Глава 2
Первое, что я ощутила, это ноющая головная боль в области затылка. Я медленно открыла глаза, и как только свет коснулся зрачков, я тут же зажмурилась. Мне пришлось пролежать с сомкнутыми веками некоторое время, чтобы наконец привыкнуть к освещению. Когда свет перестал быть для меня большой проблемой, я медленно распахнула глаза. Передо мной предстал потолок моих собственных покоев. Я подняла голову, стараясь не делать резких движений, ибо каждое неаккуратное отдавалось в висках и затылке пульсирующей болью.
Я зажмурилась и прикусила губу, попытавшись сесть. Получилось с большим трудом, и я едва не завалилась на бок, но все же сумела удержаться в нужном мне положении. Мышцы горели огнем, да так сильно, что хотелось немедленно упасть обратно на подушки и никогда больше не подниматься. Я огляделась. Шея едва могла двигаться, и на пару секунд я зажмурилась, стараясь унять боль. В конце концов, мне все же пришлось открыть глаза. На первый взгляд, ничего вокруг меня не поменялось. Комнаты остались такими же, как прежде. Я нахмурилась, пытаясь восстановить в памяти воспоминания о вчерашнем дне.
Празднование дня несущих свет отпечаталось в моей голове отлично, в конце концов, боль во всем теле не давала мне забыть о столь тяжком испытании. Однако вечер после всего я помнила смутно. Последнее воспоминание пронеслось в голове слишком быстро, и все, что я вспомнила, были руки советника Эйра, сжимающие мою талию.
– Да что это такое? – Я положила ладонь на лоб в попытке успокоить головокружение. – Гильда!
Я собрала все свои силы и постаралась придать голосу громкости. К счастью, спустя считанные секунды двери покоев распахнулись, и на пороге появилась служанка.
– Ваше высочество. – Она поклонилась. – Как вы себя чувствуете?
– Все хорошо. – Я постаралась улыбнуться, но вышло криво. Расставив руки по бокам, я подтянула себя к краю кровати. От напряжения все тело дрожало, как осиновые листья на ветру.
Она подошла ближе и потянулась ко мне – видимо, хотела помочь подняться. Я благодарно улыбнулась и осторожно взялась за ее ладони. На удивление, встать на ноги оказалось даже легче, чем просто сесть. Когда я поняла, что спокойно держусь стоя, то выпустила ладони Гильды из рук.
– Спасибо, Гильда. – Я кивнула, делая шаг вперед. Теперь стало ясно, что с этого дня ходьба превращается в главную проблему.
Тело ныло от напряжения и боли, ноги не слушались. Конечности сделались деревянными, и я почти не могла двигать даже пальцами рук. Гильда беспокойно оглядела меня с головы до пят.
– Ваше высочество. – Снова поклон, да такой низкий, что мне захотелось остановить ее. – Позвольте принести вам настой. Это облегчит боль и снимет усталость.
Я отрицательно покачала головой. Империя не терпит слабости, значит и я не должна.
– Не нужно. – Голос хрипел, поэтому я тяжело сглотнула. – Я справлюсь сама.
Гильда тихо вздохнула. Я видела, как ее брови медленно поползли вниз.
– Простите мою настойчивость, ваше высочество, но... – Она сжала край рукава на своем платье. – Настой содержит ивовую кору и мед, эти компоненты отлично снимают напряжение. Ваш отец принимает его каждый год.
На секунду я замерла. Перед глазами всплыло лицо императора. Спокойное, не выдающее признаков усталости или боли. Отец всегда имел железное тело и крепкий характер, но, видимо, от больших нагрузок даже стальные ноги гнуться.
– Хорошо. – Я кивнула, с трудом сдерживая боль в пояснице. – Неси настой.
Гильда быстро закивала и, поклонившись, вышла из покоев, почти подпрыгивая от нескрываемой радости. Как только двери за ней закрылись, я тут же опустила глаза на свою одежду. Вчера ночью на мне было платье, пропитанное потом. Сейчас же я одета в бежевый ночной шлафрок. Рукава свисали, обшитые кружевом на манжетах. Пояс был туго завязан на талии, да так, что даже не растрепался во время сна. Потом от меня не пахло, и вкупе это значило вот что – меня помыли и переодели.
Я тяжело вздохнула и снова села на кровать. Все-таки стоять было слишком тяжело. Ноги гудели от напряжения, спину жгло так, словно под кожу разом вогнали тысячу раскаленных игл. Я сгорбилась, локти уперла в колени и закрыла лицо руками. Просидела я так до тех пор, пока двери покоев не распахнулись вновь.
