взорвать врагов. Кадзар держался в центре, словно стержень, объединяющий их усилия. Его тёмная мантия развевалась в такт движениям, меч вспыхивал, как звезда, и каждый его удар разрывал пространство вокруг на искры. Но магия, которую он скрывал, до сих пор оставалась тайной.

До рассвета.

Когда первые лучи солнца пробились сквозь деревья, твари начали дрожать и отступать, неохотно подчиняясь какой-то невидимой силе. Но внезапно один из них - крупнейший, словно тьма внутри него была гуще и старше самой ночи - бросился вперёд, намереваясь нанести последний удар.

Тогда Кадзар шагнул вперёд.

Его меч исчез, растворившись в свете, который внезапно вспыхнул вокруг него. Земля под его ногами треснула, разлетаясь, словно испуганные птицы. Из его ладоней вырвались серебристо-синие потоки, напоминающие молнии, и они ударили прямо в монстра. Тварь завыла, звук разлетелся по лесу, заставляя деревья дрожать, а их ветви сыпаться на землю.

Магия Кадзара была древней, чистой, почти первобытной. Она была не просто силой - это была воля, властная, не знающая преград. Воздух вокруг него стал густым, электризованным. Глазами можно было уловить потоки энергии, танцующие вокруг его тела, словно преданные духи, защищающие своего хозяина.

Когда его руки взметнулись, весь лес озарился светом, разрывая остатки тьмы на части. Твари исчезали, будто растворяясь в этом сиянии, их вопли были болезненными и жалкими.

Когда всё кончилось, он стоял, опираясь на меч, вновь вызванный из пустоты. Его дыхание было тяжёлым, но взгляд оставался холодным и сосредоточенным.

Ансель, смотрела на него широко распахнутыми глазами. Никто из них раньше не видел ничего подобного.

Магия, которую он скрывал, была его тайной - но теперь это больше не имело значения. Она была ошеломляющей, подавляющей, и даже солнце казалось бледным на фоне её сияния.

***

Кадзар шел вперед, его широкие плечи ссутулились, а походка потеряла прежнюю уверенность. Несмотря на это, его взгляд оставался острым, а рука не покидала эфеса меча. Но истощение было очевидным. Магическая аура, обычно ощутимая вокруг него, казалась едва заметным отблеском. Он был словно выжжен изнутри, но его взгляд оставался сосредоточенным, не позволяя никому увидеть, насколько сильно его магия истощила его тело.

Ансель видела это. Видела, как он скрывал лёгкую дрожь в руках, как его дыхание становилось всё более неровным. Но не осмелилась сказать ничего, потому что знала: Кадзар не примет жалости. Никто из них не осмелился заговорить. Лира и Азар держались чуть позади, внимательно осматривая окрестности, готовые в любой момент снова сразиться. Нора и Тео шли ближе, поддерживая друг друга взглядами, оба выглядели почти такими же измотанными, как и Кадзар.

Тенебрисса шла чуть впереди, настороженно оглядываясь по сторонам. Её тёмные глаза выхватывали каждое движение в лесу, улавливали каждую тень, но вдруг она остановилась. Она первой почувствовала, что нужно вмешаться. Лошадь замедлила шаг, подойдя ближе к Кадзару, и мягко ткнулась ему в плечо мордой. Это движение было тихим, но красноречивым.

Ансель улыбнулась про себя, заметив этот жест, но тут же нахмурилась, понимая, что Кадзар наверняка откажется. Он был из тех, кто никогда не примет помощи, даже если находится на краю своих сил.

- Ты примешь её помощь, - твёрдо сказала она, подходя ближе. Её голос был достаточно громким, чтобы остальные услышали, но в нем звучала не властность, а забота.

Кадзар обернулся, его взгляд был усталым, но в нём всё ещё горела искра упрямства.

- Я справлюсь.

Ансель подняла подбородок и скрестила руки на груди.

- Никто не говорит, что ты не справишься. Но мы не можем позволить тебе падать прямо посреди пути. Сейчас ты сядешь на Тенебриссу. Это не обсуждается.

Тенебрисса кивнула, словно понимая слова хозяйки, и легонько ткнула Кадзара в плечо мордой. Лошадь сделала шаг вбок, позволяя ему опереться на неё.

Кадзар выдохнул, словно собираясь с силами, но, увидев взгляд Ансель, понял, что спорить бессмысленно. С тихим ворчанием он ухватился за гриву Тенебриссы и оседлал её.

