3.
Парк будто ожил. Каждое дерево, каждая ветка наблюдала за ними. Воздух стал тяжелее, и с каждым шагом Валя чувствовала, как невидимые глаза следят за ней.
Она сжимала руку Егора, боясь отпустить хотя бы на секунду. Тьма позади гремела смехом, но теперь он звучал глухо, словно заглушённый. Может, незнакомец действительно задержал их.
— Егор, — прошептала она, запинаясь о корни, — а если он... не справится?
— Тогда у нас будет меньше времени, — ответил он. Его голос был ровным, но Валя слышала: он тоже боится.
Они остановились у заросшей тропы. Луна пробивалась сквозь ветви, но свет будто ломался, искажался, превращаясь в странные пятна на земле.
— Здесь, — сказал Егор. — В моих снах дорога всегда вела сюда.
Валя оглянулась. Тропинка была узкой, словно её нарочно скрывали от посторонних глаз. Деревья по бокам изгибались так, что напоминали арку.
Она вздрогнула.
— Кажется, они хотят, чтобы мы туда вошли.
— Или наоборот, — сказал Егор. — Это ловушка.
Он достал амулет, полученный от незнакомца. Металл холодил ладонь, но когда он поднял его, символ на медальоне засветился, указывая путь вперёд.
— Значит, туда, — твёрдо сказал он.
Они шагнули на тропу.
Сразу стало тише. Даже ветер исчез. Только хруст их шагов нарушал гробовую тишину.
Валя чувствовала, как сердце бьётся где-то в горле. Каждое дерево казалось одинаковым, но если присмотреться, на коре проступали вырезанные знаки. Старые, стертые, едва заметные.
— Смотри, — прошептала она, проводя пальцами по символу на стволе. — Это как на дубе.
Егор присмотрелся.
— Это предупреждения. Обереги. Те, кто жил здесь раньше, знали о границе.
Слова застряли в горле Вали. Она вдруг ясно осознала: всё это происходило не только с ними. Люди приходили сюда десятилетиями, может, веками. И не все возвращались.
— Егор... — её голос был слабым. — А если мы не сможем?
Он обернулся к ней. Его глаза были серьёзными, но в них не было сомнения.
— Мы сможем.
— Откуда ты знаешь?
Он замолчал на секунду, потом ответил:
— Потому что я видел не только символы. Я видел тебя. Ты всегда была рядом. Даже во сне.
Валя замерла. Его слова обожгли сильнее любого света. Она хотела что-то сказать, но не успела.
Тропа внезапно оборвалась. Перед ними раскинулась поляна.
В центре поляны возвышался каменный круг — словно древнее святилище. На земле виднелись выложенные линии, образующие гигантский символ. Он был настолько большим, что они видели только его часть.
И в тот же момент воздух дрогнул. Слышался шёпот — тихий, многоголосый, будто десятки голосов говорили сразу, но не слова, а бессмысленные звуки.
— Это центр, — прошептал Егор.
Они сделали шаг вперёд, и земля под ногами задрожала. Вдоль каменного круга вспыхнули огненные линии. Поляна озарилась тусклым светом, и стало видно: на камнях вырезаны лица. Десятки лиц. Мужские, женские, детские. Все они смотрели прямо на них.
Валя задохнулась.
— Егор... они... живые?
— Нет, — сказал он, хотя и сам звучал неуверенно. — Это следы тех, кто пытался раньше.
Она почувствовала, как к горлу подступают слёзы.
— Мы не сможем, — вырвалось у неё. — Мы такие же, как они. Мы тоже исчезнем.
Егор резко повернул её к себе и взял за плечи.
— Смотри на меня.
Она подняла глаза. Его взгляд был твёрдым, незыблемым.
— Пока мы вместе — мы сильнее. Ты понимаешь? Всё, что они хотят, — это разделить нас. Если ты уйдёшь, если я потеряю тебя — тогда всё кончено.
Валя почувствовала, как слёзы катятся по щекам. Но вместе с ними в груди зажглось что-то другое — решимость.
Она кивнула.
— Хорошо. Я не уйду.
Егор выдохнул и сжал её ладонь.
В этот момент символ под их ногами вспыхнул ярче, словно подтверждая её слова.
И тут же из тьмы за пределами поляны донёсся звук. Хруст. Шаги. Множество шагов.
Валя обернулась и увидела, как из леса выходят тени. Десятки. Их глаза горят, как угли. Они окружали поляну, приближаясь всё ближе.
Егор поднял амулет, и тот засиял так ярко, что на секунду тени отступили. Но их становилось всё больше.
— Они не дадут нам времени, — сказал он. — Мы должны активировать символ сейчас.
— Как?!
Он посмотрел на неё.
— Вместе.
Тени приближались. Их шёпот сливался в крик. Лица на камнях исказились, будто оживая.
Валя вцепилась в руку Егора.
— Что бы ни случилось... я с тобой.
— И я с тобой, — ответил он.
Они шагнули в центр символа.
Земля содрогнулась. Свет ослепил их, и тьма взревела, словно сама ночь восстала против них.