– Ваше высочество. – Гильда присела с подносом в руках, стараясь поклониться.
Наблюдая за ее попытками не опрокинуть то, что находиться у нее в руках, я покачала головой.
– Оставь. – Я похлопала по кровати рядом с собой. – Подойди ближе.
Она с благодарностью улыбнулась мне и прошла вперед. Поднос она оставила на небольшом столике, что стоял прямо у кровати. Гильда выставила на столешницу фарфоровую чашку с позолоченной каймой и осторожно налила в нее горячий настой. Комната тут же наполнилась ароматом трав, который исходил от чашки. Я невольно вдохнула глубже и прикрыла глаза. Аромат показался мне знакомым.
– Возьмите, ваше высочество. – Она протянула мне чашку, полную до краев.
Я осторожно забрала посуду из ее рук и сделала глоток. Сначала жидкость обожгла губы и язык, а во рту появился горький привкус. В голову ударили воспоминания:
Я попыталась дернуться, но у меня не вышло – мышцы онемели, словно все мое тело погрузили в чан с холодной водой. От страха я неосознанно сделала глубокий вдох, на языке появился горький привкус.
Глаза в ужасе широко распахнулись, и я отняла чашку от губ так быстро, как только могла. Настой расплескался, капли упали на мой шлафрок, намочив ткань.
– Ваше высочество! – Гильда тут же подскочила, забирая чашку из моих рук. – Вы не обожглись?
– Из чего был сделан этот настой? – Голос звучал куда грубее, чем я ожидала. – Гильда, не молчи!
Служанка испуганно отшатнулась, смотря на меня в недоумении.
– Из ивовой коры, шалфея, ромашки и меда... – Её голос дрогнул. – Там еще немного имбиря и лаванды.
Я поджала губы. Все ингредиенты крайне безобидны, от имбиря сознание не потеряешь. Но воспоминание пронеслось в моей голове так четко, что этот вкус я не смогла бы спутать ни с каким-либо еще.
– Что произошло со мной прошлой ночью? – Я постаралась успокоиться, но голос все равно выдавал волнение.
Гильда опустила голову и, не поднимая на меня глаз, протороторила:
– Господин Вальтер нашел вас в коридоре, вы лежали без сознания. Он приказал немедленно доставить вас в покои и позвал лекаря. – Она запнулась. – Он осмотрел вас, но ничего серьезного не нашел. Вы изрядно переутомились, видимо, поэтому потеряли сознание вчера. Вас помыли и переодели, а после уложили спать.
Я видела, как дрожат ее руки, и прикусила язык. Мне не стоило так кричать на невинную ни в чем девушку. В конце концов, она лишь хотела мне помочь.
– Ладно... – Немного спокойнее проговорила я. – Ты можешь идти, Гильда. Дальше я справлюсь сама.
Служанка лишь кивнула и, поклонившись, спешно покинула комнаты. Я напрягла память, намереваясь восстановить в голове хотя бы примерное описание ситуации, которая произошла вчера. Все, что мне было известно на данный момент, это состав настоя, и что скорее всего какой-то из ингредиентов помог Вальтеру усыпить меня.
Единственное, чего я не понимала, так это его мотивов. Зачем советнику усыплять принцессу и сразу же звать на помощь? Его видели рядом с моим телом, значит он не планировал делать ничего серьезного. И все-таки его намерения оставались для меня загадкой.
Я зажмурилась и схватилась за край кровати, с силой сжимая простыни. Рывком заставила себя подняться на ноги и почти упала. От боли в ногах закружилась голова. Опираясь на изголовье кровати я задержала дыхание и решила дать себе немного времени, чтобы тело привыкло к новому положению.
– И как мне теперь ходить.. по стеночке? – Я усмехнулась, хоть и понимала, что в ситуации мало смешного.
Кряхтя от боли я все же добралась до выхода из комнат и несколько раз постучала. Стража тотчас распахнула передо мной двери, я сделала шаг вперед. Шла я медленно, ставила ноги шире, чем обычно и слегка покачивалась. Со стороны, наверное, это выглядело забавно, вот только на деле мне было не до веселья.
– Немедленно приведите Гильду или Лэю. – Я обернулась к стражникам.
Один из них спешно поклонился и ушел вглубь коридора. Спустя пару минут я услышала приближающиеся шаги служанки и звон доспехов стражника, и через секунду увидела впереди их силуэты. Рядом со стражником шла Лэя.
– Ваше высочество. – Она присела, склонив голову. – Вы хотели меня видеть?