Остальные молча наблюдали за этой сценой. Тео что-то тихо пробормотал себе под нос, а Лира обменялась многозначительным взглядом с Азаром, который только пожал плечами.

Они двинулись дальше. Ансель теперь шагала впереди, внимательно всматриваясь в окружающий лес, пока Кадзар, едва заметно расслабившись, держался в седле. Лошадь уверенно шагала вперед, словно чувствуя важность своей задачи.

Через какое-то время впереди показалась небольшая поляна с густыми кустарниками и каменным выступом, больше напоминающую пещеру.

- Здесь, - сказала Ансель, остановившись и оглянувшись на остальных. - Здесь мы останемся.

Лира тут же занялась разведкой местности, а Тео, ворча, сложил оружие. Азар, не выпуская кинжала, остался стоять у края поляны, его глаза зорко оглядывали лес. Ансель задержала взгляд на Кадзаре: он выглядел немного лучше, но всё ещё измождённым.

***

В пещере воцарилась организованная тишина, каждый был поглощён своим делом, словно любое движение отвлекало их от усталости и мрачных воспоминаний о последней битве. Тео первым вызвался добыть что-нибудь на обед. Его фигура быстро исчезла между деревьями. Кинжалы, сияющие тусклым светом его магии, были наготове, хотя в этот раз ему предстояло охотиться на зверей, а не на порождения тьмы.

Нора, сидя на камне возле пещеры, тщательно перебирала травы и специи. Её руки двигались с отточенной уверенностью, перемешивая листья, сушёные корешки и крошечные пакетики с редкими приправами, которые она хранила в тайниках своего рюкзака. От неё исходил тихий шёпот - она напевала себе под нос что-то знакомое и успокаивающее.

- Если Тео притащит что-то съедобное, я сделаю из этого настоящий пир, - бросила она в пространство.

Азар тем временем склонился рядом с Ансель, помогая собрать хворост для костра. Его движения были быстрыми, но отточенными, он будто всегда знал, какие ветки горят лучше, а какие просто дадут дым.

- Ты когда-нибудь разжигала костёр без магии? - спросил он, усмехнувшись и посмотрев на Ансель, которая в данный момент упрямо старалась сложить дрова правильным образом.

Ансель бросила на него хмурый взгляд, но молчала, продолжая работу. Тишина была её ответом. Однако её щеки предательски порозовели, когда Азар, ухмыльнувшись, протянул руку и сделал всё за неё, складывая ветки в идеальную конструкцию.

- Уж не злись, - пробормотал он, добавляя последние штрихи. - Мы ведь все устали.

- Я справилась бы сама, - буркнула Ансель, но отбросила спор, щёлкнув пальцами, и костёр вспыхнул, пламя заплясало между дровами.

Лира, которая ушла в сторону ближайшего ручья, вскоре вернулась, неся в руках кожаную флягу с водой. Она выглядела напряжённой. Её взгляд несколько раз пробежался по лесу, будто она пыталась уловить что-то неуловимое.

- Тебе показалось? - спросила Ансель, заметив, как Лира вглядывается в тени деревьев.

- Нет, - спокойно ответила та, ставя флягу на землю. - Я никогда не доверяю тишине после таких событий.

В центре всего этого хаоса Кадзар остался неподвижным. Он сидел у края пещеры, опершись спиной на её холодную стену, и казалось, что всё его внимание сосредоточено на горизонте. Лицо его было бледным, тени под глазами выдавали измождение.

Никто не нарушал его покоя. Никто не задавал вопросов, которые наверняка крутились у всех на языке. Но Ансель всё равно ощущала его тяжесть, эту подавляющую усталость, что казалась заразной.

Когда Тео наконец вернулся с небольшой дичью, её перья поблёскивали в лучах солнца, словно даже природа хотела показать, что несмотря на всё вокруг, жизнь всё ещё продолжалась. Он бросил добычу рядом с Норой, которая без слов взяла нож и начала аккуратно обрабатывать её, продолжая свою тихую песню.

Азар бросил взгляд на Ансель, и на его лице мелькнула тень задумчивости.

- Ну, как думаешь, этого хватит, чтобы восстановить силы? - спросил он, слегка кивнув в сторону Кадзара.

- Хватит, - ответила Ансель, но в её голосе была неуверенность.

Нора тем временем уже начала растапливать травы в воде, добавляя специи, от которых запах наполнил пещеру уютом, почти забытым ими за эти дни.