Земля под их ногами загудела, словно пробудился спящий зверь. Символ вспыхнул ярко-белым светом, который сразу же разрезал мрак. Тени, окружившие поляну, закричали — их крики были похожи на вой сотен голосов, и воздух задрожал от этой какофонии.
Валя зажмурилась, но свет не слепил — наоборот, он будто проходил сквозь неё, выжигая изнутри страх. Сердце билось так сильно, что казалось: оно готово вырваться наружу.
Егор стоял рядом, держал её за руку. Его лицо было напряжённым, но глаза горели решимостью.
— Не отпускай, — сказал он сквозь шум. — Что бы ни произошло.
Она крепче сжала его ладонь.
Символ под ними начал менять форму. Линии светились всё ярче, и Валя поняла: это не просто знак, а какой-то механизм. Он вращался, складываясь в новые узоры.
— Он... живой, — прошептала она.
Егор кивнул.
— Это врата.
Тени за пределами круга метались, но войти не решались. Они шипели, отбрасываемые невидимой стеной. Но с каждой секундой их становилось всё больше. И Валя поняла: если врата не откроются — защита не выдержит.
— Что нам делать?! — закричала она, пытаясь перекричать гул.
Егор не ответил сразу. Он закрыл глаза и поднял амулет. Металл в его руках загорелся тем же светом, что исходил от символа.
— В моих снах... всегда был выбор, — сказал он. — Символ реагировал только тогда, когда мы действовали вместе.
Валя вскинула на него взгляд.
— Вместе?
— Да. Нам нужно соединить кровь.
Она побледнела.
— Кровь?..
— Это древний обряд, — быстро объяснил он. — Символ принимает только тех, кто готов связать себя с другим. Без этого он не откроется.
Тени завыли громче, и одна из них ударила в невидимую преграду так сильно, что воздух содрогнулся. Валя отшатнулась.
— Валя, у нас нет времени! — в голосе Егора не было сомнения.
Она дрожала, но внутри чувствовала: это правда. Символ хотел их вместе. И если она не согласится... всё закончится прямо здесь.
— Хорошо, — выдохнула она.
Егор вытащил небольшой нож — тёмный, с серебристым лезвием. Валя заметила: он будто был создан именно для этого.
Он сделал быстрый надрез на своей ладони. Красные капли упали на символ, и линии под ними вспыхнули сильнее.
— Теперь ты, — сказал он, протягивая нож.
Валя взяла его, рука дрожала. Она закрыла глаза и сделала небольшой надрез на ладони. Когда её кровь коснулась символа, свет взорвался ярче.
Егор протянул ей руку, и она вложила свою в его. Их кровь смешалась, стекая на древние линии.
Символ ожил.
Воздух над поляной загудел, как перед грозой. Земля дрожала, камни вокруг начинали подниматься в воздух. Лица, вырезанные на них, оживали — но теперь они кричали не от боли, а от ярости, глядя на то, что делали Валя и Егор.
— Держись! — крикнул Егор.
Ослепительный свет вырвался из центра, подняв их обоих в воздух. Валя вскрикнула, но его рука не отпускала её.
Тени завыли в унисон, бросаясь на невидимую преграду. Их тела ломались, искривлялись, но они всё равно тянулись к ним.
И вдруг — тишина.
Свет схлопнулся, и всё вокруг исчезло.
⸻
Валя открыла глаза. Она лежала на холодной каменной поверхности. Над ней раскинулось небо — но не то, которое было минуту назад.
Оно было абсолютно чёрным, без луны и звёзд. Лишь редкие красные огоньки мерцали где-то вдалеке, будто глаза чудовищ.
— Где мы?.. — её голос сорвался.
Егор поднялся рядом. Он был бледным, но живым.
— По ту сторону.
Он посмотрел вокруг. Всё вокруг было похоже на парк... и в то же время нет. Деревья стояли на тех же местах, но их стволы были изогнуты, будто скрученные чьими-то руками. Листьев не было. Только сухие, острые ветви.
Тропинки вели вглубь тьмы, но они изгибались под неестественными углами.
Валя почувствовала, как к горлу подступает паника.
— Мы... в ловушке?
Егор сжал её руку.
— Нет. Мы внутри. Это и есть то, что скрывает парк.
Он повернулся к ней, и в его глазах сверкнула решимость.
— Теперь у нас только один путь. Найти сердце этого места и уничтожить его.
И тут раздался звук. Шёпот, знакомый и чужой одновременно. Но на этот раз он складывался в слова.
— Вы... уже... часть нас.
Валя обернулась.
На краю тропы стояли фигуры. Те самые тени, но здесь они выглядели иначе. Их тела были плотнее, искажённые, будто изогнутые человеческие силуэты. У некоторых были длинные когти, у других — лица, сползшие, как маски.
Они стояли и смотрели. И медленно начали двигаться к ним.
Валя вцепилась в руку Егора.
— А если мы не успеем?..
Он обнял её за плечи и прошептал:
— Тогда я умру рядом с тобой.
Слова, такие простые, ударили её сильнее любого ужаса. Она кивнула, и внутри всё стало твёрдым, как камень.
— Тогда идём.
Они шагнули на тропу. Тени последовали за ними.
Их путь только начинался.