– Верно. – Я кивнула и оперлась на стену. – Мне нужна твоя помощь.
Я постаралась оттолкнуться от стены и пройти хотя бы несколько шагов, но вышло это крайне нелепо. Я обвела руками свое тело, как бы показывая ей суть проблемы. Лэя кивнула.
– Позвольте я принесу вам трость. Так будет немного проще. Или могу сопровождать вас в течение дня, если будет угодно.
Я тихо вздохнула, опуская глаза. Не хватало еще, чтобы во дворце меня заметили с тростью в руках. Но, пожалуй, это лучше, чем ползти по полу на коленках, или виснуть в руках у служанок, всякий раз, когда нужно куда-то идти.
– Принеси трость. – Я кивнула и повернулась спиной к стене, прислонившись к ней всем телом.
Лэя вновь поклонилась и быстрыми шагами направилась обратно. Я прикрыла глаза, стараясь сосредоточиться на чем-то хорошем, но мысли то и дело возвращались к ноющей боли во всем теле. Когда легкая ткань моей одежды коснулась пальцев рук, я вспомнила, что до сих пор стояла в ночном халате. В любой другой ситуации мне было бы до жути стыдно. Но не сейчас, не когда боль прожигает все мое тело.
Когда я вновь открыла глаза, то неожиданно обнаружила перед собой служанку. Лэя стояла неподвижно, протягивая мне деревянную трость с изогнутым наконечником. На секунду наши глаза встретились, и я прочитала в ее взгляде сочувствие. Благодарно кивнув, я забрала трость из ее рук и аккуратно поставила ее на пол. Очередная попытка сделать шаг далась куда легче, ведь теперь у меня была опора.
– Принцесса, простите меня за мою наглость, но возможно я могу помочь вам переодеться?
Не долго думая я кивнула. Расхаживать по дворцу в ночном халате – отвратительная идея. Я развернулась, и когда стража распахнула двери моих комнат, мы с Лэей вошли внутрь.
– Какое платье прикажите подать сегодня? – Она остановилась на пороге.
Я прошла чуть дальше, опираясь на трость. Останавливаясь в середине комнаты я обернулась.
– Зеленое. С золотой вышивкой и рукавами из белого бархата.
Лэя кивнула. Я не заметила, как она снова ушла. Меня волновало только то, как бы добраться до кровати. С трудом я дошла до постели и руками взявшись за изголовье, опустилась на простыни, откладывая трость в сторону. Теперь мне никуда не хотелось идти, но все-таки я понимала, что ответы на вопросы сами себя не найдут.
Двери покоев открылись, и вслед за Лэей в комнаты вошла Гильда и еще несколько служанок. Некоторые несли платье, у Гильды в руках был серебряный таз с водой, а Лэя принесла гребень.
– Положите платье сюда и оставьте нас с Гильдой и Лэей наедине. – Я даже не посмотрела в их сторону.
Девушки послушно положили платье на край кровати и поклонившись, ушли прочь. Как только двери за ними закрылись, я постаралась сесть. Обычно переодевание принцессы сопровождалось минимум пятью служанками, но я терпеть не могу, когда в покоях собирается больше трех человек.
– Ваше высочество, разрешите начать?
Я кивнула, и девушки приступили к ритуалу. Лэя принялась расчесывать мои волосы, а Гильда смочила в чистой воде полотенце и обтирала мое лицо и шею. Когда обе закончили с малой частью, меня попросили встать. Я с трудом поднялась на ноги.
– Поднимите руки, ваше высочество. – Гильда встала сзади меня.
Я медленно подняла вверх слегка подрагивающие руки. Пока Лэя снимала с меня халат, Гильда уже успела помочь мне надеть нижнее платье, а затем и влезть в корсет. К счастью, сегодня его не пришлось затягивать слишком сильно. Переодевание завершилось довольно быстро, и вот я уже стояла в нежно-зеленом платье с золотой вышивкой и мягкими белыми рукавами. Волосы Лэя заботливо заплела в две косы, украсив прическу изумрудной лентой.
– Вы довольны, ваше высочество? – С улыбкой поинтересовалась Гильда, аккуратно складывая шелковую ткань моего шлафрока.
Я устало кивнула, переводя свой взгляд на собственное отражение в зеркале. Выглядела я и правда неплохо, вот только лицо слишком измученное. Но это уж не скрасить никакими нарядами.
– Все отлично. Вы можете идти, сопровождать меня сегодня не нужно.
Лэя и Гильда переглянулись, но перечить не стали. В нашем дворце не принято, чтобы принцесса передвигалась без сопровождения. Однако сейчас у меня не было никакого желания находиться в компании людей.