Ансель, уже протянула руку, чтобы помочь Норе с разделкой мяса но застыла на полпути. Тео, только что вернувшийся с охоты, присел рядом с Норой. Нора, занятая своими делами, сперва попыталась не обращать на него внимания, но Тео, как всегда, знал, как заставить её улыбнуться.

- Ты слышала про охотника, который пытался подстрелить фазана и случайно ранил свою гордость? - спросил Тео с притворной серьёзностью.

Нора, явно не ожидавшая такого, бросила на него удивлённый взгляд, а затем, когда смысл шутки дошёл до неё, густо покраснела. Её звонкий смех разлетелся по пещере, как мелодия, смягчая напряжённую атмосферу.

Ансель усмехнулась, наблюдая за этой сценой. Она понимала, что не стоит вмешиваться в их тихий разговор, и, отступив, направилась проверить Тенебриссу.

Лошадь стояла чуть в стороне от пещеры, мирно жуя траву. Её густая тёмная грива блестела, словно она уже успела восстановиться. Ансель, приблизившись, провела рукой по её шее.

- Ну что, девочка, как ты? - прошептала она, чувствуя, как Тенебрисса ободряюще толкает её мордой в плечо.

Эта связь между ними была чем-то особенным, почти магическим. Тенебрисса, казалось, понимала её без слов, разделяя и тревоги, и радости. Ансель тихо усмехнулась и, почувствовав, что её лошадь в полном порядке, вернулась к пещере.

У входа сидел Азар, склонившись над своими кинжалами. Их лезвия поблёскивали в свете костра, отражая тёплые отблески пламени. Он тщательно полировал их, словно готовился к новой битве. Его выражение было сосредоточенным, взгляд - острым, как и оружие в его руках.

- Ты так на них смотришь, будто они могут ударить тебя в спину, - пошутила Ансель, опускаясь рядом.

Азар поднял на неё взгляд и ухмыльнулся, но не перестал работать.

- Лучше быть готовым ко всему, чем сожалеть, - ответил он, крутанув кинжал в руке с поразительной лёгкостью. - Эти клинки уже не раз спасали мне жизнь.

- Как твоя рука? - Ансель старалась не выдать лишнего беспокойства.

- Нора сделала всё идеально, - бросил Азар, чуть приподняв бровь. - Если бы хотел придраться, пришлось бы соврать, а это не в моём стиле. Так что, увы, придётся признать: наша травница работает на совесть.

Ансель закивала и на некоторое время замолчала, наблюдая, как он методично проверяет каждую деталь оружия.

- Ты всегда так сосредоточен, или это только видимость? - спросила она, всё же не удержавшись от лёгкого поддразнивания.

Азар усмехнулся, его глаза вспыхнули короткой искоркой.

- Сосредоточенность - это то, что отделяет живых от мёртвых, Ансель. Но если хочешь, могу отвлечься ради тебя.

Его тон был наполовину шутливым, наполовину серьёзным. Ансель фыркнула, не дав ему удовольствия заметить, как её лицо немного порозовело.

- Ладно, можешь продолжать. Только постарайся не порезаться, - бросила она, вставая.

Азар кивнул ей с насмешливой грацией, снова погрузившись в свою работу. Но его взгляд всё же следил за ней краем глаза, даже когда она направилась обратно к костру.

***

Ночь обрушилась на лагерь густым мраком, окутывая всё вокруг тяжелой тишиной. Лишь треск костра нарушал спокойствие, его слабый свет отражался на лицах измученных путников. Усталость повисла в воздухе, как плотное покрывало, притупляя даже привычные разговоры.

После скромного ужина Азар первым поднялся на ноги и направился дежурить. За ним молча наблюдала Лира, прежде чем улеглась и почти мгновенно провалилась в сон. Нора и Тео устроились рядом, их усталость перевесила всё остальное.

Ансель, напротив, не могла найти покоя. Её тело просило отдыха, но разум не утихал, перебирая события последних дней, каждую битву, каждое решение. Она присела ближе к костру, где сидел Кадзар, склонившийся вперёд и подпирающий подбородок рукой. Тени плясали на его лице, подчёркивая морщины и усталость, которую он так старательно скрывал.

- Как ты? - осторожно спросила она, присаживаясь рядом.

Кадзар поднял взгляд, его глаза блеснули в свете огня.

- Жив, - коротко ответил он, но в его голосе чувствовалась усталость, слишком глубокая, чтобы её можно было просто игнорировать.

Ансель нахмурилась, наблюдая за ним. Ещё несколько дней назад Кадзар казался непоколебимым, как скала, но теперь она видела, как тяжело ему даётся каждый новый шаг.