– Принцесса, позвольте я все-таки провожу вас. – Лэя подала голос первой. – Если император узнает, что мы оставили вас одну, нам не сносить голов на плечах.
Я тяжело вздохнула, когда речь зашла об отце. Как бы мне не хотелось признавать этого, но они были правы. Если я и сделаю кому-то хуже от того, что нарушу обычаи, так это в первую очередь себе. Когда отец узнает о том, что я снова шастала по дворцу одна, он будет в ярости. Это последнее, до чего мне бы хотелось его довести.
– Ты права. – Я кивнула. – Гильда, ты можешь идти. Лэя, останься.
Одна из служанок поклонилась и покинула комнаты. Двери за ней захлопнулись, и я перевела взгляд на Лэю.
– Советник Вальтер сегодня во дворце? – Я поправила ткань юбки свободной рукой.
– Нет, ваше высочество. Господин Вальтер и еще несколько членов дворцовой стражи уехали из дворца еще с утра.
Я недовольно вздохнула. Неужели он решил сделать вид, будто ничего не произошло?
– Проводи меня к императору.
Лэя поклонилась, и мы покинули покои. Шли мы молча и крайне медленно, мое состояние просто не позволяло передвигаться быстрее. Лэя, как и положено, шла позади меня. Миновав ту часть дворца, где расположена большая часть женских комнат, мы наконец дошли до центрального коридора – самая широкая часть дворца. Отсюда можно было спуститься вниз или подняться на верхние этажи. Этот коридор вел в большую часть комнат дворца, и соединял в себе лестницы с первого и до третьего этажа. Центральный коридор был украшен мраморными статуями львов, а напротив каждого окна висели портреты правителей великой династии Дюваль.
Дорога до императорских покоев казалась мне бесконечно долгой, и когда перед глазами возникли массивные золотые двери, окруженные стражниками, я с облегчением выдохнула. Солдаты стражи разом склонили головы.
– Ваше высочество. – Один из стражников вышел вперед. – Его императорское величество покинул покои на рассвете.
Я застыла на месте, растерянно глядя на стражника, чье лицо было практически полностью скрыто под шлемом.
– Если будет угодно, слуга сообщит о вашем визите, как только его величество вернется.
– Нет. Не нужно. – Я отрицательно покачала головой.
С трудом развернувшись, я поплелась обратно. Значит, сегодня я не смогу поговорить о лорде Эйре с отцом. Мне нужно сделать это как можно скорее, и главное, чтобы советник не сделал этого до меня.
Дойдя до очередной развилки я остановилась. За следующим поворотом будут покои Агнес. Раз уж мне не удалось поговорить с отцом, попытаю счастье в разговоре с сестрой. Я свернула в нужную мне сторону, и уже через пару минут увидела светлые двери комнат сестры. По бокам стояли двое солдат, и прежде, чем они успели склонить головы в приветственном поклоне, я подняла вверх ладонь.
– Доложите принцессе о моем визите. – Сказала я чуть громче обычного.
Сестра не заставила себя долго ждать. Двери тотчас распахнулись, и на пороге показалась Агнес. Я опустила взгляд на ее медовые глаза. Сестра широко улыбнулась и отступила в сторону.
– Не стой в дверях, заходи же.
Я ответила ей такой же широкой улыбкой. В этом и есть моя сестра. Стоило ей только услышать за порогом знакомый голос, как она тотчас распахнула передо мной двери. Ей не нужно было докладывать о визите и просить разрешения войти.
Как только двери ее покоев закрылись мне в лицо тут же ударил яркий свет. Окна в комнатах старшей принцессы никогда не зашторивали, поэтому солнечный свет пробивался через стекла от восхода и до заката каждый день. Агнес терпеть не могла мрак и темноту, поэтому ее комнаты были оформлены в исключительно светлых тонах.
– Садись, милая. – Она указала рукой на козетку. – Ты голодна?
Я отрицательно помотала головой, с трудом опускаясь на сидушку козетки, и отставила трость в сторону.
– Агнес, я хотела поговорить с тобой. – Я покосилась на Лэю, стоявшую в дверях в компании нескольких служанок сестры.
Агнес кивнула, и лицо ее сразу приобрело серьезный вид.
– Оставьте нас. – Она махнула рукой, не глядя в сторону прислуги.
Все три девушки покинули покои, и только когда в комнатах повисла тишина, Агнес села рядом со мной.
– Что случилось? – Ее голос был мягким, но смотрела она с беспокойством.
Я опустила взгляд, сжимая в руках складки платья. Шелк мялся под пальцами, оставляя на ткани морщинки, которые позже пришлось бы разглаживать утюгом. Спустя пару секунд я все же заговорила.
– Вчерашнее торжество, знаешь, это все было.. невыносимо. – Я сжала края рукавов своего платья. – Ты ведь слышала, да и наверняка видела, как многие относятся ко мне.
В голове снова всплыли холодные взгляды придворных, их нарочито громкие шёпоты.
«Может она и не принцесса вовсе?»
– Среди знати меня не жалуют, а некоторые так и вообще впервые услышали о младшей принцессе. – Мой голос дрогнул. Я резко вдохнула, стараясь не сорваться.
Агнес тихо вздохнула и подсела чуть ближе ко мне. Она положила руки на мои плечи и аккуратно развернула меня к себе, заставив встретиться взглядами.
– Послушай меня, Лоран. – Она слегка сжала пальцы на моих плечах. – Наш отец мудрый человек. Если все это время он не упоминал о тебе среди знати, значит, так было нужно.
Я неосознанно прикусила щеку изнутри. Она была права. Выказывать недовольство своим положением – значит не уважать отца. Этого я себе позволить не могу.
– Ты сильная, милая. Намного сильнее, чем ты можешь себе представить. – Она опустила глаза на мои руки, что так отчаянно сжимали бархатные рукава. – Аристократы и придворные видят твою силу. – Она улыбнулась, и накрыла мои руки своими. – И эта сила пугает их. Оттого и шепоты, и недовольные взгляды. Все это слепая и гнусная зависть.
Агнес осторожно распрямила мои пальцы, и только тогда выпустила мои ладони из собственных рук.
– Но ты выше этого, Лоран. – Сестра вновь подняла на меня взгляд. – Потому что ты член династии Дюваль. В этой империи правишь ты, а не они. Помни об этом.
Последние слова повисли в воздухе, наполненные таким привычным для Агнес решительным тоном. В её глазах горел огонь истинной наследницы престола. Моя сестра всегда знала, как вести себя при дворе, и что следует говорить, когда разговор зашел в тупик. А я никогда не отличалась особой мудростью, возможно, в этом и крылась причина всех насмешек со стороны.
– Спасибо, Агнес. – Прошептала я.
Сестра обняла меня, прижимая к себе. Она опустила мою голову на собственное плечо и мягко провела рукой по волосам. Ее сестринская нежность заставила меня закрыть глаза.
– Все будет хорошо. – Она тоже шептала.
Мы просидели так до тех пор, пока я не распахнула глаза, вспомнив, зачем пришла сюда.
– Агнес, есть еще кое-что, о чем я бы хотела поговорить с тобой. – Я нехотя выпрямилась.
Сестра кивнула, ожидающе глядя на меня. Слова встали в горле комом, отчего-то мне было страшно произносить это имя вслух.
– Советник Вальтер, он ведет себя странно..
Как только с моих губ слетело имя лорда, Агнес тут же изменилась в лице.
– Что он сделал? – Её голос дрогнул.
Я испуганно посмотрела на сестру. Меня удивила ее реакция. Теперь советник Вальтер казался мне еще более неоднозначным.
Я рассказала ей все, что помнила с прошлой ночи. Отдельные обрывки его фраз, то, как сильно он сжимал мою талию, не давая мне вырваться, и конечно упомянула тряпку, пропитанную загадочным составом. Агнес слушала меня с напряженным лицом, не перебивая. Я видела, как она хмурит брови, и ее волнение пугало меня не меньше. Когда я замолкла, сестра не спешила с комментариями. Мы молчали еще какое-то время, прежде чем она наконец подала голос.
– Все это... Очень странно. – Она запнулась. – Почему ты не рассказала об этом отцу?
– Я хотела, но он покинул свои покои еще на рассвете.
Агнес сжала губы так сильно, что на их месте осталась едва заметная белая полоса.
– Вот что. Завтра с утра первое, что ты сделаешь, это расскажешь обо всем отцу. – Она посмотрела на меня. – Я бы очень хотела помочь тебе добраться до правды, но боюсь, что не смогу. Я понятия не имею, зачем Эйру нужно было так поступать с тобой.
Агнес встала, поправляя и без того гладкую ткань своего платья. Её распущенные каштановые волосы спадали на плечи. Сестра не любила тугих причесок.
– Но что я знаю наверняка, так это то, что тебе стоит усилить охрану. – Ее голос стал строже. – И перестать отказываться от сопровождения. Дворец опасен. Здесь везде есть глаза и уши.