- Ты не обязан держать всё на своих плечах, - мягко заметила она, её голос был почти шёпотом. - Мы все здесь, чтобы разделить эту ношу.

Он усмехнулся, но без радости, больше как человек, который слышал подобное слишком много раз.

- Твоя забота трогательна, но ответственность - моя, Ансель. Я привёл вас в это... - он замолчал, глядя в огонь, словно надеялся найти в его языках ответ. - И я должен вас из этого вывести.

- Ты уже спас нас больше раз, чем я могу сосчитать, - возразила она. - Если мы будем продолжать так, ты выдохнешься, и что тогда?

Её слова заставили его задуматься. Несколько долгих секунд он молчал, а затем произнёс:

- Я знаю свои пределы. И пока я могу стоять на ногах, буду защищать вас всех.

Ансель сжала губы, но не стала спорить. Она знала, что Кадзар никогда не откажется от своей роли. Это было его сутью. Вместо этого она провела рукой по земле, чувствуя её прохладную гладкость.

- Спасибо, - тихо сказала она, поднимая на него взгляд. - За всё.

Кадзар удивлённо посмотрел на неё, затем чуть кивнул, принимая её благодарность.

- Ты сильнее, чем ты думаешь, Ансель, - наконец произнёс он. - Не забывай об этом.

Ансель долго молчала, её взгляд был сосредоточен на искрах. Но вопрос, который терзал её с самого утра, не давал покоя. Она перевела взгляд на Кадзара, его профиль был чётко очерчен светом пламени. Его плечи всё ещё казались сильными, но усталость выдавали мелкие, почти незаметные движения: как он незаметно потирал руку, как морщился, когда менял положение.

- Почему твоя магия так тебя истощает? - осторожно спросила она, словно боясь задеть невидимую рану.

Кадзар не сразу ответил. Он медленно поднял голову, и в его глазах отразилось что-то, чего Ансель не ожидала увидеть: боль, глубокая, тягучая, как древний шрам, который никогда полностью не заживает.

- Моя магия... - он остановился, словно выбирая правильные слова. - Она как буря. Непредсказуемая, жестокая. Когда я вызываю её, я словно открываю ворота, через которые она хлынет в этот мир.

Ансель нахмурилась.

- Но она твоя. Разве это не значит, что ты можешь её контролировать? Ты же сам меня этому учил.

Он усмехнулся, но это была горькая усмешка, больше похожая на гримасу.

- В том-то и дело, что нет. Моя магия - это не что-то, что можно приручить. Каждый раз, когда я использую её, она забирает часть меня. Она истощает моё тело, словно пожирая меня изнутри.

Его слова повисли в воздухе, заставив Ансель почувствовать тяжесть, которую он несёт.

- Ты знаешь, что у нас с тобой магия разная, - продолжил он. - Твоя магия - это сила, переданная по крови. Она течёт в тебе, она - часть тебя. А моя... - он замолчал, затем медленно добавил: - Моя была дарована.

Ансель прищурилась.

- Дарована?

Кадзар кивнул, его взгляд устремился в пламя.

- Много лет назад, когда я был ещё юным и глупым, я совершил ошибку. Я захотел силы, которой не было во мне, и нашёл способ её обрести.

Его голос стал тише, словно он говорил больше самому себе, чем ей.

- Но магия, которую ты берёшь насильно, никогда не принадлежит тебе по-настоящему. Она требует плату. И моя плата...

Он замолчал, а затем показал ей руку. На его пальцах и ладони были заметны тонкие, едва видимые линии, похожие на ожоги.

- Это то, что ты видишь снаружи. Но настоящая цена платится внутри.

Ансель почувствовала, как её горло сжимает невидимая рука. Она знала, что магия бывает жестокой, но даже представить себе не могла, что Кадзар ежедневно носит в себе этот невидимый груз.

- Почему ты не сказал раньше? - прошептала она.

- Потому что это мой выбор. И моя ответственность.

Ансель сжала губы, чувствуя, как в её груди поднимается смесь гнева и уважения. Гнева за то, что он так долго молчал о своей боли. И уважения за то, что он всё равно продолжал бороться.

- Кадзар... - начала она, но он покачал головой.

- Не трать на это силы, Ансель. У нас есть более важные дела.

И всё же, когда она снова посмотрела на его руку, покрытую тонкими ожогами, она не могла избавиться от мысли, что в один из дней эта магия может забрать у неё человека, который стал для неё наставником, другом... и почти семьёй.